Цветок смерти

(Резиденция. Кабинет Мизукаге. Орочи.) — Убью! — кричит Анко, выхватывает кунай и бросается в бой.       Вот чёрт… Ладно, пора открыть ей всю правду. Пора уже…       Уклоняюсь от удара, отпрыгиваю в сторону и прячусь за Анбу. Анко долго не думая, прыгает на потолок, отталкивается и летит ко мне… — Отпусти! — повиснув в воздухе верещит она. — Лаши! Отпусти я убью его. Он такой же предатель как и все. Из-за него… — Подожди, — усаживая её на кресло, спокойно говорит Лаши. — Давай выслушаем его. Орочимару?       Хм! Да сколько это будет продолжаться? Раньше я особого внимания не придавала, а сейчас меня это бесит. Ладно, не долго осталось. — Если позволите, для начала я поговорю с ученицей. — Только без глупостей, — кивает Лаши и выращивает лианы, на которых распускаются цветы.       Выхожу из-за Анбу, подтаскивая кресло к связанной Анко, сажусь и тут же получаю плевок в лицо. — Не смей приближаться, — дёргаясь злобно шипит она.       Не обращая внимания, киваю Лаши и осторожно касаюсь лба ученицы. По её лицу расползаются фуин символы, блок на память спадает, ложные воспоминания развеиваются. Она вздыхает и ошарашенно смотрит на меня. — Прости… Я не мог поступить иначе. Ты бы пострадала. — А так я не пострадала? — сквозь слёзы спрашивает Анко. — Так у меня всё было нормально? — Я не мог. Тебе поставили печать и угрожали убить. Мне пришлось работать на Данзо. Я искал способы спасти тебя, но… Не успел. Меня обвинили в предательстве. Всё что я делал, использовали против меня. Я сбежал, а ты… Они отыгрались на тебе. Но я ни на секунду не забывал тебя. Искал способы снять печать, пытался выкрасть… Тогда, в Лесу Смерти, когда я укусил тебя, у меня не было цели навредить, или причинить боль. Я обезвредил печать Данзо, заменил её своей. — Для чего? — На третьем этапе, я планировал уничтожить Коноху. Убить Данзо, Хирузена, Старейшин и всех кто издевался над тобой. Но… Появился Лаши и нарушил все мои планы. Хотя… Он сделал лучше. Если тебе станет легче, я замучил до смерти всех кто прикасался к тебе. Ты ведь знаешь, многие из них гибли при загадочных обстоятельствах. Это делал я. Прости если сможешь… — Душещипательная история, — выдыхает Мей. — Лаши? — Правда, — серьёзно кивает он. — Его появление здесь, вытащило на поверхность все воспоминания Данзо, с ним связанные. Могу поручится за каждое его слово.       Его слово! Да задолбали уже! Я де… Женщина. Хоть и в годах, но очень симпатичная. Ладно Орочи, сама столько лет всех в этом убеждала. Ещё немножечко потерпишь. — Спасибо тебе, Лаши, — встаю и низко кланяюсь. — За помощь, за ученицу, за всё. — Жуткая история, — фыркает Лаши и освобождает Анко. — Мрачная…       Встав с кресла, Анко медленно подходит, беспорядочно бьёт меня в грудь, кричит, ругается. Быстро затихает, утыкается лицом мне в плечо и обнимает. — Прости… — Ненавижу тебя, Змей, — обнимая всхлипывает она. — Почему… Зачем… Ты…       Осторожно глажу её по волосам, отодвигаю и щёлкаю по носу. Улыбаясь отхожу и с восхищением разглядываю.       