Не ешьте бессмертных!

По легенде, вода из особого источника не только исцеляет раны, но и дарит бессмертие, если принять омовение в этом источнике. Многие знают местоположение этого источника, но немногие решаются к нему отправиться. Дело в том, что источник подействовал на растения и животных вокруг себя, наделив их бессмертием. И несколько и без того опасных зверей стали бессмертными стражами источника. Рассказы о них разнятся, но у них есть одно общее. Человек для этих существ — лёгкая добыча. Ведь никакое оружие не способно убить стража, даже другой бессмертный страж. Но у меня есть цель, ради которой стоит рискнуть жизнью. Ради спасения своей любимой я на всё готов. Почти. И с группой таких же глупцов, искателей наживы и жаждущих славы или богатства, я отправился к источнику. Даже путь через джунгли оказался смертельно опасным. Одного из моих спутников поймала огромная змея. Тварь даже не стала душить его в своих кольцах до смерти, она проглотила ещё живого мужчину и уползла. А я начал видеть во сне этот кошмар, когда из-под чешуи доносятся крики о помощи и виднеются очертания борющегося внутри тела. Я ведь легко мог оказаться на месте этого бедолаги, ведь в момент нападения он стоял в шаге от меня. Источник находится в пещере, путь к которой проходит через лабиринт горных ущелий и небольших долин. Карт этого региона не существует, так как долины и ущелья населены самыми опасными животными, выросшими благодаря водам источника, смешанным с водой рек и ручьёв. Это не стражи, эти животные не бессмертны. Но они намного крупнее и сильнее обычных. Но нашей группе удаётся всё же пройти по этим опасным землям почти без потерь. Брошенный рюкзак с палаткой, пойманный хищной лианой, не самая большая цена. Наконец, впереди показался вход в пещеру. Кто-то построил что-то вокруг входа, какой-то храм. Но теперь от грандиозной постройки остались только руины. Всё разрушено огромными корнями исполинского дерева, пробившего своим стволом гору над пещерой. По легенде, источник долгое время защищало могучее племя. Но зависть остальных к хранителям источника привела к войне. Храм источника оказался разрушен, внутрь пробрались дикие звери. Другие племена истребили хранителей, но источник уже выплеснул свои воды в долину, превратив зверей в чудовищ. Люди покинули это место в ужасе, не в силах одолеть бессмертных чудовищ, вышедших из источника. Это и не удивительно, стоит только увидеть пиявку размером со слона в местном болоте. И судя по засевшим в теле твари копьям и стрелам, это первый встреченный нами страж. К счастью, тварь нашла добычу намного более доступную, чем стоящие вдали искатели. Пиявка поймала оленя. При таких размерах пить кровь уже не так удобно, и тварь заглотила животное целиком, только изрезав своими жуткими челюстями. В пещере нам пришлось прокрасться мимо чёрного ягуара размером со слона, затем проползти через усеянные хищными цветами корни. Руины внутри пещеры это лабиринт, полный ловушек и опасностей. Пусть от механизмов и остались только обломки, прикрытые фальшивым полом ямы с шипами по прежнему опасны. А пытающиеся хватать лианы и манящие ароматом огромные цветы заменили старые ловушки. К счастью, охранников этого места мы пока не встретили. Но и их следы заставляют испытывать трепет. Руины смертельно опасны, и наша группа узнала об этом на собственных шкурах. Один человек провалился сквозь разрушившийся пол и погиб под завалившими его камнями, другой поскользнулся и упал уровнем ниже, прямо в хищный цветок. Я с товарищами спустился вниз на верёвке и попытался вытащить бедолагу из мягкого плена, но наши усилия ни к чему не привели. Руками открыть цветок мы не смогли, ножи и молотки не повредили плотные наружные лепестки. Даже удар топором оставил только небольшую зарубку. И эта зарубка затянулась у нас на глазах. Нам пришлось бросить своего товарища, оставив его заживо перевариваться внутри растения… Наконец мы добрались и до самого источника. По крайней мере, до того места, откуда можно набрать волшебной воды. Это тоже руины, и большая часть их затоплена. Под разрушенным куполом, в воде виден уходящий в глубину огромный колодец, ранее бывший роскошным храмом. Вода светится и мерцает, но даже так дна этого колодца не видно. Через пролом в куполе волшебная вода вытекает и смешивается с водами озера, что скрыло под собой древний город. Из воды поднимаются огромные деревья и титанические корни, руины