Бежавшие

Изабелла сидела у койки Хака, наблюдая за жизненными показателями. К руке мужчины была прикреплена игла, через которую поступала кровь. Дыхание Хака было ровным, но всё же девушка переживала, что что-то может пойти не так. Джад находился за пределами палаты, разрешили впустить только одного человека. Джон сидел рядом с пожилым мужчиной, стараясь не создавать лишних звуков. Парень понимал, что все сейчас злы на него. Ночью больница была безлюдна, по коридорам шло эхо от любого малейшего звука, создавая образ заброшенного здания. Ночь окончательно поглотила город, но никто из троих, связанных Хаком людей, не мог и сомкнуть глаза. Изабелла забыла, что значит полноценный сон и отдых много лет назад, и к таким бессонным периодам относилась, как к самому собой разумеющемуся. Именно сейчас, когда последний близкий человек оказался на волоске от смерти, Изабелла ощущала то давящее одиночество, что следовало за ней если не с самого рождения, то с раннего детства однозначно. С самого начала жизни, девушка помнила лишь свою пустую комнату, служанок и работников дома. Родители редко появлялись в жизни маленькой Изабеллы, не давая ни любви, ни поддержки. С момента, как девочка пошла в школу, надеясь хотя бы там завести друзей, ситуация тоже не изменилась. Дети отвернулись от неё, считали избалованной маленькой принцессой, что не знала ни боли, ни горести, ни бедности. Возможно, они были правы в том, что Изабелла не знала бедности, но что такое боль она понимала. Никто из них даже не догадывался, что только неделю назад девочке сняли гипс, после того, как неизвестный мужчина сломал ей кисть руки. Изабелла знала что такое боль, но не стала об этом говорить, не пыталась оправдать себя, так как не видела в этом смысла. Один маленький загнанный ребёнок не сможет противостоять толпе озлобленных детей, и она это знала. Хак тоже это знал, после первого школьного дня он поинтересовался как прошло знакомство с будущими одноклассниками, на что Изабелла ответила: –Я даже не успела подружиться ни с кем, почему-то я им не понравилась. Хак не удивился словам маленькой Госпожи, когда люди завидовали, то становились на редкость агрессивными и злыми, особенно дети. Было ясно, что в школе девочка не сможет зависти себе друзей, что было довольно печальным фактом. Даже спустя столько лет девушка не может избавиться от своей закрытости и страха перед агрессивно настроенными людьми к ней. Ещё в начальной школе к ней применялось как физическое, так и моральное насилие. Удар в спину, подножка, таскание за волосы было нормой, получать в свой адрес различные шутки и оскорбления тоже были не новостью. Изабелла никогда не жаловалась, а предпочитала избегать какого-либо контакта с людьми. Весь этот кошмар прекратился только в старшей школе. Большего Изабелла не просила, лишь возможность спокойно учиться, а после экзаменов никогда не возвращаться к прошлому и забыть о том, что было. Девушка не знала, что такое любовь и поддержка, поэтому, когда Хак спас её в тот вечер, решила, что у мужчины есть какие-то скрытые мотивы. Теперь же она убедилась, что Хак был единственным человеком, кто правда желал ей добра. Это была причина, чтобы держаться за него, он был как луч света для неё, как плавательный круг среди бескрайнего океана. Сейчас, когда перед собой Изабелла видит лишь раненное и бездвижное тело мужчины, ей хотелось заплакать. Не пытаясь сдерживать свои эмоции, она опустила голову на подушку, рядом с Хаком, и позволила солёным ручейкам слёз выйти наружу. Волосы, что она распустила, закрыли полностью лицо, что было даже ей на руку. Изабелла не хотела плакать при людях, но эмоции вырвались из самого сердца вместе с болью. Через какое-то время Изабелла смогла успокоится. Мужчина по-прежнему