Призрак Капитана Эдварда Смита

1912 год. На палубе «Титаника» при отплытии стояли люди, и прощались с провожающей их толпой. Это было удивительно и интересно! Никого не волновало то, что «Титаник» - это точная, чуть исправленная копия пассажирского лайнера «Олимпик», все были уверены в том, что «Титаник» - это новое слово в истории. 1989 год. Команда исследователей после долгих симпозиумов решилась погрузиться во мрак ужаса той ночи, который случился с лайнером «Титаник» 15 апреля 1912 года. Эта историческая экспедиция была запланирована много лет назад, однако, состоялась только в 1989 году. Первый раз исследователи увидели корпус корабля, который носил гордое название «Титаник». - Титаны не послушались богов. – Как-то буркнул Анатоль, следивший за тем, как его любимые «Миры» погружаются в очередной раз иллюминаторов. - И хорошо, что не послушались. – Заявил Болдин, явно насмехаясь над русским. – Чего их слушаться-то? Всяк их боится, но не всяк осмелится им противоречить. - Расхрабрился! – Усмехнулся Лавитт, и посмотрел через иллюминатор в глубь океана, которая открывалась ему призрачной глубиной. – Внимание! Все зтк. Это территория призраков. – Сказал Лавитт. – А призраков я уважаю. - И они что тебе за уважение должны достать бриллиант, шеф? – Хихикнул Болдин, за что получил втык от Анатоля. Оба «Мира» погружались в беспросветную глубину, и, если бы исследователи могли снимать этих красавцев, то в записи, они бы сами поразились их необычности и величию Океана, где покоился «Титаник». До 1989 года о «Титанике» было известно только по источникам, среди которых были знаменитые мемуары Лоренса Бисли, школьного учителя естествознания, который волею судьбы оказался на «Титанике» в качестве пассажира. Также были известны мемуары второго помощника капитана Эдварда Дж. Смита Чарльза Герберта Лайтойллера. Было снято несколько фильмов и громкая фамилия погибшего пассажира «Астор», чья смерть потрясла людей не меньше, чем его знаменитый роман с куколкой Мадлен, иногда пестрила на рекламных проспектах брошюр и монографий про «Титаник». Но самого лайнера так и не нашли. Анатоль, который увлёкся этим лайнером ещё много лет назад, чем проел мозг своему дворовому приятелю Сашке, который готовился к карьере оперного певца, когда учился в школе. Анатоль, казалось, видел лайнер во сне. И этот голос океана звал его, чтобы тот, наконец, сумел найти то, чего не удавалось остальным – разломанный на двое корпус корабля. И вот замечательные русские «МИРы» бороздили Атлантический океан в поисках останков «Титаника». Проникать в глубь океана в первый раз было страшновато. Не менее страшно было опускаться и в 9, когда Лавитт всем проел мозг «Сердцем океана», которое манило его с давних пор – с росказней одного пожилого человека, продавца часов в музее. Болдин не верил этим бредням, но исследователи не решились трогать одержимого найти бриллиант Лавитта. - Он мне напоминает одного персонажа Александра Беляева, который хотел вот таким образом искать сокровища, используя для этого юношу Ихтиандра. – Усмехнулся Анатоль. Болдин только хихикнул. Он любил подтрунивать над боссом, который всё равно был поглощён идеей найти заветный камень. Радары исследовали это место уже в 9-й раз, и камень почему-то не отзывался. Болдин решил, что Лавитт сошёл с ума, но, тем не менее поддался на уговоры босса спустится на лайнер ещё один раз с присказкой: «если мы не найдём это сердце, то это будет последний раз». Анатоль, который уже понимал, что бриллианта нет, согласился с Болдином, но ради безумия Лавитта решился ещё на одно погружение. Младший Лоцман Анатоль засел за пульт управления, и субмарины пошли пешим шагом по дну океана. Болдин