Что случилось с секретарём Чон?

      — Саджаним, что вы здесь делаете?       Сокджин смотрит с презрением на растерянных молодых людей, все еще держащихся за руки:       — Прежде чем отключать свой телефон, ты должен был позаботиться о том, что срочные дела, требующие твоего участия, решены. Хоть представляешь, какие убытки может принести фирме твоя безответственность?       Широко распахнув глаза, Чонгук ошарашенно смотрит на босса. Он выглядит настолько испуганно и потерянно, что Сокджину сразу же становится совестно. Секретарь действительно ничего не понимает, и внезапное появление начальника у его дома и обвинения застают его врасплох. Чимину, который стоит рядом, тоже предельно некомфортно под гнетущим взглядом их начальника.       — В отличие от тебя, — продолжает Сокджин, — у меня по горло работы, которую нужно срочно закончить. Где контракт для «СиДжей корпорейшн»? Менеджер Мин сказал, что единственная копия у тебя на флеш диске и ты забрал ее с собой.       — Я… я собирался доработать дома, на выходных, вы же сказали, что крайний срок в понедельник, — растерянно заикается юноша, разворачиваясь корпусом по направлению к дому, — если вы позволите…       — То, что ты решил уволиться, не дает тебе права вести себя безответственно последний оставшийся месяц. Cам знаешь, сколько трудов ушло на проект господина Чхве. Я требую, чтобы завтра к полудню контракт был у меня дома, — сухо отрезает Сокджин и разворачивается, чтобы уйти к такси, которое ожидает на противоположном конце улицы.       Чимина обуревает ярость. У него всегда были проблемы с подчинением авторитетам, а когда он был свидетелем высокомерия или несправедливости исходящих от людей, стоящих выше по иерархии, то просто терял самообладание. Ни один начальник, вне зависимости от своего положения и социального статуса, не имеет права так обращаться с подчиненными. И сейчас, наблюдая за этой сценой, он яростно кусает губы и сжимает кулаки, пытаясь сдерживаться, но последняя фраза Сокджина переполняет чашу терпения, и Чимин окликает его:       — Какое право вы имеете так разговаривать с Чонгуком? Наше рабочее время уже давно закончилось, нам не нужно просить разрешение на отдых! Почему вы преследуете его в выходной день и требуете, чтобы он делал сверхурочную работу, о которой даже ничего не знал?       Сокджин цепенеет от подобной дерзости и застывает, словно парализованный. Оборачивается, чтобы бросить убийственный взгляд на молодого человека:       — А ты кто вообще такой?       Чонгук хочет вмешаться, но Чимин опережает, инстинктивно заслоняя его собой:       — Пак Чимин, стажер рекламного отделения. Я только месяц работаю в вашей компании, но никогда раньше не сталкивался с подобным отношением к работникам. Вы не имеете права! Секретарь Чон не ваш раб!       Вице-президент явно доведен до предела. Его шея багровеет от ярости. Сцепив зубы, он борется с острым желанием врезать этому мерзкому коротышке, который смеет дерзить и перечить. Хуже всего, то, что Чонгук смотрит на него восторженно, с обожанием, когда при взгляде на Сокджина выглядит затравленно. Так быть не должно. Собирая последние щепки самообладания, Сокджин цедит сквозь зубы:       — Тебя никто ни о чем не спрашивает. Заткнись, а не то вылетишь из компании, даже не успеешь закончить испытательный срок.       Чонгук хочет предостеречь друга, подать знак, чтобы тот замолчал, но Чимина уже не остановить:       — Если это то, что меня ожидает в вашей фирме, то я тоже не заинтересован! Готов собрать вещи и уйти хоть завтра.       Сокджин с убийственным спокойствием разворачивается и яростно шагает прочь, оставляя парней удрученно смотреть ему вслед, а потом друг на друга. Никто не решается прервать молчание. В конце концов Чимин говорит:       — Кажется, такси не дождалось.       — Тебе не нужно было с ним так разговаривать! — укоризненно смотрит на него Чонгук.       — Я сдерживался, но когда он начал несправедливо предъявлять претензии, просто не cмог это больше терпеть. Прости, — шепчет Чимин.       — Я попытаюсь сделать что смогу. Поговорю с ним завтра. Иногда он может так вспылить, но быстро потом успокаивается. Не переживай, все будет хорошо. — Чонгук успокаивающе поглаживает предплечье Чимина.       Чимин пораженно смотрит на друга:       — Тебя только что отчитали, а ты пытаешься успокаивать меня! — изумленно заглядывает он в глаза младшему, — никогда не позволяй никому так с собой обращаться! То, что он начальник, не означает, что он имеет право тебя унижать. Это незаконно. У него нет права досаждать тебе в свободное время.       Чонгук выглядит расстроенным:       — Просто ты совсем его не знаешь. Он не такой. На все есть причины. Скорее всего у него какие-то неприятности, из-за которых он так себя ведет.       — Чонгук, ты что-то не договариваешь? — Чимин смотрит строго, не терпя возражений, с намерением узнать правду.       — Не переживай, он точно тебя не уволит, — уверенно повторяет Чонгук.       — Это ведь он, да? Тот парень, который тебе нравится, это господин вице-президент Ким?       Чонгук панически оглядывается по сторонам, с забавными жестами, словно пытаясь зажать Чимину рот:       — Пожалуйста, не говори так громко!       — Так это правда? — с грустной усмешкой спрашивает Чимин.       — Что ж, от тебя вообще ничего не скроешь, — со вздохом отвечает Чон, — да, это господин Ким.       — Чонгуки! — восклицает Чимин, прикрывая рот руками.       — Умоляю, не рассказывай никому! Это должно остаться между нами.       — Не переживай, от меня никто точно ничего не узнает. Но ты должен быть осторожным. Он же твой босс!       — Знаю, это так нелепо. — Чонгук с грустью разглядывает свои ботинки. — Я давно с этим живу. Но он никогда не узнает!       — Эй! — Чимин пожимает плечами. — Чувства непросто контролировать. Я не осуждаю тебя. Ты не первый и не единственный подчиненный, который влюбился в своего начальника. Не знаю, утешит ли тебя это знание, — Чимин пытается перевести все в шутку.       Чонгук хмыкает про себя, одобрительно кивая и улыбается одними уголками губ.       — Иди спать и хорошенько отдохни. Постарайся не слишком напрягаться завтра с этим контрактом. Выходные на то и есть, чтобы мы отдыхали.       — Хорошо, Чимин-ши.       — Ты можешь называть меня хён, я ведь старше, — подмигивает Чимин.       — Ладно, хён, — улыбается Чонгук, на этот раз по-настоящему.       — Что там с моим такси? Ах, черт возьми, нужно вызывать новое.       Они еще некоторое время беседуют в ожидании транспорта для Чимина прежде чем расстаются с пожеланиями спокойной ночи и обещанием поддерживать связь.

