Злой, добрый и жалкий

На другом конце провода была его одна из его подчиненных. Аманда Робинсон. На самом деле, она была единственным его подчиненным. Этот разговор отличался тем, что она наконец вышла с каникул и впервые за долгое время с ней получилось соединиться. Гектор пытался рассказать ей мысль, мучившую его уже несколько дней. -Знаешь, смерть — это довольно грустно. Что ты думаешь об этом? Это было не так просто, потому что она бы точно не ответила на вопрос с первого раза. Она ответила, что это вовсе не грустно, если потом ты становишься злым духом. -Разве такое возможно? Она ответила, что это случилось с одним ее знакомым. -Как ты это узнала? Она ответила, что иногда его встречает и пытается объяснить ему, что он умер, а тот хмурится и огрызается в ответ. Гектор посмеялся, потом успокоился. --Правильную ли вещь я сделал тогда, в последнем походе? Когда ты называешь вещь, о которой неприятно думать, не совсем подходящим ей именем, это позволяет легче справляться с бременем. Аманда не сразу поняла эту концепцию и предлагала говорить, что Гектор ходит «добывать корм для своего ручного тигра». Она ответила, что это был очень забавный поступок. Это было предсказуемо. Конечно, она не ответит на вопрос и со второго раза. Это не вполне нравилось Гектору, когда человек, заявляющий о полной преданности к нему и сыплющий сладкими словами, не отвечал на вопросы. Но до определенной точки он мог и потерпеть. Тем более, что это так предсказуемо. Глупо расстраиваться из-за предсказуемых вещей. Глупо расстраиваться из-за того, кто заявляет о полной преданности к тебе. -А что бы ты сделала на моем месте? Она никогда ничего не оценивала. Вы могли бы сказать ей свои оценки насчет цен на жилье, глобального потепления, насчет того, нужно ли забирать чеки в магазине и насчет своих коллег и соседей, убедились бы, что она все внимательно и с интересомслушает, а потом поняли, что так и не понимаете, согласна ли она с вами и что она вообще думает насчет задетых вопросов. И все-таки сейчас Гектору твердо хотелось заставить ее выразить мнение по занимающему его вопросу. И невообразимые пируэты, которые Аманда делала, чтобы уйти от вопроса, только подзадоривали его. -Поступила бы на режиссера-постановщика. -Сама им и становись. -Мне и так нравится моя работа. Это уже не пируэт, а кабриоль какой-то. Нет, это не были никакие пируэты. Просто она не замечала этого вопроса. Для нее здесь не было никакого вопроса. Таким вопросам не уделяют внимание, пока жизнь не заставит ими задаться. -Ты с кем-нибудь когда-нибудь прощалась навсегда? -Конечно, вот человек перед тобой, и ты с ним говоришь, а в следующее мгновение его уже нет. И что вместо него? Пустота, холодная и безличная, враждебная и гостеприимная одновременно… Наконец-то. Это уже хотя бы по-человечески. Нехотя Гектор засчитал это как ответ. Он был удовлетворен. Он не стал дослушивать и перебил ее. — Представляешь, у меня в ванну свалился паук. Аманда ответила беззаботно и невозмутимо. — Купи новую. — Денег таких нет. — Урежь расходы на содержание своего тигра. Никакого тигра у Гектора не было. — Он уже сдох от голода. — Продай шкуру. — Это не поможет. — А что поможет? — Не что, а кто. — Так кто же? — Боюсь, только ты способна меня выручить. — А тебе это надо? Вдруг я перестараюсь с выручкой?.. Он не стал дослушивать и перебил ее. — Значит, с завтрашнего дня работаем командой в обычной режиме? Аманда ответила спокойно и невозмутимо. — Да, только я последнее время борюсь с привычкой ничего не делать до обеда. Надеюсь, это не помешает работе? — Если поборешь, то не помешает. С Амандой они познакомились случайно. Вернее, Аманда попала в мир Гектора случайно. Иначе быть и не могло, ведь он позволил этому случится только убедившись, что их знакомство было полностью случайно. Часто здесь бываешь? На самом деле, оно, конечно, произошло не просто так. Их объединяло множество вещей: служба, сообщники, клан, любимый парк, — так что они бы рано или поздно столкнулись. Но из-за настороженного отношения Гектора к людям, имеющим с ним что-то общее, такая встреча ни к чему бы не привела. Контакты с такими людьми оборачивались историями, не замалчиваемыми и не передаваемыми в двух словах. Коснись ее разговор, о такой истории пришлось бы рассказать полностью. Да, это мой любимый парк. У них было слишком много общего: служба, сообщники, клан, любимый парк. Удачная часть была в затяжном отпуске Аманды. Он увидел ее довольно поздно. И мой. Такую степень общего между людьми еще можно позволить. Можно даже назвать золотой серединой, ведь совсем без общего пожалуй было бы трудновато. Позднее он узнал, как много у них на самом деле общего. Еще несколько позднее она стала единственным человеком, которому он доверял.