Ангел с черными крыльями

1. Юри смотрел на мелькающие на видеоэкране кадры - митинги и беспорядки в столице, драки повстанцев с военными и полицейскими, разбитые окна домов, находящихся ближе всего к площади перед императорским дворцом. Но происходящее воспринималось как нечто далекое и чуждое. Будто это происходило не сейчас. Будто это был какой-то кошмарный сон, который вот-вот закончится. Голос диктора звучал будто из глубины колодца. "Я проснусь, и снова всё будет тихо и привычно. И меня разбудит Рюи и скажет, что ничего страшного не случилось... заварит мне чай с малиной, обнимет...". Но кошмар продолжался. Выключив звук, Юри снова набрал номер, который знал наизусть. Ему отвечал холодный голос автоответчика: "Ниида-сан занят и не может ответить на ваш звонок. Оставьте сообщение после сигнала". Юри сбросил вызов. Ему нечего было сказать. Он догадывался, чем Рюи сейчас так занят - ездит по магазинам и выбирает подарки для невесты! Для беты, которую впервые увидел какую-то неделю назад. Конечно, дочь бизнесмена из Клоридской республики лучшая партия для наследника всех капиталов семьи Ниида, чем одинокий омега из простой семьи, зарабатывающий на жизнь своим трудом. У Рюи же очень заботливый папочка, который умеет держать нос по ветру и подготовить план А, план В, план С и так далее, до бесконечности, чтобы уберечь семью в самые тяжелые времена. И Ниида-старший решил, что сыну лучше быть женатым во-первых, на богатой наследнице, а во-вторых, чтобы она была из другого государства. Мало ли что в Империи происходит, за десять лет сменились уже шесть монархов, это ой не к добру. Почивший месяц назад император Итиро был явно безумен, а теперь его многочисленная родня борется за власть, а народ бунтует то там, то там. Если люди бросятся массово покидать страну, ни одно государство не справится с таким потоком беженцев! Зато у Рюи будет законный повод мигрировать - на родину супруги, ни один чиновник в таком не откажет. Воссоединение семьи - важная причина. Омега обвел взглядом свою маленькую, но такую уютную комнату. Всё здесь заработано его трудом, куплено на тщательно сэкономленные деньги, и всё это может пропасть, если разрушения дойдут до Дже-Ти. Какое там расстояние от столицы, всего-то ничего - многие здешние жители на работу ездят на скоростном поезде в Хрустальный Город. Да и без этих бедствий всё так или иначе пропадет. Директор ателье не будет держать на работе беременного омегу, уйти в декретный отпуск с сохранением места и оклада тоже не даст, это Юри знал точно. Вот Джи недавно проболтался, что ждет ребенка - и вылетел в тот же день. Директор так и сказал: "да на твое место еще десяток из нашего города и десяток из Хрусталя претендовать будет". И ведь правда же. В "Шелковой розе" платили вовремя и первыми перешли на шнееландские рейхсмарки, как только курс имперской йены стал падать. Заказы есть всегда, условия лучше, чем в других ателье города. Но сохранять место за беременным сотрудником - это уж простите. Джи не особенно и расстраивался, у него богатый супруг, он в ателье работал просто потому, что любил шить, а вот омег-бездельников из фешенебельных кварталов терпеть не мог, не сошелся характерами со светским обществом. А для Юри эта работа была тем, что держало его на плаву. Он любил свое дело, привык к напарникам, работа давала ему средства к жизни, в конце концов... А Рюи не то что не женится на нем - даже не хочет слышать о ребенке и о том, чтобы помочь хоть чем-то. "Юри, малыш, прости, но мои родители против. Ты сам понимаешь, какие сейчас времена, я не могу бросить всё и уйти с тобой в никуда. Если мы женимся, меня лишат наследства, а выживать и считать каждую йену я не привык". Парень закрыл лицо руками, вспоминая выражение лица любовника. Если раньше Рюи был похож на роскошного, холеного черного кота, то в тот миг напоминал промокшего под дождем несчастного дворового котенка, укравшего с чьего-то стола последний кусок. Мокрые темные волосы - как раз недавно купался в бассейне, - виноватый взгляд карих глаз. Тогда Юри даже рассердиться толком не смог! А может, еще верил, что в последний момент Рюи передумает, сбежит, они будут жить вместе... Но такое бывает только в фильмах. Было больно это вспоминать. Огромный бассейн, в котором они вместе плавали, тепло широких сильных ладоней... Юри прижимался к любимому, уверенный, что Рюи поддержит его во всем, как обещал в их первую ночь вместе, когда шептал: "я всегда буду с тобой... ты мой, Юри...". Омега смущенно прошептал: "Рю, я хотел тебе сказать кое-что. У нас будет ребенок. Ты же меня не оставишь?". Но Рюи отшатнулся так, будто Юри сказал, что болен какой-то заразной болезнью. Нам - придется - расстаться. В первые дни, даже недели после того их разговора омега надеялся, что Рю одумается, что его просто потрясла неожиданность такой новости, а на самом деле любовь окажется сильнее. Но время шло, а альфа ни разу не позвонил, не написал, не приехал... будто его и не было. Юри не верилось. Разве мог так поступить с ним парень, с которым он ходил в одну школу, вместе делал уроки, защищал его от хулиганов, которых боялся весь их класс... Раньше никто из Ниида не запрещал Рюи общаться с парнем из небогатой семьи. Пусть Ниида были магнатами и приближенными императора, а Мияки - служащими в корпорации "Ниида и сыновья", мальчики росли вместе, веселились на одних и тех же вечеринках, отдыхали в одних и тех же летних пансионатах, помогали друг другу готовиться