Игра судьбы

      Возле Куникиды был сильный переполох. Никто не знал, как именно его довести до дворца, чтобы оказать хоть какую-либо помощь. Рюноске и Чуя решили пробежаться по местности в поисках повозки и успешно нашли ее. Не долго думая, мужчины прицепили ее к одной лошади. И осторожно уложили раненного бету. Ацуши и Чуя подошли к ослабленному принцу и обняли его по обе стороны. Сердце Дазая сдавилось в мучительной боли, а лёгкие не могли набрать воздуха. Приходилось жадно глотать кислород ртом, чтобы не потерять ненароком сознание. Омеги не смогли просто оставить его в таком состоянии.       — Если вы хотите поплакать, то сделайте это. Вас никто не осудит, — ласково сказал Ацуши.       — Дурачина, если ты так будешь винить себя, то Куникиде станет только хуже. Он будет думать, что ты сейчас страдаешь и убиваешься, — с дрожью сказал Чуя.       Дазай тут же опомнился. Ведь сейчас нужно заботиться о дорогих ему людях, которые требуют защиты. Что очень странно, потому что он из не звал с собой. Осознание немного приходило в норму. Он обоими руками прижал их к себе и спросил:       — Мальчики мои, а что вы тут здесь делаете?       Чуя и Ацуши тут же испуганно отлипли. Обещали же сами себе, что помогут и убегут обратно в замок. А тут с такими событиями они без капли сомнений ринулись к принцу. К ним подошёл Рюноске. До этого удостоверился, что Федор парализован и на всякий случай подлил ему ещё отвара. Смотря на испуганных парней и недовольного Дазая, он пришел в небольшой шок.       — Это твоя идея? — спросил принц у Рюноске.       Акутагава дернулся и тяжело вздохнул. Приходилось сдаваться с поличным. Но пока было не до отчитываний. Нужно было как можно скорее доставить Куникиду в госпиталь при дворце. Все наскоро расселись по лошадям и, стараясь сильно не трясти повозку, отправились в путь. В повозке вместе с Куникидой сидел Ацуши, проверяя его состояние. Дыхание хоть и тяжёлое, но все же было. Так же никто не забыл про Достоевского. Его связанного положили животом на лошадь сзади принца. Через какое-то время они успешно добрались до замка. Теперь там начался сильный переполох. Дазай отдал Куникиду на распоряжение лекарям, а сам направился к родителям с серьезными намерениями.       — Ответ, матушка, мне кажется, ваше время прошло. Вы слепо верите каждому человеку и даже не стараетесь его как-то проверить. Ваше бездействие и безразличие привело к тому, что мы потеряли часть крепкого населения. И многие солдаты ушли к стороне повстанцев. Вам лучше добровольно отдать мне трон. Я не собираюсь терпеть это.       — Сынок, что ты такое говоришь? — ошеломленно спросила королева.       Король возмущённо встал с трона. Его лицо отражала ярость и некая обида на слова принца. Они не ожидали, что однажды их тихий и незаинтересованный ни в чем сын придет и потребует у них корону.       — Ты не свихнулся, Дазай? Тебе ещё рано править одному, — разозлился король.       — Я не собираюсь слушать ничего кроме согласия. И желательно вам уступить без всяких истерик.       — Тебя даже народ в лицо не видел, — сказала королева.       — Матушка, ты знаешь, какой я нетерпеливый мальчик. Ладно, даю вам час для принятия риторического решения. Однако если вы воспротивитесь, я не побоюсь применить изощрённые методы.       После этих слов Дазай вышел вальяжно, не оглядываясь. Отказ все равно он принимать не хотел. Сейчас он был очень зол. Если бы ещё был в хорошем настроении, то разговор с родителями может и прошел бы получше. Но только не в этот раз. Он громкими и твёрдыми шагами дошел до спальных комнат его и омег. Заглядывая в каждую комнату, он со злостью распахивал двери. И вот дойдя до своей, она так же была пустой. Недовольно выдохнув, он все же зашёл в нее и раздражённо сел на стул. Можно сказать, что все на данный момент его бесило. Его беспомощность в спасении своего друга. Друг? Если вспомнить, то Куникида перед потерей сознания признался в чем-то принцу. Но что это было, он безуспешно пытался вспомнить. Из-за сильного потрясения он не смог толком ничего понять.       — Что же он тогда сказал? — выразил мысли в слух.       Затем послышалось как кто-то чихнул. Дазай инстинктивно ответил человеку, но потом ошарашено осмотрел комнату. В тяжёлым вздохом он встал и подошёл к шкафу. Он открыл резко дверцы и недовольно зыркнул на бедняг, которые сейчас получат от Дазая по полной.       — Мне приятно, конечно, что ваш выбор попал на мою комнату. Даже несмотря на то, что от меня вы и получите в тык. А теперь вылезайте отсюда.       