За стеклом - 2

      Курато Шиоми вёл машину уверенной рукой. Мимо окон пролетал пейзаж, но он совершенно не обращал на него внимания. Шиоми был погружен в свои мысли. Вернее, его мозг сверлила только одна мысль — зачем? Зачем он вообще туда едет? Сорвался с работы, оставил отдел на своих подчинённых и уехал. Ради чего? Ради обещания, данного год назад человеку, отношения с которым разбились вдребезги спустя несколько месяцев. Но он был хозяином своего слова, и раз уж с него взяли обещание, он должен его выполнить.       Колёса автомобиля наматывали на ось километры асфальта, в то время как память наоборот разматывала ленту воспоминаний.       Год назад он пообещал любимому вернуться в Киото, в тот отель, в котором расцвела их любовь. Город, в котором они признались друг другу в чувствах. В отель, который помнил их ласки и стоны, их откровения друг другу.       Когда они год назад уезжали оттуда, полные радужных надежд, окрылённые взаимной любовью, разве могли они даже предположить, что их счастье будет таким недолгим? Что стало точкой невозврата? Когда начался конец?       В голове Шиоми вспыхивали воспоминания, от которых сводило челюсти. Вот они занимаются любовью ночь напролёт, вот их первый поцелуй на озере Бива, который сломал преграду между ними и позволил чувствам Асури проявиться… Асури… Мидуро Асури… Ему было всё ещё больно вспоминать это имя. А произнести вслух было просто невозможно. Израненный, травмированный ребенок, над которым жестокие взрослые поиздевались и бросили, сломав мир его детства, лишив радости взросления. Он вырос человеком, не понимающим и не принимающим секс ни в каком виде. Асексуал. Могу, но не хочу. Судьба свела их случайно. Они были настолько разными, что их союз был немыслим. И всё же… Став сначала друзьями, они постепенно сблизились настолько, что устроили себе совместное путешествие сюда, в Киото. А потом…       Так где же пролегла эта граница, что развела их по разные стороны?       Вернувшись из поездки, они не съехались в одну квартиру, как о том мечтал Шиоми. Асури был не готов к такому быстрому развитию событий. Ему иногда была нужна передышка от их бурных отношений, но они ночевали друг у друга по несколько раз в неделю. Благодаря тому, что мужчины работали в разных компаниях, им удавалось держать свои отношения в секрете от коллег. О том, что у Шиоми появился любовник, знал только его начальник, Мазукати Рюичи. Курато пришлось ему открыться, т.к. столь откровенный интерес к себе со стороны начальника нужно было пресечь сразу.       Явившись на работу в первый день после поездки, Курато сразу же прошёл в кабинет начальника. Нужно было сообщить о своём возвращении, отдать привезённый, как того требовали правила приличия и традиции подарок. «Дело на пять минут», — думал Шиоми, входя в кабинет. — Курато, наконец-то ты вернулся!       Мазукати Рюичи вышел из-за стола, чтобы поздороваться со своим самым сексуальным и напористым подчинённым. Шиоми показалось или рукопожатие действительно было чуть сильнее и дольше положенного? — Я даже соскучился по тебе, наглец, — уверенная улыбка озарила лицо начальника. — Да, я вернулся буквально вчера и уже сегодня сразу на работу.       Зачем Шиоми соврал? Ведь они вернулись в пятницу вечером.              Асури отвёз его домой и уехал, сославшись на необходимость разобрать вещи. Неужели всё ещё стеснялся их начавшихся отношений? Не мог до конца проникнуться? Осознать, что никакой он не асексуал? Что секс ему очень даже нравится, а всё остальное просто негативная реакция на детские травмы?       В любом случае Шиоми не собирался давить на любимого. Если ему требуется время, то мужчина его даст. Ведь они вместе… Вместе. Такое обычное слово, но сколько радости и надежд скрывалось за ним для Шиоми. Ничего, вот завтра они снова увидятся, сходят по магазинам, пообедают в каком-нибудь маленьком и уютном ресторанчике и отправятся на квартиру к Курато.       Удивляясь самому себе, Шиоми думал о своём непонятно откуда взявшемся желании прятать Асури ото всех. Больше не хотелось знакомить его с кем-либо. Поселившийся в душе иррациональный страх, что парень встретит кого-то лучше Шиоми, оказался неприятным откровением. Никогда раньше Курато не боялся потерять человека, стать ему не интересным. Он легко сходился и не менее легко расставался. Но не теперь. Асури, его Асури, целиком должен быть его. Делить его хоть с кем-то было больно. Поэтому он повёл их на обед в маленький ресторан — хотелось спрятаться от лишних глаз. Поэтому он соврал сейчас начальнику — хотел избежать вопросов о выходных, проведённых в городе. Вообще хотелось поскорее уйти из кабинета Рюичи. — Ну, судя по твоему виду, у тебя всё О’кей. Ты просто излучаешь ауру успешного любовника. Кстати, ты так и не сказал мне кто счастливчик — парень или девушка? — Разве это имеет значение? Вы никогда не давали повод думать, что вас беспокоят такие мелочи. — Ты прав, ты прав. В конце концов если бы ты не умел нравиться и заставлять себя хотеть и тех и других, то сколько бы успешных сделок у тебя сорвалось? Так что твоя бисексуальность фирме только на руку. Ладно, иди уже работать. Спасибо за подарок.       