Наруто . Контракт синигами

Наруто странным образом молчал в ту неделю, которую он покинул из Страны Вихрей. Кушина простила его, используя свое дзюцу, чтобы быстрее вернуть их в деревню, чтобы он мог собраться с мыслями. Наруто действительно не нравилось дополнительное время для себя, но Кушина и Юрий были более чем любезны с ним. Дни они шли, он проводил в своих мыслях, а ночи ворочался в своей палатке. В те недели, вернувшись в Коноху, Наруто не разговаривал ни с Шизуне, ни с Эбису, и оба чувствовали, как энергия Наруто дико кружится вокруг его тела, как будто бушующий ад проник в его тело. Ему казалось, что он с трудом сдерживает боль, гнев и печаль, которые он чувствовал в эти моменты. Возможно, единственная причина, по которой он не портировал и прямо потребовал от Цунаде признать эти вещи, заключалась в том, что Юрий и Кушина помешали ему сделать это. Наруто был уверен, что ему придется поблагодарить их обоих за это позже, но сейчас он с трудом сдерживал свой гнев. Он сомневался, что назовет это ненавистью, но в его духе определенно было чувство предательства. Это было чувство, которое могли почувствовать все, не больше, чем Кушина и Юрий. Шаги Кушины топтались по земле, когда она тихо шла рядом с Наруто с Юри по другую сторону от него. Как и ее такой… жених, Кушина также была полна гнева, и ей постоянно было больно, что Наруто боролся с таким количеством мыслей и эмоций, но Кушина знала, что ее жених был сильным, потому что Наруто был ее телом, и ей пришлось бы начать доверять что он поступит правильно, даже если он будет таким же вспыльчивым, как она. Однако Кушина ни в коем случае не собиралась допускать этого. Кушина собиралась получить на это более четкие ответы. Наруто чуть не выгнали из Конохи… дважды. Кушина НЕ оставит этого. Отнюдь не. Несмотря на все это, Юрий взглянул на обоих, и, честно говоря, она почувствовала себя более чем немного противоречивой. Конечно, она никогда не была в Конохе давно, поэтому у нее не было много привязанностей к этому месту, но это было место, где вырос Наруто. До этого момента он рассказывал ей множество историй о Конохе, и он никогда не слышал ничего плохого из его уст. Юри ценила Коноху, так как это было место, которое воспитало ее брата, но, узнав об этих произошедших событиях, Юрий рассердился, смутился и опечалился из-за того, что Наруто так близко подошел к изгнанию из места, которое он так любил. много. Это честно заставило Юрия задуматься, за что она и все остальные борются. Но что болело больше всего? Шизуне и Эбису скрывали это от нее. Со временем группа наконец увидела Коноху, и Наруто не мог не нахмуриться, когда увидел деревню, которая была его собственным домом последние шестнадцать лет. Он не знал, что теперь думать о любимом месте. Конечно, жизнь в Конохе была тяжелой для него в детстве, так почему он чувствовал себя еще более изолированным, чем раньше? Он не был уверен, что ему нравится, в чем заключаются некоторые из этих чувств. Наруто почувствовал нежную руку на своем плече, и он повернулся, чтобы увидеть свою моль… невесту, смотрящую на него со смесью печали, но нежности. Наруто искренне любил это в ней. «Помни Наруто. Она по-прежнему Хокаге и лидер деревни, но, тем не менее, это не остановит меня, не остановит всех нас, быть рядом с тобой. Мы дали эту клятву вместе, и я знаю, что когда придет время, ты сделаю это с Юри-чаном и Юра-чаном, - сказала Кушина, и Наруто вздохнул, оглянувшись на деревню. «Я думаю, что это отчасти моя вина, Кушина. Я поставил Коноху на пьедестал, потому что это была моя деревня. Я думаю, что почти каждый шиноби делает это для своей деревни, понимаешь? Теперь я понимаю, почему Эросеннин не смог найти ответ на мир. Думаю, я являюсь ярким примером этого. Человечество никогда не хочет ошибаться. Я думал, что Коноха была величайшей деревней в мире, в которой можно жить, от зеленых деревьев до теплого солнца, которое поднимается над деревня, но я вижу, что ошибался. Коноха такой же человек, как и любая другая нация. Я отчасти вижу, как на самом деле Коноха создавала таких людей, как Орочимару, или таких, как Итачи. Честно говоря, Каа ... Кушина, впервые в моей жизни ... Я думаю, что стать шиноби было ошибкой, даттебайо, - сказал Наруто, и взгляд Кушины ожесточился. "Нет!" - воскликнул голос, отчего Наруто и Кушина обернулись и увидели, что Юрий смотрит на него. «Не… не говори этого, Нии-чан! Если бы ты не стал шиноби… мы, возможно, никогда бы не встретились. Я понятия не имею, что бы случилось со мной и Юрой-Ничан, если бы ты не спас нас. Не выбрасывайте то, что это значит для меня так легко! " - сказал Юрий, и Наруто полностью повернулся к ней лицом. Он действительно мог видеть, как она борется со слезами, которые покидают ее глаза, а Наруто просто улыбнулся. Затем он схватил Юрия за руки и поцеловал их обоих. Щеки Юри вспыхнули, прежде чем Наруто посмотрел ей в глаза. «Да, верно, не так ли, Юри-чан? Извини за это. Я не это имел в виду. Конечно, я люблю тебя и Юру-чан больше, чем я мог бы начать описывать, даттебайо. Зная то, что я знаю. Теперь, если бы мне пришлось вернуться в прошлое и сделать это снова и снова, я бы сделал это снова и снова. Мне просто интересно, куда все это нас ведет, но я никогда не смог бы пожалеть об этом », - сказал Наруто и Юрий широко улыбнулась ему, показывая свои чистые белые зубы. Затем она быстро поцеловала Наруто в щеку. «Так лучше. А теперь пошли! Я хочу пойти домой и посмотреть, как поживают Гурен-сан, Фука-сан и Юкимару-кун», - сказал Юри, и Наруто быстро согласился, в то время как Кушина слегка улыбнулась. Она видела улыбку на лице своего сына / жениха и знала, что Наруто будет в порядке. Хотя она ни на секунду не думала, что это что-то изменит в Конохе, потому что на это будут ответы. Все пошли к деревне, в которой Шизуне и Эбису затаили дыхание. Стены становились все выше и выше. Впервые Шизуне действительно почувствовала, как ее вина становится все больше и больше вместе со страхами перед Цунаде и тем, что ждало впереди, но как куноичи она должна была подавать пример для других, и это даже встретило ее, подарив ей жизнь. Шизуне и Эбису были готовы к тому, что это значило. Хотя это им не сильно помогло, так как оба чувствовали, что их грудь становится все сильнее и сильнее. Наруто заметил это краем глаза и нахмурился. Затем он повернулся налево, удивив всех. «Иди сюда. С таким же успехом мы могли бы войти в другой вход Ба-чана», - сказал Наруто, и все подняли брови при этом. Кушина не получила известий о другом входе, но она и остальные последовали за Наруто, когда они кружили по массивной арке деревни. Шизуне потребовалось немного времени, но она поняла, куда Наруто их ведет, и была удивлена, что Наруто каким-то образом обнаружил это, поскольку она никогда не слышала, чтобы Цунаде когда-либо упоминала этот вход в команду Хинокен. «Наруто, куда ты нас ведешь?» - спросила Кушина, и Наруто быстро отодвинул ветки деревьев, и все заметили дверь в дальнем конце стен Конохи. «Я помню, как Какаши-сенсей однажды говорил со мной об этой двери в наше свободное время. Он сказал, что Анбу не могут позволить себе роскошь пройти через парадные ворота, как стандартные шиноби. Очевидно, Ба-чан планировал дать нам этого для такой миссии, - ответил Наруто, и Кушина медленно кивнула, прежде чем все подошли к двери. Наруто схватился за ручку и открыл дверь. Все вошли в дверь снаружи и, не сказав ни слова, стояли перед тремя членами Anbu Black Ops. Наруто мог сказать по их стойке, что они были готовы атаковать в любой момент. «Член Хинокен, Узумаки Наруто, возвращается в Конохагакуре с капитаном Хинокен, Узумаки Кушиной, для миссии… эээ… эээ…», Кушина покачала головой, наблюдая, как ее сын пытается вычислить числа, но, по правде говоря, она этого не сделала на самом деле все равно. «Миссии E-DR345GF. Просто дайте нам пройти, чтобы мы могли увидеть Годайме Хокаге», - сказала Кушина стальным тоном, который удивил Анбу. Трио молчало на мгновение, оценивая слова Кушиной своими собственными мыслями. Глава Анбу наконец отмахнулся от своей команды, и двое Анбу, стоявшие рядом с ним, ушли, чтобы заняться своими делами. «Принято, команда Хинокен. Вы можете войти», - сказал Анбу и смотрел, как Кушина вместе с Наруто сопровождают остальных через дверь. Анбу пришлось признать, что ему действительно показалось странным, что, когда Эбису и Шизуне прошли мимо него, на их лицах было похоже, что на их лицах было более тысячи лет сожаления. У него не было времени высказывать свои мысли, поскольку группа уже исчезла из его поля зрения. Пройдя по длинному коридору залов и комнат, Наруто открыл одну из дверей, которые вели во внутреннюю часть деревни. Остальная часть его группы прошла вместе с ним, и Наруто закрыл дверь. Все они стояли по краям ограды, деревня под ними. Это давало им такой широкий обзор мест, которые они могли видеть. Он повернулся к своей деревне. На этот раз он не мог сказать, счастлив ли он вернуться в Коноху или нет. Он посмотрел на дома и увидел, что некоторые жители прошли мимо, ничего не подозревая о его возвращении в деревню. Они понятия не имели, как упорно он и другие боролись, чтобы обезопасить себя. Наруто был уверен, что мирные жители и даже большинство шиноби никогда не узнают, что на самом деле означает определение жертвы. «Хех, я начинаю думать как Саске-теме», - Наруто не мог не поддаться этой мысли. Он только покачал головой. «Давай. Пойдем к Баа-чану и покончим с этим. У нас утром тренировка Юри-чана», - сказал Наруто. Юрий быстро кивнул и улыбнулся, хотя все могли сказать, что ее улыбка была не такой довольной, как ей хотелось бы. «Да! И Эро-одзи даст мне мою награду, когда я выиграю даттебайен!» - объявил Юрий.Наруто и Кушина моргнули, прежде чем взглянуть на Эбису, и Эбису выглядел немного смущенным, когда начал вспоминать, что мог сказать что-то подобное. К счастью для него, никто не решил прокомментировать, поскольку Наруто просто счел нужным продолжать движение вперед. Было поздно для Конохи, когда они возвращались, поэтому Наруто и Кушина пошли впереди команды. Эбису и Шизуне, возможно, все еще выздоравливали, поэтому Наруто и Кушина решили облегчить им путь. Прыжки с крыш во время прогулки не совершались. Со временем глаза Наруто сосредоточились на особняке Хокаге. Наруто мысленно усмехнулся, что разбудило Кьюби от его мягкого сна. «Вы, должно быть, думаете, что я сейчас настоящий идиот, верно? Все эти утверждения, что я Хокаге, и все такое. Теперь я чувствую, что все, над чем я работал, было брошено мне прямо в лицо», - сказал Наруто и Кьюби. медленно ворчал про себя. Затем он встал на четвереньки и потянулся. « Ну, я всегда думал, что ты идиот. На самом деле, ты все еще идиот», - сказал Кьюби, и Наруто подавил желание нахмуриться на меховой комок из-за его ненужных слов. «Тем не менее, ты один из тех немногих людей, которые, как я считаю, принесли много пользы многим людям, каким бы отвратительным оно ни было. То, что ты испытал, - это все еще вещь, называемая Жизнью, дружище. Это никогда не изменится. Хммм , если вы спрашиваете мое мнение по этому поводу ... позиция Хокаге всегда была слишком маленькой целью для кого-то вроде вас, Наруто, " Наруто запнулся, что не осталось незамеченным для всех. Наруто медленно остановился. «Слишком маленькая цель? О чем ты говоришь? Это одна из самых важных позиций не только в Конохе, но и в мире шиноби. Что вы имеете в виду?» - спросил Наруто, и Кьюби тяжело вздохнул, слегка раздраженный необходимостью давать объяснения. « Не заставляй меня повторяться, ты идиот! Это означает то, что я сказал! У тебя слишком большой потенциал, чтобы быть ограниченным этой деревней, и я уверен, что все вокруг знают это, и если есть что-то в истории, или люди истории, всегда делается для тех , кто слишком большим потенциалом, Наруто, это две вещи,» сказал Кьюби и Наруто нахмурился, он привел свой ум , чтобы вспомнить всю эту информацию , как мог. «люди либо пытались стереть человек ушел, потому что он боится этого потенциала, или они его принимают, и