Омеги выползли из шкафа и виновато опустили головы. Принц выпрямил спину и уже был готов выпустить все свое недовольство от их действий им, но тут же смягчился. Не мог он отругать таких красивых мальчиков, какое бы они там преступление бы не совершили.       — Маленькие мои, это было очень опасно и безрассудно. А что было бы, если бы вас заметили? Или с вами случилось то же, что и с Куникидой? Я бы с ума ещё хуже сошел. Знаете, как вы стали мне дороги за все это время? Я не хотел бы вас потерять вот так.       — Простите, Дазай-сан, — ответил Ацуши.       — А за что вообще нам извиняться? Если бы не мы, то кто знает, как бы вы ловили этого Достоевского, — возразил Чуя. — Ещё спасибо должны нам сказать за содействие.       — В какой-то степени Чуя прав, — согласился Рюноске.       Дазай ударил легонько их по голове и тяжело вздохнул. Но тут они посмотрели разом на принца щенячьими глазками. Видимо заранее приготовились к такому номеру. Дазай полностью успокоился и сгреб их одной хваткой в свои руки.       — Обещайте, что такого больше не будет, — простил их принц.       Все трое согласно кивнули. А теперь так как была глубокая ночь, Дазай уложил мальчиков спать, а сам отправился обратно к родителям. Зайдя к ним уже в их комнату, он настойчиво посмотрел на них. Даже когда буря эмоций стихла, он все равно не собирался отказываться от короны.       — Если ты пройдешь дополнительное обучение в течении трёх месяцев, то получишь трон. Согласен? — утвердил король.       Принц, немного подумав, не стал отказываться от мирного разрешения проблем. Тем более учиться этому ему все равно приходилось бы. Он коротко кивнул, затем вышел из комнаты, желая им сладкой ночи. Дазай устало выдохнул. Столько всего навалилось на него. Голова гудела от всего происходящего. Учиться усердно в течении трёх месяцев, чтобы стать полноправным правителем. Серьезная рана у друга, которого он так и не осмелился навестить. Ещё и трое неугомонных омег, которые точно не дадут ему спокойно жить. Зайдя в свою комнату, он опёрся на дверь спиной и тихонько спустился на корточки. Схватился за голову и мучительно промычал.       — Что такое? — спросил Рюноске.       — Прости, что разбудил. Ничего, все хорошо. Ложись спать, — вымученно ответил Дазай.       Акутагава встал с кровати, подошёл к принцу и сел рядом. Гладя Дазая по голове, он с волнением смотрел на него.       — Ты не против, если я кое-что скажу? — поднял глаза Дазай на омегу с этими словами.       Рюноске согласно кивнул и сел на коленки напротив принца. Внимательный взгляд можно было заметить даже при лёгком освещении луны. Дазай до последнего не хотел никого напрягать своими мыслями, но и держать в себе он уже не мог. Это убивало. А сейчас с затуманенным разумом принц был готов высказать все, лишь бы ему стало легче и он смог выбрать правильную дорогу.       — Столько всего произошло со мной. Я раньше просто был обычным альфой, который изредка что-то учил про политику и так далее. Я совершенно не был готов к этим переменам. Но ничего поделать со своей наивной душкой я не смог. Слишком уж вас я полюбил. И тут возникает проблема. Как я с вами управлюсь? А если что-то случится? Ох, я хоть и терпила последний, но этот чертов альфа во мне. Если бы я только раньше занял пост короля. Устранил бы сразу этого Федора. Вам бы не пришлось стоять передо мной, вы бы нашли себе альф достойных. И не было бы такого, чтобы трое на одного.       — Дазай, ты последний дурачок. Если бы ты раньше стал бы королем, то был бы один. А сейчас мы с тобой и поможем во что бы то ни стало. И ничего нас не смущает втроём быть рядом с тобой. На счёт других ничего говорить не буду, но я люблю тебя. Ну, нам вот лично без разницы кого ты выберешь первого. Главное чтобы ты не выделял кого-нибудь, а то точно будет обидно.       — Я тоже тебя люблю, Дазай-сан, — сонно сказал Ацуши.       — И я-я-я, — с зевком протянул Чуя. — Чего ты раскис, индюшонок? Мы же рядом с тобой. Вон как тебя спасли от этого мерзавца.       — У вас же вроде способность прочитать человека. Можете нас просмотреть и убедиться, — с этими словами Ацуши подошёл к принцу и крепко обнял.       — Ох, я уже и забыл про это. Совсем погряз в этих плохих мыслях. Простите, — немного радостнее сказал Дазай.       — Пойдем спать, горе ты наше луковое, — подразнил принца Рюноске.       Дазаю стало даже немного стыдно за свои сомнения. В конце концов, он набрёл на довольно отважным мальчиков. Вот только фраза Рюноске немного не давала ему покоя. «Им без разницы кто первый». Действительно ли можно действовать. Или стоит на какое-то время отложить этот выбор? Дазай все же решил, что пока погрузиться с головой в учебу, чтобы его ничего не отвлекало. Да и сейчас он морально не был готов. Всё-таки его друг лежал в госпитале, и это его слегка удручало. Не тянуло его развлекаться, пока друг находился в тяжёлом состоянии. Всему свое время.

