Круги на воде

      Тяжелое солнце раскрасило светлый интерьер загородного дома в золотистые тона и заполнило пространство неярким светом. Мужчина, выключив звук на ноутбуке, что-то искал в сети, а женщина раскладывала по тарелкам только что испеченные пирожные. Их долгожданный выходной пока проходил именно так, как они задумали: поздний подъем, завтрак и просмотр фильма, который должен был плавно перетечь в вечернюю прогулку, когда на смену жаре придет прохлада.       Вера, поставив тарелки с выпечкой на журнальный столик, вернулась на кухню за мужем. Подойдя к ноутбуку, женщина стала постепенно опускать крышку компьютера, но мужская ладонь остановила ее. - Пойдем уже досматривать сериал, нам осталось всего пару серий до финала. Надеюсь, что как обычно не сольют концовку, - пробормотала Пирогова, увлекая Драгункина за собой.       Ресторатор не сдвинулся с места, но компьютер отставил в сторону. У него были небольшие коррективы, которые он хотел внести в их план на воскресенье. - Нет, дорогая, ты мне лучше скажи, как мы сына назовем. Давай хотя бы немного обсудим, сколько можно откладывать.       Денис уже задавал этот вопрос, еще тогда, когда они только узнали пол будущего ребенка. Вера сказала, что им обоим нужно хорошо подумать, да и спешить в таком вопросе явно не следует. Выбрать несколько вариантов, совместно обсудить и принять решение. Пару раз они пытались поговорить на эту тему, но всегда что-то отвлекало их от обсуждения: то внезапно свалившаяся как снег на голову работа, то телефонный звонок, то просто усталость брала верх над разумом. - Знаешь, я подумала, что ты, наверное, хотел бы назвать мальчика, как своего отца, - осторожно произнесла Пирогова, поправляя рукой прическу Драгункина. - Алексей Денисович, звучит неплохо.       Мужчина удивленным взглядом посмотрел на жену. Нет, конечно, раньше он задумывался о том, чтобы назвать детей, как родителей, исполнив тем самым сыновий долг перед ними, но сейчас эта идея не казалась ему хорошей. У каждого человека на Земле должна быть собственная история, не похожая ни на чью другую, поэтому сейчас Денис меньше всего хотел каких-то пересечений их будущего с прошлым. - Вер, я очень тронут, правда, но это же будет наш сын. Я, конечно, скучаю по отцу, но у ребенка должна быть своя жизнь, - улыбнулся Драгункин, целуя жену. - Так что начнем с самого начала. Какие имена тебе нравятся? - Ну, я даже не знаю, - неуверенно ответила Пирогова, переводя взгляд куда-то на стену. - Влад неплохое, Никита. - Про Никиту забываем сразу же, не люблю его, - пробормотал ресторатор, отходя от жены и присаживаясь на край стола. - Влад ничего, но ты не хочешь что-то покороче выбрать? Малой взвоет потом в школе тетради подписывать.       Пирогова рассмеялась. - Интересная методика выбора имени, ничего не скажешь. - Нет, все же Владислав Драгункин мне не очень нравится. У меня был товарищ с этим именем, не самый приятный человек, поэтому не обижайся. - А учитывая некую специфичность отчества… - Отчество-то тебя чем не устраивает? - обиженно произнес ресторатор, скрещивая руки на груди. - Хочешь поменять? - Эй, я не так выразилась, - протянула Пирогова, подходя к мужчине и пряча лицо где-то в области ворота его рубашки. - О лучшем отчестве я и мечтать не могла, просто к тому же Александровичу подходит все, а вот Денисович не так универсален.       Драгункин, очертив рукой линию позвоночника жены, притянул ее к себе и выдохнул на грани слышимости. - Мне Ваня нравится.       На мгновение Вера задумалась, но в итоге отрицательно покачала головой. - Нет, что-то не то. Хотя Иван Денисович звучит хорошо.       Ресторатор прикрыл глаза, пытаясь вспомнить еще хотя бы пару имен. Пирогова абсолютно права: к такому отчеству не так просто что-то подобрать. Да и мужчина был уверен, что ни за что в жизни Вера не согласиться назвать их мальчика Андреем или Александром (хотя эти имена ему очень даже нравилось), поэтому даже предлагать их не стал. С дочкой было бы гораздо проще.       Нужно всего лишь найти компромиссный вариант, который устроил бы обоих. Что-то короткое, звучное и обязательно сочетающееся с его отчеством. На ум пришло всего пару вариантов, но озвучил Драгункин только последний: - А как тебе Илья?       