похоже, что ваша деревня решила выбрать первое. Все люди такие, и это никогда не изменится, брат. Потому что человечество ВСЕГДА будет бояться перемен, - сказал Кьюби перед тем, как замолчать, когда Девятихвостому Лису хватило этого разговора на день. Наруто просто стоял посреди улицы. Он понятия не имел, что когда он остановился, все остальные тоже и наблюдали за ним. Эбису и Шизуне действительно было любопытно, что Наруто остановился в их продвижении, но ни один из них не собирался смотреть подаренному коню в рот, поскольку это дало бы им время, чтобы помочь успокоиться. На противоположном конце Юрий и Кушина могли видеть, как Наруто сосредоточился на земле, или, точнее, его мысли. Казалось, он отключил их всех, пока мысли его блуждали. Юрий не мог начать выражать свое беспокойство при виде поведения ее брата. "Нии-чан?" Юрий проверил, окликнув Наруто, и все наблюдали, как Наруто смотрит на них. Он широко улыбнулся им: «Ах, извините за это. Я просто слишком много подумал. Давайте двигаться!» - сказал Наруто, проходя мимо группы, но нежная рука Кушины остановила ее сына. "Есть ли что-нибудь, о чем вы хотели бы поговорить?" Она спросила, и Наруто вздохнул, прежде чем повернуться к ней: «В доме, Кушина. Я расскажу тебе и Юри-чан. Давай, пойдем к Баа-чану», - заметил Наруто, и Кушина решила бросить это. эти слова. Она знала, что лучше не давить на сына, когда он не хотел, чтобы на него давили. Он сказал ей, что объяснит, когда они вернутся домой, и ей просто нужно будет удержать его от этих слов. Итак, группа продолжила прогулку, а Наруто слегка отвлекся на прогулку во время прогулки. Юрий время от времени тревожно поглядывал на Наруто. Ей действительно не нравилось, когда Наруто скрывал от них свои мысли. Ей особенно не понравилось это сейчас, когда ее заметили эти новые… разоблачения. Единственное, за что ей нужно было держаться, это то, что Наруто сказал, что объяснит им это, когда они вернутся домой. Юрий ничего не мог поделать, но чувствовал, что это будут минуты испытаний. « Что бы ни случилось, я всегда буду рядом с тобой, Нии-чан!» - сказал Юрий, пока вся группа продолжала идти. Юрий бросил последний взгляд на особняк Хокаге, который становился все больше и больше. Юрий не мог понять, откуда исходит это внезапное чувство страха. -Икс- Цунаде вздохнула, ущипнув переносицу. Она все еще пыталась заполнить последние остатки своих документов, и все шло не так гладко, как ей хотелось бы. За последние пару недель она не могла полностью сосредоточиться, так как потеря Шизуне привела Цунаде в своего рода спад. На этот раз Цунаде была благодарна за работу, поскольку она отвлекла ее от мыслей. Она не трогала свою коллекцию сакэ, поскольку была уверена, что это просто освободит ее разум, чтобы вспомнить то, чего она не хотела. За этим последовали сообщения о том, что команда Наруто поймана. Цунаде предположила, что это спасительная милость, что Гурен и остальная часть ее команды вернулись, по крайней мере, с некоторыми удачными новостями, но, очевидно, только Наруто и Кушина будут возвращаться членами из Хинокена, поскольку остальные были прикованы к постели на Узушио. Цунаде не знала, кто заботился о команде, но она была уверена, что Кушина решила это наиболее подходящим образом. Рыжая была вспыльчивой и темпераментной, но у нее все еще оставалось чувство долга, которое она всегда выполняла. Это была лишь одна из многих причин, по которым Цунаде любила Кушину. Тем не менее, в этот момент Цунаде честно теперь чувствовала то же самое, что, по ее мнению, чувствовали некоторые из ее пациентов. Она чувствовала себя бессильной. Она даже не могла быть там, чтобы спасти Шизуне, только надеясь, что боги одарит ее какой-то неизвестной милостью и одарит ее своей милостью, чтобы вернуть ей Шизуне, и если случайно они ... они этого не сделают ... тогда Цунаде была уверена, что когда придет ее время, она никогда не сможет смотреть Шизуне и Дэну в их глаза из-за ее полной неудачи. Цунаде не была уверена, что сможет справиться с этим, потому что не могла не вспомнить все те времена, которые они с Шизуне провели вместе. Цунаде в то время невесело усмехнулась, когда поняла, насколько Шизуне действительно значила для нее. В этом отношении ее даже удивило, насколько она временами воспринимала Шизуне как должное. Из-за нее у Сидзуне никогда не было стабильных отношений. Шизуне не могла создать семью, которую, как знала Цунаде, хотела женщина. Цунаде вздохнула, перестав писать и массируя виски. Было уже поздно, и ей придется вставать рано, чтобы продолжить выполнение следующих заданий. Цунаде глубоко вздохнула и потянула спину. Потом в дверь постучали. «Что теперь? Разве мне не о чем беспокоиться?» Годайме спросила себя, но она знала, что не может отказаться от своих истинных обязанностей. Так что, к ее большому огорчению, она заговорила. "Вход разрешен" Дверь открылась, и Цунаде расширила глаза, когда мимо ее глаз проплыла большая копна светлых волос, за которыми последовало море рыжих волос. Каждый человек заполнял комнату, и глаза Тсунаде становились все больше и больше, прежде чем появился главный кандидат, что, по признанию Цунаде, чуть не довело ее до слез. Группа встала перед Хокаге. «Хинокен возвращается с миссии, Хокаге-сама. Миссия по обоим счетам завершена», - услышала Цунаде, как сказала Кушина, когда все стояли перед ней. Цунаде не могла долго смотреть на одного человека, когда смотрела на Эбису, затем на Юри, затем на Кушину, Наруто, а затем… Шизуне. Цунаде взглянула на Шизуне, но она не знала, почему не может улыбнуться. Взгляд Шизуне и крайний стыд, который видела Цунаде, не наполнили Годайме обнадеживающей уверенностью. Также не помогло то, что Шизуне продолжала смотреть в пол. Цунаде встала со своего места и вышла из-за стола. Это привлекло внимание Кушины, Наруто, Юрия и Эбису на них обоих. Цунаде стояла перед Шизуне, и помощник Хокаге дрожащим вздохом подняла глаза и посмотрела в глаза своему хозяину. «Привет, Цунаде-сама. Я вернулась», - прокомментировала Шизуне. В ее голосе была дрожь, которую Цунаде не смогла уловить, но она подумала, что это всего лишь Шизуне, которая… Шизуне. Шизуне на мгновение посмотрела в глаза Цунаде, и это, возможно, был еще один из многих случаев, когда она не могла сказать, о чем думает ее хозяин, и это сильно ее нервировало. Шизуне ждала, затаив дыхание, поскольку Цунаде еще не ответила на ее комментарий. Шизуне чувствовала, как ее грудь сжимается от чувства вины, и она была уверена, что скоро начнет гипервентиляцию. Однако дыхание Шизуне остановилось, когда все ее тело было покрыто теплом. Она расширила глаза, когда Цунаде притянула Шизуне ближе к своему телу в крепких объятиях. Шизуне вздохнула, когда Цунаде нежно массировала свои волосы. «С возвращением», - сказала Цунаде, и Шизуне плотно закрыла глаза, не позволяя слезам пролиться вперед. Шизуне подняла руки и обняла их вокруг туловища Цунаде в небольшом, но крепком объятии. Для Наруто, несмотря на то, как он был зол, он не мог сдержать улыбку, которую одарил этим зрелищем. Он всегда знал, что Сидзуне была важна для Цунаде. Возможно, он просто недооценил насколько. Рядом с ним Юрий и Кушина нашли улыбку Наруто заразительной, и они наблюдали за общением. На мгновение было тихо, прежде чем все увидели, как Шизуне схватила Цунаде за плечи, и она осторожно оттолкнула Хокаге назад. Цунаде казалась удивленной этим действием, когда Шизуне провела рукой по глазам, прежде чем выпрямиться и отсалютовать Цунаде. «Джонин Сидзуне Като возвращается! Ожидает наказания и суда на рассмотрении Совета! Изгнание из Сил Шиноби должно быть санкционировано с крайним предубеждением, Хокаге-сама!» - твердо сказала Шизуне, отчего у Цунаде вылетел воздух из легких. Наруто, Юрий и Кушина почувствовали, как слова жалили их щеки, когда они пытались осмыслить то, что только что услышали. «Шизуне-нечан, я не говорила тебе…!» - начал Наруто, но голос Шизуне легко заглушил его собственный. «Причина исключения из сил шиноби: предоставление неизвестным вражеским силам знаний о внутренних и внешних деталях Конохи! Готовы быть переведены в тюремную камеру вместе с Джонином Эбису-саном! В худшем случае, если совет пожелает этого, то для рассматриваемого шиноби вполне вероятно быть исполненным…, " "НЕИ-ЧАН ЗАКРЫТЬ СЕЙЧАС!" - прорычал Наруто. Его голос был наполнен божественной духовной властью, и рот Шизуне быстро и эффективно остановился. Ее рот на мгновение повис в воздухе, прежде чем она закрыла его и промолчала. Наруто тяжело дышал, когда он одарил Шизуне очень резким взглядом, от которого смирялись пожилые женщины. Цунаде сделала небольшой шаг назад, прежде чем взглянуть на Эбису, который тоже не мог смотреть в глаза своему Хокаге. Затем Цунаде повернулась и увидела Наруто, который успокаивающе дышал. Цунаде, весьма благодарная за время на размышления, обработала все слова, которые она услышала. В комнате воцарилась мощная тишина. Слышался только стук каблуков Цунаде, когда она медленно возвращалась к своему столу. Она села в кресло и положила руки себе на лоб. Она закрыла глаза, чтобы никто не увидел в них разочарования. Она только что вернула своего… лучшего друга, и ей уже пришлось снова играть Хокаге. «Кушина, Брат… о чем говорит Шизуне? Объясни мне миссию. Прямо сейчас», - ледяным тоном сказала Цунаде, что заставило Наруто и Кушину повернуться к ней лицом. Наруто отбросил гнев и вздохнул. Он потер голову. План, который был у него в голове, был разрушен небольшой вспышкой Шизуне. Он планировал, чтобы Цунаде знала постепенно, а не выпаливанием, как это сделала Шизуне. Конечно, если бы он был самим собой, Наруто был уверен, что, вероятно, сделал бы то же самое, но дело было не в этом. «Я могу вам сказать», - все повернулись и посмотрели на Юрия, который вышел вперед. Шизуне и Эбису посмотрели в сторону, а взгляд Тсунаде сузился. «Шизуне-нечан и Эро-одзи-чан… подверглись пыткам. Я знаю, потому что… я видел, как они умерли прямо у меня на глазах», - сказал Юри, и у Цунаде остановилось дыхание. Анбу, которые были вокруг комнаты, почувствовали, как с их лиц стекают капли пота, которые окрашивают внутреннюю часть их масок. Цунаде ущипнула себя за переносицу, пока Шизуне хотела что-то сказать в данный момент, но, с разрешения Наруто, ее рот оставался закрытым. Эбису от стыда опустил голову. Кушина бросила взгляд на Наруто, но тот оставался настолько твердым, насколько мог. Тем не менее, Кушина чувствовала тяжесть внутреннего смятения в своем сыне / женихе. Цунаде протерла глаза и спросила: «Откуда ты это знаешь?» Юри проглотила ком в горле, прежде чем взглянуть на Наруто. Оба посмотрели друг на друга, и Юрий вздохнул. «Потому что то же самое случилось со мной. Они схватили нас, и я чуть не утонул более двадцати раз, когда они меня допросили. Только из-за Исобу-чан я сейчас жив. Я… дрался с одним из их главных офицеров. Их Группа каким-то образом знала о статусе Нии-чана и Кушины-сан. Они ... похитили всех нас. Они заставили некоторых людей работать в грязи и мрачно повернули два колеса к большой подземной двери, других заставили копать, пока стены истощали нашу чакру неделями ", Цунаде чувствовала, как ее сердцебиение увеличивается с каждым словом, слетавшим с губ Юри, и определенно казалось, что Юрий еще далек от завершения. Цунаде не могла даже отрицать, что одно лишь известие о смерти Шизуне чуть не довело ее до слез. «Когда я дрался с одним из их главных офицеров, я был зол. Она издевалась надо мной. Она пыталась заставить меня усомниться в моей любви к Нии-тян…», - Цунаде остановилась на этом и посмотрела на Юрия. Затем она взглянула на Наруто. Это было первое, что она услышала о… кровосмесительных мыслях, особенно в семье Узумаки. От этой самой мысли у Тсунаде как у практикующего врача и лидера почти во всех областях медицины скрутило живот, но как Хокаге… она придерживалась своих мыслей по этому поводу. «… Потом я сражался с Сидзунэ-чан и Эро-одзи-чан. Им промыли мозги. У меня не было ничего хорошего, и… она… убила их прямо на моих глазах. Я смотрел, как она пронзила