погружены в полумрак. Я с несколькими товарищами поднялся к пролому в куполе и набрал воду в прочные стальные ёмкости, остальные тоже набили рюкзаки добычей. Нам передали рюкзаки остальных, чтобы мы наполнили водой и их фляги. А затем на нас напали. Новые жители этого места — гигантские обезьяны. Одна из тварей запрыгнула на крышу этого храма, и шарахнувшийся от этого человек толкнул меня в воду. Тяжеленный рюкзак потянул меня на дно как камень, я начал пытаться от него освободиться. Но я не успел. С каждой секундой давление воды всё сильнее сжимало мне грудь, и в итоге она хлынула внутрь через нос и рот. Я стал захлёбываться, продолжая падать на дно. Пару раз я ударился о торчащие балки или мостики, прежде чем наконец опустился вниз. Вот только я не умер, к своему изумлению. Я продолжил захлёбываться, выпуская всё меньше и меньше пузырей воздуха. Но при этом моё сознание осталось кристально ясным. Я смог обуздать своё дёргающееся без воздуха тело, и наконец освободился от своего груза. А после, глянув на головокружительную высоту этого храма, я осознал, что мне в общем то больше и не нужно дышать. Конечно, без воздуха очень плохо, волшебной водой дышать тяжело и просто больно. Но всё же вполне возможно. А ещё я понял, что плыть не могу даже без рюкзака. Эта вода слишком лёгкая и жидкая. Мне пришлось искать путь наверх на своих двоих, карабкаясь через нагромождения руин и поднимаясь по немногим лестницам. На уровне дна полно проходов, ведущих ещё ниже, да и в стенах тоже видны тоннели. Это место уходит глубоко под землю, превращаясь в лабиринт. А так как только одно место является источником волшебной воды, из лабиринта нет выходов, кроме как через пролом в куполе. Мне понадобилось несколько часов, чтобы добраться до верха и наконец выбраться из воды. Освободить лёгкие от этой воды оказалось тяжело, и я даже пожалел, что вылез на воздух. Но, как следует откашлявшись, я всё же начал с удовольствием дышать нормальным воздухом… Наверху от людей не осталось ни единого следа. Только несколько пятен крови на камнях, да потерянная кем-то монетка. Обезьян тоже не видно. Даже если они и не бессмертны, у людей не было ни шанса. Мне повезло, что я выжил. И теперь мне предстоит одному выбраться из смертельных гор и опасных джунглей. А ведь я всего лишь носильщик, охраной и устройством лагеря занимались остальные. Я даже дорогу не знаю! Придётся возвращаться по своим следам, сначала по листьям огромных кувшинок. Так мы до храма и добрались… И мне не повезло. Что-то холодное, склизкое и чешуйчатое обвилось вокруг меня, сковывая движения. Сначала я подумал, что это змея. Но потом я рассмотрел нечто рыбоподобное, обвивающее меня скользким телом. Существо похоже на морского змея, но не слишком сильное. Мне удаётся раздвинуть кольца и оттолкнуть зубастую пасть твари. Но рюкзак опять мне мешает, мы бесполезно катаемся по широкому листу кувшинки, ударяясь об его поднятые края. Змей не может меня задушить, но он мешает добраться до креплений, так и норовя укусить. И я совсем не хочу знакомиться с его длинными изогнутыми клыками, с которых капает желтоватая жидкость. Тварь ядовита! Наконец, тяжёлый рюкзак сброшен, и я могу все силы направить на борьбу с монстром. Вот только именно в этот момент змей кусает меня прямо в голову, вонзая клыки мне в горло и щёки. Боль адская, кровь хлещет фонтаном, я за считанные секунды слабею. Вот только сознание не уходит, и я прекрасно чувствую как этот змей скользит вокруг меня, некрепко сжимая упругими чешуйчатыми кольцами. Затем перед лицом раскрывается влажная пасть и всё погружается в зловонную темноту. Воздуха внутри мало, и он по большей части состоит из вони тухлой рыбы. Змей заглатывает меня целиком, ещё живым. И я ничего не могу с этим сделать. Ладно хоть раны больше не болят, благодаря яду. Змей натягивается на меня, словно тугой скользкий носок, его горло пульсирует и сжимается. Склизкое внутри тело извивается волнами, проталкивая меня всё глубже. И моих сил хватает только чтобы вяло трепетать. Это ужасно и омерзительно, внутри змея холодно и противно. Я задыхаюсь, мне не хватает воздуха. Но как и в источнике, я не теряю сознание, продолжаю дышать и всё чувствовать. Только когда змей закрывает пасть вокруг моих ног, до меня наконец доходит. Я же не могу умереть, я искупался в священных водах. Я начинаю истерично смеяться, жадно хватая густой вонючий воздух ртом и невольно пробуя на вкус