Бежавшие

Девушка медленно открыла глаза. Она находилась в какой-то комнате, и сначала ничего не могла разглядеть. После глаза привыкли к темноте, и она увидела, что находится в спальне. Свет луны проходил сквозь окна, образуя на полу идеальный прямоугольник. Она не узнаёт этой спальни, где она тогда? Изабелла вскочила с кровати, скидывая одеяло, и метнулась к окну. Она в городской квартире! Внизу видны трассы и машины, электронные вывески и такие же здания, в каком находилась она сейчас. Она осмотрела комнату, и взгляд остановился на настенном зеркале. Она была по-прежнему одета в куртку Хака и официальный костюм. Вся одежда была запачкана в крови, да и сама Изабелла была в ней вымазана. Ещё какое-то время она продолжала стоять, смотря на своё отражение. Не желая того, девушка прокрутила вновь тот момент в банкетном зале. Твою мать, она навсегда возненавидит этот день, каждый раз эта дата будет напоминать весь ужас и кошмар, что творился в её доме. Выйдя в коридор, что вёл к остальным комнатам, она решила осмотреть квартиру в поисках хоть кого-то. Было тихо, и она уже решила, что жилище было пусто. Ни в кухне, ни в гостиной, ни в личном кабинете никого не было. Получается, что она осталось одна на какое-то время. Вернувший в гостиную, Изабелла села на идеально белый диван, что стоял в самом центре комнаты. Квартира была просторной, выполнена в минималистичном стиле, идеальная чистота и порядок. Единственным источником света сейчас была луна, и, только присев на диван, ближе к журнальному столик, девушка увидела небольшую записку. Она взяла небольшой лист бумаги и стала читать: «Изабелла, вы сейчас находитесь в безопасности. Если вы проснулись раньше того момента, когда я вернусь домой, то можете перекусить на кухне. Если станет скучно, то телевизор в рабочем состоянии, книги в моём кабинете.» В конце стояла подпись Хака. Ну, хотя бы она может спокойно выдохнуть, она уже далеко от родного дома, никто не сможет её найти в городе. Теперь Изабелла поняла, что она очень проголодалась и решила пойти на кухню. Хак сказал, что там есть еда. «Пару сэндвичей, яйца, бутылки воды и даже упаковка йогурта, неплохо», – оценивала содержимое холодильника девушка. Он здесь почти не живёт, в квартире почти нет признаков жизни. Это логично, ведь он работал на мистера Лина, а значит 80% своего времени он проводил в их особняке. Взяв тот сэндвич, что был с куриным филе и одну бутылку воды, Изабелла вернулась в гостиную. Не известно, сколько ей ждать, поэтому можно убить время за просмотром телевизора. Часы, что стояли на небольшой тумбочкой под ним, показали 00.17. 2 июня. Изабелла лишь мельком глянула на часы, уже открывая свой поздний ужин из пластиковой упаковки и включая голубой экран. Она всё так же сидела на белоснежном диване, слушая шум ночного города за окнами. –На этом новости спорта подошли к концу, и мы продолжаем наш ночной выпуск новостей. Для тех зрителей, что недавно присоединились напоминаю, что счёт недавнего матча... – Изабелла ненавидела смотреть новости, и уже хотела переключить переключиться на другой канал, когда услышала скрежет замка входной двери. От гостиной до прихожей было расстояние в 10 метров, и она видела, что дверная ручка дёрнулась, впуская ночных посетителей. –... Ты идиот потому что, какого хуя ты вообще туда полез? – раздался приглушённый голос спасителя Изабеллы. Девушка не заметила, как стала улыбаться, стоило ей лишь услышать его речь. Он вернулся, и был жив. –А что мне было делать? Ты слышал, как та кошка жалобно мяукала?! – а этот голос Изабелла не узнала. Она поднялась с места, оставляя еду на журнальном столике, где до сих пор лежала записка мужчины, и вышла к ним на встречу. –Жаль, что она тебе лишь лицо исцарапала, а не... – Хак увидел в проходе девушку, что шла к ним, – Изабелла, вы пришли в себя, как я вижу. Как себя чувствуете? Изабелла смотрела на друга и не могла понять, как такое возможно? Вся правая рука была залита запёкшейся кровью, а он стоял как ни в чём не бывало, и даже спросил о том как она себя чувствует? Пиздец. –А-а, так вот она та, ради которой ты рисковал своей задницей? –спутник мужчины прошёл по прихожей, чтобы