Не успел...

— Ку-ку, епта! — слышит Брайн и резко разворачивается. Он замечает, как Оливия покачивает и падает, а следом тяжело валится Вражко. Ботан растерянно опускает голову, и Мапс с ужасом замечает стремительно расползающееся темное и влажное пятно, которого точно не должно быть на темно-синей рубашке друга. Ботан ранен, а Стар в лучшем случае без сознания. Упав на пол, Ботан мелко трясётся и, кажется, зовёт Оливию, но та точно не слышит. Она лежит лицом вниз и совсем не двигается, и Брайну страшно, что она может быть… мертва. — Давай, Ботан, не время умирать, — Мапс прижимает к себе сломанную, вероятно, руку, а другой хватает друга за рюкзак и тянет на себя. Всплеск адреналина, спасший его от боли во время драки, сходит на нет, и рука уже начинает заметно ныть, но пока он ещё в состоянии двигаться, что не может не радовать. Ботан стонет, когда Брайн помогает ему принять сидячее положение, и лихорадочно ищет кого-то глазами. Мапс готов поспорить, что знает, кого именно. Он медленно, слегка прихрамывая, подходит к все еще лежащей неподвижно подруге и переворачивает ее. На него смотрят широко раскрытые и до ужаса пустые глаза, в которых уже не осталось и маленького отблеска той дерзости, которая огнём горела в них годами. От уголка губ к подбородку девушки тянется тонкая красная струйка. Кровь. Крик застревает где-то в груди, и Брайн чувствует, как руки начинают заметно дрожать. Дышать никак не выходит, и парень нервно открывает и закрывает рот, как рыба, выброшенная на берег. Лицо Оливии такое спокойное, такое умиротворенное, и это кажется до жути неправильным. Девушка должна вскочить на ноги, засмеяться, грубо оттолкнуть начавшего бы лезть к ней с излишней заботой Ботана, броситься едким оскорблением в Брайна. Она уж точно не должна лежать здесь так неподвижно, не должна смотреть перед собой так равнодушно… не должна быть мертвой. — Оливия… Ботан снова зовёт ее, вероятно, не видя, что происходит. Брайн закрывает тело Стар спиной, а эмоции, исказившие его лицо, точно не заметны с того места где полусидит раненый парень. — Ботан, все нормально, — говорит Мапс надтреснутым голосом и закрывает Оливии глаза. — Она потеряла сознание. — Она ранена… Брайн смотрит на глубокую рану в боку девушки. Топор разрезал мягкие ткани и вошёл так глубоко, что Мапсу чудится на секунду, что он видит раздроблённый позвоночник. Конечно, ему только кажется, но от мыслей об этом становится дурно, и парень закрывает рот рукой, пытаясь восстановить дыхание. — Мы ей поможем, — тихо говорит Брайн, а затем оборачивается, слыша шорох. Ботан уже достал ноутбук и открыл его, начав быстро печатать. Лицо его искажено гримасой отчаяния. — Я… не успею отменить сигнал… Каждое слово даётся Ботану тяжело, и Брайн как никогда понимает, что у них слишком мало времени. И даже не до сигнала, черт бы его побрал. До смерти его последнего оставшегося друга и еще миллионов человек. — Но я могу перенаправить его, — неожиданно выпаливает Ботан, начиная печатать ещё быстрее. — Нужно только новое видео. Без трафика. — Понял, — коротко говорит Брайн и тянется за телефоном, но, посмотрев на экран, чертыхается. — Сигнала нет. Он думает лишь пару мгновений, а затем подскакивает к другу и тянет его на себя. Тот протестующе шипит и выворачивается: — Нет. Нет-нет-нет, — как заведенный, повторяет он, не в силах выдавить больше ни слова. Брайн сжимает зубы и снова пытается поднять Ботана, но тот слишком активно сопротивляется. Он повторяет это коротенькое слово снова и снова, но больше не говорит ничего, и Мапс чертовски злится. Он резко опускается на колени и грубо трясет друга здоровой рукой. — Давай же, блять! — кричит он. — Оливия… Ботан произносит ее имя на выдохе, и Брайн с ужасом понимает, что без Стар он не уйдет. Просто не захочет. Но потерять еще одного друга Мапс совсем не готов. Каждая смерть выжигает что-то в его душе, он уже даже боли-то не чувствует, только почти первобытный ужас от того, что может оказаться в полном одиночестве. Он не позволит Ботану остаться здесь, точно не позволит. Если нужно, на себе потащит, на спину закинет и понесет, как бы больно и тяжело ни было. Ботан — большой мальчик, но Брайн справится. — Ботан, мы вернемся! Слышишь? Мы заберем ее! Тот поднимает на Брайна глаза, и в них стоят слезы. Ботан сильно-сильно зажмуривается и дышит сквозь зубы, а Мапс хватает его за руку и сжимает ее в попытке привлечь