Нам всё не то

Представь, что существует механизм Что, чуть что, вернёт на бис Время единственным щелчком Вернёт всё то, хоть и ни капельки не жаль И если есть такой рычаг, подскажите, куда нажать × pyrokinesis — сигаретка без кнопки ×

      Чарли Джонсон уже даже не пытается говорить — он знает, что его, как и всегда, не услышат. Раздражает. Его терпение однажды закончится. Совсем. Но пока что, вроде, удаётся держать себя в руках. Забавно даже: он ведь совершенно не хотел быть таким с человеком, которого любит. Однако именно последний виноват во всём, что происходит. Чарли уже устал пытаться что-то доказать, что-то объяснить. Устал терпеть такое отношение к себе.       Они, кажется, знакомы чуть ли не всю жизнь. По крайней мере, достаточно долго для бессмертных. И, насколько он помнит, Маркус Старфолл не всегда был таким уёбком. Хотя, кого он обманывает.. Тот всегда был мудаком, вот только с головой проблем было поменьше. Всё было проще, когда им обоим было меньше века, а вместо группировки была только небольшая банда. Было уютнее, что ли.. Всё же воровать хлеб из пекарни у моста и заключать договор по поводу сотрудничества с чёрным рынком — вещи разного уровня. Выживание и детские наивные мечты постепенно переросли в серьёзность и занятость, постоянные дела и взрослые развлечения. Предложи ему сейчас кто своровать булочку с маком, он бы, наверное, рассмеялся. Он уже вырос из подобного. Хотя, если бы такое предложил один единственный, определённый человек.. Он бы согласился. Но он не предложит — он тоже уже вырос. Ему уже не до таких мелочей. Из бесполезного сброда они превратились в группировку. И Чарли Джонсону не повезло уже который век любить её лидера — абсолютного мудака, которому плевать на других. И на лучших друзей в том числе.       Ночь. Поздно. Стук в дверь — он уже привык. — Кто? — короткий вопрос, требующий такого же короткого ответа. — Открывай, Веном.       Чарли тихо усмехается — вот значит кого принесла нелёгкая.. Отпирает дверь и пропускает Старфолла в кабинет, цепляя на лицо расслабленную улыбку. Нет, ему совсем не больно и не плохо. Ему плевать. Уже давно. — Что тебе нужно на этот раз, Лжец? Яд? Наркотик? Ты же знаешь — любая твоя прихоть.. Только скажи. — Нет-нет, я не по этой причине пришёл. Ты не занят? — Занят? Ты же знаешь, что для тебя я всегда свободен.. — Джонсон опускается в кресло и садится поудобнее, смотрит на гостя чуть сощурившись, — Выкладывай зачем ты здесь.       Маркус тихо вздыхает и отводит взгляд. Не улыбается и не корчит равнодушную мину — Чарли, наверное, единственный, перед кем он не предстаёт Лжецом. Да и бессмысленно это — тот знает его чуть ли не всю жизнь, ему бесполезно лгать. — Я хотел бы поговорить. — Мы уже говорим, ты можешь выражаться конкретнее? Скажу сразу: если это по работе, то давай позже. — Чарли, мне нужен твой совет.       Джонсон хмурится — этот человек редко зовёт его по имени. Значит, что-то важное? Может быть.. А, может, он просто снова надумал себе что-то и наивно полагает, что это имеет хоть какое-то значение. — Я же сказал — если это касается работы, то давай обсудим это позже. Уверен, это может подождать, — он продолжает делать вид, что его не волнует, хотя это, конечно же, не так. — Чарли, они снова стали хуже.. Я всё чаще слышу её голос. Она душит меня во снах.. Она.. Недовольна мной.. Я для неё.. Недостаточно хорош.. — Ты всегда будешь для неё недостаточно хорош, Лжец. И ты уже никогда не узнаешь, что сделать, чтобы она гордилась тобой. Её ведь.. Уже нет. — Да, но.. Я знаю, чего она хотела от меня. — Но это ведь не повод сходить с ума, м? Я скажу тебе то же, что говорю всегда: прекрати страдать хернёй. Ты убил её, всё, конец истории. Хватит надумывать себе лишнее. И хватит прикрывать одно другим. "Её" идеалы — всего лишь твои страхи и так далее по списку. И даже не пытайся со мной спорить. Ты и сам прекрасно знаешь, что никто не заставляет тебя следовать "её" воле. Это только твоё решение. И прекрати приходить ко мне с подобными разговорами — ты всё равно не извлекаешь никакой пользы из того, что я говорю. Это просто бессмысленно.       