Вера подняла на мужа взгляд, полный заинтересованности. Почему-то об этом имени она даже не задумывалась. В детстве у нее был лучший друг Илюша, с которым они вместе бегали во дворе и играли во всевозможные догонялки и салочки. Потом мальчик с таким же именем делил с ней парту в начальной школе, и они очень неплохо общались. Даже в старших классах у них были прекрасные дружеские отношения, которые они пытались сохранить во времена Университета, но полярные интересы развели их по разным углам. Каких-то негативных ассоциаций с этим именем у Веры не было, наоборот, оно несло за собой что-то легкое и беспечное. - Драгункин Илья Денисович, - медленно произнесла Пирогова, растягивая буквы и будто бы пробуя это сочетание на вкус. - Слушай, а мне нравится.       А что, имя не странное и совершенно несложное, где-то даже мягкое, которое лучше всего подойдет ребенку, рожденному зимой, чтобы немного сгладить возможную колкость характера. Да и если захочет - поменяет, когда вырастет. - Тогда определились, - с широкой улыбкой на лице ответил мужчина, опуская ладонь на живот Веры. - Ну что, Илья Денисович, как тебе? - Он ответит тебе годика через два, - рассмеялась кондитер, накрывая мужскую руку своей. - Нет, правда, здорово. А теперь пойдем фильм посмотрим.       Мужчина, потянув жену за собой в гостиную, усадил ее на диван, а сам отправился обратно на кухню, чтобы принести им что-то из еды.       Вернувшись, Денис увидел включенный на большом экране сериал, который они пытались досмотреть уже пару дней, но обычно просмотр одного эпизода затягивался на пару дней, потому как кто-то из них обязательно засыпал. - Двигайся, - произнес Драгункин, присаживаясь около Пироговой и протягивая ей стакан с соком.       Ресторатор устроился рядом, краем уха слыша неприятный скрип пружин. Да, он давно хотел выкинуть этот диван и купить новый, более уютный, но сейчас, чувствуя рядом размеренное дыхание жены, мужчина чувствовал себя максимально комфортно. В ее объятиях удобно, удобнее, чем где-то ещё.       Денис, накрыв ладонью живот Веры, почувствовал легкий толчок. Глаза сразу же защипало от накатившей нежности, а на лице появилась невольная довольная улыбка - наверное, так радуются именно первому ребенку, особенно позднему. Пирогова не могла в полной мере похвастаться тем же: беременность давалась ей достаточно непросто. Да, мучительный токсикоз первого триместра её уже отпустил, но перемены настроения, отеки и несовпадение ритмов сна её и ребенка явно были не самыми приятными моментами в ее жизни. - Ты чего такой довольный? - поинтересовалась Вера, устраивая свою ладонь поверх руки Дениса. - Не знаю, - честно признался Драгункин. - Имя выбрали, наверное. По правде говоря, я как представлю, что еще немного, и нас будет на одного больше, ничего не могу с собой поделать. Это же так замечательно: прогулки, игры, когда подрастет - футбол по выходным. То, чего мне так не хватало столько лет.       Пирогова усмехнулась, понимая, что её муж слишком романтизирует появление ребенка в доме. Нет, конечно, она сама с нетерпением ждала рождения их сына, но явно знала несколько больше о том, что ожидает их впереди. - Это сейчас тебе так кажется, День, - негромко произнесла женщина, наблюдая за удивленным лицом супруга. - Нет, серьезно. Поверь, года полтора мы не будем нормально спать, потому что у ребенка будет свой режим, который желательно установить сразу. И не он подстроится под нас, а мы под него. А потом будут форс мажоры, опять-таки, когда этот режим не помогает. Помню, у Юли сразу три зубика прорезывались, и мы с Димой не спали толком дня четыре. - Звучит, хм, оптимистично, - с сарказмом произнес мужчина, продолжая осторожно поглаживать кончиками пальцев живот Веры. - Что еще нас ждет? - Ой, много чего. Крики, слезы, зубы, колики, нежелание есть и слушаться родителей, - перечислила Пирогова, останавливая руку Дениса и сжимая её. - А еще первая улыбка, которую ты не сможешь забыть, первые шаги, первые слова и много чего другого, о чем ты никогда не пожалеешь. И рыбалка твоя, и футбол. Просто сначала, правда, будет довольно тяжело, но зато годика через полтора все изменится настолько, что ты и представить бы не мог. - Ради такого можно и на работе поспать, - улыбаясь, пожал плечами мужчина. - Все, что ты произнесла в конце, просто затмило начало.       Вера, аккуратно проведя рукой по щеке мужа, накрыла его губы своими, вовлекая в поцелуй. Определенно, Денис будет прекрасным отцом, в этом сомнений не было. Ей было очень легко это понять: достаточно жесткий человек на работе был совершенно иным дома. Ресторатор с большим трепетом относился к их животным, с удовольствием играл с ее племянником, а саму женщину готов был носить на руках. Если бы Пирогова кому-то сказала, что Драгункин - воплощение нежности по отношению к родным, вряд ли бы ей кто-то поверил.       