внимание. Он видит, как друг уже крупно трясется и едва сдерживается, чтобы не расплакаться. — Ботан, посмотри на меня! — Оливия… умерла… Слова Ботану даются с большим трудом, и Брайн едва слышно выдыхает, широко раскрывая глаза. Он смотрит на друга и понять не может, как тот догадался. — Я не… Я не глупый, — неожиданно усмехается Ботан, словно мысли прочитав. — Но без… Оливии я не уйду… — Пожалуйста, — предпринимает попытку Брайн, глядя на таймер. Две минуты. Времени нет совсем. — Иди, — хрипит Ботан. — Иди, потом вернешься. Нам ви… видео срочно нужно… Мапс задумывается на мгновение, а после быстро кивает. На кону жизни людей, он не может больше оставаться здесь. Но черт, как же страшно. — Ты только держись, ладно? — бросает он, поднимаясь. Ноги подгибаются, но он упорно бежит к выходу скорее на одном лишь упрямстве. Рука теперь болит почти невыносимо, и Брайн падает, поднимается, снова падает. А когда сил совсем не остается, продолжает ползти, лишь бы только успеть. Лишь бы хоть одного спасти. *** Когда Брайн убегает, Ботан наконец дает волю эмоциям. Он воет в полный голос, совсем не сдерживается, размазывает по лицу слезы, смешанные с собственной кровью, иногда на крик срывается. И думает-думает-думает. «Не успел…» Не успел признаться этой веселой, шебутной, порой грубой девчонке, что уже давно заглядывался на нее. Не успел узнать, взаимно ли это. Не успел поцеловать ее. Не так, как в хижине — неуклюже и между делом, а по-настоящему, со всей любовью и нежностью. Не успел на свидание пригласить. Ботан всегда ненавидел опаздывать, но на самое главное событие в своей жизни бессовестно опоздал. И ведь теперь уже не сделать ничего, все потеряно. Совсем. Навсегда. Он задыхается, рубашка давит, и парень расстегивает верхнюю пуговицу. Не помогает. Он царапает горло, хрипло и глубоко дышит, но воздуха все равно почему-то не хватает. Может, это она была его воздухом? За такие мысли она бы точно подзатыльника дала, слишком сопливо, но ее больше нет, так что уже можно. Перед глазами темнеет, и он откидывает уже ненужный ноутбук. Брайн все равно не успеет. В руку ложится детонатор. Как влитой. Ботан с усмешкой смотрит на сломанную антенну, а затем на сумку возле экранов. «Не повреди антенну, а то взрывать придется в четырех метрах от бомбы». Теперь уже терять все равно нечего. Ботан сжимает пульт в руках и упрямо ползет к неподвижно лежащей Стар. Так хочется дотронуться. Так хочется поцеловать. У них остается чуть меньше минуты. Оливия выглядит невероятно спокойной, и Ботан уже тянется было к ней, чтобы проверить, не спит ли она, но отдергивает руку, боясь коснуться и окончательно удостовериться в правдивости происходящего. Так хотя бы легче. — Прости меня, — шепчет он на грани слышимости. — Прости. В груди остается лишь поглощающая пустота. Ведь он опоздал. Палец замирает над кнопкой, и он смотрит на таймер. Пятнадцать секунд. Он переводит взгляд на Оливию. Четырнадцать. Ее волосы привычно спутаны, и Ботану до ужаса хочется провести по ним рукой. Тринадцать. Пальцы, испачканные в его крови, ложатся на рану Оливии и легонько зажимают, как будто это может помочь. Двенадцать. Другая рука все еще сжимает детонатор, и Ботан не может заставить себя нажать. Одиннадцать. Он проводит окровавленными пальцами по еще теплой щеке Оливии. Проводит мягко, почти невесомо, едва касаясь кончиками ее неожиданно гладкой кожи. Десять. Его собственное ранение отдается болью, а кончики пальцев холодеют, но все мысли Ботана сейчас сконцентрированы на Оливии. Девять. Он переплетает их пальцы и мягко целует ее руку. Восемь. Ему кажется, что все это лишь сон. Семь. Он наконец набирается смелости и приближается к девушке. Шесть. Поцелуй не длится долго, он больше похож на простое касание губ, но от этого все равно становится тепло. Пять. Ботан плачет уже совсем открыто, и слезы капают на бледнеющее лицо девушки. Четыре. Парень смотрит на детонатор в своих руках и прижимается к Оливии, обнимая. Три. Он оставляет быстрый поцелуй на лбу девушки и снова смотрит на время. Два. Ему хочется, чтобы эти секунды длились куда дольше. Один… А где-то внизу загружающий видео Брайн вздрагивает, когда раздается взрыв. Он не удерживается, ноги подгибаются, и парень все-таки падает на землю. Мапс кричит, срывает голос, зовет своих друзей и чувствует, как вместе с сотым этажом высокого офисного здания догорает последний кусочек его сердца…