в это время схватился за так называемые «Щупальца»-руки с тем азартом, с каким надеялся быстрее обнаружить сейф миллионера Хокли, которого в шутку прозвал «наглецом. Об этом сейфе Болдин не думал, что его когда-нибудь найдут. Лавитт и Анатоль жадно всматривались в иллюминаторы, и, разглядев корпус корабля с нависшими на нём сталактитами и отложениями, они осветили себе путь светом. Ярко вспыхнув, нос корабля потом заметно исчез, скрывшись в темноте. Субмарины прохаживались по палубе корабля, как некогда субмарины. Лавитт смотрел на мёртвую, ороговевшую палубу, подсвечивая себе камерой, и Анатоль заметил, что ему интересно не только из-за сокровища. Лавитт был очарован океаном и ему самому стало страшно, от того, что он увидел. Хотя он видел это не в первый раз. - Ну Вы и заливаете, босс! – Засмеялся подошедший к нему громадный Болдин. - Прекрати подслушивать, идиот! – Засмеялся Лавитт. - Это я идиот? – Болдин даже слегка обиделся. - Тише. – Шикнул Лавитт. – Включай свои руки, мы подплываем. Субмарины подъезжали к палубам и салонам первого класса, которые пугали тех, кто погружался, своим странным, тяжёлым и немного мерзким, призрачным зелёным свечением. В темноте едва можно было разглядеть стойку бара, или бывшие столы столовой первого класса, или хотя бы пианино, на котором играли музыканты. Отдалённо где-то лежала несчастная скрипка, хозяин которой видно, что погиб на корабле. Одна субмарина искала драгоценность сверху, другая искала каюту Хокли, которая располагалась рядом с каютой Брюса Исмея, параллельно погибшему корпусу. Анатоль жадно всматривался в океан. Лавитт, наконец, закончил позировать и выключил камеру. Субмарины поехали дальше, погружая исследователей в глубину. Камера фиксировала чьи-то вещи – пенсне, жилет. И череп человека, похожий на чью-то карнавальную маску. Прорубив хрупкую поверхность, субмарина с Болдиным, Анатолим и Лавиттом прорезала себе путь дальше в каюту пассажира первого класса Кэледона Хокли. Наконец, мужчинам удалось проникнуть в каюту бывшего миллионера. Щупальцами Болдин, наконец, нащупал нужный им предмет – это был огромный сейф того миллионера, что они искали. - Сегодня гуляем, ребята! – Обрадовался Лавитт, озарив всех своей радостной улыбкой. Щупальца Болдина подняли, наконец ту штуку, что они искали - прекрасный, странно сохранившийся под водой сейф с тяжёлым замком. На часах было 12.30 и залитая Солнцем палуба принимала своих пассажиров и находку, которую доставили на верх с помощью "лебёдки". Марк Красс младший помощник Лавитта и Сагалевича радовался возвращению ребят на борт ещё и с такой находкой. Надо же, какой артефакт! Сейф самого Кэледона Хокли стоял перед ними, перед их глазами. Это же вещь 1912 года! Молодой и очень навязчивый Марк готов был танцевать джигу прямо на месте, Льюисс и Лавитт радовались, но мрачный Анатоль не был уверен, что они победили океан - что бриллиант находится в сейфе и вообще он очень устал и хотел спать. Бессонная ночь в поисках артефакта давала о себе знать и Анатолю ещё не хватало выпить достаточного количества шампанского, чтобы свалиться окончательно от усталости. - Ну и кто самый лучший? - Болдин радовался находке как маленький. - Конечно же я, - Брок Лавитт был счастлив. Казалось, что ему ничего не нужно больше в этой жизни, кроме этой старины бриллианта - такого нежного, такого прекрасного с глубокой фиолетовой окраской. - Снимаем! - Весело сказал Марк Красс. - А я уже догадался заказать шампанского. Ребята, улыбочку! - Сегодня настал исторический момент! Мы нашли, наконец желаемый бриллиант и мы приближаемся к истине... - Брок протянул руку в сейф. Уставший Анатоль нагнулся к Броку, и спросил: - Что