Русалка

      Я медленно прохаживался в лесу, пропитанному туманом и свежим утренним воздухом. Земля оставалась мокрой, как после проливного дождя, и слабый ветер заставлял озябнуть и продрогуть от холода. Вдруг я слышу смех, который больше смахивал на детский: задорный и ласковый. Он был мне знаком, хоть мое побитое сознание не могло вспомнить, откуда я мог знать этой милый голос. Я продолжил идти и вскоре увидел милую девушку, которая будто бы притягивала к себе мой взгляд. Мокрые пряди черных длинных волос спадали на ее костлявые плечи. Яркие, дико смотрящие на меня зеленые глаза сияли на ее бледном лице, а ее оскал, хоть и не отпугивал, но влек к себе все внимание. Она смеялась заливисто и громко, пока ее смех не стал переходить в рыдания, которые становились все громче и громче и перерастали в истерику.       — Нет... Что с тобой?       Ответа не последовало, она упала на колени и продолжила стонать в истерике.       — Что с тобой?! Дай мне помочь тебе!       Она не прекращала, лишь с новой силой продолжала реветь и стонать во весь голос, а затем издала пронзительный крик. Глаза, светясь безумием, с ненавистью глядели на меня; полные боли и беспомощности они хотели передать мне всю ту боль, что не могли выразить словами. Затем крик. Земля стала уходить из под ног оставляя меня наедине с моим непониманием. Крик девушки разносился где то в сознании эхом...       Проснулся я от голосов, доносившихся с улицы. Заметив тот факт, что комнату уже успел залить яркий солнечный свет, пришлось предположить, что я вновь занимался исследованиями на протяжении всей ночи и, заснув ближе к рассвету, проспал до полудня. Сказать по правде, я часто забывал про сон, когда речь шла об очередном изучении дивных существ, о которых часто слагали истории и песни в этом городе.       В комнате царили чистота и порядок, а вот на столе полный хаос. Листы бумаги с набросками диковинных существ, краски, множество исписанных тетрадей, книги с корешками шириной в ладонь, чернильницы пустые и ещё полные, новые и старые, поломанные перья — всё это и прочее было беспорядочно разбросано. Я осмотрелся еще раз, а затем, подхватив пиджак, вышел на улицу. Снаружи стоял гул из голосов прохожих и стука копыт лошадей, скрипа повозок и экипажей. Солнце разливалось лучами по вымощенной камнем дороге и озаряло лица людей, и каждый из них был поглощен своим делом и обязанностями. Я взглянул на часы и вновь убедившись, что уже наступил полдень, уверенным шагом направился к старому другу, а точнее в таверну, что располагалась вниз по улице среди уютных домиков, которые поражали своей аккуратностью и простотой.       Распахнув дверь не слишком презентабельного заведения, я шагнул внутрь, улыбнувшись своим мыслям краешком губ. Мужчина за стойкой заигрывал с какой-то девушкой, которую вряд ли можно было назвать недотрогой, и было видно, что лесть со стороны хозяина таверны и его внимание пришлась клиентке по вкусу. Я тихо прошелся через зал прямо к барной стойке и, слегка опершись на неё, стал дожидаться когда их милая беседа закончится.       — В наше время мужчины совсем не отличаются манерами, но вы кажетесь мне совсем иным, — девушка расправила подол пышной юбки и закинув ногу на ногу глотнула еще вина. Пряди рыжих кудрявых волос небрежно выбивались из аккуратно собранного пучка.       — Вы не представляете, как часто мне доводится это слышать, — на эти слова хозяина девушка рассмеялась бархатистым голосом, расправив плечи.       Хозяин, довольный собой, улыбнулся ей, обернулся и наконец заметил меня:       — Джонатан! Рад видеть. Хочу познакомить тебя с моей новой пассией, Ирэн, она работает учительницей французского в церковной школе.       Я смерил взглядом Ирэн, но её открытый бюст и пышные подолы юбки, через которые элегантно выглядывала стройная ножка убеждали меня в обратном. Она улыбнулась мне самодовольно и расслаблено.       — Прошу просто дай мне виски, — из учтивости я сдержано улыбнулся девушке и присел рядом.       — На тебе лица нет, — вновь обратился ко мне хозяин таверны; здесь я бывал часто, так что мы с Маркусом были хорошо знакомы и, можно сказать, дружны. Он достаточно знал мои привычки, чтобы спросить следующее: — Ты снова не спал всю ночь?       Я поднял взгляд на моего друга и добродушно улыбнулся:       — Может быть.       Маркус поставил передо мной стакан с алкоголем и продолжил натирать бокалы и рюмки. Я отпил немного виски, а затем оглядел присутствующих.       — Что тебе снилось сегодня? — спросил я, задумчиво отводя взгляд от мужчины.       — К чему этот вопрос, Джонатан? — он оторвался от рутинного занятия и посмотрел на меня.       — Мне снова снилась та девушка... Она снится мне каждую ночь... — питейная комната перед глазами исчезла: взгляд устремился куда-то вдаль но я видел лишь всплывающий в памяти образ. — Но в этот раз она кричала, не смеялась — она кричала. Что это может значить?       — Это может означать только то, что ты совсем из ума выжил со своей работой. Как ты все еще жив с таким сбитым режимом сна? Сидишь каждую ночь над эскизами этих тварей и пишешь про них сказки, а для чего? Давно пора тебе взяться за ум.       Я склонил голову набок и улыбнулся моему собеседнику. Много он понимал в деле, на которое я трачу большую часть своего времени и сил. Я опустошил стакан и отставил его в сторону.       — Все таки я волнуюсь за ту девушку. Она хотела сказать мне что-то, но так и не сказала — просто она не могла.       — Разве она и раньше не помалкивала? — Маркус скептически посмотрел в мою сторону.       — Как ты не понимаешь? Все это время я думал, что это всего лишь моя фантазия, сон, только и всего, но она будто бы живая... Вдруг это видение? Что если она существует? Если не я один видел ее во сне?       — Перестань нести чушь...       — Но она кричала... — на мои попытки его переубедить Маркус никак не отреагировал и лишь удалился в подсобку.       Я оставил возле пустого стакана пару монет и отравился подальше от дневной суеты города на окраину. Все таки я знал и догадывался, как горожане воспринимают меня: чудила, который редко выходит из своей маленькой съемной комнатушки и верит в гарпий и кентавров. Я не часто посещал городские советы и уличные празднования, не пересказывал сплетен с молодыми девицами, поэтому вполне оправдал их взгляд, полный насмешки и брезгливости. Но мне и не нужно было их внимание.       Я зашел далеко за черту города и, усевшись на землю, закурил сигарету и неспешно достал эскизы. Я едва закончил изображать голубоглазую сирену, которая заманила немало моряков в объятья смерти своим очаровательным пением. Но была у этого загадочного существа и другая сторона. Чуть ниже на пергаменте я изобразил ее хищную морду: черты её прекрасного лица видоизменялись, как только она завидит свою добычу совсем близко. Ее мощные челюсти с острыми крупными клыками, ее одичавший взгляд — всё это не оставляло и намека на ту прекрасную морскую русалку. которая очаровывала своей красотой и искусно манила к себе.       Достаю из наплечной сумки грифель и изображаю тени на втором рисунке, отчетливо вырисовываю хищный оскал, оттеняю клыки.       — Ха-ха-ха...       Этот смех. Ее смех. Я огляделся по сторонам и поначалу принял себя за сумашедшего, слышащего шум в своей голове: настолько я не верил в смех из моих снов, вдруг прозвучавший наяву. Но вот она рассмеялась еще раз, и голос ее будто бы удалялся. Возбужденный одной только мыслью о том, что увижу это дивное, давно грезящеееся мне существо своими глазами, я быстро спрятал в сумку эскиз и грифель, живо потушил сигарету.       — Ха-ха-ха...       