ровно дышал, не открывая глаза. Вытерев остатки слёз с лица рукавом, Изабелла выпрямилась на своём стуле. Часы на белой стене больницы показали уже 01.00, девушка просто невероятно хотела есть, но ещё больше она хотела, чтобы Хак проснулся и хотя бы что-то сказал её, она просто хочет услышать вновь его голос. –Проснись, Хак, не оставляй меня... – шёпотом проговорила девушка, аккуратно прикоснувшись к запястье мужчины. На глазах вновь появились слёзы. Всё так глупо получилось, если бы она не начала капризничать, как ребёнок, понимая всю опасность ситуации и слушая Хака, то они бы не попали в такую ситуацию. Изабелла винила себя в том, что Хак оказался в таком состоянии, винила и ненавидела одновременно. От размышлений девушку оторвало то, что Джад вошёл в палату. Джона с ним не было. Тихо закрыв за собой дверь, седоволосый мужчина подошёл к девушке. –Я отправил Джона за едой и сменной одеждой, не хочу смотреть на этого засранца, – сказал Джад, не отрывая взгляда от своего внука. Честно говоря, Изабелле тоже не хотелось его видеть. Он подверг опасности столько жизней, а сам вылез сухим из воды. Изабелле было страшно, она не знала что их ждёт, как избежать смерти, она хотела лишь жить спокойно. Девушка поняла, что до сих пор держит запястье друга, и не желала отпускать. –Джад, у вас с Хаком хорошие отношения на данный момент? – решила спросить Белла. Её было любопытно узнать о семье Хака, ведь он знал о ней всё, а она почти ничего. Раз судьба сплела их вместе, Изабелла хочет знать всё о Хаке. Такое желание, узнать человека полностью, Белла почувствовала впервые. Обычно люди никогда не волновали её, но похоже, есть исключения. –Думаю, что нет. Последний раз, когда я видел его в больнице, он уже ненавидел меня за всё, что произошло. Хак очень вспыльчивый и жестокий, с ним иногда очень тяжело найти общий язык, – после небольшой паузы дал ответ на вопрос Джад. Пожилой мужчина стоял позади девушки, сложив кисти в замок за спиной. Его глаза выглядели такими уставшими, что казалось веки сами сползают, стараясь поскорее закрыть глаза. Джад был очень подавлен. На больничной койке лежит его родной внук, последнее воспоминание о его сыне, что погиб в автокатастрофе. В тот день они сильно поругались, Джад был зол на своего сына, и даже был рад, когда те уехали. Спустя какое-то время шестое чувство начало бить тревогу, а когда перед его глазами оказалось два трупа и чудом уцелевший ребёнок, всё перечеркнулось. –Он совершенно не похож на моего сына Джорджи, – подметил Джад, погружаясь в воспоминания. –Зато он похож на вас, – стараясь поддержать мужчину, сказала Изабелла. –Я рад, что ты так считаешь Белла. Пока есть ты, я могу не переживать за внука, он в хороших рука. Теперь Джад выглядел немного воодушевлённым. Ему хотелось просто с кем-то поговорить, хотелось освободить себя от тяжести мысли. Лёгкая улыбка задержалась на лице пожилого мужчины, морщинки стали видны ярче. Пусть Джаду и было уже 52, он ещё чувствовал себя молодо и бодро. До пенсии ещё далеко, и пока он на ногах, сможет помогать Хаку, даже если этот грубиян будет противиться. В палату вошёл Джон, в его руках была большая спортивная сумка, в которой лежали одежда и обувь. Он выглядел запыхавшемся и уставшим. Альбинос закрыл за собой дверь и подошёл к койке. –Я вернулся в его квартиру и собрал всё, что нашёл из одежды. Похоже, что полиция будет работать там всю ночь, полный дом людей в форме, – рассказывал парень, хотя никто его не слушал. Изабелла по-прежнему не отпускала запястье Хака, наблюдая за его ровным дыханием, а Джад был погружён в свои мысли. У пожилого мужчины созрел план, он знает кто им может помочь. –Нам нужно съездить в один клуб, ребятки, – озвучил Джад свою идею. –О каком клубе может идти