грудь Сидзунэ-чан. Я был зол на нее за то, что она забрала их у меня. Я был зол на Шизуне и Эро-одзи за то, что поставили меня в такую ​​ситуацию. Я был зол ... на себя за то, что не спас их. Я был зол на все, а потом ... как синигами объяснили это, я, в своем гневе, связал их души со своей, и я получил все их воспоминания. Я ... я испытал то, что они пережили. Я ... я не могу вам сказать. Наруто нежно обнял Юрия. Он почувствовал, как она почти задыхается, и прижал ее голову к своей груди. «Полегче, Юри-чан. Полегче. Просто дыши со мной, хорошо?» - спросил Наруто, и Юрий медленно кивнул, пока они синхронизировали свое дыхание. Юрий вздохнул и успокоился. «Спасибо, Нии-чан», - сказал Юри, и Наруто ответил поцелуем в ее щеку, что подтвердило подозрения Цунаде, но она снова решила, что это разговор в другой раз. «Тогда пропустите эту деталь. Похоже, мне придется попросить Иноичи осмотреть их тогда. Продолжайте… пожалуйста», - дрожа сказала Цунаде. Юрий кивнул. "Я победил ее, используя силу Сидзунэ-чан и Эро-одзи вместе со своей. Я ... ничего не помню после этого, когда потерял сознание. Но ... я знаю, что то, через что они прошли ... было невозможно для любого человека , - сказал Юрий, прежде чем отступить на шаг. Цунаде не сводила глаз с стола. Ее пальцы сжались. Цунаде зарычала, почувствовав, как ее зубы скрежещут друг о друга. Она плотно закрыла глаза и не могла перестать слышать образы о том, что эта группа сделала с Шизуне. Она не могла перестать представлять Шизуне, взывающую к ней о помощи, чтобы спасти ее. Она могла помешать своему воображению представить Шизуне плачущей, кричащей, привязанной к стулу, вынужденной терпеть… слишком много вещей, с которыми Цунаде не осмеливалась противостоять. Шизуне в отчаянии наблюдала, как Цунаде молчала. Как бы ей хотелось, чтобы хозяин сказал что-нибудь, что-нибудь веселое. Шизуне не пожалела, что высказалась так, как она это сделала. Она и Эбису должны были служить примером. Им приходилось учить будущие поколения тому, что произошло, когда один из них подвел их родную деревню. Это было то, что пришлось пережить каждому. Шизуне это было нормально. Прошло несколько мгновений, и Цунаде подняла глаза. Внезапное покраснение ее глаз никого не удивило. Цунаде покачала головой, прежде чем резко взглянуть на Сидзуне, которая застыла. «Это правда, Шизуне? Вы и Джонин Эбису рисковали безопасностью, безопасностью и гражданами Конохи? Были ли вы оба действительно… скомпрометированы?» - спросила Цунаде, и хотя все могли слышать сталь в голосе Цунаде, они также могли слышать, как ее горло хрустнуло, как будто она пыталась не подавиться своими словами. Слова Шизуне застряли в ее горле, и она обратилась к Наруто за любой помощью. Она умоляла Наруто позволить ей ответить, дать ей разрешение говорить, но Наруто оставался непоколебимым, и он не отменил свой приказ, исходящий из его уст. Шизуне задрожала, схватившись за край своей одежды. Ее глаза наполнились водой. Цунаде повернулась к Наруто и, если честно, была рада, что Наруто крикнул Шизуне, чтобы она держала рот на замке. Цунаде не была уверена, что сможет принять это, если бы эти слова исходили из уст Шизуне. Цунаде глубоко вздохнула в тишине и снова встала. Она подошла к дрожащей Шизуне. Цунаде смотрела, как хныкает Шизуне, как ребенок, который боится своих родителей. В третий раз в своей жизни Цунаде по-настоящему почувствовала бремя положения Хокаге и то, что оно влечет за собой. Цунаде тяжело вздохнула и выдохнула. Затем Цунаде подошла к Эбису. «Этот паршивец не ограничил твою способность говорить, верно? Тогда ты отвечаешь мне! Эбису, ты и Шизуне были скомпрометированы?» - спросила Цунаде. Эбису стиснул руки достаточно, чтобы заставить их кровь из них. Казалось, что его рот наполнился песком с тех дней в Сунагакуре. Эбису затаил дыхание и уставился в глаза своему Хокаге. Он знал, что ждет впереди… и он смело пойдет. Для своей деревни. "Х-ХАЙ Хокаге-сама!" - воскликнул он, и Цунаде нахмурилась еще больше. Без колебаний Цунаде щелкнула пальцами, и четыре Анбу быстро упали на землю и удерживали Эбису и Шизуне. Ни один из них не сделал попытки сопротивляться, и Цунаде с очень усталым и тяжелым сердцем сорвала повязку Эбису с его головы. "Вы оба будете заперты и допрошены Ибики Морино. Джонин Яманака проведет психологические оценки. В течение шестидесяти дней вы будете находиться в тюрьме. A-Любая попытка бежать или сопротивляться приведет к смерти на вершине Каменных Лиц Хокаге. «Учитывая, что ты не сбежал… будут приняты меры, но больше не совершай ошибок. ДГ… Твоя карьера шиноби фактически прекращена», - сказала Цунаде, нанося удар Эбису и Шизуне. Оба держали головы опущенными, и Юри почувствовала боль в груди, когда слезы Шизуне залили пол. « Шикё-сама, я умоляю вас! Не позволяйте Цунаде делать это! Шизуне этого не заслуживает! Пожалуйста!» Наруто слышал, как Дэн умолял Шизуне о жизни через свой клинок. Наруто на мгновение наблюдал, и у него действительно было сердце Дэна. Наруто одарил легким взглядом. Наруто заметил выражение боли на лице Юри, и Наруто знал, что он не может позволить этому продолжаться. Ему просто не хватило духа увидеть это выражение лица Юрия. Наруто задержал дыхание. «Я не могу позволить тебе сделать это, Ба-чан. Они больше не твои шиноби. Ты не можешь решать, что с ними произойдет», - сказал Наруто. Это заставило почти всех остановиться и удивленно взглянуть на Наруто. Эбису и Шизуне посмотрели на Наруто в полном шоке и замешательстве. Юрий не мог сдержать улыбку на ее лице. Кушина только удивленно посмотрела на сына, но ничего не сказала. Она хотела увидеть, что он имел в виду. Цунаде бросила на Наруто самый резкий взгляд, который она когда-либо знала. «Я смирилась с твоим неуважением перед Братом. Но как мой шиноби, ты не имеешь права говорить со мной об этой ситуации. Я все еще твой Хокаге. А теперь молчи, Брат», - сказала Цунаде. Цунаде действительно была удивлена ​​взрывом Наруто, но Цунаде решила, что сейчас хорошее время для Наруто, чтобы по-настоящему узнать, кем еще был Хокаге. Цунаде знала, что Наруто стремился занять положение Хокаге. Наруто был молодым человеком, который заботился о друзьях и семье. Пришло время Наруто узнать, что в деревне одни члены семьи важнее других. Цунаде повернулась лицом к Шизуне и Эбису, но все почувствовали спокойное, но зловещее присутствие, заполняющее комнату. Воздух был холодным, но очень холодным. Это был тип холода, от которого дрожишь в попытке согреться. «Хорошо, Ба-чан. Тогда я говорю не с тобой как с твоим подчиненным. Я говорю с тобой как с призывателем. Все вопросы, связанные с призывателем и их вызовом, подпадают под их юрисдикцию, верно? -сан больше не твои шиноби. Теперь они под моей властью, и я собираюсь решать, что с ними происходит », - сказал Наруто. Шизуне и Эбису были сбиты с толку. Они оглянулись на Цунаде и заметили в ней смущение, гнев и недоверие. Цунаде была призывательницей, и она знала о законах, касающихся призывателей и тех, кто находится в их подчинении. Учитывая, как прошла миссия, Цунаде не знала, что Сидзуне, стоявшая перед ней, больше не шиноби и одна из ее лучших подруг. Сидзуне перед ней была воскресшей душой, и она была павшим воином Конохи. Цунаде знала, что не может бросить вызов Наруто в этом. Она также знала, что совет попытается оспорить это, но сейчас не было повода для споров. Цунаде повернулась к Наруто, и она пошла, пока не оказалась прямо перед ним. Очевидная разница в росте между ними была очевидна по ее каблукам. Она посмотрела на него. «Ты ведешь опасную игру, брат. Ты знаешь о последствиях этого?» - спросила Цунаде. Наруто взглянул на Шизуне и Эбису. «Думаю, я позабочусь о том, чтобы ты не совершил самой большой ошибки в своей жизни, Ба-чан». Наруто ответил. Цунаде нахмурилась, но отвернулась. Затем она взглянула на Шизуне и Эбису. «Возьми их и выйди из моего офиса. Недавние события не приносят мне пользы», - сказала Цунаде. Наруто нахмурился еще больше, но он тоже устал. Он и все остальные видели, как Цунаде врезалась телом в кресло и выглянула в окно. Наруто перевел дыхание. «Мы возвращаемся домой. Шизуне-неечан и Эбису-сан будут предоставлены отдельные комнаты, но я хочу, чтобы вы оба были передо мной и Кушиной первым делом утром. Понял?» - спросил Наруто. Ни Эбису, ни Шизуне не произнесли ни слова. Они просто поклонились, пока Юрий проводил их прочь. Наруто повернулся, чтобы выйти за дверь. Затем он похлопал Кушину по плечу. Кушина обратилась к сыну / будущему мужу. Двое переглянулись, и Наруто попросил свою невесту оставить этот вопрос на другой день. Кушина зарычала, но она сделала, как попросил Наруто и кивнул. Затем Кушина повернулась к Хокаге. «Вы сходили сейчас, Тсунаду, но будет получить мои ответы. Я получу каждую унцию истины из уст ваших,» подумал Kushina , прежде чем она повернулась и вышла из двери. Это действие оставило Цунаде одну, когда она выглянула в окно. Она надеялась, что она не так больна, как чувствовала. Цунаде, вероятно, никогда не сказала бы это вслух, но она не могла сказать Наруто, что она безмерно благодарна за то, что он только что сделал, не только для Шизуне, но и для нее самой. Цунаде, честно говоря, почти подумала, что ее вырвет от слов, которые продолжали выходить из ее рта. Однако, независимо от того, насколько кто-то был близок, Хокаге… не мог проявить фаворитизм. Цунаде не могла относиться к Шизуне иначе. Цунаде закрыла голову руками. На этот раз Цунаде была благодарна за тишину. -Икс- Наруто, Кушина, Юрий, Шизуне и Эбису молча шли. Наруто обернулся. «Сестрёнка. Ты и Эбису-сан можете идти домой. Я не знаю, сколько еще комнат у нас дома. Но я хочу, чтобы вы оба были на территории. Понимаешь?» - твердо спросил Наруто. Эбису поклонился перед тем, как уйти. Однако Наруто заметил, что Эбису никогда не поднимал голову с земли. Затем Наруто повернулся к Шизуне, и она увидела, как она дрожит. «Теперь ты можешь говорить, Нее-чан. Но я не хочу слышать о том, что ты там сделал», - сказал Наруто, и Шизуне почувствовала, как ее рот успокоился, прежде чем она бросила на Наруто печальный взгляд, но Наруто попытался не допустить этого. ему. «Я понимаю Наруто-куна. Я буду там первым делом утром», - сказала Шизуне. Наруто кивнул, и все с грустью наблюдали, как Шизуне ушла с жизнью, казалось бы, стёртой с её тела. Наруто снял напряжение со своих плеч. Он повернулся и увидел, как Юри смотрит, как уходит Шизуне. Наруто нежно вывел ее из размышлений нежным поцелуем в щеку. Юрий повернулся к нему, и она смотрела, как он улыбается. «Пойдем домой, Юри-чан. Скоро твои экзамены по чунину», - сказал Наруто, и Юрий улыбнулся ему и коротко кивнул. Она повернулась к Кушине и увидела, как старшая рыжая улыбнулась ей шире. Уверенный, Юрий пошел с Наруто и Кушиной обратно на их территорию. Она была искренне рада, что это была не очень долгая прогулка, и каждый нашел свой дом хорошо устроенным в сочетании с лесным хозяйством. Юрий широко улыбнулся, а Наруто устало усмехнулся. Кушина похлопала их по плечу, когда они заметили, что в доме все еще горит свет. Наруто толкнул дверь, и все трое вошли внутрь. «Чувак, кажется, вечность с тех пор, как мы были в этом доме», - сказал Наруто. Юрий с довольной ухмылкой потянулся, а Кушина потерла плечи. Трое Узумаки блаженно вздохнули у входа в свой дом, что быстро привлекло внимание некоторых жителей. «Наруто! Кушина! Юрий!» Все трое подняли глаза, и Наруто улыбнулся, когда увидел, что Фука подошла к ним в своем постельном халате. "Йо Фука-чан!" Наруто отсалютовал, прежде чем Фука легонько их всех обнял. Трое на мгновение ответили ей любовью. Фука усмехнулся, увидев их лица. Затем она сделала шаг назад, чтобы полюбоваться ими всеми. «Я слышал, что случилось. Я рад, что с тобой все в порядке», - сказал Фука. Наруто смущенно потер затылок. Юрий кивком почесал щеку. Кушина оглядела часть дома и повернулась к Фуке. Она заметила небольшое отсутствие людей, хотя свет был включен, когда они приехали. Кушина повернула налево, а затем на мгновение направо. "Где все