***

      Сокджина ждет очередная адская ночь. Теперь он уже не только переживает из-за потери ключевого работника, но также по множеству других поводов. Его беспокоит истинная причина увольнения Чонгука, которую он никак не может узнать. К тому же Пак Чимин жутко раздражает и злит его. Сокджин стыдится, что позабыв о благоразумии, он сломя голову помчался домой к подчиненному, закатил ужасную сцену и отчитал его совершенно несправедливо. Он разочарован своим поведением и тем, что не смог справиться с эмоциями. Больше нет смысла отрицать, что причиной этой эмоциональной встряски стал его хорошенький секретарь, о котором Сокджин не может перестать думать ни на мгновение. Он давно не мечтал так сильно о ком-либо. Обычно было легко усилием воли подавить малейшее влечение, которое Сокджин к кому-то испытывал. Так было с Намджуном несколько лет назад. Однако эта тактика не работает с Чонгуком. С момента, когда секретарь заявил об увольнении, Сокджин все больше и больше ощущает себя безвольным. И это ломает все тщательно выстроенные эмоциональные барьеры и его самого.       Приняв душ и переодевшись в пижаму, Сокджин ложится в постель, но спать совсем не хочется. Из затеи почитать перед сном тоже ничего не выходит. В мыслях — один Чонгук. Он открывает папку с фотографиями и снова находит снимок с конференции, который зачем-то сохранил в своем телефоне. Чонгук смотрит в камеру выразительными черными глазами, большая ладонь покоится на колене. Видны очертания сильных бедер. Манящие чувственные губы слегка приоткрыты. Черт с ним, Сокджин тянется к резинке пижамных штанов. С этим невозможно бороться. Не то чтобы он делает что-то криминальное. Его секретарь взрослый мужчина, очень красивый и привлекательный. Он не собирается приставать или домогаться его в реальной жизни. Водя рукой по члену, Сокджин содрогается, хватая ртом воздух, представляя Чонгука обнаженным, его красивые губы, нежную шею и плечи, усеянные многочисленными родинками, как он лежит рядом, позволяет себя ласкать, закрывает глаза и сладко стонет. Движения руки ускоряются, дыхание сбивается. Интересно, как выглядит его лицо во время оргазма? Как звучит его голос, когда он стонет от удовольствия? Джин не выдерживает больше полминуты и с приглушенным стоном изливается в свой кулак, пачкая спермой пижаму, но ему все равно.       Однако уже через несколько мгновений на него накатывает жуткое чувство стыда. Какого черта он только что сделал? Чонгук — его личный ассистент, подопечный, как можно позволять себе такое? Как он вообще собирается смотреть ему в глаза завтра, когда секретарь придет к нему с контрактом, который он непонятно зачем заставил его доработать, хотя времени еще достаточно? К тому же, Чонгук наверняка сейчас на него обижается. Быть может, он тоже не спит, потому что работает? Черт побери, может, ему позвонить и все отменить, сказать, что дело подождет до понедельника? Но как тогда он сможет объяснить причину своего появления у его дома поздно вечером в выходной день?       На короткое время ему удается уснуть, но беспокойство не оставляет ни на миг, даже во сне. Все что Сокджин хочет, это искупить вину перед Чонгуком за сегодняшнее.

