burning.

      шото ничего не чувствовал.       давно уже не чувствовал, как до скрежета в зубах хотелось уебать даби об стену, размазав его голову по плоскости.       он давно уже не шепчет "ненавижу" вслух.       он говорит это глазами, любовно поглаживая щёку тойи даби.       даби же стоит напротив, улыбается и смотрит.       у шото появляется мимолётное желание выдернуть ему глаза.       даби его целует в губы и кусает за шею, оставляет ожоги от синего пламени на бледной коже.       шото слегка морщится от сильного жжения и боли, слабо упираясь руками даби в плечи.       хотя, что уж говорить, ему им обоим плевать. ***       толчки у даби грубые, резкие и глубокие, по самое основание. ему нравилось наблюдать за таким покорными под ним младшим братом, что хрипло стонал и выгибался в спине.       на ладонях играет голубое пламя, и даби сжимает в горящей ладони шею шото, и помещение заполняется запахом горелой плоти. а стоны теперь выходят больше болезненные.       подобную картину даби видит далеко не впервые, но в груди всё ещё зарождается детский восторг, когда перед ним предстаёт лицо возбуждённого младшего брата.       а когда шото горит его огнём, оргазм наступает с умопомрачительной скоростью. быстрее, чем обычно.       его укусы так же заживают медленно, даби никогда не пытается себя сдерживать.       а зачем? шото не вырывается, не кричит, значит всё нормально.       ведь...       шото давно уже стало почти всё равно, что с ним делает старший брат. ***       надежда на спасение давно угасла, не оставила от себя даже маленького, крохотного огонька. остались лишь чёрные, потухшие угли. шото давно никого и ничего не ждал.       и поэтому в душе загорелось совершенно другое пламя:синее, пожирающее всё на своём пути.       что тянулось к даби всем своим существом.       и шото ему даже не противился – тянулся с ним вместе, под лёгкий хохот даби.       отдаваясь в лапы монстра, что нежно называл его "братик", уже окончательно. ***       какая то сохранившая себя часть здравого смысла кричала ему убежать, сжечь даби к чертям.       ведь перед шото лежит труп нацуо.       на эту часть шото не обращает внимание:лишь отбрасывает её в самый дальний и пыльный угол сознания. и наблюдает за даби.       он истерично хохочет, отпинывая от себя тело, в котором раньше играла жизнь, фуюми.       он подходит к шото и берёт его лицо в свои ладони, прижимается к нему лбом и целует.       у обоих на губах — кровь убитых ими самими сестры и брата.       шото чувствует, что улыбается так, как улыбается в данный момент его старший брат.       даби радостно хохочет, как бы говоря: "теперь тебе будет не так больно гореть в нашем с тобой огне!"       шото чувствует, что сошёл с ума окончательно.       ему и правда уже не так больно гореть синим пламенем.