Метр с Кепочкой

Утро понедельника я встретила с боевым настроем. Одев любимые джинсы и собрав волосы в конский хвост, довольная своим образом, закинув на плечо сумку, вышла из дома. Конечно не хватало боевой раскраски для полного эффекта, но думаю и так сойдет. Ну по крайней мере на моем лице точно нет ни нежности ни дибильной улыбки. По пути к школе я завернула в супермаркет. А что вы думали, я оставлю это просто так? Надо мной посмеялись, меня использовали ,а я должна простить и жить дальше. А вот и не угадали. Не будет ему прощения. Он еще не знает, с кем вообще связался. Ну, ластиками я его не закидаю, но вот презент ему я подготовила. - Галка, ты чего такая агрессивная? – испугалась Ленка, едва увидев меня. - Я нормальная, как и обычно! – Вот так. Я действительно нормальная и больше не позволю какому-то там фонарю уличному меня ослеплять, даря пустые надежды. - Привет, - тут же подлетел этот самый фонарь, естественно ни о чем не догадываясь. - Леночка, я сейчас приду, оставь меня ненадолго, - демонстративно холодно и высокомерно пролепетала я. - Галина, что с тобой? – удивился Женя, а я снова начинаю закипать. И нога уже готова сорваться с места и пнуть обидчика. Только я же девушка. Не полагается мне пинаться и кулаками размахивать. Тем более он все же фонарь, мало ли не рассчитаю, упадет еще на меня. - Все хорошо. Вот это тебе. Рисуй теперь хоть всех в школе, они же тоже так прекрасны, - едва Лена отошла от нас, я стараясь не кричать и скалясь, изображая подобие улыбки передала ему пакетик с гуашью, альбомом и кистями. - Зачем все это? – Недоумевал мой фонарь. Хотя минуточку, он уже не мой, а общественный. - Найди другую, которая поверит в твои россказни о единственной и неповторимой. Ее и рисуй. Думаю, ты уже так и делал. – Все, не желая более привлекать к себе внимание окружающих, которые и так начали скапливаться вокруг нас с открытыми ртами, я развернулась и зашагала прочь. - Подожди, ты не так поняла, - он пытался остановить меня, снова хватая меня за плечо. - Отпусти, или пну, - я не обернулась, а он и не посмел меня задерживать. Его пальцы медленно разжались и я, все еще ощущая их теплоту, сбежала от него в класс, стараясь проглотить подступивший ком к горлу и подавить предательские слезы. Ведь я не особенная. Я обычная. И он наверняка водил к себе и других, что бы петь эти песни о необыкновенности. Тьфу блин. Тошно даже стало. Естественно оставшийся день я так и не смогла ничего ни записать в тетрадь, не услышать от учителей ни единого слова. Все прошло мимо меня. В голове лишь вчерашний вечер и пронзающий насквозь, заглядывающий глубоко в душу, взгляд Жени. Так и знала ,что не следовало вообще с ним начинать разговор. Нужно было сразу в окно прыгать и заявление в полицию писать. А теперь так больно, что кричать хочется. Но я же сильная, я справлюсь. И не важно, что во мне всего метр пятьдесят пять. Я сумею сама за себя постоять. Дни тянулись за днями, мне было скучно и тоскливо посещать уроки. Умудрилась даже пару двоек заработать. Ну и пусть. Успею их исправить. Ленка с Жанкой, как ни странно понимающе отнеслись к моему горю и не любопытствовали. В четверг этот погасший уже фонарь, снова решил со мной заговорить, протягивая мне мой же пакет. Только я, сделав вид, что вообще не замечаю его, пробежала мимо. Во-первых, «подарки не отдарки», а во-вторых, нет для меня больше этого фонаря. Конечно, без улыбки к нему снова вернулся угрюмый и устрашающий вид, только на меня он теперь не действовал. Я же знаю ,что он очень добрый и внимательный и не оставит в беде даже маленького котенка. Тьфу, ну что я опять о нем хорошее вспоминаю то? Нет, надо думать о плохом. Только о котенке очень хочется спросить,но я решила не сдаваться и молчать. В конце концов, не хочу быть очередной его девушкой на время рисования. Вот и подошла к концу учебная неделя. Радуясь пятнице, я уже бодрее подошла к школе, странно, но именно сегодня во дворе ни кого не было, зато в холле, толпились, кажется, все ученики. Но стоило мне оказаться среди них, как толпа учащихся, вдруг расступилась передо мной и я наконец поняла, что они так активно обсуждали и чем восторгались. На стене передо мной висели альбомные листы, на которых была я одна. Нет, ну там были и другие люди, но определенно со всех рисунков выделялся лишь мой образ. Вот я в третьем классе, прыгаю на скакалке с подругами во дворе школы, потом чуть постарше уплетаю суп в толовой. Все рисунки размещались в хронологическом порядке, освящая какие – либо мои действия. Заканчивались они тем, что я стою именно у этой стены и улыбаюсь. Да, на самом последнем рисунке мое улыбающееся лицо и глаза рассматривающие выставку на стене посвященную мне же. Только не в улыбке растянулись мои губы, они сжались в ниточку, а из глаз полились слезы. - Я дура-а- завыла я внезапно, понимая как глупо выгляжу. Только теперь мне было уже все равно. Я едва не сползла по стенке, но сильные руки подхватили меня и утащили от всех в класс ,который у нас часто пустовал. - Прости, что не рассказал тебе сразу, - начал с извинения мой фонарь, обнимая меня крепко, не позволяя выбраться из объятий, а я и не собиралась даже сопротивляться. - Ты тоже прости, - я не смогла ничего больше сказать, лишь хлюпала носом и прижималась к его плечу. - Да ,я рисовал других, но у меня ничего не получалось. Еще в начальной школе я заметил тебя. И лишь тебя я могу так рисовать. Я боялся рассказать обо все, потому что ты могла меня возненавидеть. Я думал, что моя одержимость тобой пройдет ,стоит мне уйти из школы, но это же глупо да?! Я даже поговорить с тобой боялся. – Шептал он мне в ухо и от его горячего дыхания я успокоилась. - Я не ненавижу тебя, - черт, а что я могу ему еще сказать? Нет, признаваться, что он мне нравиться я еще не готова. - Я рад. Можно я тебя поцелую? – Теперь он смотрел на меня и снова сиял. Все-таки хорошо, что он сияет, так ему больше идет. - Угу, - бурчу и прикрываю веки, потому как губы его снова коснулись моих. Все таки он МОЙ фонарь и ни кому его не отдам.