***

      Понедельник выдается крайне суматошным днем. У Сокджина запланировано пять встреч и совещание. Все усложняется еще и тем, что он разрешил Чону прийти в офис во второй половине дня, как компенсацию за сверхурочную работу в выходные.       Чонгук привез доработанный контракт, сразу же на следующий день к одиннадцати, как того требовал начальник. Его работа была безукоризненной. Поначалу Сокджин держался холодно и строго, просто потому что не знал, как вести себя иначе, чтобы их общение не стало еще больше натянутым. Первое, что сделал Чонгук — попросил прощение за поведение Чимина и попросил не увольнять его, и только потом за то, что его телефон был выключен весь вечер. Он пообещал, что это больше не повторится. Сокджин ощутил укол ревности: Чонгук в первую очередь печется о Чимине, пытаясь его защитить и отодвигая себя на задний план. Но секретарь так настойчиво просил и уговаривал босса не увольнять друга, что Сокджин просто не мог ему отказать, и пообещал пересмотреть свое решение.       В десять тридцать Минхо сообщает, что кандидат на вакансию нового секретаря прибыл на собеседование. Обычно собеседования проводил Чонгук, но, поскольку его нет в офисе, Сокджин решает взять задачу на себя, и одобрительно кивает, чтобы Минхо пригласил кандидата.       В кабинет входит немного растерянный молодой человек, незаурядной внешности. Его пышная грива выкрашена в яркий цвет жвачки, он одет в стильный белый костюм и голубую рубашку; сережки от Шанель смотрятся чересчур нарядно для офисной обстановки. Во все глаза изучая Сокджина, он нервно облизывает губы, вручая резюме потенциальному начальнику.       Джин жестом приглашает его присесть в кресло напротив:       — Итак, Ким Тэхен, — деловито осведомляется Сокджин, быстро пробегаясь глазами по резюме, — расскажите о себе. Что вас привело к нам и почему хотите работать секретарем в «Ким Энтерпрайз»?       Разговор прерывается из-за Минхо, который предлагает Тэхену воду. Вежливо поблагодарив и дождавшись, когда работник уйдет, парень начинает свой рассказ:       — Я родился в Тэгу. В двадцать два переехал с родителями в деревню в уезде Кочхан, после школы поступил в университет Кемён, получил диплом магистра по специальности управление бизнесом. После школы я работал ассистентом депутата городского собрания. Здесь можете посмотреть мои рекомендательные письма. Сейчас переезжаю в Сеул, и хотел бы устроиться на подобную должность.       — Как вы справляетесь со стрессом? Готовы работать под давлением?       — Да, на предыдущей должности я работал над краткосрочными проектами, часто сверхурочно, но это не проблема. Мне нравится динамичная обстановка, задачи, требующие немедленного исполнения очень мотивируют.       Сокджин просматривает резюме еще несколько секунд.       — Есть ли у вас какие-нибудь вопросы, возможно хотите что-то уточнить? — формально спрашивает Сокджин.       Тэхен обеспокоенно смотрит на работодателя, видимо, подыскивая в уме подходящий ответ. Но так ничего не придумав, он отвечает отрицательно.       — Что ж, господин Ким, пожалуй, мне будет достаточно рекомендации господина Мина, с которым вы проходили первый тур собеседования. Уже сейчас могу сказать, что вы нам подходите. Когда сможете приступить к работе?              Тэхен мгновенно оживляется, однако по его реакции сложно понять, действительно ли он радуется этой новости или нет. Он продолжает казаться чересчур взволнованным:       — Готов начать хоть сегодня, — с готовностью отвечает он.       — Вот и отлично. Приходите завтра, мой ассистент Чон Чонгук введет вас в курс дела и постепенно передаст все дела, — кивает Сокджин, возвращая Тэхену резюме, — завтра решите все административные формальности зачисления в наш штаб.       Ким Тэхен встает и учтиво кланяется будущему начальнику:       — Большое спасибо, господин вице-президент. С нетерпением жду первых заданий.       — Надеюсь, мы сработаемся, — вежливо улыбается Сокджин, давая понять, что разговор окончен.       Когда за Тэхеном закрылась дверь, он поднимает трубку и набирает номер отдела рекламы:       — Минджи, менеджер Мин в офисе?       — Да, господин вице-президент. Соединить вас с ним?       — Не нужно, просто передай, что я приду через десять минут.