***

      Прошло три месяца упорных тренировок и учений. Из нерешительного принца профессора и генералы сделали из него статного будущего правителя. Рабочую силу в замке пришлось переизбрать по новой. Народ же вздохнул спокойно, потому что больше не будет пропавших без вести. Дазай не раз во время учёбы покидал замок, чтобы показаться подчинённым и пообщаться с ними со своего статуса. Люди у нему привыкли и полюбили юного будущего короля. Ни у кого не оставалось сомнений, что он поведет эту страну только к процветанию. Только слухов про его личную жизнь было не мало. На пост королевы претендентов так никто и не видел. Но трёхмесячные балы помнили все. Кто-то говорил, что принц отличился умом, поэтому ему разрешили стать королем без бракосочетания. Кто-то говорил, что принц создал себе гарем из десятков омег, поэтому ему уже можно было занять трон. А кто-то вообще предполагал, что он встречаться в тайне с бетой или альфой. Находились даже такие, которые называли себя возлюбленным Дазая. Но сам принц не обращал на это особого внимания, потому что точно знал, что дома его ждут трое шумных омег. Через две недели назначили коронацию. Нервничали абсолютно все, кроме самого Дазая. Он ещё той ночью три месяца назад определился и полностью готов отдать себя этому пути.       Вечерком Дазай зашёл к Куникиде. За три месяца он до сих пор не пришел в сознание. Лежал в госпитале в тяжёлом состоянии столько времени. Дазай сидел рядом со своим другом и с лёгкой грустью смотрел на него.       — Ну чего же ты такой врун у нас. Сказал, что живучий, а теперь лежишь третий месяц в коме. Ещё и признался напоследок.       Веки Куникиды все так же были закрыты. Сколько бы он не приходил, результата никакого не было. Лекари советовали разговаривать с ним ежедневно, чтобы привести его хоть как-то в чувства. Или же наоборот не дать ему завязнуть ещё сильнее. Говорили как-то за стенкой, что бета не хочет сознательно просыпаться.       — Если ты не проснешься, то тебя ждёт понижение в должности. Видите ли просыпаться он не желает. Если так, то потерял ты свою должность, к которой шел так долго, — показывая язык, сказал Дазай и вышел из госпиталя.       Устало выдохнул, он решил поискать омег по замку. К конце концов, он их с самого утра где-то потерял. В своих покоях их не было, в его комнате тем более. Он уже начал немного нервничать, что они без спроса убежали в город. Что кстати и случилось. Они убежали в город за покупками.       — Дазай-сан, точно поздно вернётся? А то у меня почему-то плохое предчувствие, — занервничал Ацуши.       — Этот остолоп всегда поздно возвращается. О нас совсем перестал думать. Именно поэтому мы и пошли в город за са-а-амым сексуальным бельем на этой планете, — высказал Чуя.       Ацуши залился краской и помахал руками перед Чуей, чтобы тот говорил это потише. А тому лишь весело стало от реакции Накаджимы. Странное дело было, однако. Они опять что-то задумали за спиной у принца и теперь пытаются воплотить это в жизнь. А если вспомнить как они помогли избавиться от Достоевского, можно было сказать, что любой из проработанный план закончится успехом. И этот не исключение.       — Три месяца игры феромонами омег с ним не дали никаких плодов. Это немного плачевно. Он, наверное, либо не думает с кого начать, либо боится кого-то выбрать, потому что у каждого из нас неприятное прошлое и это давит ему на совесть. А как мы знаем, он очень совестливый человек, — заключил некую мысль в слух Рюноске.       — А зачем нам-то на него так давить? — спросил Ацуши.       — Ты же вроде ребёночка от него хотел. Так вот ты его не увидишь, пока этот балбес не решиться на более решительные действия. Он хоть кого-нибудь целовал? — возразил Чуя.       Все лишь помотали головой и тяжело вздохнул в один такт. Действительно хоть у них и было что-то плохое в прошлом, но в настоящее время они целиком и полностью доверяют принцу. И не против любого действия в их сторону. Только вот они даже не происходят. Из-за нерешительности в этом плане Дазая мальчикам придется взять все в свои собственные руки.       — У него слишком доброе и наивное сердце в этом плане. Мне кажется, что он просто скажет, что одежда мило смотрится и уйдет. Я более чем уверен, — промямлил Ацуши.       — И то тоже верно. Я даже не подумал на этот счёт. Может быть как-то действиями его подтолкнуть? — предположил Рюноске.       — Так давайте не этот вопрос решим, а кое-что другое. Кто из нас осмелиться? — перебил его Чуя.       Ацуши и Рюноске посмотрели на недовольного парня и пропустили смешок. Потому что его видимо смутил его же вопрос. Из-за чего на щеках Чуи виднелись красные зарумяненные пятна. Но вопрос был как ни кстати вовремя.       — Я считаю, что Ацуши из нас самый мягкий и Дазаю будет легче. Я уверен, что у Чуи точно будут какие-то жёсткие запросы.       — А ты сам почему плох? — со смущением высказал Ацуши.       — Я ничем не плох. Просто с тобой атмосфера такая уютная. Я иногда даже завидую, — ответил Рюноске.       — О-о-о, да-а, эта милая и гладкая атмосфера рядом с тобой так и блещет. Хотя тут дело не в том с кем комфортно, а в том, что кому-то будет сложнее угодить. Рюноске прав, я хоть и девственник, но хочу получить в этом плане полнейшую грубость. Но Ацуши первого страшно отдавать. Так что Рюноске тут без вариантов.       Акутагава сразу понял посыл Чуи. Он протяжно выдохнул и кивнул. Пока они болтали, к ним подошёл кто-то со стороны и прокашлялся. Все трое резко и испуганно повернулись к источнику звука и округлили глаза от шока.       — И что это мы тут решаем так активно за моей спиной, а? — спросил Дазай. — О мои боги, я оставил их на пару минут, а они уже в глубине городка и подбирают себе одежду. Извольте спросить, это на какое мероприятие вы готовитесь?       Все трое виновато склонили головы. Они были совершенно не осторожны с тем, что принц мог действительно отойти на пару минут, а потом вернуться. И теперь они смущённые стояли перед ним и не знали, что ответить на его вопрос. Но тут их от дальнейших отчитываний спас случайны прохожий, который решил поинтересоваться жизнью принца.       — Добрый день, ваше величество. Что вас привело сюда? — спросил незнакомец.       Выглядел он опрятно и прилежно. Сразу было видно, что перед ними завидный торговец. Дазай посмотрел на него с улыбкой и ответил:       — День добрый. Решил выйти и осмотреть как проходит жизнь в городе. Беспокоит ли вас что-нибудь.       — Ваше величество, вы так добры. Надеюсь, что в ваших руках нашу страну ждёт процветание, — со слезами сказал торговец.       Принц был явно счастлив от того, что подчинённые его приняли и ждут от него лучшего. На самом деле он очень переживал, что люди не захотят увидеть его на троне. Особенно с тем, что у него почти что гарем из трёх омег. На счёт этих троих парней, так торговец узнал Ацуши и обратился к нему.       — Ацуши-кун, вот так встреча. Как поживаете твой отец?       — Ох, здравствуйте, мой отец все так же здоров и весел, — с почтительным поклоном ответил Накаджима.       Торговец широко улыбнулся, но потом внимательно оглядел принца и трёх парней. Хоть и слабый, но все же какой никакой запах Дазая исходил от них. На ум приходило только одно, что они находятся очень близко к принцу. Дазай повернулся к торговцу и с улыбкой кивнул на мысли прохожего.       — Вы правы, это мои неугомонные невесты. Слева направо Чуя, Ацуши вы уже знаете и Рюноске, — довольно сказал Дазай.       Омеги удивлённо посмотрели на него и смущённо отвернулись. Рюноске переборол свой стыд и поклонился торговцу в знак приветствия. Чуя немного растерялся, но после тоже повторил этот жест. Так же сделал и Ацуши, хоть уже и здоровался с ним, но теперь про уже представил сам принц в качестве невесты. Нельзя было игнорировать эти слова. Торговец посмотрел на них с удивлением. В его душе не было чего-то плохого и оскорбительного, а наоборот он был рад за принца. Когда рядом с королем находится королева правление становится намного рассудительным и совестным. В конце концов, не зря в этой стране почитались омеги и их решение. Если в других было какое-то неравенство, хоть и небольшое, но было, то здесь омеги играли такую же роль, что и альфы с бетами.       — Ваше величество, примите мои искренние поздравления. Я так рад, что вы определились с этим. Много раньше балов было устроено, чтобы найти вам невесту, — с счастливыми слезами сказал торговец.       