ближе рассмотреть Изабеллу. Он был высокий, но чуть ниже Хака, довольно стройное телосложение, и он был альбиносом. Белые волосы небрежно были уложены назад, что придавало ему небольшую строгость, хоть и одет он так, будто работает чернорабочим. Лицо было с чёткими чертами, и его покрывали маленькие царапины. –Представься хотя бы, олух, – Хак так же прошёл по комнате, и встал наравне с неизвестным товарищем. –Как же ты любишь меня унижать, ну и хуй с тобой. Приятно познакомиться, мисс, я – Джон Браун. Вы можете меня звать просто Джо, – мужчина протянул Изабелле руку в знак приветствия. Изабелла протянула свою ладошку в ответ. –Приятно познакомиться, я – Изабелла Лин. Можно просто Изабелла, – ей было немного неловко, но он показался ей хорошим. –Я знаю кто ты, Хак мне много о вас рассказывал, он... –Заткнись! – Джон получил хорошего подзатыльника. –Мне же больно... – новый гость пытался состроить гримасу обиженного ребёнка, но это выглядело слишком смешно. Изабелла, что наблюдала за всей этой ситуацией, снова невольно улыбнулась. Может, вся её жизнь и пошла по полной жопе, она в хорошей компании. –Вы так и не ответили на мой вопрос, Изабелла, как ваше самочувствие? – Хак вновь посмотрел на девушку, в ожидании ответа. –Я в порядке, не переживай, подумай лучше о себе. Что с твоей рукой? –Какой рукой? –Не строй дурака. Твоя правая рука вся в запёкшейся крови! – Изабелла ненавидела, когда мужчина так наплевательски относился к себе и своему здоровью, и её это очень злило. Мужчина смотрел на то, как девушка злилась, и ему было приятно, что Изабелла переживала за него. Может, они и не так хорошо знают друг друга и не особо близки, но она была для него всем сейчас. Именно ради неё он готов жертвовать собой и другими людьми, ведь её жизнь дороже. –А, вы про это. Поцарапался, не берите в голову, – Хак прошёл дальше, и уже был в гостиной, садясь на тот диван, на котором ещё недавно сидела девушка. –Кому ты пиздишь? На самом деле его подстрелили, пока мы пытались спрятать машину. Какой-то человек подкрался к нам и выстрелил. Хорошо, что он был лишь один там, – Джо подбежал к журнальному столику, и забрал оттуда не начатый сэндвич Изабеллы. Девушка медленно прошла за ними, и остановилась в начале комнаты. –Иногда я хочу тебя придушить, знаешь ли, – проговорил сквозь зубы Хак. – Это был простой охранник, я думаю. Мы вторглись на чью-то территорию, а он просто выполнял свою работу, а ты, придурок, пристрелил его. –Ну подумаешь одним человеком меньше! Надеюсь, что мы хотя бы на камерах не засветились. –Могу я посмотреть? – Изабелла подошла к сидящему на диване Хаку, чтобы поближе увидеть ранение, и уже было протянула руку, даже сама не зная зачем, когда рука мужчины легка на её кисть. –Всё в порядке, – он остановил её в полуметре от себя, держа за холодную руку. –Слушай, а это разве не дом той семьи, где ты работал? – внезапно спросил Джон, –Смотри-ка, там всё уничтожили. –О чём ты... – Хак хотел было уже спросить, что за бред нёс его друг, когда увидел, что в выпуске новостей показывали именно особняк семьи Лин. Его весь уничтожили, а территорию сожгли. –Нам сообщили, что все члены семьи Лин мертвы. Предполагают, что произошёл взрыв одного из механизмов, что привёл к обрушению особняка, и люди, что находились внутри, умерли от упавших стен и потолков. Сейчас на территории..., – телеведущую оборвали на полу слове. Хак выключил программу. Его взяла злость, он сжимал одну из ручек дивана, чуть ли не разрывая на нём ткань. Эти уроды уничтожили не просто людей и какое-то здание, они уничтожили большую часть его жизни, что он провёл там, работая на Господина. Они ему дорого заплатят. –Открой дверь на балкон, Джо, – Хак снова достал из кармана сигареты, ему нужно было срочно успокоится, пока он не напугал Изабеллу своим гневом. –Поделись куревом. –Возьми, – протянул мужчина сигару Джо, когда тот вернулся с другого конца гостиной, где и была дверь на балкон. Всё это время Изабелла стояла рядом и смотрела в пол, ей было просто чертовски больно, её дом разрушен, а семья мертва, твою мать, она осталась совершенно одна. Слишком больно, её глаза наполнились слезами. Двое