остальные?" - спросила Кушина. Фука не смогла удержаться от смеха, который, вероятно, вылился в фырканье, прежде чем она подошла к Кушине. «Уже почти три часа ночи. Почти все ушли спать. Они готовятся к завтрашнему дню. Я знаю, что Глен вернулся пару дней назад вместе с Ши-саном. Она дала ему отдельную комнату. Она также сказала Юкимару пытался не спать, но, к сожалению, все тренировки, через которые я его прошел, оставили его утомленным. Как ни странно, пару часов назад ты пропустил это зрелище, - сказал Фука с легким хихиканьем. всеобщее внимание. «Юкимару принес домой Ханаби-сан, и я попросил Таюю присматривать за ними в течение часа. Мне пришлось сделать несколько снимков», - сказал Фука. Кушина не могла сдержать улыбку на ее лице. Наруто только покачал головой. Юрий же засмеялся, и она прижалась к животу. «Когда я проснусь завтра, я хочу увидеть эти даттебайен фотографии!» Юрий заметил, и у Фуки было такое лицо, что Наруто знал, что Юкимару будет умолять его о помощи. К сожалению, смех утих, и Фука увидел, как лица Наруто, Кушины и Юрия начали зевать. Все они выглядели совершенно уставшими с того дня, и Фука немного пощадил их. «Хорошо, вы трое. Идите спать. Мне еще нужно написать отчет о миссии, так что я собираюсь немного встать. Затем я причешу свои красивые волосы перед тем, как уйти. Спокойной ночи вам троим, "Сказал Фука, прежде чем она поднялась по лестнице и исчезла. На мгновение Наруто, Кушина и Юрий остались одни. «Ты знаешь Юрия. У тебя и Наруто был особенный момент вместе. Я позволю тебе занять главную спальню… только на этот раз», - сказала Кушина. Наруто и Юрий расширили глаза, когда Кушина поднялась по лестнице. Ни один из них не заметил улыбки на ее лице, пока она не исчезла в темноте коридора. Наруто и Юри на мгновение переглянулись, прежде чем Наруто улыбнулся и повел Юрия наверх. Чтобы добраться до главной спальни, тоже не потребовалось много времени. «Верно. Я полагаю, что технически мы еще не спали в одной постели», - заметил Наруто. Юри усмехнулась, прежде чем слегка поцеловать Наруто в щеку. "Я скоро вернусь, Нии-чан!" - сказал Юрий, и Наруто смотрел, как она выбежала из парадной двери. Затем Наруто вздохнул, прежде чем снять свою униформу Хинокен. Он быстро повесил это в шкафу и подошел к своей стороне кровати. Наруто отстегнул свой меч и прислонил его к тумбочке. Затем он пошел в душ. Наруто почувствовал, как горячая вода успокаивает его тело, и вздохнул. Он так много узнал и принял так много решений, которые, без сомнения, повлияли на жизнь окружающих. Возможно, теперь Наруто начал понимать, насколько он изменился. Наруто видел, как вела себя Цунаде. Он честно задавался вопросом, мог бы он ... пришлось бы сделать то же самое, если бы это был он в том кресле, а Саске был тем, кто стоял, готовый к казни? Он очень в этом сомневался. Возможно, теперь Наруто начал понимать, о чем говорил Итачи. Как нужно было всем пожертвовать ради своей деревни. Но… если это была жертва… тогда что за деревня, если в ней не было людей, которых ты любил? В течение стольких лет Наруто предполагал, что деревня - это место, где собираются ваши близкие, и вы сражались, чтобы защитить эти вещи. Возможно, это то, что заставляло Наруто всегда бороться за восхищение людей. Он хотел быть одним из их любимых, но, несмотря на все его нынешние усилия ... его почти изгнали ... дважды. Он подумал об этом. Если бы эти запреты не прошли… У Наруто не было бы ничего. У него не будет семьи. У него не было бы ничего от этой жизни. Фактически, у него не будет ни одного из его нынешних друзей. Он был бы один ... второй раз без сновидений. Наруто покачал головой. Нет, не было смысла повторять «а что, если». Наруто глубоко вздохнул. Наруто вдохнул и выдохнул. Перед тем, как он выдохнул, пар из душа заполнил его нос. У Наруто была его семья. У него было три женщины, которые были истинным светом его жизни. Наруто искренне любил Коноху, и он искренне любил Цунаде, но он не позволил деревне разделить его семью. Никто больше не отнимет у него семью. Наруто поклялся. Наруто вышел из душа и уставился на него, когда увидел Юри, лежащую на кровати с выражением похоти на лице. На ее теле было красивое нижнее белье, которое почти не оставляло воображению Наруто. Он уже чувствовал, как его маленький приятель реагирует на это зрелище. Юрий улыбнулся ему. «Я купил это в одном из магазинов перед тем, как мы покинули Узушио. Тебе нравится? Я подумал, что красный - хороший цвет, потому что… ну, ты знаешь», - сказал Юрий, и Наруто ухмыльнулся, прежде чем направиться к кровати, чтобы присоединиться к Юрию. . Ага, он собирался убедиться, что никто не навредит его семье. Даже ты, Коноха. -Икс- Синигами это чувствовали. Каждая секунда, проведенная его призывателем на земле, делала его все более и более могущественным. Шин был уверен, что Наруто был рядом. Наруто был близок к тому, чтобы получить все секреты, которым Шин хотел его научить. Наруто приближался. С каждым днем ​​он все медленнее приходил к ответу на истину в последней инстанции, поэтому у Шина были все эти ограничения и ограничения на силу своего призывателя. Тем не менее, Наруто еще не был готов обрести это богатство знаний. Он был близко, очень близко, но он еще не был готов. Он все еще был смертным и по-прежнему придерживался смертных мыслей. Шин был уверен, что как только Наруто обнаружит то, что должно было быть известно, даже Шин больше не сможет сдерживать своего призывателя. По факту, Шин быстро вдохнула сущность другого нечистого духа, который умолял о ее грязной жизни. Не то чтобы он не ожидал этого после того, как сделал такое, охватывающее историю его жизни, но точка зрения все еще стояла на том, что было довольно утомительно слушать, как люди хныкают, стонут и стонут о том, ради чего они хотят жить. Ни один из них не был интересен ни в малейшей степени. Пока Шин продолжал выполнять свои обязанности, его глаза сузились. Он почувствовал за собой присутствие, подобное его собственному. В пределах его границ было присутствие, наполненное божественной сущностью. Глаза Шина ожесточились. "Что ты хочешь?" - спросил синигами, сильно нахмурившись. Хотя, возможно, для некоторых это было бы трудно сказать по его острым, чудовищным зубам, но будьте уверены, что сейчас он был не в лучшем настроении. Фигура позади него мягко коснулась земли. Шин быстро увидел, как трава вокруг него светится ярким светом. Это было всего на мгновение. «Десять тысячелетий, и это первое, что ты мне скажешь, младший брат?» - спросил голос мягким женственным тоном, и синигами повернул свою темно-фиолетовую голову к фигуре. Он не позволил выражению недовольства отразиться на его лице при виде Аматэрасу, богини Солнца. « Не трать мое время на ваши мелочи. Если речь идет о Джашине, то в следующий раз вам лучше сказать ему, чтобы он больше никогда не занимался моими делами. Я единственный, кто решает, какие люди будут жить, а какие умереть. Он узурпировал мою власть. Я забрал его обратно, - сказал Бог Смерти, и Богиня Солнца на мгновение нахмурилась. Она скрестила руки. « Ах, да, ты почувствовал, что твоя гордость так обеспокоена, что ты решил нарушить табу на свои обязанности. Теперь мы знаем, что смертная версия тебя бегает», - сказала она. К ее удивлению, она не ожидала, что синигами слегка улыбнется. Она с любопытством приподняла бровь. Затем она подняла руку, и образовалась струйка огня. Затем это дало ей изображение предмета их разговора. Она наблюдала, как смертный спал со своим, как она предполагала, супругом семейного происхождения. Она наблюдала, как его подруга положила голову ему на грудь, пока они крепко спали. Его светлые волосы развевались на ветру, и она сомкнула прядь. " Тогда я скажу откровенно. Тебе нужно прекратить то, что ты делаешь, и выполнить свой первоначальный долг. Его жизненная сущность для его смертного тела давно иссякла. Покончи с его жизнью и исправь этот беспорядок, который ты создал, " Она потребовала. Аматэрасу нахмурилась, когда увидела, что синигами просто пристально посмотрели на нее. Она посмотрела на него в ответ. Два бога смотрели друг на друга, неизвестно сколько времени до того, как синигами обернулись. " Вы, должно быть, действительно привыкли к своему положению, если думаете, что можете командовать мной , Аматэрасу. Насколько я понимаю, здесь нет беспорядка, который нужно было навести. Если подумать, я не припомню ни ты, Цукуёми, ни Ками не пытались так обращаться с Джашином. Он всегда усложнял мою работу со своими фанатиками, - сказал Шин, и Аматэрасу нахмурилась еще сильнее. Трава у ее ног медленно начала гореть, когда на их кончиках плясали маленькие угольки. « Это не о Джашине. Это о тебе. Это всегда было о тебе. Ты всегда был таким. На каждое собрание, которое мы проводили за 100 тысячелетий, ты никогда не присутствовал. Ты относишься ко всем нам как к изгоям. В каждое принятое нами решение ты никогда не участвовал. Ты ведешь себя так, будто не можешь даже позаботиться о том, чтобы находиться в одном месте с остальными из нас, - сказала Аматэрасу, и синигами быстро повернулись к ней лицом. « Что ж, на это есть простой ответ, Аматэрасу. Это потому, что я ненавижу тебя. Я ненавижу всех вас. Все вы меня не интересуете. Вы, Цукуёми и Джашин меня больше всего не интересуете. Какая встреча может быть настолько важной, что она потребует моего присутствия? " - спросила синигами, и Аматэрасу изо всех сил пыталась сохранять спокойствие, находясь под пристальным взглядом своего младшего брата. Это не значит, что это не было изнурительным упражнением. " Я оставлю это на ваше собственное любопытство. Если вы приедете, это может вызвать у вас интерес, но я полагаю, я должен посоветовать, что если вы хотя бы хоть немного внимательны к своему смертному, как вы относитесь ко всем остальным, тогда я предлагаю вам посетить , " сказала она, и в яркой вспышке света она исчезла из его поля зрения. Это действие оставило Бога Смерти на равнинах, которые его окружали. Ветер завывал над равнинами, хотя его ощущение и холод были потеряны в его эфирной форме. Он почти задавался вопросом, было ли это естественным способом издеваться над ним, но, опять же, он сомневался, что Ками собирался сделать это только для него. Хотя его разум был отвлечен, это не помешало Шину послать свой клинок через душу измученного духа, прежде чем он проглотил их жизненную сущность, отправив их в глубины преисподней, куда были отправлены все души. Он полагал, что ему нужно чем-то заняться в ближайший день. Возможно, теперь он просто задавался вопросом, что могло быть настолько важным в этой маленькой встрече, что в ней напрямую участвовал бы его призыватель. Независимо от того, какой беспорядок пытались устроить его братья и сестры, Шин не избавился от своего источника развлечений. Вероятность этого была столь же очевидна, как и Цукуёми и Аматэрасу, восхваляющие солнечную звезду друг друга. Этого никогда не случится. -Икс- Утро в резиденции Узумаки поднялось, глаза Юкимару открылись, и он тяжело зевнул. Он повернул голову к зеркалу, и приемный Узумаки заметил, насколько пеленками выглядели его волосы. Небольшая волна смущения появилась, и Юкимару медленно поднялся с кровати. Он быстро принял душ, почистил зубы и причесался. Он честно задавался вопросом, стоило ли его подстричь, так как беспокоился, не получится ли она слишком длинной, но опять же, у большинства членов его семьи были длинные волосы, так что ... он решил, что это будет соответствовать теме. Юкимару вздохнул, расчесывая волосы. Он был там, чтобы поприветствовать Гурен по ее возвращении, и хотя она выглядела немного взволнованной на его вкус, но она была жива, так что это все, за что Юкимару был благодарен. Ему сказали, что Наруто и остальные вернутся домой позже. Юкимару в то время с трудом сдерживал волнение. Прошла пара недель с тех пор, как Юкимару в последний раз видел Наруто. Той ночью он пытался не спать, выполняя упражнения с Ханаби, хотя мог бы обойтись без поддразнивания Фуки. Однако комбинации его возбуждения и адреналина было достаточно, чтобы