к экзаменам. У них были общие друзья, и в той компании происхождение вовсе ничего не значило. Ниида даже помогли Юри, когда его родители развелись, поддержали его в решении учиться шитью, а не поступать в юридический колледж, как хотел его отец-альфа. Тогда всё казалось таким простым и понятным, таким неизменным. Беззвучный кошмар продолжался, на экране мелькали кадры избиений и убийств, а Юри дрожал, представляя себе, что его ждет теперь. Он не может сделать аборт - все сроки уже вышли, ни один врач не возьмется прерывать беременность теперь. Еще немного, и уже невозможно будет скрывать живот и отговариваться: "да я просто чуть-чуть пополнел". Хоть Юри и в самом деле не был тонким-звонким мальчишкой, но тайное рано или поздно становится явным... И даже если он удержится на месте, ребенка он сам не прокормит и не защитит. Попросить помощи у родителей? Не помогут, нечего даже спрашивать. Единственное, что Юри чувствовал к отцу с самого детства - страх. Он до сих пор помнил, как, дрожа, прислушивался к шагам на лестничной клетке, как пытался угадать настроение отца по тому, как поворачивается ключ в двери. Дзиро Мияки карьеру ставил превыше всего. На работе тиранил подчиненных и мог трудиться сутки напролет в надежде на повышение. А дома держал в таком же беспрекословном повиновении мужа и сына. Отец ушел ради брака с богатой бетой и важной должности на ее предприятии. Перспективы, более заманчивые, чем в компании Ниида, затмевали для него всё остальное. Ему не нужен сын, который никогда не оправдывал его надежд - полноватый, застенчивый, закончивший всего лишь училище... теперь еще и беременный внебрачным ребенком. Где сейчас джуни*, Юри даже не знал толком. Арэта воспринял развод как долгожданное освобождение из темницы и решил, что оставить сыну-выпускнику квартиру - вполне достаточно. "Ты взрослый, Юри-чан. Квартиру я передаю тебе по дарственной. Пока ты будешь учиться, буду высылать тебе деньги. А с меня хватит этого городка, этой офисной канители, серых костюмов, правил и традиций. Я еще молод и хочу начать всё заново". Тогда Юри казалось, что всё устроилось вполне неплохо. Остаться одному в собственной квартире, без строгого отца с его бесконечными правилами и придирками - да о таком большинство ровесников только мечтали! И ведь до последнего года жизнь шла тихо, спокойно, уютно... Лишь теперь омега задумался о том, как легко люди вычеркивали его из своей жизни. Отец. Джуни. Теперь - любимый. _______________ * джуни - отец-омега 2. На следующий день - Юри-чан, как себя чувствуешь? Когда ждем пополнения в семействе? - беззаботно поинтересовалась Джун Мару из административного отдела. Омега глубоко вдохнул и выдохнул. Ох, не надо было в перерыве идти в общую столовую. Можно было и на месте бутерброд перехватить! - Что вы, Мару-сама, какое пополнение? Я просто набрал вес. Сами знаете, всё время на месте сижу. А сытно поесть я люблю, грешен. Кудрявая бета засмеялась. - Ты всегда был таким скрытным, Мияки! Да не бойся ты так. Завтра я на целый день еду по делам фирмы, а послезавтра приноси справку от репродуктолога и заявление на сохранение за тобой места и оклада. Ох, Юри-Юри, почему ты сразу не сказал, что за тебя сам фон Бирнхайм хлопочет? Четыре года ты у нас, и никто до сегодняшнего дня не слышал, что ты с такой личностью знаком. - Ну, как знаком... я срочно сшил ему парадный костюм на прием в императорской резиденции, когда его праздничный наряд изрезал на мелкие полосочки какой-то ревнивый омега, - Юри почесал в затылке, взъерошив и без того растрепанные волосы. - Но это давно было. - Такие, как он, добра не забывают, но и перейти им дорожку опасное дело, - хмыкнула Джун. - Если даже наш начальник его побаивается настолько, что готов любые деньги заплатить и любую просьбу выполнить... - Мне просто случайно повезло. Юри сделал огромный глоток кофе. Значит, можно не переживать из-за будущего. Хотя бы из-за какой-то одной проблемы. Его оставят на месте... А, зная Джун и ее феноменальную способность распространять слухи, никто и слова дурного не скажет. Все решат, что с протеже Бирнхайма ссориться - себе дороже. Зато из этого решения вытекала другая проблема. Майор Вольфганг фон Бирнхайм, сын командира местного полка. "Серьезный парень", которого в Дже-Ти многие знали и боялись. После того, как Вольф подрался на дуэли с одним из принцев Оккида, за ним закрепилась репутация человека бесстрашного, бессовестного и способного на что угодно. Об отваге альфы на службе и смелых выходках в кругу золотой молодежи слухи ходили самые разные. - Повезло? - хихикнула Джун. - Уж не фон Бирнхайм ли и есть счастливый отец? - Мару-сама, да мы виделись не так часто и всё при людях, - смутился Юри. - Прошу вас, не спрашивайте ничего. Я буду работать, пока смогу, и из декрета выйду, как только стану на ноги, я же заскучаю целый год сидеть дома и не видеть никого из наших. - Не переживай, Юри-чан! Никто тебе и слова не скажет. Директор тебе даже единоразовую помощь от предприятия выдаст. Да уж, видать, сильно Киру-сан боялся фон Бирнхайма, раз так легко расставался с деньгами! Но Юри не мог взять в толк, зачем Вольфгангу понадобилось вмешиваться? Омега никогда нарочно не пытался привлечь майора к себе. Хоть и виделись они не раз - фон Бирнхайм часто бывал в гостях у Ниида и звал Рюи играть в карты в элитном офицерском клубе. Но Юри никого, кроме Рюи, не замечал... а известного гостя побаивался точно так же, как все остальные.