кислую слизь, сочащуюся из волнистых стенок живота твари. Мне смешно, потому что тварь не сможет меня убить ни единым способом. А значит, мне нет особого смысла бороться, тем более, меня уже проглотили полностью. Даже будь у меня все силы, плотно охватившая тело плоть легко выдержит все мои усилия вырваться. Живот змея только немного растянется, если я начну бороться. Чувство безопасности и уверенности сменяется беспокойством. Узкий желудок изгибается вокруг меня, снаружи журчит вода, едкий сок покрывает всё тело и делает кожу скользкой и мягкой. Одежда тает и превращается в лохмотья, прохладная скользкая плоть прилипает к коже. Последнее особенно противно. И тут я понимаю, моё бессмертие не мешает змею меня переваривать. Его желудок растворяет мою плоть, и делает это очень быстро. Я уже чувствую, как кожа слазит. Снова меня захлёстывает волна ужаса, в панике я начинаю вяло толкаться. Но без воздуха, с кровопотерей и ядовитым укусом, я очень слаб. Смех сменяется слезами и жалобными мольбами. Но что толку молить о пощаде неразумное животное? Да ещё, если стал его едой. Желудочный сок вызывает жар и онемение, я буквально ощущаю, как моё тело тает. Вокруг булькает и чавкает что-то густое и липкое, меня трясёт от омерзения. Затем внутри начинает противно булькать при дыхании, я всё меньше ощущаю извивающиеся движения тела змея и скользкие объятия его холодного брюха. Руки и ноги больше не слушаются, а рядом смутно ощущается что-то длинное и твёрдое. Я осознаю, что это мои собственные кости, затем все мысли рассыпаются… Это не конец, я продолжаю существовать и ощущать что-то. Движение, давление, прохладу плоти и жар от желудочного сока. Моя новая форма куда-то течёт, через что-то просачивается, снова течёт. Всё расплывается, ветвится, разделяется и соединяется вновь. Нет никаких чувств, эмоций, мыслей. Мне больше нечем мыслить, я переварен полностью… Но затем я вновь начал осознавать своё существование. Вот только я не понимаю, где я и что со мной. Ничего не видно и не слышно, тело ничего не чувствует. Только через некоторое время я ощущаю, что у меня просто нет тела, а его частички разобщены и раздроблены. Поэтому я каким-то усилием собираю себя воедино. Я по прежнему ничего не вижу, но я слышу шум воды вокруг, медленное биение сердца и урчание пустого желудка. Вокруг меня что-то вязкое, с уплотнениями и более пустыми местами. Я двигаюсь, но мои движения ограничивает что-то гладкое и упругое. Вкуса или запаха нет, я не дышу. Хотя и очень хочется. Место, в котором я застрял, меняет форму, двигается. И вскоре я начинаю понимать, что я по прежнему внутри тела змея, в виде какого-то призрака. Я чувствую кости существа, его органы. Могу к ним прикасаться или проходить сквозь них. Но при этом я не могу на них влиять. Моё собственное тело работает, бессмертие заставляет его существовать даже внутри змея. Но я не хочу оставаться внутри, поэтому ищу выход. И не нахожу. Кожа хищника для меня словно резиновая стена. Она тянется, но не пропускает меня. А змей почему-то очень активно извивается, неудобно сгибая моё тело внутри. Он выползает на берег, я чувствую вдавленные в чешую камешки и не слышу журчания воды вокруг гибкого тела. И я замечаю ещё кое что. Там, где змей опирается телом на камни, я не могу отталкивать преграду. Но в других местах граница тянется очень хорошо. И я пробую сосредоточить все усилия в одной точке. Для этого я жду, пока змей изогнёт тело. И пользуясь изгибом я нажимаю лицом и руками на его кожу изнутри, где-то на горле. И кожа поддаётся! Всё растягивается, облепляет руки и лицо, давит обратно. Но в итоге моё лицо прорывается наружу, и я жадно вдыхаю воздух. Как же мне не хватало простой возможности дышать. Змей рядом, и я сначала думаю, что я разорвал его тело. Но потом он двигается и с изумлением смотрит на меня. Я тоже пытаюсь посмотреть. Моё тело всё ещё внутри змея, снаружи только голова с руками. Внизу я вижу чёткий отпечаток своего тела под кожей змея. Но при этом не похоже, что я у него внутри. Точнее я у него не в желудке, и не под кожей. Потому что я могу упереться телом в спину змея изнутри, проходя сквозь органы и кости. Я выбираюсь дальше, теперь меня даже выталкивает. Но как только я освобождаюсь по пояс, меня начинает наоборот, тянуть внутрь. Происходит что-то непонятное. Моё тело частично покрыто кожей змея, но под этой зелёной с полосками и чешуйками кожей я словно призрак и для змея не