вырубить его, как только он исчерпал все свои ресурсы для бодрствования. Юкимару надеялся, что Наруто и остальные в порядке, но Гурен незадолго до того, как он заснул, заверил его, что Наруто возвращается домой. Юкимару заметил улыбку на его лице и покачал головой. Он быстро оделся в свой наряд шиноби. У него была встреча с Ханаби Хьюга, Джухи Инузука и его сенсеем Аоба Ямасиро. Скоро они начнут свои миссии, и Юкимару не хотел этого пропустить. Итак, Юкимару пристегнул свои туфли и направился к своей двери. Как только он открыл ее, его нос наполнился ароматом теплой еды. Он едва мог сопротивляться его зову, прежде чем спустился по лестнице. Юкимару повернул за угол и не смог сдержать своего удивления, увидев, что его кузен Ши готовит завтрак. «Доброе утро, Юкимару-сан. Я так понимаю, вы собираетесь отправиться на задание?» - спросил Ши с приятной улыбкой на лице. Юкимару в ответ на хорошее настроение своего приемного кузена быстро кивнул. Он сел за стол. «Хай, Ши-сан. Мне очень скоро предстоит встретиться с остальными. Сенсей сказал что-то о миссии в Стране Волн. Это будет моя первая миссия C-ранга. Нии-чан еще не вернулся?» - спросил Юкимару. Ши не мог удержаться от того, чтобы его ухмылка стала еще шире. Он только что отвернулся от плиты, над которой работал. «Верно. Он вернулся прошлой ночью. Он все еще должен быть в задней части комплекса», - сказал Ши, и бывший блондин Кумо услышал стук стула из-за стола, а затем услышал звук открывающихся раздвижных дверей. . Ши покачал головой, но продолжал готовить. Юкимару мог и не быть Узумаки, но вел себя точно так же. Тем временем Юкимару бросился к задней части дома. В такие моменты ему хотелось, чтобы дом не был таким большим, как он, но, к счастью для него, он наконец добрался до задней части дома, когда услышал крики. «Давай, Нее-чан, извращенец из шкафа! Ты горишь дневным светом!» Юкимару услышал крик Наруто в спину. Юкимару быстро открыл дверь на заднее крыльцо, и на его лице появилось смущенное выражение, когда он посмотрел вперед. Шизуне и Эбису застонали, когда их по пояс погрузили в воду. Шизуне завизжала, когда Юкимару заметил… крошечного осьминога, прикрепленного к ее лицу. В то же время к Эбису были прикреплены еще как минимум пять человек. Юкимару также заметил одного Наруто, наблюдая за их борьбой. «Давай, вы двое! Юри-чан могла сделать это, заложив обе руки за спину с завязанными глазами!» - заявил Наруто, и блондин закатил глаза, а затем вздохнул, когда увидел, что Эбису резко вздохнул, прежде чем поскользнуться в воде. Наруто только покачал головой при виде. "Наруто-нии!" Наруто почувствовал, как воздух выбивается из его тела, когда Юкимару ударил его. Наруто повернулся, и его суровое выражение смягчилось радостью при виде Юкимару. «Йо Юкимару. Я вижу, ты не спишь. Я проверил тебя сегодня утром, но ты все еще спал. Я слышал, ты не спал всю ночь, чтобы увидеться со мной. Извини», - сказал Наруто. Юкимару не обратил на это никаких извинений, просто был счастлив снова увидеть лицо Наруто. "Что делаешь?" - спросил Юкимару. Наруто многозначительно оглянулся, чтобы увидеть, как поживают Шизуне и Эбису. Будь он моложе, он бы смеялся над тем, как они работают. Однако в этих обстоятельствах Наруто знал, что это не было забавным делом. Не то чтобы он сказал Юкимару, по крайней мере, пока. «Сестрёнка и извращенец помогают мне поймать осьминогов, кальмаров и каракатиц. Думаю, нашей семье нужен другой источник дохода. Во всяком случае, это то, что мне сказала Кушина», - заметил Наруто. Юкимару склонил голову набок. На его лице появилось растерянное выражение. "У нас есть бизнес, Наруто-нии?" - спросил Юкимару. Наруто быстро кивнул. «Ты готов, Юкимару. Мы Узумаки. Мы все о запечатывании. Короче говоря, мы запечатываем чернила. Гурен - тот, кто начал этот маленький проект. У нас много всего этого в пруду. Хотя достать их, не покрываясь чернилами, - это сложная часть. Я должен сказать, что у нас неплохие деньги, если мы сможем продолжать в том же духе, - заметил Наруто. Юкимару казался очарованным, поскольку он не знал об этом заранее. Он просто предположил, что семья купила чернила в любом другом магазине, но, видимо, они сделали свои. «А теперь давай, Нее-чан! Вам двоим еще нужно сконцентрировать чернила. Поторопитесь и положите их в ведра», - крикнул им Наруто. Шизуне и Эбису вздохнули, но они продолжили без вопросов, пока чернила брызнули на их лица. «Итак, Юкимару, я вижу, ты готов к выходу. Есть задание?» - спросил Наруто. Юкимару быстро кивнул с широкой улыбкой. «Хай, мы очень много работали, так что это может быть моя первая миссия C-ранга», - сказал Юкимару, и Наруто обнаружил, что его глаза переместились в сторону. Он вспомнил свою собственную миссию C-ранга… и какое это было время. Надеюсь, Юкимару не повезло. Наруто очень хотел, чтобы он этого не сделал. «Хех, давай, возьми их, Юкимару. Я знаю, ты сможешь это сделать! Вот, ты можешь получить это. Я только что сделал эти чернила, так что они должны быть действительно хороши. Возьми их с собой», - сказал Наруто. Он бросил бутылку с чернилами, и Юкимару быстро поймал ее. Юкимару мог видеть его черную жидкость, содержащуюся в стекле. Затем он повернулся к Наруто и улыбнулся. «Спасибо, Наруто-нии. Я позабочусь о том, чтобы использовать его правильно. Пока!» - сказал Юкимару, убегая. Наруто отмахнулся от Юкимару, поскольку шаги генина становились все меньше и меньше в ушах Наруто. Наруто усмехнулся про себя. Затем он посмотрел на небо. Коноха может быть не на его стороне на данный момент, но пока Юкимару любит это и имеет друзей в Конохе, Наруто будет сражаться за этих друзей. Потому что это то, что семьи сделали друг для друга. Они стремились сделать своих близких счастливыми. «Ф-закончил Наруто-кун», - сказала Шизуне. Наруто отвернулся от своих мыслей и заметил, что оба бывших джонина держали два ведра, наполненных водой и полных водных организмов. Наруто мог видеть массивные чернильные пятна, появившиеся на их одежде. Для Наруто это было бы смешно, если бы не текущая ситуация. Наруто на мгновение взглянул на них, прежде чем подняться на ноги. Хорошо, давай ... "- голос Наруто дрогнул на мгновение, когда он почувствовал внезапный сдвиг в духовном давлении. Он огляделся на мгновение, но он очень хорошо различил знакомое присутствие. Затем он обернулся." Хорошо, вы двое идите. Найдите Гурен-сан и скажите ей, чтобы она научила вас извлекать чернила и сосредоточиться на нашем чернильном полу. Я приду и встречусь с тобой позже. О, и если ты увидишь Каа… Кушина, тогда скажи ей, чтобы она пошла искать меня », - сказал Наруто, и оба наблюдали, как он уходит между деревьями. Шизуне и Эбису не сказали ни слова и продолжили идти внутрь. Наруто какое-то время шел между деревьями, чувствуя свежий воздух и сияющее тепло погоды Конохи. Однако это чувство длилось недолго, пока он смотрел вверх. "Йо, Шин. Что случилось?" - спросил Наруто. Конечно же, синигами появился позади Наруто, и Наруто повернулся к нему лицом. Два существа с разных планов посмотрели друг на друга всего мгновение, и Шин не мог поверить, что он это сказал, но на самом деле он чувствовал… какую-то родительскую привязанность к Наруто. Узумаки чувствовал себя юношей, которого у синигами никогда не было реальной возможности увидеть. Как странно, что он, вневременное существо, символизирующее смерть и разрушение, чувствовал гордость своим телом всякий раз, когда смотрел на своего призывателя. Наруто склонил голову, удивляясь отсутствию ответа синигами, но это длилось недолго. «Ты прошел долгий путь с тех пор, как был тем мальчиком, душу которого я почти забрал», - сказал синигами, и Наруто не смог остановить удивление, появившееся на его лице из-за меланхоличного тона, сорвавшегося с языка синигами. Конечно, у него все еще был этот ужасный, грубый, своего рода духовный диалект, но… Наруто мог слышать подавленные эмоции в синигами. Улыбка Наруто упала, и он глубоко вздохнул. «Ну, ты действительно назвал меня интересным, даттебайо». - заметил Наруто. Синигами кивнул. Это действительно было правдой, что он имел. «Ты стал сильнее, Наруто. Хотя твоя сила не выходит за рамки ожиданий, которые, как я знал, ты будешь делать… в некоторых областях, твоя сила, возможно, растет быстро… слишком быстро для других», - сказал Шин, и Наруто моргнул. Было очевидно, что он растерялся. « Вы действительно поверили, что с моим существованием я буду единственным богом?» - спросил Шин, и глаза Наруто расширились. «Подожди, эти парни настоящие ?!» - спросил Наруто. Синигами не улыбнулся, но вопрос Наруто его немного позабавил. « Вы помните Джашина? Я помню, как говорил вам, что хочу душу Хидана. Его жизнь продлилась слишком долго, и я также понимаю, что вы еще не завершили весь этот список, но я не сомневаюсь, что вы захотите, что является почему я обнаружил, что какие-то проблемы имеют тенденцию находить вас. Показательный пример, я потребую, чтобы вы присутствовали на нашей встрече. Встреча богов, - сказал Шин, и если Наруто был сбит с толку раньше, то теперь он полностью потерялся. «Вы хотите, чтобы я присутствовал на встрече… между вами и другими богами?» - спросил Наруто. Он был уверен, что его ноги слабые. Он действительно чувствовал, что потеряет сознание, но затем успокаивающее присутствие охватило его дух. Это успокоило его разум и его заботы. Наруто бросил взгляд на синигами, и он мог честно сказать, что никогда не чувствовал себя более связанным с Богом Смерти, чем прямо сейчас. Он закрыл глаза и медленно кивнул.«Это сделка, которую нужно принять. Есть причина, по которой смертные не могут взаимодействовать с богами, и почему такие вещи были переданы как фольклор или миф. Когда вы росли в своей академии шиноби, вас по-настоящему не учили о богах. Большинство Скорее всего, они были второстепенным предметом, который можно было выдать. Возможно, большинству ваших одноклассников было наплевать. Ты был первым смертным, возможно, за сто поколений, у которого была связь с богом, - сказал Шин, и Наруто медленно кивнул. «Подожди, подожди, значит ли это, что есть такие, как я?» - спросил Наруто. Синигами быстро ответил на этот вопрос. "Нет. Ну, их больше нет. В самом начале истории смертных боги играли более влиятельную роль, но смертные и даже боги имеют историю высокомерия. Оно продолжало просачиваться туда, где боги постоянно задаваться вопросом, должно ли человечество быть уничтожено или его все еще можно спасти. У меня нет мнения по этому поводу, так как смерти богов и людей мне не были известны. Так что нет, таких, как вы, нет, хотя Джашин, возможно, немного разные, - сказал Шин. "Хорошо, что мне нужно делать?" - спросил Наруто. Шин взглянул на него. «Вы были бы удивлены, насколько ... осторожные боги могут находиться рядом друг с другом. Если вы действительно верите, что пребывание с богами - это мир, охватывающий всю вечность, тогда вы ошибаетесь. Большинство из нас презирают друг друга, и только Ками мы не отправляем мир в небытие. Ты помнишь, когда я появился перед тобой в твоей битве с владельцем Риннегана? " - спросил Шин. Наруто быстро кивнул, и синигами на мгновение закрыл глаза. « Вы не знаете об этом, но Юра Узумаки молился мне, чтобы я дал вам силы преодолеть ваше испытание. Молитва богу, возможно, является их высшей формой признания. Большинство богов гордятся этим. Вот почему у Джашина так много Последователи или почему есть некоторые другие монахи, священники и учителя духа, хотя большинство из них ошибаются. Я хочу, чтобы вы понаблюдали. Поймите, как некоторые из нас действуют и как мы себя ведем », - сказал синигами. Наруто моргнул. Это казалось достаточно простым, но синигами могли видеть, что Наруто также не понимал всей картины. « Узумаки Наруто, насколько ты мне доверяешь?» - спросил синигами. Наруто напрягся. Он уставился на Бога Смерти. То, как благочестивое существо парило в небе, почти сделало его даже более божественным, чем его помнил Наруто. Его призванный, Бог Смерти, спрашивал, может ли Наруто ему вообще доверять. По правде говоря, Наруто