***

      Чимин приходит в «Ким Энтерпрайз» с понурым видом. Хосок, который всегда высматривает его в каждом прохожем, сразу же замечает это. Смотря под ноги, парень плетется в сторону лифта, и Хосок взлетает по лестнице перепрыгивая через две ступеньки, чтобы догнать. В прошлую встречу Чимин казался гораздо веселее, эта перемена заставляет сердце Хосока невольно сжаться в груди. Он становится рядом с Чимином, равняясь с ним плечом к плечу, в ожидании лифта.       — Привет, — он делает попытку заговорить, дружелюбно улыбается, слегка касаясь руки Чимина.       Рыжеволосый беспокойно оглядывается, вытаскивает наушник из уха и растерянно моргает, явно пытаясь сообразить, откуда знает этого парня.       — Я Хоби из офиса вице-президента Кима, ты приходил к нам в прошлый четверг, — помогает Хосок.       Лицо Чимина внезапно озаряет смущенная улыбка:       — Ах, извини, мне тяжело запоминать имена. Привет.       — Ничего страшного. Со мной тоже часто такое бывает. Как дела?       Чимин тяжело вздыхает и секунду колеблется с ответом:       — Неплохо, а у тебя?       В этот момент раздается звоночек приехавшего лифта, и парни отходят в сторону, чтобы выпустить выходящих. Зайдя вместе в кабину, они продолжают разговор. Но Чимин кажется чересчур серьезным, отвечает сухо и Хоби отчаянно пытается придумать что-то, чтобы заставило Чимина улыбнуться, но не преуспевает в этом.       Лифт останавливается на этаже отдела рекламы, и прежде чем скрыться, Чимин бросает:       — Ладно, увидимся позже.       Хосок мысленно хлопает себя по лбу. Ну почему он такой идиот? Почему он так и не смог придумать что-то интересное, какой-нибудь комплимент, пригласить Чимина на обед? Не то, чтобы он верил, что Чимин бы согласился, ведь он даже не запомнил его с первой встречи.       В офисе царит хаос — отсутствие Чонгука нарушает рабочий процесс, и работники отдела напрямую от него зависят. Чонгук - ключевое связующее звено отдела с вице-президентом. Львиная доля заданий все еще не выполнена, половина отдела не получили никаких четких инструкций и не знают, что от них требуется. На Хосока наваливается целый ворох проблем. Минхо садится рядом с напряженным видом и глубокой морщинкой между бровей.       Подходя к офису, Чимин замечает выходящего от Юнги Сокджина. Глядя на Чимина с нескрываемым отвращением, он не произносит ни слова. Классически правильные черты лица искажены гневом.       «Только этого мне сейчас не хватало», — обреченно думает про себя Чимин. Если начальник вышел из офиса Юнги, значит, их разговор уже состоялся. Чимин старается быть неприметным, крадется к своему рабочему месту. К его огромному изумлению, Юнги вызывает его просто для того, чтобы невозмутимо передать список заданий на ближайшие две недели, как обычно, проводит инструктаж и не упоминает ничего, что предвещало бы увольнение. Пак в недоумении. Вице-президент не упомянул их ссору Юнги? У него есть шанс сохранить рабочее место? Или все дело в Чонгуке, которому действительно удалось уговорить своего босса? Чимин не успокоится, пока не узнает всего. Нужно связаться с Чонгуком как можно скорее.