существую. Не сразу, но до меня доходит. Мы оба бессмертны. И когда змей меня сожрал, у нас оказалась одна плоть на двоих. И теперь я просто не могу освободиться от змея. И змей явно не рад торчащему из него человеку. Он пытается меня обвивать, хочет укусить. Но на этот раз я держу его клыки подальше от своего тела. Но змей в итоге кусает меня и начинает заглатывать. И ему удаётся вытащить меня из своего тела, только чтобы снова проглотить и переварить заживо… Во второй раз я собрался быстрее и вылез на вольный воздух через спину змея, словно оседлав его. Теперь он дотягивается до меня только языком. Это не слишком приятно, дыхание твари пахнет рыбой, а длинный раздвоенный язык покрыт липкой скользкой слизью. Да и остальное тело тоже. Но хоть мне пока не грозит снова пережить тот кошмар в брюхе монстра, не нужно с ним бороться, и можно спокойно обдумать положение. Мы оба бессмертны, наши тела восстанавливаются. И теперь я восстанавливаюсь из плоти сожравшего меня хищника. Но его бессмертие не позволяет мне отделиться, я всегда погружён в него ровно на половину. То, что змей сумел снова меня проглотить, видимо, не влияет на это равновесие. Половина меня остаётся частью змея даже внутри его брюха, хотя я там и наконец отделяюсь от него. Может это и выход, но примитивное существо никогда не отпустит добычу из своего брюха, а значит, так я не смогу избавиться от этого странного симбиоза. Змею надоело пытаться достать меня, он снова погрузился в воду и шустро поплыл. А мне пришлось крепко обнять его за шею, прижаться к чешуе и задержать дыхание. Водой дышать я теперь могу, но это не так удобно, как не дышать с полными лёгкими воздуха. Змей охотится на рыбу, и я с содроганием ощущаю её своим телом. Сначала холодные чешуйчатые тела скользят по низу живота и бёдрам, а затем я пятками ощущаю трепыхание рыб в желудке и их быстрое разложение в липкую кашу. Брюхо змея очень быстро работает. Насытившись, змей выползает на берег и сворачивается в пятнышке солнечного света, согревая тело. А заодно и меня. При этом хвост змея оказался совсем близко от меня. И когда хищник заснул, я решил попробовать сам его съесть. Я проголодался. Что меня удивило, так это то, что я смог начать глотать хвост змея. И тот даже не проснулся, пока кончик хвоста не наполнил мой желудок и не растянул его. Змей проснулся и начал яростно вырываться, но его хвост словно приклеился у меня внутри, так что у него ничего не получилось. Несколько раз он меня ударил об землю и придавил к камням, ломая кости. Но всё быстро восстановилось, а боль я выдержал. И даже смог ещё немного заглотить змея. Ему это не понравилось, он извернулся и тоже меня укусил. Но на этот раз ему не удалось начать меня заглатывать, его яд только ослабил меня на время. И когда слабость прошла, я продолжил пожирать змея. Процесс затянулся на несколько дней, и в конце я как-то освободился из тела хищника. От него к этому моменту осталась лишь голова и часть шеи. Змей перестал шипеть, ему явно нужно дышать, но лёгких больше нет, а на суше жабры не работают. Мне даже немного жаль этого змея. Но обратно я не могу его выпустить, приходится проглотить его полностью. Я не праздную победу, бессмертный змей теперь всего лишь в том же положении, что и я был после съедения им. Он соберётся воедино, оживёт, и начнёт выбираться из моего тела. Я даже не знаю, как это произойдёт, откуда он вылезет? Так и случилось. Уже через час кожа на моём животе сильно натянулась, обтягивая морду змея. А сзади также начал выступать хвост. И когда змей вырвался, жадно вдохнул воздух и расправил свой хвост сзади, я ощутил лишь облегчение. Натянутая кожа это слегка неудобно. Как я и ожидал, змей стал корочемна половину, оставшаяся половина его тела как-то втиснулась мне в туловище. Змей больше не стал пытаться меня сожрать, сообразив что это бессмысленно. Видимо, этот зверь не настолько безмозглый. Увы, вес даже половины его тела слишком велик для меня, я не могу встать на ноги. А змей стал слишком коротким, чтобы удобно двигаться в воде или на суше. Это проблема. В таком виде мы друг другу слишком мешаем. И я, с содроганием, прошу себя съесть. Змей не понимает, приходится буквально залезть руками в его клыкастую пасть. Но он наконец понимает и начинает заглатывать. На этот раз через сильно изогнутую шею тяжело проходить, да и змею неудобно так изгибаться. Но в итоге он всё же втягивает меня в себя, одновременно