сказал бы «нет», если бы он только начинал, но Наруто, как ни странно, нашел себе лучшее руководство в Боге Смерти, чем он, вероятно, представлял. Это руководство его, помогало ему, укрепляло и дисциплинировало его снова и снова, даже когда Наруто не знал всех ответов. Наруто хотел, чтобы эти глаза были такими холодными, но Наруто мог чувствовать под этим взглядом. Ему не нужно спрашивать, почему. «Хай. Ты не вёл меня раньше. Не думаю, что ты собираешься сделать это сейчас, даттебайо!» Наруто ответил твердым кивком, чтобы подтвердить свои мысли. Глаза Шина ожесточились, и он закрыл глаза. «Я вижу. Ты действительно сильно вырос, Наруто. Я приду за тобой до заката седьмого дня. Пойдем со своим клапаном и ручкой», - сказал Шин, и Наруто смотрел, как он исчезает в никуда. Наруто перевел дыхание и услышал щебетание птиц в небе. Наруто предположил, что его матери нет в доме, потому что она не пришла вовремя для разговора. Он полагал, что теперь может пойти ее искать. По крайней мере, до тех пор, пока он не нанесет визит кому-нибудь еще. -Икс- Кушина старалась не закатывать глаза при заполнении такого количества анкет. Теперь, когда ее сын был ее женихом, она решила, что пора присвоить ему статус главы клана. Кушина надеялась передать это Наруто, когда ему исполнилось около двадцати, но ... ну, в общем, мир работал очень разными способами. Затем должна была состояться коронация и церемония Наруто. Кушина действительно задавалась вопросом, сможет ли Наруто заниматься политикой, потому что это было то, что не нравилось даже Кушине, но в некотором смысле это подходило для шиноби. Союзы, обман, предательство, стремление к достижению собственных целей - вот лишь некоторые из этих вещей. Кушина предположила, что с документами все не так уж плохо. По крайней мере, это давало ей возможность отвлечься. В основном то, что она чувствовала по поводу того, что Коноха дважды почти изгнала ее сына. Кушина не могла этого понять. Наруто всегда ничего не говорил, кроме хороших слов о Конохе… как бы она ни знала, его жизнь была тяжелой из-за его статуса джинчуурики. Итак, именно по этой причине она задавалась вопросом, что он мог сделать, чтобы его чуть не исключили. Конечно, он рассказывал ей о некоторых розыгрышах, которые он устраивал, когда был моложе, но она была уверена, что это не было причиной, особенно потому, что Цунаде боролась против исключения. Кушина могла сказать, что что-то происходило под поверхностью. Она просто еще не знала, что именно. «А, доброе утро, Узумаки-сан», - Кушина оторвалась от своих бумаг и попыталась не хмуриться, увидев перед собой Кохару Утатане. Кушина улыбнулась. Блин, она ненавидела фальшивую любезность. «Доброе утро, советник Утатане-сан», - сказала Кушина, задавшись вопросом, сможет ли она сжечь эту женщину дотла, но решила, что в ближайшем будущем это будет плохо выглядеть. «Я вижу, вы заполняете клановые документы. Изменилось ли что-нибудь?» - спросил Кохару, заинтригованный такой перспективой. Кушина откашлялась, чтобы выкинуть изо рта все гадости, которые она хотела сказать. «Верно. Я ухожу с поста главы клана», - сказала Кушина, и Кохару не смог сдержать ее удивления. Она говорила с Хомурой о том, как лучше всего справиться с Наруто и его нынешним повышением статуса от по сути сироты до виртуального принца своего клана. Неважно, что семья сколотила большое состояние на чернилах после запечатывания. Такие чернила было трудно найти, и у семьи Узумаки они были в пачках. Даже Кохару использовал это. «О? Я не знал, что у тебя есть кто-то, кто тебе нравится. Кто тот человек, который теперь возглавит клан Узумаки? Насколько я понимаю, Наруто-сан примет мантию через пару лет», - сказал Кохару. Кушина только улыбнулась про себя. Она подумала, что это было ее первым вызовом в качестве невесты сына. Что ж, пусть выступят всезнайки. «Это будут мой сын и жених, Узумаки Наруто», - сказала Кушина с гордой улыбкой на лице. Тот факт, что она не услышала ответа, только сказал ей, что она заставила аудиторию замолчать. Кушина на секунду подняла глаза и заметила, что Кохару смотрит на нее. "Прошу прощения?" - спросила Кохару, не уверенная, что она точно расслышала то, что с ней только что говорили. «Наруто Узумаки, мой сын и будущий муж, станет главой клана Узумаки», - сказала Кушина, на этот раз очень четко. Кохару чувствовал, как ее разум перебивает информацию. Мать и сын… поженились? Кохару чувствовал, как нарастает ее отвращение. Она посмотрела на Кушину. «Если это шутка, то это дурной вкус, Узумаки Кушина-сан. Вы всегда были нарушителем спокойствия, даже в юности, но даже вы не могли быть такими аморальными. Мальчик - ваш собственный ребенок! Как мог вы вообще имеете такое представление? " - спросил Кохару. Кушина удивилась даже самой себе, как спокойно она себя чувствовала перед лицом этого… нападения или чего-то еще. Одна вещь, которая работала в ее пользу, заключалась в том, что она уже перешла черту со своим сыном так давно. К тому же она уже продумала их в уме. Она будет сталкиваться со всеми насмешками до тех пор, пока ее сын желает ее. Если бы это было навсегда, то Кушина навсегда отдала бы своему сыну свое сердце. «О? Я не знал, что у тебя будут проблемы с этим, Кохару-сан. Я подумал, что в интересах Конохи иметь больше чистокровных Узумаки. Это все, что тебя волнует, верно? Интересы Конохи?» - спросила Кушина. Кохару почувствовала, как воздух покинул ее легкие. Она могла поверить словам бывшей жены Йондайме Хокаге. Кохару отступил на шаг. «Это отвратительно, Кушина-сан. Для вас двоих даже думать об этом - тошнотворно, мерзко и извращенно! Это полная чушь! Я расскажу об этом Цунаде! Она никогда не потворствует этому!» Кохару сел, но Кушина просто спокойно села на свое место, прежде чем собирать свои бумаги. Она встала и подошла к тому месту, где у нее проставили печать, прежде чем отправить копию в один из архивов Конохи. «Это забавно, Кохару-сан. Как и мой сын, я тоже был джинчуурики. На самом деле, вся линия Узумаки была джинчуурики Кьюби. Меня выбрали преемником Мито-баачана. Вы это знаете. Мито-баачан однажды сказал мне, что я пришлось «наполнить свое сердце любовью», чтобы преодолеть трудности, связанные с тем, чтобы быть джинчурики. Забавно, даже когда я вышла замуж за Минато, я боролась с тем, что это значило. И только после того, как я так кричала, так долго, когда родился Наруто Я узнал, чем была любовь всей моей жизни. Когда я с сыном, у меня в животе кружатся бабочки, я не могу удержать улыбку от моего лица, мое тело желает иметь его целиком, и я могу только представьте себе, что, возможно, моя жизнь будет пустотой от своего прежнего «я» до того, как я познал такой тип любви и привязанности к моему собственному сыну.Интересно, могут ли многие люди в этой деревне сказать, что они испытывают то же самое, - сказала Кушина с легкой улыбкой на лице. Эта улыбка сбила с толку Кохару и сильно испугала ее. Она не могла поверить в то, что слышала. «Ты ... ты болен! Я не позволю этому случиться! Я не позволю тебе унижать ценности этой деревни и ценности настоящего брака. Я надеюсь, что ты и твой сын сгорите в адском пламени», - сказал Кохару, она обернулась. «Не беспокойтесь, я уверена, что вы сначала будете там, Кохару-сан», - сказала Кушина, когда Кохару вышел из здания. Кушина просто смотрела, как женщина уходит, прежде чем она выдохнула. Что ж, это была проблема номер один, теперь она была уверена, что она, Наруто и остальная часть их семьи будут иметь дело с последствиями. Не то чтобы она не была уверена, что они не справятся с этим. В конце концов, ее семья была группой выживших. Каждый пережил гораздо худшее, чем простая насмешка. Закончив свои дела, Кушина вышла из здания, чтобы вернуться домой. Ей нужно было написать отчет о миссии. -Икс- «Хорошо, я думаю, ты сделал достаточно», - сказал Саске, быстро надевая халат. Итачи вздохнул, закрывая свою медицинскую коробку. «Кто-то должен лечить тебя, если ты не позволяешь медсестрам острова делать это. Или, может быть, ты предпочитаешь, чтобы Юна-сан лечила тебя?» - спросил Итачи, и он был вознагражден смущенным рычанием брата. Итачи все еще видел легкий румянец на лице своего младшего брата. Итачи никогда бы не подумал, что Саске найдет значимого друга в старшей сестре Шисуи. Хотя, возможно, с момента ее смерти, тогда было понятно, что она была примерно его возраста. «Заткнись, Итачи. Куда делись проигравший и остальные?» - спросил Саске. При упоминании Наруто Итачи еще немного выпрямился. "Наруто-кун вернулся в Коноху вместе со своей матерью Юри, Шизуне-сан и Эбису-сан. Когда тебе будет разрешено уйти, ты сможешь вместе с остальными », - сказал Итачи. Саске лишь хмыкнул в ответ, прежде чем выйти из своей комнаты, а Итачи последовал за ним. "Как дела у Каа-сан?" - спросил Саске. Итачи не мог припомнить, чтобы Саске был таким напористым, но, тем не менее, ответил ему. "Каа-сан проснулась около двух дней назад. Никому не разрешалось видеть ее, пока доктор Шинно-сан ее прооперировал. Она все еще не может видеть глазами из-за Шарингана, но она утверждает, что она держался очень хорошо, - сказал Итачи. Саске медленно кивнул, вроде как обрадованный хорошей новостью. «Ой, я думал, что сказал тебе оставить это дерьмо на потом, когда тебе станет лучше», - Саске и Итачи услышали грубый голос, проговоривший через открытую дверь. Саске и Итачи подошли к двери и заглянули в нее как раз вовремя, чтобы увидеть, как Забуза сидит в кресле, а Хаку просматривает какие-то документы. «Работа накапливается, Забуза-сама. Я не могу больше ее отпускать. Кроме того, Даймё Воды прибудет через пару недель. Я хочу убедиться, что все готово к его возвращению», - ответил Хаку. «Я вижу, у вас все хорошо, Хаку-сан, Забуза-сан», - Хаку и Забуза заметили, что Итачи разговаривает с Саске рядом с ним. «Добрый вечер, Итачи-сан. Привет, я чувствую себя намного лучше. Я ценю твою заботу. Как ты себя чувствуешь, Саске-сан?» - спросил Хаку. Саске закатил глаза. «Я в порядке», - сказал Саске, что, вероятно, прозвучало скорее как ворчание, но, тем не менее, ответ. «Хаку, извини, что спрашиваю, но зачем ты делаешь документы? Тебе больше не нужно повторять шарады», - сказал Итачи. Хаку устало усмехнулся, что все заметили. Она на мгновение отложила работу. «Оказывается, это скорее, чем шарада. Похоже, что с сегодняшнего дня я действительно стану Страной Эдди Даймё. Даймё Воды вспомнил меня и приехал в гости в Страну Вихрей. Он сказал, что не помнит нас имея даймё, поэтому мне пришлось сделать несколько записей для себя. На самом деле это не так уж и сложно подделать записи. Забуза-сама ... по совпадению был контакт в императорском дворе, который укрепил мою личность, так что с сегодняшнего дня я буду даймё Земля вихрей. Я считаю, что это лучшее для страны. Итак, я просматриваю некоторые документы. Рыболовный сезон закончился, но многие люди узнали, что земля здесь очень плодородная, поэтому они решили остаться здесь навсегда, а потом есть люди, которые вернулись в пещеры, большинство из них решили остаться здесь и начать все сначала.