Зазря

                          Новая волна ледяной воды накрыла меня со спины, тут же сойдя на тонкие ручейки вдоль голого тела и превратив снег под босыми ногами в слякотную лужу. Сердце снова сжалось в испуганный комок, пытаясь отдвинуться от скованных холодом легких, предательски перечило хозяйке, не слушалось.             Тело и душа отказывались принимать реальность. Я слушала громкие крики потешающихся над девчонкой солдат, но слышала родную мамину речь, ее веселый голос, ее любимые песни. Я сжимала ладонями комки мокрого снега, но чувствовала сильную руку отца, помогавшего с самого детства, но не сумевшего помочь в такой беде. Я смотрела на сапоги немцев, столпившиеся бездушно и бесчеловечно вокруг, а видела свою маленькую копию: детское личико, веснушки, озорные глаза и непослушные белые косы.             «Терпеть, — велела я себе раз за разом, — нельзя говорить им ни слова».             Они не должны были догадаться, что взяли не ту.             Зато Зинка успеет за это время пробраться к нашим. Цель будет выполнена, донесение доставлено.             После еще одного ведра ледяной воды я жадно глотнула морозный воздух, закашлявшись, но тут же взяла себя в руки. Солдаты притихли, слышался только один единственный суровый голос.             Я подняла глаза, не поднимая головы. Передо мной, тряхнув испачканными кровью белыми косами, упала на колени совсем ослабшая девочка тринадцати лет. Моя маленькая копия… Она помотала головой, едва сдерживая слезы, показывая, что ничего не вышло. Сердце окончательно сдалось, я слабо шепнула:             — Зиночка…             Все зазря. Война зазря — умрем зазря.