вытаскивая своё тело из моего. Наверно, это очень странно выглядит снаружи. А я, кажется, начинаю привыкать к брюху змея. Зловоние больше не так раздражает, едкая слизь больше не пугает. А прохладная упругая плоть странным образом начинает нравиться… Восстановившись в очередной раз, я снова стал наездником на спине змея. Это самое удобное место для нас обоих. Я не мешаю ему плавать, и мы можем в любой момент войти друг в друга. Змей опять поплыл на охоту, а я с тоской вспомнил про еду. Сырую рыбу я есть не хочу, не хочу и самого змея опять глотать. Последнее нас совсем не насыщает. Змей легко добывает пропитание для своего ненасытного брюха, а мне не удаётся убедить его помочь и мне найти подходящую еду. Главный сейчас тот, кто имеет свободу передвижения. Змей её имеет, а я только привязан к его спине. Хотелось бы как-то наладить общение, но змей совсем не желает меня слушаться, и я не могу его заставить. Через два дня я от голода начинаю беситься. Но змей игнорирует все мои попытки заставить его искать съедобное для меня. И своей добычей он не делится. Поэтому я опять ловлю его хвост и проглатываю змея. Ему явно не нравится это, кажется, я причиняю ему боль таким образом. Но мне нужно найти еду. И когда последний кусок змея тает у меня в животе, не оставляя никакого следа, я спешно иду к руинам. Может там удастся найти вещи отряда или плоды? И мне везёт, я нахожу рюкзак с запасом пищи довольно быстро. Да и на деревьях я вижу съедобные плоды. Увы, на этом моё везение заканчивается. Здоровенная пантера загоняет меня на дерево. А после эта чёрная кошара сама забирается наверх. И я, вместо того чтобы спрыгнуть вниз и попытаться спастись, просто дождался её на конце ветки, куда смог забраться. Пантера облизнулась и неторопливо взяла меня ртом. Горячее дыхание обожгло кожу, грубый язык, покрытый скользкой слюной, смачно приложился к груди и животу. Я стал ждать, что меня сейчас перекусят пополам, но зверюга только перенесла меня на более надёжную часть ветки, чтобы об неё толкнуть меня глубже в пасть. Я задрожал, потому что сейчас меня опять проглотят целиком и переварят заживо. И пантера явно крупнее и сильнее змея, который сожрал меня ранее. И пусть я бессмертен, это всё равно пугает. После зловония в брюхе змея, пасть хищной кошки пахнет даже приятно. Но я не обольщаюсь, дальше будет только кошмар. Кошка не спешит и словно смакует меня, облизывая тело шершавым наждачным языком и заливая горячей слюной. Закрытая дальним концом языка глотка маячит перед глазами так, словно пантера хочет показать, куда я скоро отправлюсть. И это ужасное ощущение. В ответ на малейшее сопротивление, кошка немного сжимает зубы на моём теле, угрожая перекусить пополам. И мне остаётся только терпеть эту издевательскую дегустацию. Кошачья слюна заливает мне лицо, облепляет тело, попадает в рот и нос, вокруг всё урчит и булькает, чавкает и шуршит. Я надеюсь, эта кошка не собирается зализать меня до смерти. Похоже, что нет. Челюсти чуть раздвигаются, и пасть опускается. Мне некуда деваться, снизу крепкая кора дерева, вокруг острые мощные зубы. Голова проскальзывает по языку и входит в гладкое горячее горло. Плечи крепко сжимает, язык грубо втискивается между ногами и толкает глубже. Одним грациозным движением пантера поднимает морду к небу, и я соскальзываю внутрь. Отстранённо я пытаюсь представить, как это выглядит снаружи. Всё же это красивая зверюга, сильная и ловкая. И частичка меня хочет стать частью именно этого пушистого хищника, а не скользкого речного змея. Но остальное во мне очень боится съедения. Ведь там, в этом покрытом чёрным мехом животе, мне придётся таять в кашу и умирать. А для кошки мои переживания не имеют никакого значения, она просто наслаждается беспомощной жертвой. И я считаю, что мне ещё повезло — пантера меня просто глотает, слегка стискивая в пасти и не кусая. А ведь она вполне может и поиграть со мной намного более жестоким образом. Зверюга только медленно глотает, сжимая мне плечи в своём горячем горле. Из глотки пахнет уже заметно хуже, желудок кошки готов принять меня в свои тесные мокрые объятия. Но я боюсь спровоцировать кошку на укус, поэтому мне остаётся только дрожать от страха и пытаться расслабить тело. Не хватало ещё застрять в горле у пантеры. Грубый горячий язык проходит между ног и толкает меня в тесное горло. От жары внутри я весь покрываюсь потом, и кошка с явным удовольствием его слизывает. Упругие