Мужчина неохотно отстранился, услышав звонок. Пирогова нашла на подлокотнике дивана свой мобильный, увидела звонившего и, вновь облокачиваясь на мужа, ответила. - Привет, Саш. - Систер, скажи, пожалуйста, что вы с Денчиком свободны, - без приветствия протараторила девушка. Где-то на заднем фоне был слышен плач ребенка. - Ну, смотря для чего. - Погуляйте с Эдгаром, пожалуйста, до вечера. Мне срочно нужно уехать по делам, а Валя застрял у мамы своей и не может.       Вера убрала телефон от уха и вопросительно посмотрела на мужа, который прекрасно слышал весь разговор. Ресторатор кивнул. Кажется, сериал они досмотрят только в следующие выходные. - Хорошо, Саш. Мы тогда собираемся и будем минут через сорок. - Я почти доехала до вашего дома, так что не торопитесь. - То есть ты вообще не рассматривала отрицательный ответ? - рассмеялась Пирогова, выпутываясь из объятий мужа. - Все, я подъезжаю, - проигнорировала риторический вопрос Александра и положила трубку.       Вера несколько виновато посмотрела на мужа, потому что их идеальный вечер только для двоих вновь откладывался на неопределенный срок. Драгункин, увидя в её глазах тень сожаления, вновь заключил жену в свои объятия. - Пойдем, Саша приехала. Рассматривай эту ситуацию, как маленькую практику для нас обоих, - ласково произнес мужчина, утягивая жену за собой на улицу.       Когда пара вышла за пределы своего участка, Александра уже достала из багажника коляску и небольшую сумку со всем необходимым. После того, как не совсем довольный Эдгар оказался у мамы на руках, Драгункин быстро снял детское автокресло и отнес его в дом. - Тогда позвонишь около девяти, хорошо? Мы или завезем его к вам, или тогда уже вы до нас доедете. - Как скажешь, систер. Спасибо, что согласились посидеть, - обратилась Саша уже к обоим супругам. - Все, малыш, мама побежала, остаешься тут за старшего.       Пирогова-младшая помахала сыну ручкой на прощание и скрылась за дверью автомобиля. Эдгар, казалось, даже не заметил, что мама уехала: он с интересом разглядывал окружающую обстановку, которая казалась ему совершенно новой. Драгункин, повесив сумку на плечо, взял в одну руку коляску, а другую протянул мальчику. - Пойдем?       Ребенок оценивающим взглядом посмотрел на ресторатора и отрицательно замотал головой. - Почему, Эдгар? - удивленно спросил мужчина.       Конечно, они виделись не так часто, как можно было бы, но ребенок всегда охотно шел к нему на руки и никогда не протестовал. Да и буквально недели две назад мальчишка с удовольствием катался на шее у мужчины, пока они ждали его родителей возле кондитерской. - Сам! - грозно ответил ребенок и, пройдя через открытые ворота для машин, уверенно зашагал в сторону дома.       Денис проводил его многозначительным взглядом, а Вера тихо рассмеялась рядом, прижимаясь к мужскому плечу. - Ему полтора ведь? - Практически. - Тетя Вера, кто-то мне сегодня сказал, что после этой черты дети меняются до неузнаваемости и все становится сразу слишком легко. Скажу честно, Эд изменился, но не в ту сторону, - съязвил Драгункин, закрывая за ними вход. - Сам так сам, я против что ли? - Ну, прости меня, что я забыла об одном из самых замечательных возрастов, «Я сам» называется, - смеясь, ответила Пирогова. - Это еще пару месяцев, но зато каких!       Мужчина и женщина догнали племянника, который успел подойти ко входу. Драгункин нажал на ручку, открыл дверь и попытался пропустить ребенка вперед, но его встретил лишь громкий плач. - Что такое, Эдик? - спросила Вера, наклоняясь к ребенку насколько позволяло её положение. - Я сам. Сам! - Дядя Денис, ну что ты такое сделал! - притворно отругала Пирогова мужа. - Давай-ка мы еще раз попробуем зайти.       Драгункин молча положил все вещи из рук на пол, закрыл дверь и, подняв племянника на руки, наблюдал, как мгновенно успокоившийся ребенок с усилием нажал на ручку и вновь открыл дверь. Довольный Эдгар сразу же убежал вперед, а ошарашенный ресторатор только и смог покачать головой. - Два года, говоришь, потерпеть всего? - Только не говори, что передумал. - Да как я уже передумаю-то? - хмыкнул мужчина. - Просто морально подготовлюсь за то время, пока Илья Денисович не научится говорить.       Откуда-то из гостиной послышался звук падающего на пол предмета. В голове ресторатора быстро промелькнула мысль о наручных часах, которые он оставил на диване. Не они ли это были? - Или даже ходить, видимо, - улыбнулась Вера. - Беги за ним.       Драгункин, вздохнув, пошел за племянником в комнату спасать свои часы. Дети, по сути своей, радость и счастье, верно?