Так что я должен найти для них место и землю, - сказал Хаку. Итачи медленно кивнул, а Саске обернулся. «Тогда делай то, что должен. Я вернусь позже», - сказал Саске, повернувшись, чтобы уйти. Хаку легонько поклонился, прежде чем она вернулась к работе, в то время как Забуза закатил глаза, прислонившись к стене. Итачи ушел с Саске. Братья Учиха прошли через больницу, и Саске увидел еще одну открытую дверь. Он закатил глаза, услышав хихиканье. "Какаши, что ты делаешь?" - спросил Саске, наблюдая, как его сенсей читает одну из этих тупых оранжевых книг. Какаши повернулся к Саске и улыбнулся. «Йо, я позволяю себе исцелиться. Ты должен делать то же самое, Саске. Мы должны вернуться к работе, как только мы справимся с истощением чакры. Я говорю, делай это медленно, когда сможешь», - сказал Какаши. Саске закатил глаза, а братья продолжили путь. Саске закатил глаза, когда снова услышал хихиканье Какаши. «Неужели Кодака-кун? Две девушки одновременно? Ты сделаешь Сена и Йозора двумя счастливыми девушками. Не забывай о Рике-чан и Юкимару-чан. Нам нужно найти больше друзей. Фу-фу-фу», - Какаши сказал, но он был слишком вне досягаемости для Саске, чтобы услышать больше, и Саске был за это благодарен. Затем они остановились в комнате Югао и наблюдали, как она легко отжимается. «Добрый вечер, Саске. Как ты себя чувствуешь?» - спросил Югао. Саске кивнул. «Возможно, не так хорошо, как ты, но я справился. У тебя, кажется, все хорошо», - сказал Саске, и Югао медленно кивнул. «Мне не нравится оставаться в постели. Из-за этого тело становится слишком жестким для регулярной работы. Но я полагаю, что ценю отпуск, как и все остальные. Когда нам станет лучше, я вывезу нас», - сказал Югао и Саске кивнул, прежде чем оба продолжили свой путь, оставив Югао в своей комнате. Она смотрела, как Саске и Итачи уходят, прежде чем откашлялась и вытащила книгу из-под простыни. Затем она вздохнула с облегчением и почувствовала тишину. " ZA WARUDO!" - кричала Югао, читая свою любимую книгу. Она на мгновение зажала рот рукой, прежде чем выглянуть в коридор. Вокруг никого не было. Лучше закрой дверь на всякий случай. Затем Югао быстро вернулась к своей книге. Тем временем Саске и Итачи прошли через больницу. Итачи сказал Саске, что для операции Микото нужно перевести в отдельное крыло больницы. Им не потребовалось много времени, чтобы добраться до двери, и Саске медленно ее открыл. Он заметил, что его мать не спала, и окно развевалось ей в волосы, когда она смотрела на пейзаж снаружи. «Каа-сан, добрый вечер», - сказал Саске, и Итачи поздоровался с ней. Когда она повернулась к ним, оба заметили белую повязку, закрывающую ее глаз. Она нежно улыбнулась обоим. «Добрый вечер, Саске, Итачи. Надеюсь, вы оба хорошо выспались. Хотя, Саске, тебе не следует вставать с постели», - сказала Микото. Саске хрюкнул и проигнорировал ее беспокойство. "Как ты себя чувствуешь?" - спросил Саске. Микото вздохнула, прикрыв рукой глаз. «Эта штука чешется, но я думаю, это не самое худшее, что могло случиться. По крайней мере, если все в порядке, глаз того стоит», - сказала Микото. Саске сел на ее кровать, пока Итачи смотрел в окно. Между участниками Учиха наступило короткое молчание, и Итачи сузил глаза. «Вы сказали, что не видели и не находили его тело, верно?» - спросил Итачи. Саске и Микото повернулись к нему, и Саске нахмурился. Микото быстро подтвердила, что они не нашли тела лидера, и Итачи на мгновение задумался. Саске повернулся к Итачи. «Вы думаете, что он все еще жив», - сказал Саске вместо того, чтобы задавать вопросы. Итачи кивнул со своего места у окна. Итачи наблюдал, как дети играют на улицах, а массы людей занимаются своими делами. Он наблюдал, как люди весело болтали, и Итачи не мог не напомнить себе о чувствах Конохи, по крайней мере, на тот момент. Итачи закрыл глаза и обернулся. «Итачи? О чем ты думаешь?» Микото спросила своего сына, и Итачи снова вздохнул. "Я начинаю верить, что у него был сообщник. Даже с учетом их структуры невозможно похитить людей в соседней деревне, чтобы никто не заметил. Я понимаю, что некоторые из них были там уже много лет, но не может быть этих много исчезновений, и никто об этом не знает. Затем был способ, которым они кормили заключенных и управляли ими. Пожалуйста, подумайте об этом, оружие, еда, медикаменты, тренировочные площадки, одежда, рабочие места, на эти вещи потребуются дополнительные средства. Средства, которые никто не может легко учесть », - сказал Итачи. Саске и Микото посмотрели друг на друга, их суровое выражение лица рассказывало историю их мыслей. Они были немного на грани. "У вас есть подозреваемые?" - спросила Микото. Итачи убрал прядь волос с лица и повернулся к матери и младшему брату. «В данный момент нет. Я мог бы, если бы мне дали время», - сказал Итачи. Микото и Саске переглянулись, и Саске встал с кровати и подошел к своему брату. «Вы хотите пойти и выяснить, верна ли ваша теория», - сказал Саске. Микото выглядела очень удивленной, когда Итачи кивнул. «Это потребует большой концентрации, и я не верю, что кто-то другой может это поднять. Во всех смыслах я все еще мертв. Я могу действовать, не беспокоясь о своей личности», - сделал ставку Итачи. Микото потерла закрытый глаз одной рукой, прежде чем наклониться вперед. «Я не знаю, Итачи. Ты все еще был признанным преступником. Твое лицо, пожалуй, одно из самых запоминающихся лиц в книге бинго для тех, кто хочет обратить на это внимание. Кроме того, ты не можешь позвонить по этому поводу. Цунаде разрешила нам чтобы держать тебя рядом с тех пор, как ты, как ты знаешь, считался мертвым. Это призыв Кушины как лидера Хинокена, - сказала Микото. Итачи быстро кивнул. «Вот почему я надеялся, что когда ты вернешься в Коноху, ты сможешь подробно обсудить это с Кушиной-сан и Наруто-куном. Даже с ее указанием, что я могу, я не смог бы этого сделать, если бы Наруто не хотел, чтобы я как мой Господь. Тогда я хотел бы взять с собой небольшую команду. Я считаю, что это слишком большая задача только для меня », - сказал Итачи. Теперь Саске был интересно сбит с толку. Какой задачей Итачи возлагал на себя столько усилий, что не мог справиться с ней в одиночку? Тем не менее, Саске быстро собрал некоторые из своих мыслей. Всю свою жизнь Итачи, возможно, был одним из самых могущественных шиноби в Конохе и в мире для Саске. Итачи всегда был идеалом, к которому стремился Саске. Недавнее знание ситуации Итачи обуздало этот идеал, но… Итачи, в сознании Саске, все еще был отличным шиноби. Саске использовал свои привилегии Хинокен, чтобы заглянуть в файл Итачи. Итачи имел одни из самых высоких успехов в миссиях как Анбу. Что продолжало вызывать у Саске вопрос, почему Итачи из всех людей может нуждаться в помощи. «Я считаю, что команда будет лучше не только потому, что мы сможем охватить более широкую территорию за короткий период времени, но и у меня будет хоть какая-то поддержка на случай, если что-то еще случится, о чем мне нужно будет сообщить. Мы также можем отслеживать регулярные обновления между нами и иметь корреспондента для решения текущей проблемы », - сказал Итачи. Саске и Микото какое-то время молчали. Саске заговорил. "А кто бы вы были в команде?" - спросил Саске. Итачи внимательно посмотрел на Саске, прежде чем пристально взглянуть на мать и брата. «Я предпочитаю, чтобы Забуза-сан был со мной, но я знаю, что он не оставит рядом с Хаку-сан. Скорее всего, он станет ее помощником, когда она начнет свой переход в статус Даймё. С чем я согласен со времен Страны Вихрей. медленно вернулся в свои дни в яркую страну », - сказал Итачи, прежде чем снова собраться с мыслями. «Если возможно, я хотел бы взять Суйгецу. Несмотря на его энергичное отношение, я заметил, что он является кандидатом на сбор информации, если его можно правильно использовать. Я бы хотел, чтобы Фудзикадзе-сан тоже присоединился к нему. Его знание других стран может пригодиться, а также его умение обращаться с клинком, если Наруто-кун захочет отдать его в команду, - сказал Итачи и вскоре сказал им последнего человека, которого хотел взять с собой. Микото попыталась осмыслить эту команду, в то время как Саске приподнял бровь. «Это ... очень смело с твоей стороны думать об этой команде, Итачи. Ты уверен, что хочешь это сделать?» - спросила Микото. Черные глаза Итачи были прикрыты веками, когда он на мгновение закрыл их. Они снова всплыли на поверхность. «Эти люди специально нацелились на Наруто-куна и Кушину-сан. Они каким-то образом точно знали, к кому они идут. Они знали об отношениях Наруто-куна с синигами. Они также знали об отношениях Кушины-сан с Наруто-кун. печать, которая позволяет его телу приспосабливаться к его растущей силе. Если честно, у меня такое чувство, что если Наруто-кун разблокирован, то в настоящее время у него должно быть достаточно силы, чтобы одолеть Хокаге-сама, Цучикаге и Райкаге. , "Сказал Итачи, что заставило Микото и Саске остановиться. «Подожди минутку. Итачи, тебя там не было, но всего пару месяцев назад Наруто должен был сражаться только с более опытным джинчурики, этим идиотом-рэпером из Кумогакуре. Как его сила могла настолько увеличиться в таком короткое время? " - спросил Саске. На этот раз Саске даже не мог завидовать Наруто. Имейте в виду, он ХОТЕЛ быть таким, но ему было слишком любопытно, чтобы ревность подавляла его мысли. «Если честно, то я действительно верю, что это произошло на той неделе назад, когда Наруто-кун сражался с Регентом. Мне не нужно было быть там, чтобы справиться с огромным давлением его силы. Я искренне верю, что каждый человек на всей планете чувствовал себя эта энергия, неважно, насколько короткой она была. Верите или нет, но Наруто-кун становится намного большим, чем мы даже могли себе представить, - сказал Итачи, и Саске быстро занял оборонительную позицию. "Вы называете его угрозой?" - спросил Саске. Итачи не знал, посмеиваться ли над Саске или удивляться тому, как он защищает Наруто. Итачи быстро покачал головой. «Угроза? Нет. Предназначена? Определенно. Я не знаю, куда его ведет синигами, но все, что я знаю, это то, что когда Наруто-кун доберется туда, никто, кроме, возможно, вашей команды, не сможет угнаться за ним. Я считаю, что моя работа - защищать Наруто-куна, пока он не достигнет своей судьбы, - решительно сказал Итачи. Саске и Микото не отвечали пару минут. "Черт возьми, Доби, кем ты становишься?" - подумал Саске, но Саске тоже было любопытно. Он должен был знать. Он должен был знать, к чему их все это привело. «Я поговорю с проигравшим, когда смогу. Я не сомневаюсь, что мы уедем через неделю или две. Когда вы планировали уехать?» - спросил Саске. Итачи немного сбил с толку этот вопрос, так как он не особо задумывался о сроках. "Я должен был бы немного подумать, но я бы сделал это после экзаменов на Чунина, которые проходят в Сунагакуре. Я уверен, что мы все хотим увидеть выступление Юри-сан. Если бы мне пришлось дать это примерно в то время Тогда я был бы признателен за это », - сказал Итачи. Саске на мгновение посмотрел брату в глаза. Саске не мог обнаружить ничего, что было спрятано, но Саске ничего не мог найти. Саске заметил, что Итачи стал намного более подавленным с тех пор, как вернулся. Он действительно тренировался, но Саске заметил, что Итачи выглядел намного более… усталым от всех сражений, в которых он участвовал. Тем не менее, Саске не высказал эти мысли. «Я посмотрю, что я могу сделать», - сказал Саске. Итачи улыбнулся Саске. «Спасибо, Саске». - сказал Итачи. Микото посмотрела на своих сыновей. Она вздохнула, сидя в своей постели. Честно говоря, на этот раз она устала быть шиноби и ненавидела это. Она ненавидела то, что ее мальчики не могли оставаться мальчиками на всю жизнь. И все же в то же время она не могла выразить всю свою радость, видя, как они ведут себя как полностью зрелые мужчины. Это заставило ее улыбнуться. Что ж, они увидят, что будет в ближайшем будущем. «У меня только один вопрос, Итачи. Если ты ответишь на него за меня, я буду полностью за», - внезапно сказала Микото. Саске и Итачи были немного удивлены Микото и ее внезапной реакцией. Тем не менее Итачи кивнул и ждал вопроса матери. Его рука лежала на подоконнике, а мать смотрела на его фигуру. «Вы делаете это, потому что хотите защитить Наруто-куна? Или вы делаете это потому, что чувствуете, что это единственный способ искупить себя за то, что вы сделали с Конохой? Для клана Учиха? Для… Изуми?» - спросила Микото. Саске расширил глаза, прежде чем медленно повернуться к брату. Саске встречался с Изуми несколько раз, и хотя Саске никогда не имел особой связи с Изуми ... Саске мог поверить в застывшее выражение лица Итачи. Он казался совершенно лишенным эмоций. «Это… было очень давно, Каа-сан, - сказал Итачи. Микото покачала головой. "Да, это было так, и вы надеетесь, что сможете исправить ту ошибку, которую совершили. Вы постоянно говорили себе, что это было на благо деревни, но это никогда не было хорошо для вас, не так ли? Ты знал, что это неправильно, потому что ты все еще убивал невинных. Так же, как