гладкие стенки пищевода намного приятнее грубого шершавого языка и острых зубов. Но погружаться в эту тугую трубку из мяса совсем не хочется, ведь там меня ждёт голодный желудок. Увы, пантера не оставляет мне выбора, её горячая пасть закрывается вокруг моих ног, шея грациозно изгибается, и я медленно соскальзываю в её брюхо. Или его? Я как то не обратил внимание на то, что у пантеры между лап… И о чём я вообще думаю? Меня сейчас переварят заживо, и я окажусь прикован к новой зверюге. И что при этом станет со змеем, что заперт в моём теле? А главное, как мне теперь добыть целебной воды и доставить её через море? Если даже одного бессмертного зверя я не в силах удержать внутри себя, то как мне справиться с двумя? Мои отвлечённые размышления опять прервались. Голова протиснулась через тугое мышечное кольцо на входе в желудок, в лицо ударил жар и едкий запах. На этот раз совсем не пахнет рыбой или мясом, только кислотой. Внутри темно, только скользкие складки мягко касаются лица. Воздух едва пригоден для дыхания, я сразу начинаю хватать его ртом, словно выброшенная на берег рыба. И я не могу сообразить, моё бессмертие уже действует, или я действительно могу прожить несколько минут внутри кошки? Следом внутрь входит и всё остальное. Живот пантеры не такой узкий, поэтому я сгибаюсь внутри этого эластичного горячего мешка. И мне нравится, как мягкие складки прижимаются к голой коже. Только царапинки на груди и животе, оставшиеся после кошачьего языка, неприятно саднят. Надеюсь, у пантеры желудок не причинит мне много боли. Я стараюсь устроиться поудобнее, всё равно шансов выбраться живым не осталось. Но живот кошки слишком тесный, чтобы я мог разогнуться. Всё наклоняется, снаружи меня сильно толкает. Затем живот кошки выравнивается и начинает приятно покачиваться. Даже странно, что мне нравится быть съеденным. Увы, расслабиться и отдохнуть не получается. Змей пытается выбраться из меня, и он вылазит через спину. При этом он вынужден обвиться вокруг меня холодными чешуйчатыми кольцами. Судя по недовольному мяуканью, пантере дополнительный вес не пришёлся по вкусу. Походка стала более натужной, а снизу нас стали толкать камни или ветки. А внутри я оказался прижат к морде змея лицом, и его вонючее дыхание сделало воздух внутри ещё хуже. Впрочем, сам змей тоже задыхается. К счастью он не думает и пытаться меня снова сожрать или даже укусить, хватает и того, что его постепенно нагревающиеся кольца сжимают меня со всех сторон и заполняют всё свободное пространство внутри желудка. Да и раскрыть рот он не может в такой тесноте. Возня внутри явно мешает пантере, и она ложится на живот, выжимая из себя отрыжку. Вес её тела едва не ломает мне несколько костей, а вот для гибкого змея это давление не настолько опасно. Желудок кошки теперь очень плотно сжимает нас вместе, лишая всякого желания шевелиться. Воздуха теперь едва хватает на один вдох для одного из нас. И сочащийся из горячих упругих стен сок теперь постоянно попадает ко мне в рот. От кислого вкуса сводит челюсти, горло саднит, в носу невыносимо першит. Приходится терпеть, чтобы кошка не сдавливала нас ещё больше. Постепенно, она добралась до какого-то места, где легла на мягкое и опять придавила нас своим весом. Ещё одна отрыжка, и внутри желудка не осталось воздуха. Жалкие пузыри между складками не в счёт. И если бы не бессмертие, я бы точно умер. А так, я только мучаюсь от того, что мои лёгкие вдыхают едкий желудочный сок. Видимо, источник защищает меня и от боли, потому что даже когда моя кожа начинает рваться на теле, боли почти нет. Лишь очень неприятное и сильное жжение. Желудок кошки немного сжимается и колышется от её дыхания. А судя по сопению снаружи, она спит. От этого даже обидно. Змей снова пытается бороться, но его тело от этого только быстрее тает и плавится. Время в этой темноте тянется невыносимо медленно, даже безнадёжная вялая борьба змея не прибавляет разнообразия. Проходят часы, кажущиеся днями. Внутри появляется немного невыносимо зловонного воздуха. Даже с обожжённым кислотой носом я чувствую вкус и запах. Но пантера звонко рыгает, выпуская образовавшийся из-за пищеварения газ. А мы со змеем опять захлёбываемся в едкой жиже. Если бы я мог с ним общаться, я бы попросил его оставаться внутри. Для одного меня желудок кошки был вполне удобный, а теперь мы оба мучаемся. Не знаю, сколько времени понадобилось кошке, чтобы переварить такое количество