нет, бриллианта? Расстроенный Болдин не знал что на это сказать, приплёл какого-то Джеральда. Брок закричал: - Уберите камеру, я не хочу это видеть! Анатоль понял. что он не скоро ещё доберётся до кровати, и если в этот день вообще доберётся. Лучше бы они правда гуляли. Эти боссы. Джемс бродил по палубе тоже злой и хмурый. Им всем пришлось спуститься в лабораторию, так как вместо бриллианта Брок нашёл какие-то бумаги, и он принёс их в лабораторию для прояснения что на них изображено или написано. Дневник? Рисунок? Номер банковского счёта? Брок и Джемс были хмурыми и злыми. Анатоль следил за тем, как вода счищает известь и налёт с океанских глубин. Прошло же только подумать - 77 лет, а какие-то бумажки вода даже не разъела. Неожиданно, когда Брок отвернулся, чтобы переговорить с кем-то по телефону, Болдин увидел что было изображено на рисунке, и сильно засмеялся: - Брок, погляди... Анатоль перестань ржать... лучше бы нам правда это судно вытащило бы бриллиант, чем девушку с бриллиантом... пипец какой-то.. .Анатоль, это нам утешение за все не доспанные ночи... Анатоль едва заметно гоготнул. - Французский стиль на британском лайнере - весьма достойное утешение. - Анатоль сам был злой. Джемс подошёл, хотя его не звали. - Это серьёзно, сказал Джемс, поглаживая бороду. - Да, конечно, - ржали Болдин и Анатоль, - детский рисунок с росчерком JD серьёзней не бывает. - Слушай, Джемс, ты снова не говори за всё человечество, - обхохотался Болдин, - для босса это слабое утешение, тем более картину на аукционе явно не продашь - ни у кого нет денег, не только вон у друзей Анатоля из России, может всё-таки покажем рисунок по ТВ? Нет, мы, конечно, не найдём проклятый бриллиант, но хотя бы передадим рисунок владельце... - Ты сошёл с ума, - Анатоль едва сдерживал смех, - ей же должно уже стукнуть сто лет? - Значит, мы найдём столетнюю хозяйку, послушаем её историю, и Брок на этом успокоится. Нет, мне важнее психическое здоровье моего босса, чем какой-то там бриллиант и моя жена, которая ещё верит в то, что я вернусь отсюда живым, поэтому ради моей жены и психического здоровья босса пустите рисунок по спутниковой связи на ТВ, вдруг найдётся очень старая хозяйка или хотя бы её внучка... - Ты предпочёл бы внучку, - засмеялся Анатоль, - меня ждёт к ужину жена. - Обиделся Болдин. - Мне хоть бабушку, лишь бы домой уехать. - А Лью говорит дело, - вмешался Кэм, который уже отправлял сообщение по спутнику. - Я тоже хочу домой к жене и больше не хочу идти на поводу у этого ненормального... - Точнее у идиота, - Болдин кивнул в сторону Брока, который болтал с кем-то о чём-то по телефону. - А я хочу ещё услышать Сашино пение не один раз, - Анатоль, тоже смеясь, - и меня тоже ждут родные и близкие. Неожиданно на другом конце провода раздался чей-то голос, похожий на женский: - На рисунке изображена я! - Это был голос Роуз Дьюитт-Бьюкейтер, которая сказала это так, как будто только что выиграла Оскар или получила какой-то приз. - Ну что я говорил! - Болдин смеялся, радуясь что скоро эта тягомотина закончится. - Небеса сжалились надо мной и скоро этот идиот Брок придёт в себя окончательно. И перестанет верить в сокровища Марии-Антуанетты, кардинала Ришельё, Кёсем или как там его дальше? Пошли, встречать очень старую обманщицу, нет ну хоть врёт, но по меньшей мере, небеса меня услышали! Тоже мечтающие хоть на несколько дней вернуться домой Анатоль, Джемс ринулись вслед за Болдином, оставив позади Брока, который что-то глупо пытался объяснить боссом. Кэм тут же приказал послать за бабушкой вертолёт - и приготовился слушать её рассказ о происхождении рисунка - да хоть пение Саши лишь бы Брок унялся, и перестал верить в сказки в стиле Скуби Ду.