Что ни случается, всё к лучшему

Мрачный коридор не заканчивался, а собственное эхо шагов, преследующее парня с самого начала пребывания в этом месте, не улучшало ситуации. Стены и пол терялись в темноте, а хоть какая-то мебель казалась просто случайной тенью. С каждым шагом всё вокруг только сильнее смешивалось, шум ходьбы давил на мозг, а ощущения плыли, отказываясь принимать творящееся вокруг. Всё было неправильным, будто он попал в ожившую дримкор-картину и всё быстрее сходил с ума. Тени вокруг уже давно плясали хороводы, то приближаясь, то отдаляясь от него. А он продолжал идти. Всё дальше и дальше, загоняя растущий страх глубже, туда, куда он точно никогда не заглянет в поисках воспоминаний. Очередная встряска заставила еле различимые очертания окружения пошатнуться, исказиться и, кажется, рассыпаться пикселями, но через мгновение всё снова было как раньше: коридор без света, без единой двери, но с ожившими тенями. Только сейчас он заметил, что их всего три. Они скачут, вьются вокруг него, то пугая, то составляя компанию в бесконечном одиноком путешествии. Они неотличимы друг от друга внешне, но две всё время вместе в вечной борьбе, а третья, словно стесняясь, неловко кружит чуть поодаль от них. Но лишь она встанет рядом с путником, как от неё отдаёт холодом, каким-то смирением и опасностью. Она не нападает, в то время как самая резвая всё чаще налетает на него, нависает над ним, пытается устрашить, но отвлекается на своего вечного противника-собрата, и всё повторяется. Тени больше мешают, не давая полностью увидеть путь, но разрезают тишь шелестом и неразборчивым шёпотом, избавляя от чувства одиночества. Вновь встряска. На этот раз они непозволительно близко, отнимают кислород, душат и, кажется, впиваются в него своими призрачными когтями, окончательно выбивая пол из-под ног. И он падает вниз, не находя опоры, под режущий слух смех одной тени, ворчание другой и жуткое, пропитанное ненавистью молчание третьей. Тьма принимает его в свои объятья, убивает, съедает, не оставляя ни кусочка кости, ни капли крови. Он исчез. Его больше нет. Внутри тьмы его «я», то, что нематериально, опускается всё ниже, в глубины, пока не ударяется со всей силы о дно, выплёскивая его… *** Резкий удар головой о металлическую поверхность заставил вырваться из сна. Потирая больное место, стажёр пытался прийти в себя. Жёсткое сиденье, грохот двигателя, а также несущиеся за окном однообразные пейзажи безжизненной пустыни разбудили мозг окончательно. Скопление агентов A.A.H.W. на квадратный метр только закрепили эффект, заставляя вспомнить где он, кто и куда едет. К сожалению, если ты живёшь в Неваде и не являешься гением в боевых искусствах или во владении любым видом оружия, но имеешь хоть сколько-нибудь важный статус учёного или медика, то придётся всю жизнь терпеть компании, состоящие из большого числа агентов. Конечно, в городах, которые ещё сохранили, каким-то чудом, хоть что-то, за что их можно называть цивилизацией, при обучении заставляют пройти физическую подготовку, что, учитывая творящееся безумие вокруг, вообще только в интересах студентов, но всё равно не так рьяно, как при подготовке тех же агентов или прочих вояк. «Если их обучают, а не выращивают в пробирках с изначально заложенными знаниями…» - мрачный взгляд будущего учёного впился в отражение в окне, через которое он придирчиво рассматривал «охрану». На данный момент он направлялся в новое место стажировки, где затем должен будет продолжать работать… в идеале, всю жизнь, а в перспективе до налёта очередного нарушителя спокойствия. И так и так подходит понятие «всю жизнь», просто в одном случае длиннее, чем в другом. Тяжкий вздох и начинающая подступать мигрень картину не красили от слова «совсем», а ехать им ещё неизвестно сколько. Комплекс, куда они направлялись, отличался от остальных своими размерами и статусами экспериментов, что удалось узнать из выданных справочных материалов. Он является самым маленьким, но при этом в нём ведутся довольно опасные опыты, а потому относится к наиболее засекреченным. К чему были