мужчин сидели на софе, сбрасывал пепел с сигар в пепельницу, что Хак достал из журнального столика. Они какое-то время молчали. –Что теперь собираешься делать? – обратился Джо к Хаку. –А я ебу? Эти уроды нас будут преследовать до тех пор, пока меня не прикончат, либо пока я их не перестреляю, – он сделал глубокую затяжку, – Как ты видишь, на мне ответственность за Изабеллу, я не могу рисковать. –Почему они вообще за тобой гонятся? Ты мне нихуя не объяснил, а теперь я узнаю просто ахуеть какие истории о том, что семья Лин мертва, старшая дочь на твоей квартире, а тебя преследуют! Хак злобно посмотрел на Джона, но понимал, что он тоже в шоке. Мужчина ему и в правду ничего не объяснил, было слишком мало времени, чтобы спрятать служебную машину и вернутся обратно, а теперь вся его утаённая правда лезет на поверхность. –Джон, у меня сейчас нет времени, чтобы тебе объяснить всю ситуацию, лучше подумай над тем, что нам делать дальше, – мужчина докурил и затушил сигарету в пепельнице. В квартире стоял запах табака с шоколадом. –Я понятия не имею, но если ты погибнешь, то Изабелла останется одна, –Джон посмотрел на девушку, что тихо стояла рядом с диваном, на котором они сейчас сидят, и даже не сказала ни слова. Он увидел, как маленькие капельки слёз падали от её лица к полу, –Эй, котёнок, ты чего расплакалась? Хак резко обернулся к Изабелле. Она быстро утирала рукавом его куртки слёзы, что так долго держала в себе. Ей было очень стыдно плакать при двух взрослых мужчинах, но она больше не могла их сдерживать. –Достань успокоительное и немного еды, быстро, – скомандовал Хак, поднимаясь с места. Изабелла стояла рядом, поэтому он лишь обошёл софу, чтобы встать напротив неё. Мужчина крепко обнял девушку, надеясь хоть так её успокоить. Он понятия не имел как нужно успокаивать людей, но когда он обнял Беллу первый раз, то это помогло. Она тупо уткнулась ему в шею и Хак почувствовал горячие слёзы. Джон копошился на кухне, пытаясь найти хотя бы намёк на успокоительное, но его не было. –Где лежит этот твой настой? –проверил он последний пустой ящик. –В аптеке блять, ты же знаешь, что у меня нет лекарств, –злобно проговорил мужчина, еле сдерживая агрессию. –А, понял, – с этими словами Джон вышел из квартиры, чтобы добежать до ближайшей аптеки. Они ещё какое-то время стояли в тишине, Хак гладил Беллу по волосам, а она упиралась ему в шею. Луна всё так же озаряла все комнаты его квартиры, и этот мягкий свет немного его успокаивал. Немного придя в себя, Изабелла подняла руки, и обхватила шею мужчины. Он не стал возражать, но девушка первый раз обняла его, это немного шокировало Хака. –Я думала, что они убьют меня, – голос дрогнул, Белла говорила очень тихо, почти шёпотом, – Я думала, что ты умер уже тогда... –Я не оставлю вас. –Не оставляй, – она вновь начала плакать, – только не оставляй, пожалуйста... –Ни за что, – после этих слов Хак опустил голову ей на плечо, слегка дотрагиваясь губами до шеи, заранее убрав волосы рукой на другую сторону. Кожа идеально гладкая и матовая, как он и предполагал. Прошёл ещё один промежуток времени, они молча стояли, крепко сжимая друг друга в объятиях и думая о своём. Белла уже перестала плакать, и теперь её внимание привлекла правая рука мужчины. И хотя он был в плотной водолазке чёрного цвета, она заметила, как рана вновь открылась, стоило Хаку сжать тогда ручку дивана. Она должна сделать ему перевязку, и срочно. –Хак, ты мне должен кое-что пообещать, – она пошла на хитрость, мужчина всегда выполняет свои обещания. –Что именно? – он немного отстранился от девушки. –Сначала пообещай. –Ладно, обещаю, что выполню всё, что вы попросите. –Отлично, – Изабелла немного ободрилась, и, отпустив шею мужчины, посмотрела ему в глаза, – Я хочу сделать тебе перевязку раны, ты теперь не имеешь права мне сопротивляться! Ей лучше, это нет могло не греть душу Хака. Он уже знал, что она попросит, так что даже не стал возражать. В его квартире не было бинтов, поэтому она не сможет это сделать, Хак её тоже обхитрил. –Для начала нужно найти бинты, они есть у тебя? – девушка уже хотела пойти осматривать квартиру в поисках бинтов, когда вернулся Джон. Дверь