Дазай улыбнулся. Его радовало, что населения этой маленькой страны не было прогнившим. Были некоторые недочёты, но в основном здесь люди приветливые и понимающие, прям как в сказке. Трудно было поверить иностранцам, но кто переезжал сюда, уже никогда не выезжал обратно. Многие омеги так же переехали сюда в поисках своего счастья. Потому что здесь альфы и беты были самыми завидными женихами среди всех омег. Так же многие альфы сбегают сюда от суровых правил своей страны. В поисках своих любимых занятий они приходят в город, в котором нет принятых норм, как должны вести себя те или иные люди. Так у них в стране собралось много альф, которые присутствовали на работах омег и омеги, которые работают вместо альф. Все это было здесь нормальным и естественным, но для других это казалось чем-то сказочным. Дазай гордился тем, что создали его предки. Они не погрязли в принятых нормах и создали действительно сильное и процветающее маленькое государство.       — Мне очень приятно слышать вашу поддержку. Очень боялся, что этого народ мой не примет. Но всё-таки надежда есть, — с улыбкой сказал принц.       — Ваше величество, что же вы так. Все будут счастливы, если узнают, что у вас есть невесты. Пусть их хоть десять будет. Сколько я слышал, все люди переживали за вашу личную жизнь. Хоть и были вруны, но большинство боялись, что вы останетесь одиноки, — взволнованно ответил торговец.       — Я был бы счастлив, если каждый будет рассуждать как вы. А теперь извините нас, но нам нужно откланяться. Хорошего вам дня, — попрощался принц с прохожим.       — Ваше величество, и вам хорошего дня, — снова со слезами ответил торговец и удалился в свою лавку, протирая слезы платком.       Дазай повернулся к омегам и серьезно посмотрел на них. Эта встреча хоть и спасла их от ругательства со стороны принца, но не надолго.       — Я не забыл о вашей проделке. Живо идём домой, там я вас и накажу.       Мальчики со вздохом поплелись за принцем следом во дворец. Там их ждала полнейшая атака из смущающих вопросов. Это их больше всего пугало, что придется, краснея, как рак, отвечать на каверзные вопросы принца. Зайдя в замок, Дазай шел сзади них, чтобы проконтролировать, что они действительно дойдут до его комнаты и никуда не разбегутся. Это было единственное место, где его никто не побеспокоит и он спокойно сможет выведать все из мальчиков.       — И что же вы делали в городе? — начал Дазай.       — Ходили в магазин, — коротко ответил Рюноске.       — Что же вы там покупали? Я смотрю у вас сумка не наполнена чем-то тяжёлым, — сказал принц, взвешивая рукой сумку, которую нес всю дорогу.       Тут они все стушевались. Никто не поимел смелость ответить принцу. Это слишком сильно их смущало. А ещё больше их доводило, что Дазай в любой момент сможет проникнуть кому-нибудь в сознание и спокойно все увидеть. За время трёхмесячных тренировок он в совершенстве научился пользоваться этим и спокойно мог с первого взгляда прочитать даже самое потаённое.       — Если не скажете сами, я посмотрю самостоятельно, что там внутри.       — П-подожди, — остановил его Чуя. — Не надо же так с давкой на нас.       — Маленькие мои, я не дурак. Все ваши провокации я видел спокойно. Но я твердо решил, что сначала я посвящу себя подготовке к коронации. Хотя знаете, мне довольно было приятно видеть ваши решительные действия. Вы действительно этого так хотите? — дразня, сказал Дазай.       Ацуши охнул и красный отвернулся. Чуя и Рюноске смущённые уставились в пол. Принц осмотрел их, пытаясь выявить оптимальное решение. Ацуши пострадал от насилия. Скорее всего, его приведут в шок сексуальные действия в его сторону. Может пока он сам ещё этого не осознает, но принц прекрасно представлял, что может случиться. Рюноске сам по себе сильно в этом не заинтересован. От него веет слабым, но хоть каким-то желанием. Если углубиться, то можно заметить его сомнения на этот счёт. Раньше Акутагава никогда не задумывался о чем-то таком, всегда думал, что это все отвратительно. А теперь боится, что ему не понравится. С Чуей же вообще проблем понабраться можно. Тут уже сам Дазай боялся, что его не хватит для омеги. Все потому что принц не может объективно рассудить на сколько его хватит с такими пожеланиями мальчика. Да и сможет ли он морально как-то быть готовым к просьбам Чуи.       — Родненькие мои, мне важно лишь знать, что вы сами морально готовы к этой мысли, что альфа перед вами не только одному из вас принадлежит. Меня это больше всего беспокоит.       — Дурачина, мы давно уже свыклись с этим всем, — обиженно высказал Чуя.       — Дазай-сан, мы не против всего этого. Мы давно готовы отдаться любому вашему решению, — смущённо сказал Ацуши.       Рюноске не стал добавлять какие-то слова, потому что и так все было хорошо донесено. Он лишь кивнул. Тем более что раньше он уже говорил с Дазаем на эту тему. И сейчас всё снова повторяется. Но видя по глазам принца, что это был последний и заключительный вопрос.       — Хорошо, тогда вам придется заночевать сегодня каждому у себя. Будет небольшая для вас лотерея, — с хищной улыбкой сказал Дазай.       Затем поднялся и подошёл к двери.       — А пока мне нужно кое с кем встретиться, — и после этих слов принц вышел.       — Он стал таким… — с восхищением посмотрел на всех Ацуши.       — Таким невыносимым, думаю, ты хотел сказать, — добавил Чуя.       Ацуши совершенно не вслушивался в слова недовольного парня. Пока Чуя стоял и продолжал возмущаться, Рюноске закатил глаза и легко стукнул его по голове.       — Ну, согласитесь, что он сильно изменился. Он стал словно крепкой опорой. Я не знаю, как это объяснить, — продолжил Ацуши.       — Ага, только не кончи от одного только его взгляда, — съязвил Чуя, за что снова получил по голове от Рюноске.       А ведь Накаджима был действительно прав. Сейчас принц был не тем, что раньше. Если раньше он чувствовал какие-то сомнения и был явно не готов к резким переменам. То сейчас он полностью изменил свое мировоззрение. Да и с виду он стал статным и крепким альфой. Родители не упускали возможности расхвалить своего сына, видя его изменения. Гордость их распирала. Всё-таки не зря королева устроила небольшой отбор среди омег. Благодаря ним Дазай почувствовал себя живым. Однако сейчас он чувствовал себя полным профаном в таком серьезном деле. Даже если он определиться, то как он сделает приятно дорогому человеку. Сейчас ему не у кого было спросить как правильно действовать и что при этом говорить. Или вообще как все это правильно сделать. Последний, к кому он хотел бы обратиться, это к отцу. Он тяжело выдохнул и прикрыл свое лицо от смущения. Неужели во дворе не было его сверстников, которые были опытны в этом плане.       — Вот черт, — выругался принц.       — Что-то случилось, сын мой? — спросил внезапно появившиеся перед ним отец.       — Ох, да нет. Ничего особенного, — отмахнулся принц, немного паникуя.       — Неужели с невестками беда? — игриво спросил король.       Осаму дернулся и посмотрел на него. Неужели это было настолько очевидно? Видя эти действия, отец посмеялся и спросил:       — Что с ними у тебя произошло? Поругались?       — Н-нет, просто сейчас пришел тот самый момент, когда я ничего незнающий буду искать информацию о кое-чем, — снова отмахнулся Дазай.       — О-о-о, неужели мой сынок вырос? — ехидно спросил король.       — Отец, вы вроде куда-то направлялись. Поэтому не смею вас задерживать, — попытался избежать разговора принц.       — В библиотеке есть специальная книга про половое воспитание. Там есть все что тебе нужно для этого, — с этими словами король дальше пошел своей дорогой.       Дазай уже было дымился от сильного стыда. Затем наскоро отправился в библиотеку и с лёгкостью нашел ту самую книгу. Оглядываясь по сторонам, он запихнул ее куда-то под одежду и быстренько отправился к беседке, где точно никого не будет. Придя туда, там действительно никого не оказалось. Он аккуратно достал книжку и уселся на скамейку.       — Как дитё малое, ей-богу.       Открыв содержание, он быстро нашел, то что ему было нужно. Активно изучив, он с размаху опустил голову на стол, ударяясь. Все это было немного запутано и очень сильно смущало Осаму. Но от своих слов отказываться сейчас не было смысла.       — Интересно, а меня сквозь промежутки хватит на троих? — выразил мысли в слух принц.       Но это он уже поймет после первого разочка. А пока он все так же с полной осторожностью вернул книгу на место и занялся обычной своей рутинной работой в ожидании ночи. Время пришло, омеги с волнением разбежались по своим комнатам. Ни у кого не было мысли что они хотят стать первыми, зато их мучило, то что после этого они некотором могут забеременеть. Контрацепции, к сожалению, стопроцентной в этой стране не было. Были только две таблетки для альфы и омеги. Которые могли спасти с вероятностью семьдесят процентов. А если оба выпьют, то вероятность возрастёт до девяноста процентов. Но у каждого организма она начинает активно действовать в разные периоды времени. Если ещё Ацуши и Чуя были готовы к возможной беременности, то Рюноске же боялся всего. Пока они тонули в своих мыслях, Дазай утонул в своих. Он очень сильно надеялся, что окажется выносливым и ему не придется растягивать все это на три дня. Чтобы их не выделять и чтобы в будущем ему было с этим же легче. Если окажется так, что сильно он не утомится, то самый конец он оставил самого активного. Переборов свои смешанные чувства, Дазай постучал, а затем вошёл в комнату Ацуши. Чем очень сильно разволновал его. Дыхание омеги перехватилось, а сердце забилось в бешеном ритме. Осаму за спиной запер дверь и ласково улыбнулся парню.       — Все будет хорошо, золотце, я тебя не обижу, — заботливо сказал принц, подходя к кровати.       Ацуши коротко кивнул и еле сглотнул. Парень сел и внимательно посмотрел на Дазая. В этих глазах можно было с лёгкостью прочитать сильное волнение и страх. Принц легонько дотронулся до щеки омеги и погладил большим пальцем. Вспоминая некоторое содержание книги, он осознавал, что все равно придется действовать по своему.       — Ты боишься меня? — шепотом спросил принц.       — Н-нет, что вы. Я просто нервничаю, — отвернулся омега.       — А чего же ты боишься, золотце? — продолжал Дазай.       — Я боюсь, что несмотря на ваши действия в меня не встанет или желание сильное не возникнет из-за детской травмы. Или ещё того хуже я сильно перенервничаю и оттолкну вас.       — Золотце, я не тиран. Я увижу, если для тебя это будет сильным испытанием, то продолжать не стану. А за все остальное ты не волнуйся. Для меня главное твое самочувствие.       Ацуши слабо кивнул и закрыл глаза. Этим жестом он хотел показать, что можно предпринимать какие-либо действия в его сторону. Осаму аккуратно уложил мальчика на кровать, нависая над ним. Опираясь одной рукой, вторую он положил на личико омеги, проводя большим пальцем по его нижней губе. Дыхание Ацуши полностью сбилось. Он глубоко и жадно глотал воздух, в котором можно было почувствовать нотки аромата возбужденного альфы. Волнение слегка подходило к горлу и немного сдавливало его. Однако после мягкого касания к его щеке губ принца, омега немного расслабился. Дазай легонько маленькими поцелуями перемещался с щеки до сладких губ Ацуши. Проводя мягко по ним языком, принц обхватил нижнюю губу омеги своими и слегка втянул в свой рот. Ацуши дрожащими руками вцепился в плечи альфы и блаженно промычал. Дазай продолжал сминать губы омеги, только в этот раз делал это увереннее. Запуская руку под ночную рубашку, альфа заставил открыть рот от удивления омегу. Пользуясь этим моментом, Осаму запустил свой юркий язык внутрь Ацуши. Проводя легонько по небу, зубкам и язычку омеги, альфа оглаживал мягкое тело стройного мальчика. Накаджима пытался как-то неумело отвечать на поцелуй альфы, задыхаясь от своих собственных стонов. Как только в его голову приходила какая-то плохая мысль, она тут же пропадала из-за мягких и неспешных действий альфы. Дазай оторвался от пленительных губ из-за нехватки воздуха. Ацуши выдохнул со стоном и жадно глотал запах альфы. Из-за него мысли стали ещё запутаннее.       — Мальчик мой, какой же ты сексуальный, — с охрипшим голосом сказал Дазай.       Ацуши смущённо прикрыл лицо от таких слов. Принц внимательно оглядел каждое движение мышц омеги. Чтобы сразу присечь какую-либо неприязнь и прекратить все, чтобы не давить сильно на Ацуши.       — Пожалуйста, я хочу видеть всего тебя. Убери ручки от личика, — ласково протянул Дазай.       Под таким пленительным голосом омега не мог противостоять и несознательно выполнил просьбу. Дазай всмотрелся в смущенное лицо мальчика. Дрожащие глазки и губки соблазняли и заставляли принца терять рассудок ещё сильнее. Он никогда не мог подумать, что такое случиться с ним. Что он почувствует это вожделение на себе. Принц, прикусывая губу, спустился к шее омеги. Утыкаясь вплотную носом, он набрал полные лёгкие ароматом Ацуши. Лизнув слегка нежную кожу, он обхватил участок губами и слегка всосал, оставляя небольшой засос. Омега дрогнул и схватил руками одеяло под собой. Ацуши полностью развеял свои плохие мысли, потому что чувствовал каким нежным был сейчас принц. А альфа во многом сложнее контролировать свою сущность. Для них проще без всяких ласок и подготовлений взять омегу и все. А тут Дазай был таким трепетным и аккуратным, что все тело Ацуши расслабилось. Принц осторожно и неспеша расстегивал рубашку омеги и, когда полностью распахнул ее, оглядел маленькое хрупкое тело под собой. Под лунным светом оно казалось ещё белее, чем обычно. Глядя на всю красоту мальчика, принц не смог не выразить свою бурю эмоций словами.       — Золотце, какой же ты красивый. Твое тело великолепно.       После этой фразы он склонился рядом с грудью Ацуши и осторожно лизнул маленькую нежную бусинку. Омега ахнул и сжал одеяло ещё сильнее. Действия Дазая сводили его с ума. Тихие стоны переходило на тон громче и сладостнее. Грудь Ацуши вздымалась от частого дыхания, из-за чего он своей кожей чувствовал горячее дыхание альфы.       — Дазай-сан, в-внизу т-так жарко и тесно. Я-я не понимаю, — чуть не плача сказал омега.       Альфа довольно улыбнулся и облизнулся. Маленькими поцелуями он спускался вниз к проблемному месту омеги.       — Тебе больно, солнышко? — заботливо спросил Дазай.       — Н-нет.       Принц внимательно оглядел возбуждённый бурогок на нижнем белье омеги. А если приглядеться ещё сильнее, то можно увидеть маленькое мокрое пятнышко. Альфа совершенно потерял контроль над своими действиями. Видя, как его дорогому человеку хорошо, он не мог держать себя в руках. Обхватывая губами орган Ацуши через, он нежно сдавил его. Омега блаженно простонал и инстинктивно развел слегка ножки. Дазай отпрянул и, не спеша, снял нижнюю часть одежды и отбросил ее на пол. Перед его глазами раскрылась ещё больше прекрасная и сексуальная картина. Раздетый возбуждённый омега слегка приглашающе раздвинул свои ножки по обе стороны и со всей страстью смотрел на принца. Альфа прикусил губу, заглушая свой рык возбуждения. Затем, оглаживая руками бедра Ацуши, он развел их ещё сильнее, наклоняясь к возбуждённой плоти и беря ее в свой рот. Омега беспомощно уплывал в наслаждении, сладостно скуля и постанывая. Пока принц активно двигал головой, Накаджима извивался, как змея, жадно глотал воздух ртом. Осаму мягко погладил ладонью бедро омеги, затем переместил свои ловкие пальчики на мокрую дырочку мальчика, массируя и потирая. Ацуши слегка дернулся от новых ощущений и шумно выдохнул. Не переставая двигать головой, принц медленно ввел один пальчик. Омега прогнулся в спине и выкрикнул имя альфы. Своим сладким голоском Ацуши соблазнял уши принца.       — Я-я с-сейчас… Н-не могу-у-у, — проскулил Накаджима.       Дазай продолжал расстягивать, добавляя новый пальчик. Омега извивался ещё сильнее и громко постанывал на всю комнату, никого не стесняясь. Принц не смог больше держать себя в руках. Отрываясь от любимого тела, Дазай в один момент скинул с себя всю до боли лишнюю одежду. Осторожно приставил свой орган к дырочке Ацуши и слегка потёр.       — Я аккуратно, — ласково сказал принц.       Омега посмотрел на Дазая и слабо кивнул. Такому заботливому и доброму альфе мальчик безгранично доверял и знал, что он ему никогда не сделает больно.       — Расслабься и доверься мне, маленький, — сказал это Дазай, начал медленно входить.       Ацуши резко сжался и задержал дыхание. Принц наклонился осторожно к лицу омеги и прошептал:       — Дыши глубже и постарайся расслабиться. Какой же ты узенький.       Омега постарался выполнить просьбы Дазая и спокойно смог принять весь орган альфы. Голова гудела от сильного приливы крови к интимному месту. Желание нарастало с сильным объемом. Ацуши обхватил спину принца и впился в его кожу своими ногтями. Спустя некоторое время Осаму почувствовал расслабление омеги и попытался толкнуться на пробу. Ацуши вскрикнул и царапнул слегка Дазая.       — Больно? — заботливо спросил принц.       Омега помотал головой и зажмурил глазки. Альфа улыбнулся и, поглаживая Ацуши, ещё раз медленно толкнулся. По телу омеги прошла дрожь, как ток.       — Ты так сжимаешь меня, золотце, — со стоном сказал Дазай.       Толкался медленно и нежно, расстягивая узкие стеночки омеги. Омега притянул к себе альфу, крепко обнимая и царапая спину ещё сильнее. Все стоны наслаждения Ацуши были направлены точно в ухо альфы. Из-за чего он почувствовал ещё сильнее возбуждение в голову.       — Дазай-сан, я не могу… — сжимался омега ещё сильнее.       Альфа слегка ускорился и затянул Ацуши в глубокий поцелуй. Омега еле как успевал отвечать принцу. Дрожь в теле мальчика нарастала, кровь ещё сильнее приливала к интимному месту, а сам он утопал в сладком мокром поцелуе с Дазаем. И содрагаясь, Ацуши излился с мучительным стоном в губы принца, пачкая их животы. Осаму отпрянул от омеги, стараясь сдержать себя в руках и не кончить внутрь мальчика. Выйдя из него, он провел своей рукой по своему органу, смотря на расслабленное тело омеги, и выплеснул на него белесую жидкость. Ацуши сразу засопел после оргазма. А принц сел, пытаясь отдышаться.