Выросла, нашла своё счастье, по хорошела. Жизнь в Кири, явно пошла ей на пользу. Эх, может и мне плюнуть на всё и остаться здесь, с ней. Раскрыться… Нет, пока нельзя. Мне надо разобраться с братьями Учиха. Они должны сыграть свою роль. Да и оба они станут запасным вариантом, ведь если с Лаши ничего не получится, придётся использовать шаринган. Придётся… Теперь уже, я почему-то сомневаюсь… Ладно, пока на первом месте Лаши. К нему надо подобраться и исследовать. Осторожно, аккуратно и не вызывая подозрений. — Ну раз всё решили, — улыбается Мей. — Давайте перейдём к делу. Твои друзья, ты хочешь оставить их здесь. Кто они… — Якуши Кабуто, двойной агент. Работал на Данзо, на самом деле помогал Орочимару. Так удачно помогал, что даже подозрения не вызвал. Однако, я удивлён. Из памяти Данзо, я знаю, что Ноно умерла. Тебе, Кабуто, приказали убить её и насколько я знаю, ты справился. — Лаши, — поправляя очки ехидно улыбается Кабуто. — Ноно, моя мать. Я не мог убить её. Мы просто инсценировали её смерть. — Да, — кивает Ноно. — Когда Кабуто рассказал мне о своём задании, я пришла в ужас. Мы собирались бежать, но Орочимару нашёл выход.       Нашла! Да чёрт возьми! Почему меня это так бесит? Зубами заскрипеть хочется! Спокойно… — Ну да, в это конечно трудно поверить, но сострадания я не лишён. — Это понятно, — выдыхает Мей, качает головой и тут же спрашивает. — Делать с вами что? — Я могу работать в приюте, — первой отвечает Ноно. — Я квалифицированный ирьёнин. Кроме того очень люблю детей. Это моё призвание. — Ладно, — кивает Теруми и указывает карандашом на Кабуто. — Неплохой боец, хороший ирьёнин, мастер скрытного проникновения, — отвечает за него Лаши. — Хм, ты мне льстишь, — ворчит Кабуто и обращается к Мей. — Я могу работать в госпитале. Опыт есть. — Ладно. А… Орочимару? — Мизукаге-сама, я ненадолго задержусь у вас. Буквально на пару дней, а потом мне нужно будет уйти. Много неоконченых дел, особенно меня беспокоят последние из Учиха. — Саске и Итачи, — кивает Лаши. — Нда, с ними история ещё хуже.       Уважение? В его глазах уважение? Он что и правда думает что я делаю всё это по доброте душевной? Наивный. Но… Его взгляд… Такой… Что… Хм-м-м… — Да, Лаши. Очень некрасиво с ними получилось. Пока они друг друга не убили, их надо найти и наставить на путь истинный. Всё таки… — Правильно, — весело улыбается Лаши. — Достойный поступок. Пойдёмте. — Куда? — Вы наши гости, покажу вам Сады. Никто не уходил оттуда равнодушным. А потом провожу вас в гостиницу.       Он догадался? Узнал что я… Нет, невозможно. Это не Хенге и ни просто маскировка. Ни бьякуган ни шаринган ничего не видят. К тому же я изменила тело, для большей убедительности. Хм… Он заметил или нет? Напрямую спрашивать не стоит, тогда… (Там же. Лаши.)       Есть в нём что-то странное… Непонятное для меня. Но что? Тогда, на стадионе я сразу заметил, что он выдаёт себя за… А что мне сейчас не нравится? Сказал он правду, ничего не приукрасил. Тогда… Моя память, играет со мной в странные игры. Я вижу воспоминания, думаю что знаю всё. Но… Например, как только я увидел Анко, память выкинула целый пласт информации. Орочимару, Кабуто, Ноно, Наруто, Какаши, Куренай, про Сакуру ничего, но… Очень интересно. Почти так же, было с Мабуи. Насмотрелся на неё и увидел воспоминания мастера. Да! Это работает как… Катализатор! Я храню воспоминания, но они как в тумане. Однако, люди… Надо изучить этот вопрос. ****       После разборок в кабинете Мей, мы сразу же пошли на прогулку. Анко повисла у меня на руке. Орочимару шёл рядом и довольно хмыкал. Кабуто и Ноно, шли чуть позади. Таким образом, мы и добрались до садов. Прошли ворота и… — Лаши, — округлив глаза восхищённо выдал Орочимару. — Это… Это… Это прекрасно! Ряды! Деревья, фрукты на них. Трава! Это настоящее искусство. — Да, мой Лаши может, — крепче сжимая