речь, если Хак даже не очнулся? – со злобой проговорила девушка. –Хорошая идея, можно будет расслабить нервишки, – радостно воскликнул альбинос и плюхнулся на соседнюю пустую койку. Изабелла была почти в ярости. Они серьёзно собрались в клуб, когда перед ними лежит мужчина без сознания, и который теперь будет хромать до конца жизни? Пуля пробила мышцы, и даже если всё затянется, хромота будет спутником Хака. Белла знала последствия, скорее всего, Хак тоже знает, что бывает при огнестрельном ранении бедра. Сейчас, мягко говоря, не самое подходящее время для того, чтобы шататься по клубам. –Мы поедем не отдыхать, а встретимся с одним моим знакомым. Он может дать нам укрытие на время, а так же поможет с оружием. Я выйду, чтобы поговорить с ним об этом, – Джад говорил очень серьёзно, это была не шутка. С телефоном в руках, седоволосый мужчина вышел в коридор больницы. Изабелла и Джон остались в полной тишине, которую нарушал лишь звук тонометра. Давление Хака было чуть ниже нормы, врачи заверили, что мужчина в стабильном состоянии. Операция уже была проведена на бедренную кость, и теперь на том месте был гипс. Какое-то время Хаку придётся передвигаться с костылями, Изабелла размышляла о том, как же можно облегчить мужчине жизнь и чем она может помочь. Девушка чувствовала вину за то, что Хак спас её жизнь, но взамен получил лишь многочисленные травмы. Можно ли было этого избежать? Могла ли она изменить ситуацию? Могла, вот только из-за своего эгоизма и глупости, подвергла всех опасности. «Какая же я всё-таки дура», – ругала себя Изабелла, погружаясь всё больше и больше в пучину отчаяния. –Я беру свои слова назад, – внезапно проговорил Джон. Изабелла обернулась к нему, парень сидел, опустив голову. Он уже давно понял, что его отношение к людям не правильное, но ему было так удобно. Джон не умел по-другому. И тем не менее решил извиниться, он даже не знал Изабеллу как человека, но судил её в первый же день их знакомства. –О чём ты? – усталым голосом спросила девушка. –О том, что я сказал тебе вчера, когда мы только познакомились. Я увидел сегодня, что ты не такая, как я думал. Ты готова прийти на помощь, ты умеешь сопереживать и готова пойти на всё ради близких. Ты хорошая, я понимаю теперь, почему Хак так долго боролся за тебя, – Джону было сложно заставить себя посмотреть в глаза девушки, но он это сделал. Изабелла видела, что он серьёзен. Она не знала как отреагировать на подобные слова, но её правда было приятно услышать что-то хорошее о себе. А ещё он сказал, что Хак боролся за неё? Что он хотел этим сказать? –Спасибо, но что ты имел ввиду, когда сказал о Хаке? Как он боролся? – голос девушки звучал очень устало, она долгое время уже не ела и не спала как следует. –Я не должен был тебе говорить, но Хак знал о твоей помолвке ещё за несколько месяцев, – Джон запнулся, словно очень нервничал. – Когда мы столкнулись в баре, он пил как не в себя, лишь бы перестать думать об этой чёртовой помолвке, его ничего не могло утешить. Когда я вёл его домой, то пытался поддержать: сказал, что даже если ты выйдешь замуж, то мы с ним сможем устроить себе отпуск и улететь хоть на острова. Он не желал ничего слышать, если бы ты вышла замуж, то Хак бы в этот же день убил бы этого мужчину. Ты знаешь Хака, думаю, не хуже меня, он бы действительно это сделал. От услышанного Изабелла впала в ступор, она смотрела себе под ноги, а руки теребила на коленях. Она ничего не знает о Хаке, ничего. Прошлое для неё всегда скрыто, настоящее тоже. Хак никогда не говорил с ней о нём самом, лишь незначительные обрывки всего того, что девушка слышала. –Он никогда ничего не рассказывал о себе, старался перевести тему, – подметила Изабелла. –Хах, если хочешь что-то узнать о Хаке, то придётся