***

      Час назад Сокджин сидел в кожаном кресле в офисе Юнги с головной болью и чашкой мятного чая, в общих чертах описывая инцидент у дома Чонгука и словесную перепалку с Чимином. Ему значительно легче, после того как он смог поделиться с другом своими проблемами.       — Можем, конечно, наказать его, — предлагает Юнги, — например, лишим премии за этот месяц.       — Да, только какой от этого толк? Зачем уже мелочиться? — саркастически усмехается Сокджин.       — Но мы не можем оставить все как есть. Необходимо обозначить рамки допустимого поведения!       — А ты не мог бы отправить его куда-нибудь подальше и на долгий срок? В длительную командировку? — полушутя предлагает Сокджин. — Например, ему мог бы пригодиться стаж в Японии. У нас там филиал, и он мог бы подтянуть свой японский.       — Серьезно? Он даже месяц не проработал, мы не можем так скоро отправить его за границу, — возражает Юнги и добавляет, — почему просто не уволить его? У него стаж и мы можем в любой момент просто попросить его больше не выходить на работу.       — Не могу, я пообещал его не увольнять, — обреченно вздыхает Сокджин.       — Пообещал кому?       — Секретарю Чону. Он очень меня об этом просил. Я не могу не сдержать обещание.       — О, опять секретарь Чон, — в тоне Юнги слышны игривые нотки, — так, значит, все дело в нем!       Сокджин вскакивает, округляя глаза:       — На что ты намекаешь?       — Может быть, дело не в дерзости Чимина, а в его отношениях с Чонгуком? Ты же сам говорил, как тебя раздражает видеть их вместе, что ты накричал и на Чонгука, когда увидел, как он обнимает этого Чимина.       — Как ты можешь такое думать? — негодует Сокджин, краснея. — Он мой секретарь! Я лишь беспокоюсь о его благополучии, не хочу, чтобы он уходил, волнуюсь, что ему будет сложно без работы. А этот Чимин оказывает на него плохое влияние. Поэтому я считаю, что ему не место в нашем офисе. Вот и все! — Сокджин заметно нервничает и его голос почти срывается на крик.       — Ладно-ладно, мистер не дам никому второго шанса, — лукаво щурится Юнги, — проверю, какие вакансии есть в Осаке и посмотрим, что можно сделать.       Сокджин машет рукой, небрежно бросая:       — Сам не знаю, зачем тебе все это рассказываю, пойду-ка лучше, много работы.       — Хорошо потрудись, — с иронией бросает вслед Юнги.       Когда Сокджин оказывается по другую сторону двери рекламного отдела, ему бросается в глаза идущий навстречу Чимина.       «Вот черт», — думает Сокджин. Поравнявшись, они проходят мимо друг друга, разминаются не проронив ни слова. — «Бесит», — думает про себя Сокджин, когда Чимин скрывается за дверью офиса, и подавляет сильное желание что-то сломать.

***

      Чонгук приходит в офис на полчаса раньше условленного. Он поражен беспорядку и хаосу, который образовался в его отсутствие. Как обычно, подходит к Хосоку, чтобы поинтересоваться как его дела и что нового произошло за время его отсутствия. Вместо обычной безмятежности и дружелюбия младший менеджер кажется весьма подавленным.       — Извини, Чонгук, сейчас нет времени, — отрезает он, избегая встречаться взглядом, — нужно срочно кое-что доделать.       Чонгук подозрительно на него косится. Хосок никогда раньше не был таким холодным по отношению к нему.       Минхо пожимает плечами, глядя на Чонгука, и встает, чтобы поговорить с секретарем.       — Если ты кратко расскажешь мне все, что здесь произошло сегодня утром, буду крайне признателен, — просит коллегу Чонгук.       — Утром приходил новый претендент на твою должность. Некий Ким Тэхён.       — Вот как, — изумляется Чонгук.       — Да и, судя по всему, его кандидатуру утвердили на сто процентов.       Чонгука удивляет, что Сокджин не посоветовался с ним, и принял столь важное решение сам, не сказав ему ничего. Между тем, Минхо останавливается и доверительно берет Чона под руку:       — Чонгук, я знаю, я никогда не говорил этого раньше, но лучше поздно, чем никогда. — В его голосе отчетливо сожаление. — Всем придется несладко, когда ты уйдешь. Я понимаю, что у тебя наверняка весомые причины уйти, но просто не представляю, что будет, когда тебя здесь не окажется. Прошло всего полдня, а наш офис уже превратился в сущий беспорядок!       — Давай надеяться, что новый ассистент научится справляться не хуже меня, — Чонгук принимает похвалу от сотрудника. — Что ж, давай разберем этот беспорядок.       Сигнал мобильного Чонгука оповещает о пришедшем сообщении от Чимина:       «Срочно нужно поговорить, и чем раньше, тем лучше. Ланч?», — в конце добавлен смайлик с умоляющим жестом рук.       Чонгук со вздохом набирает ответ:       «Извини, хён, в офисе настоящий погром. Я только что пришел. Не подождет до вечера?»       Спустя несколько минут приходит сообщение:       «Если по-другому никак нельзя, то тогда давай после работы. Во сколько примерно?»       «Полседьмого — семь».       «Ладно, подожду тебя. Пожалуйста, напиши, как только сможешь».       «Менеджер Мин что-то говорил о произошедшем?».       «В том-то и дело, что ничего не говорил. Это жутко странно».       «Ладно, напишу тебе, как только будет свободная минута».       «Ок».