Я побежал в сторону леса, спотыкаясь и терзая руки о ветви деревьев и заросшго кустарника. Но зов голоса всё не повторялся, а я всё бежал и бежал, всё больше отдаляясь от города. Дыхание сбилось и сердце в груди бешено сжималось но это не стало мне помехой.       — Ха-ха-ха… Ха-ха-ха! — повторилось наконец впереди.       И я вышел на открытую местность, на небольшую полянку среди деревьев, поросшую дикой травой. Девушка была совсем нагой, и мокрые темные волосы доходили ей ниже плечей. В глазах её играли задорные насмешливые огоньки, а она всё смеялась. Зачарованный этим дивным существом, я протянул к ней руку, хотел ощутить ее кожу и наконец поверить в правдивость этого странного явления, но она вдруг кинулась бежать, будто бы зазывая последовать за ней.       — Хочешь что бы я пошел за тобой? — я улыбнулся девушке и так ж побежал за ней, покоряясь странной, такой непривычной одержимости. Я ничуть не видел опасности в этой маленькой чертовке, этом дивном создании, не остерегался её дикого взгляда. Она все смеялась время от времени оборачиваясь ко мне.       — Постой, я догоню тебя! — я рассмеялся вместе с девушкой, но вскоре она скрылась из виду. Я растерянно огляделся по сторонам и двинулся дальше в ту сторону, где располагалось озеро, берег которого был покрыт мулом — лесная нимфа ждала меня здесь. Она обернулась и, взглянув на меня с улыбкой, стала заходить в воду. Её не смущало илистое дно или что-нибудь еще, она неспешной походкой прошла и погрузилась в воду не сказав и слова. Затем девушка нырнула и скрылась на какое-то время под водой. Я ждал терпеливо её появления, но она всё не возвращалась. Тогда я стал растерянно вглядываться в тёмную воду, высматривая малейшую тень на дне озера, но её силуэта не видел.       — Ха-ха-ха! — моя спутница вынырнула из воды и с насмешкой взглянула на меня.       — О, Святая дева Мария... — вздохнул я с облегчением и взглянул на девушку: — Я думал, ты оставила меня одного.       Ответа не последовало, она, как и в моём сне, хранила молчание. Я стал на колени у самой кромки воды, стал разглядывать ее, уделив внимание всем изгибам и деталям. Она перестала смеяться и отплыла немного дальше, подзывая меня присоединиться к ней. Я живо скинул пиджак и жилет, затем стянул с себя одежду и откинул наплечную сумку в сторону. Голова моя горела и я не мог думать о чем-либо, кроме этого диковинного существа. Взгляд её хранил осознанность, но не давал узнать больше положенного. Я зашел в воду и, хоть ноги мои погрязали в иле, продолжал подбираться к девушке...              Прямой, непривычной для меня походкой я шел вперед, видел ее хищный взгляд, напускную улыбку. Помутнение в сознании не сразу дало мне понять, что ноги мои вдруг окончательно увязли, провалились, и меня всего потянуло вниз. Вода быстро подошла к горлу. Она смеялась, злорадствуя над моей доверчивостью. Я не до конца понимал, было это видением или явью, но она поглотила всю мою волю, не давая и мгновения на здравомыслие.       Вода подходила всё выше, я сильнее погрязал. В какой-то момент ко мне начинает пробираться мысль, что скоро я захлебнусь и утону; я не искал спасения, но наконец осознавал недобрый для меня исход. Девушка в один момент оголила челюсти. Страшные грязные клыки сверкнули в хищной улыбке.       Вода вдруг сомкнулась надо мной. Лёгкие быстро наполнились, и, оставив попытки выбраться из оков смерти, я бездумно терпел тупую боль в груди. Сквозь толщу воды я смутно видел дикий взгляд который заманил меня сюда, острые клыки, словно нарисованные искусным художником, который не упустил возможности детально написать каждую неровность. Боль разъедала, грудь сдавливало. Пасть существа раскрылась в истошном крике. А дальше тьма, и лишь тело все еще содрогалось в конвульсиях, чувствуя впивающиеся клыки.