квартиры шумно хлопнула. –А вот и я, принимайте заказ. Кстати, я купил бинты, у тебя дома никогда нет банальных средств первой помощи, а ты почти пробит насквозь, – обращался к Хаку прибывший друг. –Я же сказал только успокоительное, твою мать! –Дай мне, пожалуйста, бинты, – уже бежала к Джону Изабелла, она сможет хоть где-то быть полезной, это её очень радовало, и она немного улыбнулась. –Всё что попросишь, котёнок, за такую-то улыбку, – Джона очень умилила улыбка девушки, и он сразу же отдал ей пакет с покупками. Изабелла с пакетом из прихожей побежала в гостиную, но Хак её резко остановил. –Позвольте мне выложить на стол покупки, Гос... Изабелла, – он до сих пор по привычке хочет назвать её Госпожой, неловко получилось. Тем не менее девушка отдала ему пакет, и Хак вернулся на диван. –Ты серьёзно называл Изабеллу Госпожой? Походу семья Лин и правда была властна, – следом за девушкой прошёл Джон. Мужчина никак не отреагировал на высказывания товарища и продолжил доставать бинты из пакета. Оказывается, что Джон купил ещё и перекись водорода, и упаковку медицинской ваты и даже пластыри. –Будь добр, носи свои игрушки в карманах, а не бросай где попало, –Хак бросил Джону запакованную пачку презервативов, что лежала в том же пакете. –Блять, извини, забыл про них, пока шёл, – на лету Джон поймал упаковку и убрал в карман. Изабелла разбиралась с бинтами, и не обратила на эту ситуацию никакого внимания. –Тебе нужно будет снять одежду, чтобы я обработала рану, – девушка выложила перед собой всё нужное и села с правой стороны от Хака, чтобы быть ближе к ране. Повисло молчание, мужчина тупо смотрел на Изабеллу. Ему было бы очень неловко снимать одежду перед ней, но он понимал, что другого выхода тупо нет. Не будет же она накладывать бинты на водолазку, которую он всё равно хотел выкинуть. –Что ты так смотришь на меня? – вопрос Беллы вывел Хака из ступора. –Нет, всё хорошо. Действительно хотите видеть меня без одежды? – с усмешкой спросил мужчина, надеясь, что это её отпугнёт. Он смотрел ей в глаза, не отводят взгляда. –Хочу, мне нужно сделать перевязку, – она даже не смутилась, лишь продолжала смотреть ему прямо в глаза. Не получилось отвертеться. –Тебе ли стесняться своего тела, друг мой? – Джон прошёл на кухню, чтобы налить себе стакан воды. Ему было интересно наблюдать за всем, что происходит, ведь он знал, что всё это значило для Хака, – О тебе даже в городе складывали легенды мои девочки, каждая мечтает хотя бы просто прикоснуться к тебе. –Завали ебло, пожалуйста. Мне абсолютно не важно, что там говорят эти женщины. Мне это не интересно, – мужчина развернулся на софе так, чтобы видеть Джона в проходе между комнатами. –Знаю, знаю... Слова Джона оступорили Изабеллу. Что всё это могло значить? Слагали легенды? Хак был настолько известен в женских кругах, что хотели просто прикоснуться? Это какой-то бред. Она тупо уставилась в одну точку, пытаясь переварить всё это. Браун наблюдал за реакцией Изабеллы и внутренне ликовал, это именно то, что ему нужно, её ставит в тупик то, что Хак мог общаться с другими девушками, отлично! –Если не хочешь оказаться на улице в час ночи, то хотя бы приготовь поесть, пока Изабелла будет спасать меня от заражения. И желательно съедобное что-то, – Хак не заметил того, что девушка вновь опустила голову. Он продолжал говорить с другом, сидя в пол оборота. –Сними, пожалуйста, верхнюю одежду, – подавлено проговорила Изабелла, открывая бутыль с перекисью водорода. Она уже понимала, что толку он её помощи будет мало, уже прошло много времени с того момента, как он получил ранение, но хотя бы рана не откроется снова. Мужчина повернул голову к источнику голоса. Чёрные волосы слегка лезли в глаза, но он даже не пытался их убрать. Они сидели друг на против друга, и теперь Хак увидел, что Изабелла смотрела куда-то в пол, будто избегая с ним встречи глазами, хотя ещё минуту назад она не отводила взгляда. –Всё в порядке, Изабелла? – она даже не подняла к нему глаз. –Да. Давай обработаем рану. Он уже понял, что ничего не в порядке. Сейчас смысла в том, чтобы расспрашивать, нет, поэтому он просто снял водолазку. Всё снаряжение и бронежилет он сбросил