мою руку вздыхает Анко. — Кхем, кхем, — прикрыв рот рукой начинает Орочимару. — Не сочтите за грубость, но ничего не могу поделать со своим любопытством. Вы с Анко… — Да, — утвердительно киваю. — А Мей и Хаку? — Все втроём. — Спасибо за ответ, — усмехается Орочимару. — Хм, Анко, а повезло тебе. Я рад. — Лаши! — подбегая к нам кричит Самуи. — Ух, везде тебя ищу. — Она тоже? — указывая на неё пальцем спрашивает Змей. — Нет, просто подруга. Идёмте дальше. Да, беспокоится за ученицу. Ну оно и понятно. Чувствует себя виноватым. Однако он и правда ничего не мог сделать. Одно движение с его стороны и Данзо активировал бы печать. От чего, Анко осталась бы без головы. Нет, даже думать об этом не хочу. Анко с нами и с нами останется. Конечно, у нас есть небольшие проблемы. Например, она так и не решилась переехать к нам. От близости тоже отказывается, обходимся только ласками и поцелуями. Но, это дело времени, она привыкнет.       После экскурсии, проводили гостей до гостиницы, сами пошли домой и… — Ты чо, с нами идёшь? — злобно спрашивает Анко. — Нет… Я… Я ещё погуляю… Да, точно. Пройдусь по набережной, — мямлит в ответ Самуи. — До завтра. — Вот привязалась, — взглядом провожает её Анко, крепче сжимает мою руку и ворчливо продолжает. — Ни стыда ни совести. Лезет в наглую. Ведёт себя так, как будто уже с нами. — Кого-то она мне напоминает, — усмехаюсь и подозрительно смотрю на Анко. Которая от моих слов, широко распахивает глаза, икает и отворачивается. — Это другое… — Разве? — Да! Я тебя люблю. А она… — А она? — Я не знаю, — растерянно бурчит Митараши. — Но… Подожди. То есть ты думаешь… И что дальше? — Теперь я не знаю. Но то что любит, это без сомнений. Сама посмотри. Хихикает, краснеет, гардероб сменила, что немного вульгарно. При встрече начинает вести себя странно, старается держаться ближе. Хаку, Мей, ты, раньше вы вели себя почти также. — Не замечала за собой такого… Но, а дальше? — Дальше… Ты же знаешь как у нас всё получилось. Сначала я неожиданно для себя узнал, что являюсь парнем Хаку. Потом, после нескольких забавных и не очень случаев к нам присоединилась Мей. Ну а совсем недавно ты, Анко. И знаешь, я ни о чём не желаю. Да, я почти ничего не знаю об отношениях, семейной жизни и прочей романтике, но я как могу стараюсь сделать вашу жизнь лучше. — И у тебя получается, — опустив голову вздыхает Анко. — С тобой не страшно. Ты прогнал все мои страхи. Разделил мою жизнь на до и после. Подарил радость, счастье… Знаешь, поддержу любое твоё решение. Потому что… Потому что ты для меня всё. Вы дали мне столько, сколько я за всю жизнь не видела. Я больше не боюсь! — Врушка, — усмехаюсь и подхватываю Анко на руки. — Ты боишься… Нет, ты в ужасе. — Не правда! — А кто не хочет к нам в комнату переезжать? — Я просто стесняюсь, — утыкается мне в шею Анко. — Всё же для меня это немного необычно. Но я… Я сегодня же перееду к вам. — Хорошо. Вот только мне кажется, что я упустил кое-что важное. — Ринго в госпиталь положили! — вскрикивает Анко. — Вот чёрт! Я же шла сказать тебе это. — Пошли, навестим. Только за нашими зайдём. (Полчаса спустя. Госпиталь Кири. Ринго Амеюри.)       