Ему уже надоело. Надоело слушать одно и то же каждый раз. Ей-богу, у этого придурка словно пластинка заела. С пятнадцати лет несёт какой-то бред и уже который век не прекращает. Считает, что виноват перед матерью за то, что убил её, и думает, что теперь всенепременно обязан быть идеальным по её меркам, которые он сам же отчасти надумал, руководствуясь своими воспоминаниями об этой дамочке. И сколько ему ни говори, что это глупо и не имеет никакого смысла, он не слышит — только вечно жалуется, что он недостаточно идеален и что его мучают кошмары. И всё бы ничего, но ситуация становится только хуже. Веном его любит, правда. Сильно. Но даже его уже начинают раздражать эти однотипные разговоры. Его друг перестал быть похожим на самого себя, слепил для общества дурацкую маску, спрятав за ней своё истинное лицо. И его можно было бы понять, вот только он подменяет даже собственное отражение — он хочет верить, что эта маска — его истинное "я". И чем больше времени проходит, тем меньше он отдаёт себе отчёт в том, что это всё ещё он. И Веном видит, прекрасно видит, к чему всё идёт. Он бы, может, и хотел вмешаться, но боится сделать хуже — он не психолог и не психотерапевт, отнюдь. — Но ты не понимаешь.. Я обязан стать идеальным для неё. Я не имел права забирать её жизнь, я.. Я обязан расплатиться за это, — Старфолл упрямо гнёт свою линию, в очередной раз не слышит, что ему говорят.. Даже не пытается услышать. — Да-да, я это уже сто раз слышал. Но ответь мне на один простой вопрос, Лжец. Ты сам этого хочешь? Или это всего лишь жалкие попытки доказать самому себе, что ты ни в чём не виноват? Подумай об этом, будь так добр. Для бессовестного мудака ты как-то уж слишком сильно волнуешься о том, что произошло несколько веков назад, — Джонсон тихо вздыхает и добавляет тише, прикрывая глаза: — Лучше бы ты так беспокоился о настоящем. Вместо того, чтобы сокрушаться о том, что прикончил свою мамашу пару веков назад, не знаю.. Задумался бы о том, что ведёшь себя как последняя сволочь со своим единственным другом? Хотя, боже.. Тебе всегда было плевать. И почему я вообще надеюсь, что ты хоть что-то поймёшь.. — Я бы не волновался об этом так сильно, если бы это не было.. Так. Это ведь.. Моя мать. — И? Это разве что-то меняет? До того, как ты сбежал из дома, она год ебала тебе мозги, разве нет? Или я что-то путаю, а, Лжец? Не ты ли рассказывал мне множество историй об этой суке? Прекращай уже. Хватит цепляться за бессмысленное прошлое. — Но кошмары.. Её голос.. — Хватит. Просто прекрати. Я не мозгоправ, Лжец. Сходи к психотерапевту, я тебе с этим помочь не могу. У тебя поехала крыша, и мы оба это знаем, но ты продолжаешь делать вид, что всё в порядке. Ты уже не сможешь так просто избавиться от её образа. Разберись со своей головой, лады? Хотя с таким, конечно, разобраться сложно.. Будь ты обычным человеком, тебя уже давно положили бы в дурку, ей-Богу.       Старфолл не отвечает. Медлит, но подходит ближе, обнимая Чарли-мать-его-Джонсона едва-едва. С закрытыми глазами проще не видеть мир. Проще не улавливать свет. Он закрывает глаза. Его обнимают в ответ. Он не может понять, почему Веном из раза в раз твердит одно и то же, почему не может хотя бы попытаться услышать, вникнуть.. Он не может понять, что и сам, точно также, как и его дорогой друг, из раза в раз твердит одно и то же. И не может понять, что с ним что-то не так. Подумаешь, всего-то хочет подстроить свою личность под идеалы человека, который уже пару веков как мёртв! В конце концов, это он взял на себя ответственность. Это он убил её. Это мог быть кто угодно, он мог отказаться от чёртового заказа. Но каково тогда было бы жить с осознанием, что твоя мать убита по твоей же вине и из-за твоей же трусости? Нет, лучше было сделать это своими руками, чем отказаться и знать, что ты ничем не можешь помочь, ничего не можешь сделать.. Что её в любом случае не станет, только если не ты, то просто кто-то другой. А так.. Она хотя бы увидела собственного сына перед смертью.. Чем не приятный прощальный подарок? А её глаза стали его посмертным. В конце концов, при встрече после долгой разлуки принято обмениваться презентами.. Признак вежливости. С его стороны — эмоции, с её — сувенир на память, который он хранит буквально как зеницу ока. Иногда он смотрит в её зрачки и вспоминает былое, давно забытое, утерянное. Ему нравится думать, что и она смотрит на него. Зрительный контакт всегда является важной частью разговора. Он рад, что у них он весьма налажен. Жаль только, что она всегда молчит.. Он порой чувствует себя таким болтливым, ну правда, она посчитала бы такое до ужаса дурным тоном! Как хорошо, что она уже никогда не сможет сказать ему об этом..       Чарли понятия не имеет, сколько они уже так — минуту, две или всю добрую половину часа? Да и это не важно, когда времени в запасе неограниченное количество. Наконец, Лжец отстраняется, смотрит с холодом и спокойствием. Кажется, отошёл. Это радует. Он не говорит ни слова, просто разворачивается и идёт к выходу из кабинета, но оборачивается у самой двери, когда слышит чужой обеспокоенный голос: — Пожалуйста, попробуй обратиться к психотерапевту. Я скину тебе несколько вариантов. И.. Обращайся, если что-то будет нужно. Спокойной ночи, Лжец. — Удачной охоты, Веном. Обязательно покажи мне свой следующий шедевр.       Скрип двери, тихий щелчок. Тишина.       И правда.. Пора бы выйти на охоту за новенькой куклой. Интересно, как скоро он сможет создать новое произведение искусства? Лжецу обязательно должно прийтись по вкусу.. Он приложит для этого все усилия.