в кабинете, не было времени искать всему этому место. Свет был включён лишь на кухне, и та часть, что попадала в гостиную, освещала большую часть торса мужчины. Казалось, что все его мышцы были напряжены, рельеф тела поражал, хотя Хак и не был очень массивным, плечи казались очень мощными. Ткань на правой руке отходила туго из-за застывшей крови, но всё же освободила руку. Она была в тёмно-алых подтёках. Венозное кровотечение, судя по всему. Место, где прошла пуля, было закупорено кровяным сгустком, и, как рассудила Изабелла, кость не была повреждена. Рука всё ещё была в рабочем состоянии, всё обошлось. Взяв небольшой кусочек ваты, девушка промокнула его в перекиси. Сначала убрала кровь вокруг раны, а после уже само место ранения. Пришлось повозиться, чтобы оттереть кровь, ушло довольно много кусков ваты. Хак ни разу не дёрнулся и даже не сморщился, он сидел смирно. Они молчали, а Джон на кухне напевал себе песни, готовя что-то на плите. Изабелла понимала, что ведёт себя глупо, но не могла ничего поделать. От одной мысли, что за Хаком толпами бегали девушки, ей было как-то не по себе. С одной стороны, это его дело, он ничем ей не обязан, а с другой – как же она ненавидела этих девиц, что так спокойно могли броситься к мужчинам на шеи. Если бы одна такая находилась рядом с ней, в этой квартире, она бы уже потеряла самообладание и выкинула её за двери. У неё никогда не было подруг, и она очень предвзято относилась к другим девушкам, как и к людям, в принципе. Только двое людей на данный момент у неё не вызывают отвращения и злобы: Хак и Джон. Изабелла считала чуть ли не каждого встречного идиотом, что подстраиваться под стадо таких же дебилов. И ей намного приятнее, когда никто из этих овец не имеет к ней никакого отношения. Девушка уже закончила с наложением бинтов, пока была в раздумьях. Из кухни уже шёл приятный аромат яичницы, и она поняла, как сильно голодна. Закрепив, бинты, она наконец заговорила: –Теперь всё в порядке, если не будет осложнений, то просто будем менять повязки. –Спасибо, Изабелла. Вы первая, кто переживает за моё состояние, я вам благодарен, – Хак тепло улыбнулся ей, и девушку немного отпустило. Может, кто-то и слагает о нём легенды, сейчас он находится с ней, и благодарит её за помощь. Этого достаточно, чтобы Изабелла чувствовала себя нужной. –Если вы закончили, то прошу к столу. Как ты и просил, Хак, я приготовил вам по яичнице, – вышел к остальным Джон. У него было приподнятое настроение, хотя ситуация была далеко не радостная. –Спасибо, Джон, – поблагодарил друга Хак. –Надо же, ты сегодня даже добрее, чем обычно! – подметил альбинос, и это было правдой. Сколько он помнил своего друга, тот всегда был очень угрюм и агрессивен. Каждая их встреча заканчивалась дракой, не между ними конечно, а с каким-то случайными похожими. И каждый раз этот зверь обезвреживал каждого, кто пытался ему дать отпор, и не важно, сколько было людей, двое или десять. –Радуйся, пока я добр, – мужчина поднялся с софы и направился к кухне, – идёмте, Изабелла, вам нужно поесть. –А, я понял, ты такой из-за нашей гости, ну, конечно, – уже тише сказал Джон, когда Хак подошёл к нему чуть ближе. О да, он знал, что мужчина сохраняет спокойствие, пока Изабелла находилась рядом. –Играешь с огнём, Браун. Изабелла прошла вслед за своим другом, и тупо посмотрела на них двоих, когда те стали препираться. Казалось, что они совершенно не подходят друг другу, чтобы быть друзьями, но эти противоположности притянулись. Изабелла почти ничего не знала о жизни Хака, и это её не оставляло в покое. –Как вы вообще сблизились, вы же как огонь и вода? – с интересом девушка спросила двоих мужчин, собрав на себе их взгляды. –О, это очень интересная история! – взорвался новым приступом энтузиазма Джо, – Я вам обязан её рассказать! Изабелла уже собралась слушать рассказ нового знакомого, когда Хак потянул её за руку. –Обязательно, но сейчас мы идём есть. –Тогда я расскажу, пока вы будете ужинать, – не унимался мужчина, и проследовал за девушкой и другом.