сделать невозможное – заставь его доверять тебе, – усмехнулся парень. –Думаешь, он не доверяет мне? –Этот живой танк никому не доверяет, такая у него идеология: каждый что-то пытается скрыть, а если не пытается, то это уже спрятано, и когда ты узнаешь, получится не очень приятная ситуация. –Откуда тогда ты о нём столько знаешь? – поинтересовалась девушка. –Два фактора, – Джон стал загибать пальцы. – Первый: мы с ним были с детства вместе, а старые друзья всегда надёжны. Второй: пьяный Хак готов рассказать тебе всё, что захочешь и не захочешь, достаточно одного вопроса. –С первым фактором у тебя конкретная лажа вышла, Джон, – поддела парня Изабелла. –Я пытался помочь, давай оставим это в прошлом. –Мне придётся ему сказать, сам понимаешь... Изабелла и Джон уставились друг на друга, как змея на мышь. Джон не хотел, чтобы его ошибка дошла до ушей Хака, но похоже, ему этого не избежать. В гневе мужчина, что сейчас лежит без сознания, очень страшен. Джон надеялся никогда не увидеть ярость этого человека, обращённую к нему. –Ты не можешь ему сказать, Изабелла, – твёрдо сказал альбинос. –Могу и скажу, – не прогибалась девушка. –Я даже забрал свои слова назад, чтобы ты уняла свою злость на меня, я специально задобрил тебя, чтобы ты помогла! Какая же ты эгоистичная! – Джон сорвался на крик. –Эгоист здесь только ты, подонок! – в ответ стала кричать Изабелла. –Какого хуя вы оба тут разорались? – внезапно вошёл в палату Джад. Пожилой мужчина закончил разговор, и вернулся как раз в момент спора. Он понимал, что эти двое никогда не поладят между собой, их характеры слишком разные. И всё же, можно обойтись без криков на всю больницу. –Я лишь хотел помочь, а ты обвиняешь меня в этом! – продолжил альбинос доказывать свою точку зрения девушке. –Какой идиот будет называть помощью то, что ты сдал местоположение Хака Вальтресту?! – так же не унималась Изабелла. –Закройте рты оба! Он очнулся! – рассталкнул ребят Джад. Изабелла увидела, что Хак действительно начал приходить в себя. Он медленно потянул руки к лицу, щурясь от света. Рука была перевязана, так что согнуть её у мужчины не получилось. Хак с удивлением уставился на свою руку, а потом перевёл взгляд на вверх. Он в больнице? Последнее, что он помнит, так это чёрный переулок и отдалённый голос Изабеллы. Повернув взор, Хак увидел перед собой Джада, что навис прямо над ним. Волна воспоминаний и обиды нахлынула на него с невероятной силы, они не виделись вот уже 15 лет, но как только Хак попал в больницу, бросивший его дед вернулся. У него хватило наглости стоять прямо над ним и следить! –Ты... – мужчина попытался заговорить, но горло разрывало от боли, ему пришлось прокашляться. – Какого хуя ты здесь делаешь? –Пришёл по твою душу, – спокойно ответил Джад. Седоволосый мужчина знал, что Хак не обрадуется, когда увидит его, поэтому надежд он никогда и не питал, что однажды они могут стать настоящий семьёй. Только пришедший в себя мужчина пытался подняться, осматриваясь вокруг. Он понял, что его привезли сюда из-за необходимости. Нога, что ещё недавно ныла от боли и кровоточила от пули теперь была в гипсе. –Нахуя привёз меня в эту чёртову больницу, кто тебе... – Хак хотел отчитать Джада, но увидел ещё двоих людей. Перед ним стояла Изабелла, целая, невредимая, и живая, мужчина думал, что уже никогда не сможет найти её, что теперь его жизнь навсегда останется бесполезной и никчёмной. Руки сами потянулись к ней, но Хак лишь чуть не свалился с койки, Джад смог подхватить его до окончательного падения. –Убери от меня свои руки! – прорычал мужчина. Все трое молчали, Джад чувствовал вину, Джон – стыд, а Изабелла – неловкость. Хак смог подтянуться на руках и сесть, чувствовал он себя, как выжатая губка. Наркоз ещё частично действовал, поэтому