Eight or more.

Если бы Алекс проснулся от назойливых лучей солнца, то можно было бы считать, что его день не удался; так что, проспав до полудня, он ещё и ворчал по тому поводу, что Майлз пришёл в алексову комнату, уселся на алексовых ногах и включил не алексовый телевизор. Потом ещё ворчал, что Кейн испортил ему день, что он мог бы выспаться с таким же успехом у себя дома, да и, наконец, он добавил: - Майлз, если ты хочешь сидеть у меня на коленях, то, пожалуйста, похудей. Кейн только улыбнулся и растрепал Алексу «причёску». - День добрый, соня. Алекс что-то пробурчал в ответ и свалился на кровать. Он положил подушку на своё лицо. - Удобно тебе, красавица? - Перестань называть меня красавицей. - Подстригись. И, да, насчёт веса.... Если ты помнишь, то сам прошлым днём навалился на меня. И ты тоже не пушинка. Не прошло и трёх секунд после того, как Майлз сказал эти слова, как в Кейна полетела огромная пуховая подушка. - Ах ты маленькая дрянь. Алекс обиженно посмотрел на Майлза и достал свои ноги из-под его тела. - Ал, у тебя есть планы на сегодняшний день? - Майлз спросил уже так, как будто ничего не произошло. Хотя, да, вряд ли и произошло что-то. - Кто из нас хозяин дома? Кажется, вчера был ты. - Да, я. Но ты не хотел бы сегодня сходить прогуляться? - Не особо. - Хорошо. Не хочешь съездить к себе домой? - Не-а, - протянул Алекс. - Я не знаю. Я хочу спать. Или кушать. - Мне заказать пиццу? - Я не против. Кейн вернулся от объяснений курьеру, что они заказывали одну большую пиццу, а не две маленьких и одну среднюю, и эта «ошибка» пошла за счёт заведения, он, Майлз, с видом короля вошёл в гостиную. - Алекс, вот ты свинья. - Да, есть такое, - ответил Алекс. - О, - Кейн сделал удивлённое лицо. - Всегда бы так. - Нет, - рассмеялся Тёрнер и посмотрел на Майлза, - пока не обижает. Да, думаю, тогда я буду свободен... Майлз лишь закатил глаза. Конечно, признался бы Тёрнер, что он свинья. Никогда. Возможно, он даже не слышал оскорбления, а просто говорил со своей девушкой. Алексу нравилась Алекса. Может, он даже любил её. А Майлз даже считал то, что они с Тёрнером были идеальной парой, даже чересчур идеальной. Почему? Да просто они оба были сверхъидеальными людьми. - Поедешь со мной послезавтра в аэропорт? - Зачем? - Алексу встретить. Хочу устроить ей сюрприз. - Не вопрос. Алекс улыбнулся, хлопнул Кейна по плечу и прошептал: - Спасибо. - Сходи за пивом, а... - протянул Алекс. - Никакого алкоголя, сэр. - Да ну, скучный ты, - рассмеялся Тёрнер. - Можешь сходить сам за соком. Или за лимонадом. Или за чаем. - Ты дурак? Чай с пиццей? - Значит, да. Я — дурак. - Нет, ты не дурак, - Алекс встал с дивана и пошёл на кухню. - Я переключу, ты не против? - крикнул Майлз. Но Алекс не любил такие «перекрики». Поэтому Кейн воспользовался ситуацией и переключил на другой канал. - Ма, - Тёрнер вошёл в комнату, - ты же знаешь, что мне нравится этот фильм. Майлз проигнорировал его. - Спасибо. Кейн протянул руку, чтобы взять сок. Неожиданно для «Теневых марионеток» (в основном для Алекса) сок вылился, а Тёрнер стукнулся скулой о стол. - Алекс, мать твою, я тебе всегда говорил, что руки у тебя из задницы! - Ну, извините, мистер Правильность. До Кейна не особо дошло то, что сейчас произошло. От этого было и смешно и обидно. Его диван теперь испачкан в яблочном соке, но зато Алекс сидит на полу и громко смеётся. - Ты чего угараешь? Помог бы. Кейн дотронулся до «соседа» шваброй и начал толкать предмет в ногу Алекса. - Ма, прекрати... - Нет, нет, нет. - О! - Тёрнер резко указательным пальцем начал «тыкать» в телевизор, при этом идиотски размахивать рукой. - Смотри, Ма... Ма, ты смотришь? - Да, - радостно ответил Кейн и сел рядом с Алексом. Возможно, это был первый раз, когда они вместе увидели случайно по телевизору свой старый клип. Возможно поэтому они оба сидели «с улыбкой до ушей», показывая друг другу то, что прекрасно помнили, при этом заканчивая каждое предложение глаголом «помнишь?». - И не верится, что это мы. Да, Ал? Алекс пожал плечами: - Знаешь, я ведь и сейчас могу могу взять этот бубен и отыграть свою партию. - Я и не сомневаюсь. Тёрнер сидел в «своей» комнате и исписывал какими-то словами свой листок. - Тебе помочь? - спросил Кейн. - Я сам. Спасибо, - задумчиво ответил Алекс. - Хорошо. Раз ты занят... не обидишься, если я выйду на улицу? - Нет. - И, да, ты, дурилка, свет включи. Алекс промолчал, закинул ноги на журнальный столик, пододвинул к себе остатки от маленькой пиццы. - Если не сложно... помоги мне включить свет. Майлз улыбнулся и выполнил просьбу. Ведь не каждый день он видел Алекса за работой. Кейн вышел на улицу, достал сигарету. Сделал первый вдох и выпустил сигаретный дым. Нет, он не заядлый курильщик, у него нет никакой никотиновой зависимости. Просто курит для настроения. И он убеждал себя снова и снова, когда брал сигарету. Но, чёрт возьми, никто не признается себе в своих же недостатках. Майлз шёл по пустым улицам города, спрятав лицо в шарф так, что были видны только большие глаза орехового цвета.