***

      Молодые люди встречаются после работы на небольшой пьяцетте, расположенной напротив здания «Ким Энтерпрайз».       Чимин сидит на скамейке, перелистывая трэки в своем плейлисте на спотифай. Увидев Чонгука, он спешит поприветствовать друга:       — Ну что, как работа? — с улыбкой интересуется он.       — Не спрашивай. Думал, никогда не закончится. Если бы я знал, что будет такой беспорядок, то пришел бы в обычное время. Что у тебя? Говорил с менеджером Мином?       И Чимин рассказывает, как случайно утром столкнулся с Сокджином, который явно до этого был у Юнги, и что Юнги вел себя как ни в чем не бывало.       — Действительно странно, — задумчиво произносит Чонгук, тут же добавляя, — возможно просто пронесло в этот раз. Я говорил о тебе с Сокджином, и он пообещал пересмотреть свое решение. Видимо, он действительно ничего не говорил о тебе менеджеру Мину.       — Хорошо, если так, — фыркает Чимин, — но даже если он ничего не сказал сегодня, то может в любой момент в будущем.       — Постарайся уладить эту ситуацию с господином Кимом. Со временем он обо всем забудет.       Внезапно неподалеку от них тормозит спортивный автомобиль. Из него выходит Ким Намджун, неловко проверяя ключи и бумажник. Проходя мимо парней, он приветливо улыбается Чонгуку. Однако когда его взгляд переходит на сидящего рядом Чимина, улыбка моментально спадает, а его лицо белеет как скатерть. Чимин тоже бледнеет, его челюсть напрягается, губы начинают дрожать, и он кажется вот-вот потеряет сознание.       Чонгук испуганно хватает его за руку:       — Эй-эй, Чимин, ты в порядке? Что происходит?       Чимин некоторое время игнорирует вопросы. Его взгляд прикован к двери, за которой только что скрылся Намджун.       — Это Намджун, однокурсник президента. Ты его знаешь?       Чимин откашливается, ощущая как легкий мороз проходит по телу.       — Да, знаю очень хорошо. Я так давно его не видел. Он совсем не изменился. Это мой бывший парень Ким Намджун.

***

      Красивый молодой человек едет на особую встречу. Его сердце бешено бьется от волнения. Автомобиль покидает черту города и сворачивает на пустынную, усыпанную гравием аллею, проходящую вдоль озера. Вдали виднеются очертания небольшой постройки, которую освещает тусклый свет снаружи. Затормозив перед входом, он открывает дверь и поспешно выходит, расправляя одежду. Его стройная фигура облачена в экспрессивный оранжевый костюм, подчеркивающий изысканность, стройность и утонченность; длинные пальцы усеяны кольцами с драгоценными камнями, на шее поблескивает бриллиантовая подвеска. Он озадаченно смотрит на пустынное здание, немного ежась от холода.       Позади, у самого дальнего угла постройки, появляется невысокая фигура, укутанная в черный плащ, которая также ежится от холода. Увидев прибывшего гостя, молодой человек расправляет плечи, его глаза блестят. Без лишней церемонности он крепко обнимает парня, прижимаясь к нему всем телом.       — Всё-таки приехал, — выдыхает Юнги.       — Я же обещал, — шепчет Тэхен и его губы сливаются с Юнги в жадном сладостном поцелуе.       — Успел соскучиться? — дразнящим тоном спрашивает Юнги, переплетая пальцы с Тэхеном.       — Пойдем внутрь, — дрожащим не только от холода голосом отвечает Тэхен.