***

В том приюте всегда было холодно и сыро. Воспитатели ненавидели свою жизнь и срывались на беззащитных детей, которые сами не понимали, что с ними произошло. Кого-то могли ударить, кого-то наказывать и оставлять без еды. Всё здание рушилось, с потолков капало, а со стен слазила штукатурка и старые обои. Крысы и насекомые были обычным делом, никто их уже не боялся. Никто не занимался обучением детей, их запирали в собственных комнатах, и лишь изредка выводили на прогулку. Мылись все тоже один раз в неделю, иногда по 5 человек. Воды на всех не хватало. Те воспитанники, что уже были старше 12 лет, жестоко измывались над другими. Мальчиков избивали до переломов костей, девочек доводили до слёз приставаниями, кого-то могли насиловать, и никто даже не реагировал на крики помощи. Там действовали животные порядки – выживал самый сильный и жестокий. Есть было нечего, делать было нечего, и, наблюдая за всем тем, что творилось здесь, хотелось сбежать. Это было самое худшее из воспоминаний Хака и Джона. Они оба оказались в этом приюте в раннем возрасте. Родители Хака погибли в автокатастрофе, ему не исполнилось даже семи, когда органы опеки забрали его прямо из больницы. Всё, что он помнил о матери: она была очень худой и тихо говорила, вроде у неё были такие же тёмные волосы, но он уже не мог вспомнить их в более взрослом возрасте, а об отце – высокая фигура, и грубый голос, он его боялся, а ещё он помнил запах перегара. Каждый раз, когда отец возвращался домой, мама прятала его в комнате, и он слышал после лишь грозные крики отца. Не осталось даже фотографий, будто его родителей никогда не существовало. Если говорить о Джоне, то его история не менее печальна. Родители отказались от него, когда он ещё только появился на свет. Как он думал, это из-за его болезни – альбинизм. И уже с младенчества его переводили из одного приюта в другой, и когда ему исполнилось 3 года, он оказался здесь. Сначала дети пытались дразнить его, часто обижали и примеряли разные клички, вроде «бельмо на глазу» или «ошибка природы», и так бы продолжалось бесконечно, пока он не встретил Хака Джон бегал во дворе приюта, гоняясь за бабочками. Они были очень красивые, и мальчик любил их рассматривать, пока они сидели на его руках, а потом отпускать на волю. Ему уже было 5. Как Джон мог помнить, был обед, весь приют выпускали во двор именно в обеденное время. Он приметил одну очень красивую бабочку, он раньше такую никогда не видел! Она была с синими крылышками, и сидела на одном из кустов сада. Мальчик уже приготовился к тому, чтобы поймать её, когда его резко потянули, за руку. Это были старшие ребята, что всё время доставали его. Плохо дело. –Вот ты где, белый, а я уже соскучился по тебе, – сказал тот, что схватил его. Джон не знал, как его зовут, но он был намного старше его, может на лет 5. –Что это ты по кустам рыскаешь? Ищешь, где бы справить нужду со своего маленького пиструнчика? – сказал уже другой мальчик из той же компании. Их подошло около пяти человек, просто так Джону не отделаться от них. –И хули ты молчишь, урод бесхребетный? – обратился к мальчику первый обидчика, продолжая тянуть его за руку. Теперь он оказался в самом центре, между старшими ребятами. Они намерены его избить. Стоило мальчику подумать, что его станут избивать сейчас, как последовал удар с кулака в челюсть. Джон не смог устоять, и его отбросило в сторону. Он больно ударился спиной о землю. Мальчик не успел опомниться, как следующий удар был в живот, и ещё – в спину, и ещё – по ногам. Его окружили со всех сторон, и избивали ногами. Мальчик альбинос лишь беспомощно закрывал голову руками, и выплёвывал кровь. Он знал, что ему никто не поможет. –Ты ебанутый? ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ? – Джон услышал глухой удар, после чего прям перед ним упало тело одного из обидчика. –ПОШЛИ ПРОЧЬ, Я СКАЗАЛ, – последовал крик какого-то мальчика, он его не знал. Звучал он очень злобно, казалось, что он чуть ли не рычит, как настоящий зверь. –Успокойся, Хак, давай решим всё мирно! – умолял тот, что первый потянул Джона за руку. –Да пошёл ты нахуй, Стоун, я тебя уничтожу! – последнее, что услышал мальчик, прежде чем потерять сознание. Джон очнулся на кровати. Это была не его комната, где он тогда? Пытаясь встать, он почувствовал нереальную боль во всём теле, что заставило его тихо прохрипеть. Он не мог говорить, горло пересохло. –Наконец-то ты очнулся, я уже думал, что помер, – над ним нависла фигура мальчика, чуть старше него. Они не были знакомы, но Джон его уже видел. Альбинос пытался спросить, кто он, но лишь издал хрип. Как же ему было больно! Это адовые мучения, лучше бы они его убили прям там. –Выпей воды, станет лучше, – неизвестный мальчик помог ему подняться, и протянул стакан воды. Видимо, он сейчас находится в его комнате. Выпив залпом весь стакан, Джон почувствовал, что ему чуть лучше, и он теперь может говорить. –Кто ты? – немного откашлявшись, спросил он, и всё равно голос был очень осипшим. –Меня зовут Хак, а ты кто? – его спаситель сидел на противоположном краю кровати, протирая свежее яблоко. –Я – Джон... Почему ты помог мне? –А что мне нужно было делать? Ненавижу тех ублюдков, так они ещё и напали на тебя впятером! Так бы и отъебашил их, но пришли эти конченые старухи. Хочешь яблоко? Я специально для тебя оставил, тебе нужны силы сейчас, – Хак протянул ему фрукт, и Джон, немного помявшись, взял его. Мальчик с чёрными волосами, что непослушно лежали на голове и свисали на глаза, улыбнулся ему. Это была первая улыбка, что он увидел за всю свою жизнь, это было так здорово видеть её! –Спасибо, что спас меня, я буду благодарен тебе до конца жизни! – от счастья Джон стал плакать. Хак первый человек, что помог ему, как же он был счастлив! –Да не за что, сколько тебе лет-то? Ты вынослив, если те уебаны не сломали тебе ничего. –Мне 5, а тебе? – проговорил мальчик, когда прожевал яблоко. Оно было очень сочное и сладкое, самое лучшее яблоко, которое он ел за всю свою жизнь. –8 лет. –А ты будешь меня и дальше защищать? Мне здесь всегда страшно. Меня все обижают и хотят ударить. Помоги мне, пожалуйста! – маленький Джон ещё не понимал жести, в которой он оказался, а Хак понимал. Он не мог уже его бросить, этому мальчику одному не справится. –Да, я помогу тебе. Ешь, и смотри, не подавись. Они были рука об руку 2 года, больше никто не пытался доставать их. И хотя разница в 3 года могла помешать им найти общий язык, этого не случилась. Хак учил Джона тому, что он сам знал, а это пусть и не много, но с этими знаниями он не пропадёт. Мальчику альбиносу только исполнилось 7, когда его друг сказал о том, что его усыновили. Это был удар ниже пояса, у него больше никого здесь нет. Они долго разговаривали о том, что будет дальше, как ему жить без Хака и его поддержки, ведь он так привык к нему! И хотя его друг обещал, что они будут держать связь, Джона это не утешило. На следующий день он уехал. Это было самое тяжёлое время в жизни Джона, он остался один после того, как обрёл близкого человек. Было очень больно. Они общались письмами, за те 2 года Хак научил его читать и писать. Джон просил его вернуться, но бесполезно. В итоге он смирился. Ещё через 2 года Джона Брауна перевели в другой приют, и они окончательно потеряли связь. Ему уже было тогда 9, и постепенно пришло осознание всего дерьма в этой жизни. Казалось, что это должно было сломать мальчика, и это было так, но вместо депрессивного, он стал слишком оптимистичным и радостным. Он искал счастье в простых вещах. Это помогло ему выжить. В последствии он нашёл себе работу и с 14 лет упорно трудился. По началу работал на складах, потом в магазинах, а в 16 лет стал работать в ночном баре. Там его жизнь пошла по наклонной, и он связался с наркоторговцами. 2 года пролетели как в дыму, он употреблял и перепродавал. Это приносило хорошие деньги, и это ему нравилось. Они пересеклись с Хаком в одном баре. Он сидел один и выпивал, настолько несчастный вид у него был, что Джон его даже не узнал. –Твою мать, Хак, это ты? – он был обкуренный и всё плыло, но старого друга он узнал. –Мы знакомы? – прозвучал уже более огрубевший голос. Злобный взгляд из под непослушных волос развеял все сомнения. Это был он! –Джон Браун. Если тебе так проще вспомнить, то я то самое «Бельмо на глазу», – парень сел с ним за один столик в самом конце бара. Хак вспомнил его! Спустя столько лет они пересеклись в каком-то баре. Мужчина резко поднялся из-за