мяса. Для меня это растянулось в целую вечность. Медленные сжатия упругих стен, горячие липкие соки, бульканье и урчание, тяжёлое дыхание змея рядом и спокойное — кошки — вокруг. Медленно таять, превращаясь в лужу пахучего месива, очень страшно. Я чувствую себя даже более беспомощным, чем в брюхе змея. У него хоть всё быстро закончилось, а тут часы тянутся и тянутся. Наконец всё закончилось, и я смог отдохнуть внутри тела кошки. Конечно, мех был бы приятнее, но и гладкая кожа тоже ничего. Я улёгся внутри живота пантеры, словно в гамак. Змей оказался рядом, но он стал призрачным и для меня. Я чувствую, как он мечется внутри кошки и нащупывает выход. А пантера крепко спит, не обращая внимание на толчки внутри своего тела.интересно, эта зверюга тоже бессмертна? Змей выбирается на волю и кусает пантеру. Кошка кусается в ответ. Два соединившихся зверя яростно сражаются, пока пантере не удаётся схватить змея за голову. Кошка глотает его, и я чувствую, как извивающийся змей скользит по мускулистому горлу. Когда его тело погружается достаточно глубоко, хвост выходит из тела пантеры. В итоге змей сворачивается клубком внутри разбухшего кошачьего брюха. Я сам тоже выбираюсь, превращаясь в наездника на шее кошки. Но я не нападаю на пантеру, а глажу блестящий густой мех и чешу кошку за ушами. Хищнице это нравится, и она меня не атакует. Да и мне самому нравится это делать. Чтобы погладить или почесать в других местах, мне приходится постараться. И чтобы сдвинуться, я хватаюсь за шерсть пантеры. Кошке это не слишком нравится, но она терпит это в обмен на ласку. Довольно быстро змей внутри желудка растворяется, и на этот раз он смирно сидит внутри кошки, не пытаясь выбраться. Он боится снова повстречаться с её клыками. А я не боюсь. И после целого дня ласковых попыток наладить общение, кошка меня не ест. Она отправляется на охоту, а я устраиваюсь на её спине. Так удобно нам обоим. Охота проходит удачно, и пантера съедает оленя. Она возвращается в логово, и мне удаётся направить её по другому маршруту. Так я достаю себе фрукты, а кошка затем избегает неприятной встречи с крокодилом. Я вовремя замечаю опасность и предупреждаю пантеру. Ночью кошка сворачивается в клубок, позволяя мне перебраться к её животу. Мощные лапы с гладкими подушечками так и просят, чтобы их потискали. И кошке нравится этот массаж. Зверюга неплохо соображает, и с ней у меня получается подружиться. Так что ночь я провёл с комфортом. А утром к кошке пришли её дети. Весь день они вместе играют и охотятся на мелкую живность. А я всё больше беспокоюсь о своей любимой. И пантера, к моему удивлению, мне сочувствует. И у меня появляется смелый план, как вернуться домой. Следующим утром я объясняю кошке, что нужно найти вещи последней группы исследователей. Таких же, как я. А потом отправится в дальний путь. Объяснять пришлось не словами, кошка язык не понимает. Но она поняла, и по запаху выследила сначала рюкзак одного из моих спутников, полный контейнеров с водой из источника. А затем она нашла и нескольких выживших. Большой кошке не составило труда отбить их у обезьян. А потом их испугал мой вид. Но я смог объяснить им, что это результат купания в источнике и последующего съедения такой же бессмертной кошкой. С охраной в лице огромной кошки измученным людям удалось добраться и до края гор, и пройти через джунгли. А мне затем удалось уговорить пантеру продолжить путешествие, сначала на корабле, а затем и на поезде. Благо, ей больше пришлась по вкусу человеческая еда, а не сами люди. А за груз целебной воды и подтверждение слухов об источнике бессмертия выжившие получили немало денег. Я оставил одну бутылку для своей любимой, и прибыв в нужный город, я лично напоил её чудесным средством. Она исцелилась, а затем и с кошкой подружилась. В мой рассказ о необычном путешествии мало кто поверил на родине, все посчитали, что меня как-то пришили к огромной кошке. Да и кошку стали считать не зверем, а механической игрушкой. Только моя девушка поверила. Мы поженились и поселились в приобретённом нами особняке, и неплохо обустроились. Благодаря фермам на нашей земле, с пропитанием большой хищницы проблем не возникло, а любовь моей супруги к готовке и вовсе сделала пантеру ручной. Вот только через год на нас напали бандиты, жаждущие разбогатеть за счёт чудака на механической кошке. Меня и пантеру накрыли сетями, один из разбойников начал гоняться за супругой. А я как-то смог