это сделал я, как это сделал Саске, как и все мы, - сказала Микото. «Каа-сан, я…», - Итачи не успел заговорить, как Микото подняла руку, требуя его молчания. Итачи сдержался, когда Микото вздохнула. «Ты так долго сражался с Итачи. Теперь ты хочешь, чтобы Наруто-кун исправил твою ошибку, потому что ты видел, что он может сделать для всех нас. Я считаю, что именно поэтому ты это делаешь. Если я ошибаюсь, в этот самый момент, тогда скажи мне, и я отпущу тебя прямо сейчас с твоей командой, и я объясню это Наруто-куну и Кушине », - сказала Микото. Саске стоял перед своей матерью и братом. Он чувствовал давление тишины. Его взгляд переместился между ними обоими. Волосы Итачи закрывали его лицо, как занавеска над окном. «Если вы не можете мне объяснить. Тогда уходите прямо сейчас и даже не думайте об уходе, пока не объясните мне это», - сказала Микото. Саске повернулся к своему брату, и тот в шоке наблюдал, как Итачи поклонился и вышел из комнаты. Он закрыл за собой дверь. «Саске», - сказала Микото, что заставило его взглянуть на свою мать. Микото посмотрела на Саске ожесточенными глазами. «Никто не может быть выше эгоистичных желаний. Даже Итачи», - сказала Микото. Саске не ответил. Он просто посмотрел на дверь, которую только что оставил Саске. -Икс- Цунаде не из тех, кто признает трусость. Она была Хокаге, и Хокаге был последним человеком, который мог бояться неизвестных опасностей. Она была единственной, кто действительно помогал людям, делал трудный выбор и несли на себе последствия своих действий ради деревни. Это была она, но она сидела в своем офисе и писала документы. Цунаде не ушла прошлой ночью. Что ж, возможно, это было не совсем так. Она ушла и попыталась немного поспать, но ее разум решил обмануть ее, давая ей каждый кошмар, который могла вынести Шизуне. Честно говоря, Цунаде все еще поражалась тому, что человеческий разум мог придумать в любых попытках уничтожить себя. Цунаде представила, как Шизуне приходилось терпеть одно за другим. Унижение, которое она, должно быть, пережила. Боль от ее призыва к Цунаде, чтобы спасти ее. Это происходило около двух часов, пока Цунаде не решила пойти на работу. Цунаде никогда не была так благодарна за бумажную работу. Ей не нужно было ни о чем больше смотреть или думать. И это привело к тому, что Цунаде встала так рано утром с мешками под глазами. Она быстро подписала лист бумаги, прежде чем отправить его в сторону. Цунаде на мгновение потерла глаза. Затем она взяла свою чашку. Она сделала глоток, и это освежило. Хотя она предполагала, что после 26-го стакана оно начало терять омолаживающее ощущение. Цунаде хотела, чтобы ее оставили в покое, так как большинство ее подчиненных обходили ее стороной, за что она была благодарна. Она действительно не хотела заниматься чьей-либо ерундой так рано утром. "Цунаде!" - позвал голос, и Хокаге успокаивающе вздохнул. Сегодня собирался в другой из тех дней, не так ли? Цунаде оторвалась от своей работы и заметила, что Кохару вошел через дверь. Цунаде чуть не поняла это из-за неуважения советницы. У нее даже не было уважения к стуку. «Что случилось, Кохару? Я занята», - сказала Цунаде гораздо более горько, чем предполагала. Она хотела как можно быстрее донести мысль, чтобы ее не беспокоили. «Я требую, чтобы шиноби, Узумаки Наруто и Узумаки Кушина были задержаны и прошли полную оценку психики, чтобы немедленно признать компетентность для получения статуса шиноби», - сказал Кохару. Цунаде глубоко вздохнула и выдохнула. У нее было ощущение, что она знает, о чем идет речь. "Почему?" - спросила Цунаде, просто чтобы развеселить себя. «Узумаки Кушина освобождает от своего статуса главы клана Узумаки. Как вы знаете, Узумаки Наруто будет следующим в очереди, если Кушина не выберет поклонника. Она взяла поклонника… В СВОЕМ СЫНЕ!» - воскликнул Кохару. Она тяжело фыркнула, а Цунаде посмотрела на нее. Цунаде была удивлена ​​тем, насколько спокойно она себя чувствовала. У нее было ощущение, что что-то… неортодоксальное происходит с Наруто и его матерью. Ей хотелось, чтобы это было что-то вроде… этого, но Цунаде потребовалось время, чтобы вспомнить всю информацию. "Вы слышали, как она это говорила?" - спросила Цунаде. Кохару кивнул, не задумываясь. «Я приехала сюда немедленно. Кушина намеревается выйти замуж за собственного сына, как она и сказала», - сказал Кохару. Цунаде снова вздохнула. Проклятый засранец, всегда доставляющий проблемы. «Понятно. Я поговорю с ними позже. Вы уволены», - сказала Цунаде. Кохару почти почувствовал, что слова у нее во рту стихли. Как могла Цунаде быть такой спокойной? Разве она даже не догадывалась о том, что Кохару только что с ней сказал? «Цунаде, ты должна немедленно положить конец этому праву. Нарушение неприкосновенности брака, жизни и морали обязательно приведет к разрушению Конохи», - сказал Кохару. Цунаде тихо зарычала. «Я услышал тебя в первый раз. Я сказал, что поговорю с ними позже. Я занят, Кохару. Уходи. Вон!» Цунаде зарычала, и ее кулаки сжались так сильно, что она помяла стол. Кохару был удивлен взрывом, но она вздохнула. «Мы еще не закончили здесь, Цунаде. Я не допущу, чтобы подобные вещи происходили в стенах Конохи», - сказал Кохару, и ей повезло, что Цунаде не восприняла это как угрозу. Цунаде просто смотрела, как Кохару выходит из комнаты, а Цунаде закрыла голову руками. Инцест всего. Цунаде никогда не думала, что это то, с чем ей придется иметь дело. Конечно, кланы вроде как практиковали такие вещи, но… в лучшем случае это были дальние родственники или что-то в этом роде. Так что Цунаде не обращала на это особого внимания, но она не знала, что думать о Наруто и Кушине. Как ниндзя-медика, сама эта мысль была отвратительной, но ... как Хокаге, Цунаде не могла полностью запретить это. Это не было… точно повредило целостности Конохи, как утверждал Кохару, но… «Нет. Нет. Я займусь ими позже», - сказала Цунаде и вернулась к своей работе. В дверь снова постучали. Цунаде сломала перо пополам. "Войдите!" Она зашипела, и Цунаде увидела, как Сакура вошла в дверь. «Цунаде-сама… это правда?» - спросила Сакура. Цунаде закатила глаза. Она собиралась расколоть проклятый особняк пополам. Цунаде просто хотела полусмирного утра! Неужели это так чертовски трудно получить от этих проклятых людей ?! Цунаде просто ущипнула себя за переносицу. Ей действительно хотелось обезглавить Сакуру прямо сейчас. -Икс- "Куда вы нас везете?" - спросил Обито. Он и Человеческий Путь Пейна предстали перед Регентом. Фигура в маске молчала для какого-то типа, и если и было что-то одно, Обито никогда не ценил, так это молчание других. Шаринган Обито начал вращаться. Если бы это была какая-то ловушка, он, не колеблясь, оторвал бы голову этого человека от своих плеч и оставил бы ее плавать в бесконечном пространстве. Пейн следовал за группой на своем последнем пути. После битвы с Узумаки Наруто у него был кто-то, кто следил за его Пути Дэвы. Пейн никогда не собирался признаваться в этом никому другому, но Кьюби Джинчурики оказался более грозным противником, которого ожидал Пейн. Он все еще чувствовал какое-то внутреннее жжение, которое он не мог описать. Как будто его душа загорелась в огне, и это доставляло ему внутренний дискомфорт изо дня в день. Трио гуляло по этой загадочной пещере с самого раннего утра. По мере того как они спускались все дальше и дальше, становилось все жарче и жарче. Если и был один человек, недовольный текущими событиями, то это был Обито. Они потеряли много времени в этом начинании, и ради регента он надеялся, что все, что там было внизу, того стоило. Прошло совсем немного времени, прежде чем они увидели зеленый светящийся свет. Обито и Пейн были удивлены сиянием драгоценных камней, покрывавших каменные стены вокруг входа, через который они прошли. Обито осмотрел всю комнату вместе с Нагато, но это длилось недолго, прежде чем они заметили массивную дыру в центре комнаты. Группа смотрела вниз в полую бездну тьмы, когда они прошли через один из многочисленных туннелей пещеры. Огромная дыра в земле страховала красоту, которую Обито и Пейн видели в пещере. Это было красивое зрелище. «Величественное воплощение воли смертности. Прямо как люди. Они пытаются быть красивыми, но в их телах и душах есть дыра, что делает их отвратительными и грязными созданиями», - сказал Регент. Обито и Пейн взглянули на него, но только Обито потерял терпение. «У вас должна быть для этого веская причина, Регент. Для чего мы здесь? Вы утверждали, что у вас есть кое-что, что нужно найти здесь. Почему вы забрали нас сюда? Имейте в виду, что мы не полностью сделали вас членом Акацуки. Ты по-прежнему одноразовый, - сказал Обито, и Регент просто усмехнулся под маской. «Все люди одноразовые, Акацуки-сан. Важно только то, насколько вы менее одноразовые, чем следующий человек? Ценность - это все, что имеет значение для мира. Если вы ничто, то вы будете ничем. Если вы что-то, то вы будете Это просто, - сказал Регент, и темная, залитая шоколадом рука Обито медленно начала светиться черной молнией. «Я считаю, что ваши загадки и ваши учения - пустая трата моего времени. Если вы не добьетесь результатов этой прогулки в следующие две минуты, я позабочусь о том, чтобы единственное, что слышит ваш беспорядок, - это камни, которые упадут на вас, как я - запереть тебя здесь до конца твоей естественной жизни, - пригрозил Обито. Нагато обратила внимание на то, что Регента, похоже, ни в малейшей степени не встревожили его угрозы. «Вы когда-нибудь задумывались, было ли больше разумных клинков, кроме Самехады? Их много, и все, что им нужно, - это лишь небольшая мотивация для продвижения вперед. Вы когда-нибудь задумывались о том, что было до кланов шиноби? и насилие? Потому что было время. Было славное время. Время до Рикудо Сеннина. Это было время, потерянное для человека и потерянное почти для всех других существ, но есть тот, кто помнит и все, что ей нужно ... - цель, - сказал Регент. Прежде чем Обито и Пейн смогли заставить его уточнить, они услышали, как Регент говорит на архаичном языке. Это были слова, незнакомые их ушам. Регент упал на колени и сложил руки вместе. Земля вокруг них сильно затряслась. Обито и Пейн наблюдали, как прекрасные драгоценные камни почернели, как будто весь свет и тепло покинули их тела. Они раскололись на куски и упали в огромную дыру в земле. Обито и Пейн почувствовали повышение чакры и давления. Чакра была такой плотной и мощной, что стала видна их глазам. Чакра бурно и безудержно кружилась по комнате. Как сильный шторм ярости, он отказывался разрешиться. С того места, где стояли Обито и Пейн, даже земля у их ног начала трескаться. Обито взглянул на потолок и ахнул, когда увидел, как потолок начал проваливаться на всех троих. Обито зарядил его руку молнией. Он был готов ударить по обломкам и оторвать регенту голову на том месте, где он стоял. Затем внезапно стало тихо и тихо. Вокруг них ничего не двигалось. Обито и Человеческий Путь посмотрели вверх и заметили, что даже камни, находившиеся в середине падения, мягко плавали на землю почти безмятежно. Регент усмехнулся под маской и встал. Он повернулся к Обито и Пейну. «Это была не просто дыра в земле, а могила. Гробница предназначена для запечатывания вещей, которые хотят остаться забытыми. Если только… кто-то не совершит небольшую набегу», - сказал Регент. Над дырой в земле появилась массивная печать фуин. Он быстро начал распутываться, а затем исчез в брызгах света. Видимый глаз Обито сквозь ярко-оранжевую маску прищурился от резкого света, но Пейн вообще не проявил видимых признаков реакции. «Из пепла нового мира старый мир разорвется на части. Дева, пойманная в ловушку ее тела с лезвиями. Назови свое имя», - сказал Регент. Свет погас, и Обито и Пейн уставились на женщину, одетую в белые боевые мантии кимоно. На ее одежде был узор или герб, который ни Обито, ни Пейн не могли распознать. Они легко могли видеть длинные острые хлысты, торчащие по бокам ее черепа. Ее светлые глаза смотрели на них. За маской Регент не мог не улыбнуться. " Где Кагуя?" Женщина сердито прошипела.