и где я ещё такого найду

Побережье Эносимы, будний день. Пустые улицы, морской бриз бьет в лицо. Через объемный шерстяной шарф чувствуется запах йода. Мацуно держит в руках фраппучино с карамелью, купленный в ближайшей кофейне. Такое времяпровождение стало уже неким ритуалом, привычным делом для Чифую уже как шестой месяц точно. — Я скучаю – шепчет подросток, хотя рядом с ним нет ни души.

***

Побережье Эносимы, жаркий июльский день. Ранним утром на море тишина, разве что слышно надоедливых птиц, нарушающих идиллию. — Не люблю штиль, – нарушив крики птиц, сказал Кейске. – Как можно вообще здесь плавать, если море стоит блять колом! — Попизди мне тут, ага. Мы ехали сюда полтора часа в забитой маршрутке, чтобы ты тут стоял и выебывался? – возмутился Чифую, кинув футболку в лицо друга. — Ну знаешь ли, это не я занял последнее свободное место в салоне и всю дорогу читал мангу, – фыркнул Баджи, убрав футболку с лица, – Ты вообще видел свой еблет, когда читаешь? Увидел бы кто - подумал бы, что у тебя мама умерла, а не второстепенный герой в сёдзё. И правда, Мацуно уже пропускал мысль о том, что в последнее время читает много всякой подростковой романтики без особого сюжета. В повседневной жизни подобные эмоции для него были редкостью. Конечно, бабочки в животе были постоянными спутниками Чифую уже как несколько месяцев. Но дело было далеко не в бессюжетных додзях. — Слушай, чем тебя так цепляют эти розовые сопли? – прервав поток мыслей Мацуно, спросил Кейске. – Отношений хочется? С твоим-то личиком даже я согласился бы с тобой встречаться. – Баджи по привычке ухмыльнулся, оголив свои клыки. — А...Э-э-э...– младший не мог подобрать слов. – Ну знаешь, типа.. понимаешь, эм...Э-э-э...Короче, иди нахуй! Чифую разбегается и ныряет в солёную воду, лишь бы больше не оставаться наедине с Кейске. Ведь сейчас его лицо похоже на самый красный помидор во вселенной. Знал бы его друг причину любви к этим "соплям" - перестал бы даже с ним пересекаться - думал Мацуно. — Твоя улыбка делает меня счастливым, Чифую – тепло отметил Баджи. — Пиздишь? – спросил младший, уставившись на друга. — Конечно, а ты думал – прыснул со смеху Кейске, наблюдая за тем, как Мацуно сердито уплывает в закат. — Его так легко засмущать, – пробубнил старший: – И где я ещё такого найду?

***

Осень, зябкий, дождливый день. Все, как любит Чифую. 18:44 Слышь, не хочешь фильм какой-нибудь чекнуть? Я щас от скуки сдохну 18:45 Как раз родители вернутся хуй пойми когда. Давай, жду Хоть Мацуно и ответил спокойно, его бабочки внутри устроили охуеть какую татарскую свадьбу на всё Синдзюку. Баджи не заставил ждать. Жили они не так далеко друг от друга, так что к семи вечера он уже был у Чифую на пороге. Хоть Кейске не часто делал комплименты младшему, но его огромная пижама с капюшоном в виде медвежьих ушек и до безумия мягкий на вид материал не только заставляли их делать, но и толкали на то, чтобы заобнимать своего друга до смерти. — А только ли из-за пижамы? – пробубнил старший и тепло улыбнулся. — Че пиздишь? – спросил Чифую, пока искал тапки другу. — Пижама милая, говорю, – Баджи отвел взгляд, делая вид, что он совсем не смотрел на ушки на капюшоне Мацуно которую минуту подряд. - Ну че, фильм выбрал? — Выбрал, пошли – дав тапки Кейске, сказал младший. Ему не послышалось? Милая пижама? Приятно. На сороковой минуте фильма Баджи всё ещё думал, что сдохнет от скуки. — И на кой чёрт этот придурок снова выбрал романтику? Сдохнуть хочет? – не успев продолжить свой монолог, старший ощутил, как на плечо упало что-то мягкое. — Спишь? – шепнул Кейске. Реакции нет, значит уснул. — И почему ты такой милый, даже когда спишь, дебила кусок? – закрыв смущённое лицо рукой, промямлил Баджи. В ночном свете лицо Чифую выглядело ещё более притягательным, чем обычно. Хотя кому он пиздит, лицо Чифую притягательно при любых обстоятельствах. Ресницы, словно веер, волосы, выглядевшие так же мягко, как и эта блядская пижама, которую хочется обнять вместе с человеком, одетым в неё. Заворожённый красотой своего друга, старший принялся гладить его волосы, словно шёрстку котёнка. — И почему я не делал этого раньше? – сказал Кейске под нос, – это охуенно. Лицо младшего подрагивало во сне. – Наверное, опять кошмар снится – подумал Баджи и обнял того за плечи. — Баджи? — Снова снятся кошмары, ссыкун? – усмехнулся старший. — Спасибо, что рядом. Нет, ну правда. Для меня это важно. – хоть Чифую и сказал это максимально не громко, но его друг все прекрасно услышал. Это заставило Баджи удивлённо обернуться на младшего. — Чем я заслужил такого друга, как ты, Баджи? – прошептал Чифую. Не успев продолжить свой меланхоличный монолог, младший ощутил робкое прикосновение. Открыв глаза, Мацуно опешил. — Он поцеловал меня в...лоб? – подумал младший. — Я всегда буду рядом, ясно? Рядом, когда ты будешь читать свои "розовые сопли", когда ты будешь смотреть глупые романтические фильмы. Даже тогда, когда ты будешь пиздить Такемичи из-за того, что его выражение лица выглядит, как задница мамонта. Всё понял? — Да, спасибо те...–не успевая договорить, рот Чифую затыкают робким поцелуем, будто прося разрешения. Младший застывает в недоумении, но когда Кейске отстраняется, Мацуно отвечает на поцелуй также робко. Друзья сливаются в поцелуе, наполненным нежностью. Любимый запах гвоздики и мускуса наполняет все его лёгкие. Тогда Чифую понимает, что слова Баджи были не ложью. Он и правда будет рядом.

***

Побережье Эносимы, будний день. Пустые улицы, морской бриз бьет в лицо. Через объемный шерстяной шарф чувствуется запах йода. Мацуно держит в руках фраппучино с карамелью, купленным в ближайшей кофейне. Такое времяпровождение стало уже неким ритуалом, привычным делом для Чифую уже как шестой месяц точно. — Я скучаю – шепчет подросток, хотя рядом с ним нет ни души. — Я тоже, дебила кусок – мягко отвечает друг, говорящий с ним по видеосвязи. — Ну и зачем ты уехал в такие ебеня учиться? – возмущённо отвечает Мацуно, – Без тебя здесь пусто. Мягкая рука зарывается в волосы, похожие на кошачью шёрстку. Знакомый запах гвоздики и мускуса наполняет лёгкие. — Я же говорил, что всегда буду рядом. Всё понял?