убедить змея, так и сидящего внутри кошки, выйти и помочь. И когда хвост кошки превратился в страшного змея, поглотившего нескольких нападавших и покусавшего других, уцелевшие разбежались. Кошка сердито зашипела на змея, когда тот потянулся к девушке. И тот послушно прекратил атаку. Он получил несколько ран, и девушка помогла ему их залечить. Бессмертие позволяет исцеляться от таких ран за часы. Но девушка руками свела края раны, и она затянулась за минуты. Так что довольно быстро змей стал как новенький. На разбойников организовали облаву. Парализованных укусами змея и пойманных позднее суд приговорил к казни. А жители окрестных поселений, пострадавшие от их набегов, попросили меня лично исполнить приговор. С помощью пантеры или змея. Я очень неохотно согласился на эту показательную казнь, опасаясь, что так я привью моим зверям жажду человеческой плоти. Но пантера побрезговала бандитами, предпочитая чистеньких поросят и овечек. А змей уже любит есть людей, так что приговорённых он съел с удовольствием. Среди них я увидел и человека, которого не было среди нападавших на меня. Я приказал вывести его из группы разбойников и выяснить, кто он. Расследование затянулось на несколько дней, но в итоге выяснилось, что этот человек невиновен, за его обвинение хорошо заплатили судье из соседнего города. И, как полагается в таких случаях, его место занял сам продажный чиновник. Змей отказался есть этого толстяка, пришлось его готовить для съедения пантерой. Толстяка помыли, раздели, смазали ароматными маслами и напоили вином со специями. И чёрная кошка соизволила принять это лакомство. Как и разбойники перед этим, чиновник оказался проглочен целым и живым, что не доставило мне удовольствия. Если тугой живот змея всего за десять минут убивал людей и перерабатывал их за следующие четыре часа, то желудок кошки обеспечил чиновнику почти целый день ужасных мук. Впрочем, столь жестокая казнь в его случае оказалась соизмеримой нанесённому им вреду. А после этого всего, я попросил больше не привлекать меня к таким делам без самой крайней необходимости. Вернувшись в свой особняк, я уединился с супругой, и ей пришлось меня долго утешать. Змея пришлось снова спрятать внутри, ему плохо без воды и неуютно под светом солнца. Ещё через пару лет к источнику отправилась следующая экспедиция. И я присоединился к этому походу вместе с супругой, в качестве охранника. Командир этого похода оказался редкостным упрямцем, из-за его нелепых приказов отряд едва смог добраться до горного лабиринта. А там только его глупая гибель спасла от бунта. Пришлось уже мне вести людей дальше, к источнику. И мы дошли до него с небольшими потерями. Кто-то сорвался, кто-то попал в ловушку. У источника я предупредил, что купание в нём, кроме бессмертия, может привести и более неудобным последствиям в будущем. Никто и не пожелал этого для себя, все только напились вдоволь, исцеляя свои раны и шрамы, укрепляя здоровье и получая долголетие. Только моя супруга искупалась. И не зная точного порядка действий для обретения бессмертия, она нырнула до самого дна и выплыла обратно через час. Проводив отряд с грузом воды до границы обычных джунглей, я с супругой направился обратно. Моя пантера соскучилась по родным местам и своей паре. Она нашла своего самца, и в качестве дара после разлуки, она отдала ему мою супругу. Я с волнением стал смотреть, как девушка скрывается в алой пасти чёрного зверя и барахтается в его брюхе. Звери спарились и легли отдыхать. А следующим утром моя любимая начала приручать своего кота, как я в своё время сделал с пантерой. Всё получилось так, как мы хотели. Мы остались в джунглях на год, чтобы вырастить и воспитать котят моей пантеры. И когда они подросли, мы вернулись домой, уже с целой стайкой ручных кошек. Бессмертие не передаётся потомству, поэтому лишь эти две кошки выросли такими большими. Их котята остались обычными пантерами, только немного более приручаемыми. Видимо, наши бессмертные звери были ручными кошками первых хранителей источника и его стражами. Прошло три года жизни в поместье. Продажа ручных пантер принесла нам больше денег, чем доставка воды из источника. А ещё, нам с супругой наконец удалось самим сделать ребёнка, хотя срок рождения ещё не настал. Это совсем не просто, когда половины наших тел всегда погружены внутрь наших зверей, а сами звери имеют собственную волю. Но мы справились, и на этом я решил закончить свой рассказ…