какие-то свои действия или слова мужчина совершал и говорил не думая. Изабелла пересилила себя, и всё же смогла подойти к своему месту у койки, садясь напротив Хака. Тот долгое время смотрел на неё, будто прошло несколько лет с их последней встречи, а потом резко притянул её к себе. Держа в своих крепких объятьях, мужчина зарылся носом в распущенные волосы на шее девушки и молча вдыхал родной запах. Изабелла, сидящая на стуле, не стала сопротивляться, она тоже была рада увидеться снова с мужчиной, почувствовать его присутствие рядом с собой. –И мы рады снова с тобой увидеться Хак, – поднялся с соседней койки Джон, – Может поблагодаришь нас за своё спасение? –Пошёл ты, Джон, вместо того, чтобы помочь нам залечь на дно, ты съебался, а я вынужден был пойти до ближайшего магазина. Мне поблагодарить тебя за это? – грубым голос ответил мужчина. –Ты мог позвонить мне, я бы... – Джон хотел оправдаться, но мужчина его перебил. –У меня нет телефона, кусок идиота, я оставил его в особняке. Хак был очень зол на Джона, если бы этот парень не свалил прошлой ночью в неизвестном направлении, то всё бы обошлось. Можно было послать его за продуктами, вместо того, чтобы иди вместе с девушкой и попасть в опасную перестрелку. Больше всего Хак переживал, что Изабеллу могло задеть тем взрывом машины, к сожалению, мужчина был в отключке в тот момент, когда Изабелла сама же и взорвала тот автомобиль, и не знал что произошло. Мужчина не подавал виду, что уже знал о предательстве Джона. Сейчас это не играло большой роли, больше его волновало то, что Джад появился в его жизни спустя столько лет. Он лежал на плече девушки, что держал в своих руках и полностью ушёл в свои мысли, даже не замечая того, как сильно билось сердце Изабеллы. Изабелла была очень счастлива, что темноволосый друг наконец очнулся, здоровье Хака позволяет ему быстро восстанавливаться, но никто не знает что будет после снятия гипса на ноге. Изабелла очень переживала за него. Тем не менее, сейчас она хотела просто обнять его, и, стараясь побороть смущение, всё же приобняла его спину своими дрожащими руками. –Как закончите свои обжимания, собирайтесь, мы выезжаем сегодня ночью, – объявил Джад. –Куда ты нас потащишь? – спросил Джон. –Туда, где мы получи помощь. Хаку было уже плевать, что задумал Джад, он лишь лежал на плече Изабеллы и пытался составить логическую цепочку всему тому, что сейчас происходило на его глазах. Когда Джон и Джад наконец вышли из палаты, мужчина крепче вцепился в девушку, и завалился обратно на койку. Перевернувшись на левый бок, он вновь уткнулся в макушку Изабеллы, девушка оказалась под боком мужчины. –Что ты делаешь? – тревожно спросила Изабелла, оказавшаяся на одной лежанке с Хаком, так ещё и прижатая к его груди. –Беру плату за истрёпанные нервы, – хриплым голос ответил мужчина. Девушка пыталась выбраться из хватки мужчины, но всё было бесполезно. Она слышала над ухом его ровное дыхание, и со временем перестала брыкаться. Загипсованная нога стесняла движения Хака, и он это чувствовал, но не стал об этом говорить. Хак знал, что бывает при огнестрельном ранении бедра, ему повезло, что кости не так сильно раздробило и он смог ещё какое-то время ходить. –Куда ты ушла? – немного отстранившись, прошептал Хак на ухо Изабелле, от чего у той прошлись мурашки по телу. – Я так переживал за тебя. –Это долгая история... – замешкавшись ответила девушка. Больше мужчина ничего не сказал, а лишь держал Изабеллу в своих объятиях. Ему было спокойнее, когда он просто мог видеть её рядом, становилось хорошо, когда мог с ней говорить, и наступала эйфория, когда касался её. Изабелла была намного сильнее сигарет, алкоголя или наркотиков, это тот вид кайфа, от которого Хак уже никогда не сможет отказаться.