стола. –Джон, это правда ты? Я был уверен, что больше не увижу тебя! – Хак вышел из-за своего места, и радостно поприветствовал друга детства. Они крепко обнялись, прошло 9 лет с того момента, как он перестал получать письма от Джона. Они вернулись за стол, и стали просто говорить, как всегда это и было. –Ты почти не изменился, дружище, такой же большой и грубый! – уже вовсю развеселился альбинос. –А ты слишком изменился. Торгуешь? –Откуда ты знаешь? –Зрачки, Джон. –А-а... Ну есть такое. А ты что забыл в баре? Захотелось найти случайных знакомств? Я знаю место получше. –Нет, не в этом дело... – мужчина какое-то время помолчал, не знал, как лучше объяснить ситуацию, –Ты ещё помнишь мои письма? Я работаю на семью Лин и являюсь телохранителем старшей дочери мистера Лина. Её зовут... –Изабелла. Та девочка, которой сломали кисть, я помню, Хак. –Её через пару месяцев выдают по контракту... – он сделал глоток виски, что стоял рядом с ним в стакане, от злобы мужчина сжал его до скрипа стекла, – Она ничего не знает об этом, но знаю я. Её жених, тот урод, что сломал ей руку. –Ахуеть... Они совсем там ебанулись? Ты не можешь позволить этому случится! – парень очень разозлился, узнав всю эту ситуацию. –Джон. –Как он может свою собственную дочь выдать по контракту! –Джон, послушай. –Это же пиздец, ОН ЕЙ РУКУ СЛОМАЛ И ХОТЕЛ ИЗНАСИЛОВАТЬ, КАКОГО ХУЯ? –ДЖОН, Я НИЧЕГО НЕ МОГУ СДЕЛАТЬ! НИЧЕГО! – от слишком большой силы стакан лопнул в руке Хака, и стекло рассыпалось по столу. –Но... – Джон хотел возразить, но его тут же перебили. –Я просто служу ей, и плевать, что я испытываю к ней чувства, меня никто даже слушать не станет! – только сейчас мужчина понял, что сказал лишнее. –Она тебе нравится?! О Боже мой, я думал, что ты по мальчикам, – Джон действительно был уверен, что Хаку не нравятся девушки. –Блять, забудь, что я сказал. Этого не должен был никто знать, – Хак облокотился на спинку стула, и лишь тупо уставился в стену напротив. –Теперь знаю я, смирись. –Да плевать, что я изменю? – мужчина развёл руками, и Джон увидел, что левую руку разрезал кусок стекла, она кровоточила. –Нет даже возможности повлиять? – ему правда было жаль друга, и хоть он и не испытывал таких чувств, как Хак, он всё же видел, как его это терзает. –Вот именно, что нет. Я понятия не имею что делать, меня могут просто отстранить от работы, как только она выйдет замуж. Меня всё уже заебало, Джон, я правда устал, – Хак провёл правой рукой по лицу, как знак его полной усталости. –Я тебя понимаю, Хак. Они ещё какое-то время проговорили, а когда собирались домой, то время было уже утро. Джон дал другу свой номер, чтобы вновь не потеряться, и сказал звонить, если возникнут проблемы. Хак поблагодарил альбиноса за то, что провёл с ним время, ему стало чуть легче. И хотя мужчина так и выглядел несчастным, решил ему поверить. Он уже хотел попрощаться со старым другом, когда подошёл какой-то пьяный мужчина и требовал сигареты. –Отъебись, – коротко бросил Хак, и этот алкаш попытался ударить его. Мужчина лишь чуть отошёл назад, после чего разбил незнакомцу половину лица. Джон понял, что дело дрянь, и стал оттаскивать разъярённого мужчину от прохожего. –Чел, успокойся, ты его убьёшь! – пусть он и слабее Хака, но остановить его получилось. Джон повалил его на спину и надавил на грудину. –Джон... Как же меня заебала эта жизнь... – впервые парень увидел настолько несчастного человека. Хак просто смотрел в небо, что только начало светать. Вся рука была в порезах, под глазами были синяки от вечного недосыпа, а сам он выглядел как убитый. Джон так и не нашёл что сказать, лишь тупо смотрел на то, как его друг борется с эмоциями. Его берёт то гнев, то грусть, и всё это превращается в полный пиздец. Он помог ему подняться, и они вместе отправились к квартире Хака. Альбинос пытался как-то разговорить мужчину, что тот выговорился ему, но всё было бесполезно. Он отказывался что-либо говорить. –Слушай, если она всё же выйдет замуж, то мы сможем пойти в отрыв вдвоём, полетим на острова, и будем жить как короли! – ещё одна жалкая попытка подбодрить убитого морально человека. –Если она выйдет замуж, мне будет похую, я его убью, Джон.