солнце в грозу

Спустя нескольких месяцев скитаний по всей Европе на старенькой машине, подаренная отцом на двадцатипятилетие, Минхен стоял у порога деревянного домика, находящегося посреди глухого леса. Коричневое пальто стало мокрым из-за сильного июньского ливня, а парень уже проклинал всех на этом свете, так как не мог найти этот несчастный серебряный ключик в кармане. — За что мне это, — шипит Ли и уже хочет пробить эту деревянную дверь кулаком, но, когда последняя капля спокойствия была на исходе, ему удалось нащупать металлическую вещь и вставить в скважину. Зайдя во внутрь небольшого дома, Минхен снял с себя промокшую верхнюю одежду и, встряхнув, повесил на крючок возле входа. Интерьер бункера (так он называл своё местожительство) был точно срисован со старого американского фильма в чёрном белом цвете. Деревянные стены, украшенные картинами пейзажа; стеллажи, сделанные из того же материала, с запылившимися книгами придавали свой особенный уют, который Минхен так любил и старался ценить, так как понимал, что в скором времени уже не вернётся сюда. Пройдя в кухонную комнату, Ли достал из верхнего шкафчика упаковку ягодного чая и подготовил кипячённую воду из термоса с кружкой. Достав пакетик с травами, он залил прозрачную жидкость до краев посудины и дважды окунул в нем маленький мешочек, убирая его куда-то в сторону, когда добился нужной крепкости напитка. Минхен любил ливень и шум от капель сильного дождя, бьющихся об стеклянные окна. Он считал, что это подарок высших сил, посланный с небес, и та самая погода в котором парень мог забыться, прикрывая глаза и наслаждаясь звуком. Одна из причин его любви к данному атмосферному явлению — кореец просто не любил солнце и жару. Готов отдать все своё имущество, лишь бы ученые придумали способ того, чтобы продлить грозу до того самого дня, когда Ли придётся покинуть этот мир. Раздался гром. Он сделал глоток ароматного чая, обжигая горло (но он любил это ощущение), и, взяв кружку, направился в сторону своего рабочего кабинета. Минхен поставил посуду на стол, а сам подложил дров в камин и достал спичечный коробок, который лежал на подоконнике. Поднеся пламя от зажженной спички к ароматизированной свечи, комната наполнилась запахом апельсина и незначительными лучами света, так как электричества в этом домике не было. — Мой любимый аромат, — раздался голос сзади, но Минхен уже не удивлён. Он любил приходить внезапно и без стука. — Почему не предупредил, что придёшь? — обиженный тон заставляет парня судорожно втянуть воздух в лёгкие. — Ты любитель такого, — брюнет не хочет оборачиваться назад, но знает, что тот от него не отстанет. — Тебя так долго не было, — медовый голос произнесся где-то в области уха корейца, отчего по телу проходится табун мурашек. — Я уже думал, что ты забыл про меня. Ты же не забыл, Марк?

Марк..

— Я просил не называть меня так, Хэчан, — устало сказал парень и обречённо прикрыл глаза. — Уехал на кругосветное путешествие, а меня с собой не взял. Думал мы будем вместе до конца, несмотря на все обстоятельства, но походу я ошибся, — молодой человек лет восемнадцати обладатель коричневых волос и тёплого взгляда стоял сзади Минхена. — Я уехал, чтобы тебя забыть, — твёрдо говорит второй. — Чтобы забыть твой голос и никогда его не слышать. Хэчан его солнышко посреди грозы, который разгонял серые облака с неба и излучал самые яркие ослепляющие лучи. В прошлом, они вместе улыбались, сплетая пальцы в одно целое, сидя на мягком диванчике того самого домика, который Минхен посещал раз в год в один и тот же день, а парень клал свою голову на плечо старшего, напевая какую-то песенку на английском из 80-х. — Но ты приехал на мое день рождения, — Марк не видит самой красивой улыбки, которой наслаждался каждый день, его обладателя. — Вижу, ты все ещё хранишь мои картины, — некий Хэчан оглядывает интерьер дома, но ничего не получает в ответ, что заставляет его грустить ещё больше. — Почему не повернёшься ко мне? Ты чего-то боишься? — этого вопроса Минхен боялся больше, чем молнии, которая может ударить в ближайшее дерево, вызвав масштабный пожар по всей территории. — Боюсь увидеть пустоту вместо тебя, — взгляд брюнета упал на баночку с лекарствами, лежащую на одной из книжных полок кабинета.

Шестое июня, 2018 год.

Минхен не хотел терять любимого в его же день рождения. Он сорвался с работы и бежал изо всех сил, врываясь в палату под номером «8» и чуть не сбивая с ног врачей с медсёстрами, которые окружили кушетку, где лежал обессиленный Хэчан весь в дыхательных трубках и с разными приборами, которые показывали его пульс и состояние сердца на мониторе костюмеров. Младший слабо приоткрыл глаза и, увидев своего хёна, приподнял уголки губ. — Хэчан, — Минхен сел возле Ли, на грани того, чтобы разреветься от своей же беспомощности в данной ситуации, и взял того за хрупкую руку, аккуратно поглаживая нежную кожу. — Не говори, что уйдёшь от меня сегодня.. Почему не рассказал о своей болезни?.. Я бы оплатил лечение.. — Марк, — Хэчану не нравилось называть его Минхеном. Он с первого дня с их знакомства считал, что это слишком серьезное имя для обладателя прекрасных ямочек и заразительного смеха, поэтому и предпочитал этот причудливый псевдоним. — Мое время вот-вот придёт, — тяжело шепчет Ли. Старший чувствует насколько больно даётся любимому произносить эти слова. Физически и морально. — Никакие деньги или лекарства не помогли бы мне... — Не говори такого, — брюнет не хочет слышать подобные фразы. Нет, не сегодня и не завтра. — Помнишь день, когда мы... впервые познакомились? — Ли резко преподносит белую ткань ко рту, тем самым напугав Минхена ещё больше. У него случился приступ кашля, сопровождавшийся алыми сгустками крови, которые остались у того на уголках губ. — В том самом домике твоих родителей...

Все произошло слишком быстро

— Хэчан, — брюнет произносит это имя снова и снова, переводя взгляд на медсестру, уговаривающая парня покинуть палату, то на врачей, выдающие фразы «Мы его теряем», то на младшего, который прошептал тихое «Я люблю тебя, Минхен» и закрыл свои медовые глаза.

Навсегда

Шестое июня, 2021 год.

— Тогда зачем пришёл, если хотел забыть меня? — с ноткой злостью произносит Хэчан, сжимая кулаки до крови. — Ты три года не пил эти таблетки, которые прописал тебе психиатр. До конца утверждал, что будешь рядом. А когда я хотел вновь увидеть своего Марка, то ты решил избавиться от меня и уехать далеко в Европу, — молодой человек издаёт смешок. — За все наши пять лет знакомств Ли Минхен так и не назвал меня Донхеком. — Я хочу, чтобы ты был лишь моим воспоминанием, а не галлюцинацией от расстройства, — он проигнорировал все те слова, сказанные младшим. Брюнет и забыл, когда в последний раз он жил без этого голоса в голове и фигуры перед лицом, который превращался в туман через несколько секунд. Сама мысль о том, что он видит Хэчана перед своими глазами, но не может прикоснуться сводила с ума. — Я хочу жить как прежде. — Без меня. — Без тебя. — Разлюбил? — Никогда.