Прошло ещё несколько дней, и Мазукати вызвал Шиоми к себе в кабинет. Он хотел получить сводку по текущим делам. Так думал Курато, спешно составляя таблицу по предстоящим сделкам.       В итоге все распечатки оказались на полу нахрен никому не нужной макулатурой, а сам Шиоми был прижат к столу начальником. Руки жадно блуждали по телу Шиоми, забирались под рубашку, до боли щипали соски. Потом очередь дошла до брюк, которые упали на пол, сдёрнутые вниз одним рывком.       Раньше всё было бы иначе. Раньше Шиоми легко и ни о чём не задумываясь вступил бы в разовую связь с начальником. Или не разовую. Да и что греха таить — минет в исполнении Мазукати был великолепен, и Курато не отказался бы от повторения. Но всё это было раньше.       А теперь у Шиоми был Асури, и для другого человека у него не было больше места ни в жизни, ни в сердце, ни в постели. Тем более, что-то в Мазукати вызывало настороженность. Слишком уж внезапно проявился этот интерес, ведь ничто раньше даже не наводило на мысли о нетрадиционности начальника. А связываться с любопытствующим натуралом себе дороже. Да и… Шиоми понял, что не хочет. Вот просто не хочет этого пусть и красивого, статного, властного и без всякого сомнения умного мужчину. Он хотел тонкого и высокого Асури, такого невинного в своих желаниях, такого страстного в их реализации. Отдающегося Шиоми без стыда и скованности, готового к экспериментам.       Сейчас Курато не чувствовал возбуждения. Ему было… всё равно?       Это не могло укрыться от глаз Мазукати. — Ты меня очень разочаровываешь, Курато. Где же твой пыл? Забыл, как стонал на кресле в этом кабинете ещё несколько дней назад? Когда я отсасывал тебе, м? За тобой должок остался, помнишь? И сейчас ты мне его вернёшь.       Почему Шиоми подчинился? Страх потерять работу? Страх за свою репутацию? Или что? Но какими бы не были причины, он подчинился. Сам опустился на колени и расстегнул ширинку на брюках начальника. Сам приспустил ему нижнее бельё, обнажая возбуждённый член. Брать в рот было не впервые, оральный секс был вполне себе обычным делом, Шиоми не был ребёнком и излишней брезгливостью не страдал. Просто впервые это происходило против его воли. Поэтому было неприятно, даже немного мерзко. Но не потому, что на язык легла влажная головка, а потому, что приходилось платить по счетам. Отрабатывать за то, что ему позволили три дня отдыха.       Мазукати трахал его рот, вгоняя член в самую глотку, провоцируя рвотные спазмы. Держал голову у самого паха, вцепившись в волосы и совершая быстрые фрикции. Шиоми не видел его лица и практически не слышал голоса. Даже когда живот начальника напрягся и поджались яйца. Даже когда сперма выстрелила тугой струёй, заливая пищевод. Всё произошло молча. Ни стона, ни всхлипа, ни хрипа.       Подержав лицо Шиоми прижатым к своему паху несколько мгновений, Мазукати наконец ослабил хватку и даже ласково взъерошил чёрные волосы. — Хороший мальчик. Жаль, что…       Рюичи не договорил фразу, тихонько оттолкнул Шиоми от себя. — В расчёте. Идите, Курато Шиоми, и работайте со всей отдачей.       Шиоми не мог поднять глаз. Что вообще происходит? Его начальник не гей, это знали все. Он был счастливо женат на дочке президента компании, ему прочили блестящее будущее в кресле следующего главы. Геями не становятся от двух минетов. Если в тебе это не заложено природой, то и быть этого не может, ведь так? Тогда почему у Шиоми было такое чувство, словно его отымели, как в последний раз?       Вернувшись домой Курато искренне порадовался, что живёт один. И что Асури сегодня ночует у себя дома. Скрыть произошедшее от любимого он бы не смог. Рассказать, что его насильно поимели в рот было гадко. Он долго мылся в душе и гораздо дольше обычного чистил зубы. И смотреть себе в глаза в зеркальном отражении было стыдно. Половину ночи он ворочался на кровати. Не помог ни тёплый душ, ни ромашковый чай. Что же теперь будет дальше? Как он будет работать? Вопросы без ответов жужжали назойливыми мухами, отнимая остатки сил. На работу Курато ехал невыспавшийся, злой и растерянный. Он не знал, чего теперь ждать.       Однако к его удивлению больше попыток со стороны Мазукати Рюичи не было никаких. Только работа. Правда её стало столько, что Шиоми иногда еле мог дотащиться до квартиры и рухнуть в кровать, забывшись без снов.       Они так же встречались с Асури, ходили в кино и на выставки, в кафешки и просто на пешие прогулки.       Почему-то Шиоми так и не смог найти в себе силы и рассказать любовнику о том, какой отморозок его начальник. Может быть если бы они обговорили эту ситуацию, посмеялись бы над ней, Курато стало бы легче. Но грузить своими проблемами любимого человека не хотелось. Тем более, что Мазукати действительно больше не предпринимал никаких попыток вызвать своего подчинённого на откровенный разговор или принудить к близости. Хотя Шиоми и ловил на себе иногда вязкий взгляд, но значения ему не придавал. Ведь его начальник не гей, так что беспокоиться было не о чем.       Просто нервы.