такие спорные решения неизвестно, да и особо не интересовало. Главное, что уже имеется место, где парень сможет осесть. Как он понял, персонал живёт над лабораторией, а потому он не будет покидать место работы. "Довольно удобно". Встряска автомобиля опять попыталась раскроить ему череп, но на этот раз получилось смягчить удар. Даже не успел он возмутиться, как машина остановилась, тряхнув напоследок похлеще, чем в прошлые разы, из-за чего стажёр чуть не влетел в сидящего впереди агента. Эти ребята грубые, потому, если бы такое и случилось, он бы получил пару синяков и насмешки, по крайней мере, на текущий день. Выбраться из машины было несложно, но длительный путь в мало комфортных условиях дал о себе знать, потому пришлось сначала втихую размяться. Внешне здание впереди представляло собой что-то вроде одноэтажной гостиницы весьма сомнительного вида из-за разбитых окон и кое-где украшенных трещинами стен. Будущий учёный бы даже подумал, что они заблудились, если бы не уверенно идущие вперёд агенты, попутно грубо подталкивающие и его. Не то, чтобы он был неженкой или что-то вроде того, просто… сложно доверять грантам, всегда имеющим при себе оружие и убивающим друг друга просто из-за неприязни. О последнем он узнал из слухов, но кто знает, что им в голову взбредёт. К сожалению, приходилось смиряться, ибо так всяко лучше, чем быть без хоть какой-то защиты в Неваде. Последнее здешним населением считается чистой воды самоубийством. Изнутри первый этаж комплекса был чуть лучше, чем внешне, но продолжал создавать ощущение заброшенности и бардака. Столики бывшего кафе, совмещённого с самой гостиницей, не блистали чистотой, как и всё вокруг, а некоторые и вовсе были разбиты и валялись там же, где и упали. Кресла и стулья у маленькой барной стойки кое-где прогнили, а ножки у последних погнуты в разные стороны. Единственными более-менее обжитыми местами были кухня и номера. Видимо, персонала действительно было немного, раз никто не пользовался залом и баром. Комнат всего пять, но, успев заглянуть за одну из приоткрытых дверей, видимо, ничьей комнаты, парень отметил наличие довольно маленьких, предназначенных чисто для сна, помещений с двумя кроватями. Кроме того, в конце коридора, по которому шла небольшая процессия из трёх агентов и стажёра, виднелись обширная по размерам ванная и расположенный напротив неё туалет. Шествие окончилось у стены, на которой «ведущий» агент с режущим слух щелчком открыл небольшую тайную панель и ввёл код. Спустя мгновение открылись толстые металлические двери, до этого скрытые под ту самую стену, и процессия вошла в лифт. Подобное не вызывало абсолютно никакой реакции у стажёра, ибо окружение и атмосфера этого места ещё на улице ввели его в хандру. Ему оставалось только наблюдать и запоминать. В отличие от первого этажа, лифт выделился размерами, видимо, на нём принято перевозить оборудование. Что было примечательным, на панели имелись несколько кнопок, подписанных «Этаж 1», «Этаж -1», «Этаж -2», то есть помимо того этажа, куда они направлялись, присутствовал ещё один, ниже. Парень лишь надеялся, что его просветят и не придётся изучать всё самому. Как бы изначально ни казалось, но тишины не было и в помине: агенты постоянной переругивались, перекладывали из руки в руку оружие, печатали что-то на КПК, механизмы лифта гудели… Все шумы не давали погрузиться в полную тоску или наоборот беситься от надоедливой компании опасных ребят. Вот скрип лифта ознаменовал завершение поездки, и всё скопище вышло на площадку. Тут же, не дав осмотреть интерьер, их внимание привлёк мужчина, по-видимому, один из учёных. Сам по себе невысокого роста, в возрасте, небритая борода и очки на носу - всё это располагало и создавало образ такого мужичка, но суровое лицо и плескающийся глубоко в глазах холод заставляли пересмотреть наскоро сделанные выводы. Доверия к данному индивиду не было, но предчувствие парню пришлось запихнуть поглубже, чтобы не мешало настраиванию рабочих взаимоотношений. Интересная личность же в это время перекидывалась рабочими фразами с «ведущим» агентом, узнавая подробности нашего здесь нахождения. Переданные бумаги, по-видимому, полностью устроили его, и, после быстрого просмотра макулатуры и оценивающего взгляда на состав «команды», мужчина бросил пару фраз агентам, наскоро объясняя всё необходимое, что им позволено знать на этом и предыдущем этажах. «Видимо, ниже их никто пускать не собирается» - парня же выцепили из разбредающейся массы. - Так, а ты со мной, - учёный, а, судя по бейджику, его звали «Доктор Фар», деловито шествовал впереди, всем своим видом приказывая следовать за ним. Его басящий голос не давал и шанса на неподчинение. – Ты стажёр, как я понимаю? Отлично, нам как раз не хватает рук. Слушай внимательно… - быстрый взгляд в бумаги, оказавшиеся анкетами работников, выцепил нужное имя, но слегка глуховатый голос уже произносил его вслух. - Тей. -…кхм, да, Тей. Думаю, ты сам узнал, как меня зовут,.. - рука как бы невзначай задела бейджик. – ...потому в представлении не нуждаюсь. Так вот. Слушай внимательно, повторять не буду. Этот комплекс имеет три этажа: первый – жилой; минус первый - архивы, кабинеты, хранилище материалов; и минус второй - лаборатории, камеры подопытных, технические помещения. Агенты, которые тебя сопровождали, не имеют доступа на нижний этаж, но, так как защита всё равно нужна, там присутствуют солдаты и автоматизированная техника, за которой следят инженеры. Возможно, ты ещё не знаком с грантами подобных типов, но скажу так: они явно полезнее агентов, - презрительный смешок выдал всё отношение Доктора к представителям агентства. В какой-то степени этот учёный захватывал расположение Тея. – Ладно, давай ближе к делу. Сам видел, комплекс маленький. Но значение его обратно пропорционально его размерам. Я очень надеюсь, что ты способный малый, ибо бить баклуши здесь никому не позволяется. Тебе спустя время выдадут эксперимент. Распоряжения прибудут с ним же. А до тех пор будешь выполнять большие и малые поручения. И чтоб никакого нытья! – суровость взгляда этого мужчины могла отвадить у любого нерадивого ученика желание хоть как-то перечить или выводить его из себя. Но Тей знал, куда его направляют, потому с готовностью вникал во всю информацию, которую ему преподают, и показывал своё внимание. – Отлично. Багажа, как я вижу, у тебя с собой нет. Что ж, халат и всё необходимое тебе выдадут завтра. Приступишь к работе тогда же. А пока можешь осмотреться на двух этажах, но не суйся пока на нижний. Потеряться у нас невозможно. Уже поздно, сходи, выбери себе комнату и бла-бла-бла. Сам разберёшься, не маленький. А я занят. Стажёра оставили в небольшом коридоре, завернув в какой-то кабинет и захлопнув дверью у его носа. Что ж, его просветили. Правда, не так, как он рассчитывал, но это уже что-то. Остаток дня он шатался по минус первому этажу, изучая таблички на дверях, заглядывая за незапертые двери, стараясь запомнить расположение кабинетов. Как оказалось, док Фар был прав, и три коридора, идущие по прямой от лифта, никак не пересекались между собой, потому запоминать было нечего. К тому же они короткие, что связано, скорее всего, с тем, что персонала, чьи кабинеты здесь занимали большую часть, а именно отдельный самый длинный коридор, было довольно мало, даже если считать Тея и прибывших с ним агентов. После несколько раз пройденного этажа, он вернулся на первый, который уже облюбовали представители агентства и вовсю дебоширили в зале, найдя ещё двоих здешних собратьев. Стараясь быть незаметным, ибо особой радости от компании этих индивидуумов в трезвом состоянии не было, что уж говорить теперь, стажёр заскочил в первую попавшуюся комнату, оказавшуюся под номером семь. Мгновенно заперев за собой дверь, тот придирчиво осмотрел номер и, наскоро сбив слой пыли хотя бы с кровати, не особо заморачиваясь, сразу грохнулся спать, еле стащив с себя одежду. Невада не была холодным местом и позволяла населяющим её грантам ходить в одинаковых плотных длинных рубахах и ботинках, потому простое покрывало позволяло чувствовать себя достаточно комфортно, чтобы уснуть даже под шум за стеной.