Страшная боль и разноцветные круги перед глазами. Сознание то и дело пытается покинуть меня и когда я проваливаюсь в темноту, вспышка боли возвращает всё на место. Одна, на койке, в пустой палате. Бесславный конец Великой Мечницы. Ни семьи, ни друзей, никого. Умираю как бродячая собака… А я умираю, слышала разговор ирьёнинов. Единственное чем они могут помочь, так это немного облегчить боль. Но я не хочу… Да, я злая, не отрицаю, но это только потому что… Всегда была одна? Наверное из-за этого. И этот придурок на меня внимания так и не обратил. Мей, Хаку, Кумовцы, девка из Суны, эта бешеная из Конохи. А я? Чем я хуже? Мне тоже нелегко пришлось… Кого это волнует? Но я всё же хотела получить хоть немного счастья. Уже даже мечтать начала, чего раньше никогда за собой не замечала. Надеялась, что Мей и Хаку, перегрызутся, а они… Ходят держась за руку, любят Лаши и… Нет, нельзя так думать. Они счастливы. Пусть так и будет… Правда, я так и не смогла поговорить с Лаши. Не получилось… Но, может быть потом, когда-нибудь, мы встретимся с ним в чистом мире и тогда я всё расскажу ему. Признаюсь что ещё тогда, в лагере, после нашего боя, втрескалась в него. Как скрипя зубами, рыдала в подушку видя их с Хаку. Как сходила с ума когда к ним присоединилась Мей. И о том, как на миссии, мечтала что Лаши будет ждать меня в Кири. Глупо… Никто меня не ждал, а вместо встречи, у него дома я нашла ещё одну девушку. Ну и ладно, мне не долго осталось. А они… Пусть у них всё будет хорошо…       Боль усилилась, приступы стали чаще. Как в тумане вижу лица ирьёнинов. Мне вкалывают лекарство. Короткий миг темноты и… Кто-то осторожно касается моей руки и сжимает пальцы. С трудом открываю глаза, поворачиваю голову… — Ну как ты? — нежно держа мою руку спрашивает сидящий у кровати Лаши.       Хаку, Забуза, Анко, Мей и Айка, стоят чуть в стороне разговаривают с ирьёнином и бросают на меня растерянные взгляды. Но они пришли. Пришли все. Значит я не одна… — Ринго-тян… — Больно… — выдыхаю и закрываю глаза. — Лаши… Мне не долго осталось… Смерть… Знай… Я… — Я тебя не отдам, — ласково улыбается он. — Никому, даже смерти. Старуха с косой, не заберёт Великую Мечницу.       Сказав это, Лаши встаёт и подходит к остальным. Что-то спрашивает у ирьёнина, хмурится. Отзывает всех в сторону и размахивая руками объясняет им. Видимо, они приходят к какому-то соглашению, кивают, подходят ко мне и… — Держи, Ринго, — надевая кольцо мне на палец, ворчит Забуза. — Подарок от Лаши, поможет тебе.       Кольцо сжимает мой палец, по руке проходит волна тепла. Боль, как будто бы становится слабее. — Извини что так грубо вела себя, — улыбается Хаку, снимает кулон и аккуратно надевает на меня.       Камни в украшениях светятся, боль почти полностью уходит. Айка, складывает печати и улыбаясь проводит надо мной рукой. — Тебе лучше? — спрашивает Лаши. — Да… Я хочу сказать тебе, что… Я…       Договорить не успеваю. Перед глазами всё плывёт. Боль полностью уходит и… (Там же. Лаши.) — Уснула… — Хорошо что не умерла, — пожимает плечами Забуза. — Есть и такая вероятность, — расстроенно вздыхает Айка. — Ей очень плохо. Болезнь убивает её, опухоли слишком быстро разрастаются. Твои амулеты сняли боль и восстанавливают поражённые ткани. Но саму причину не устраняют… С вами я конечно поверила в чудеса, но тут их не будет. — Может ещё и мой надеть? — тут же спрашивает Мей. — У меня остался ещё один эликсир, я могу… — Давайте обратимся к Орочимару, — пожимая плечами предлагает Анко. — Он учёный и нашу Ринго быстро на ноги поставит. А эликсир… Я, думаю, он нам ещё пригодится.       Обсуждаем детали, Хаку и Айка остаются с Ринго, Мей и Забуза уходят по домам, мы с Анко несёмся в гостиницу. Быстро добегаем, залетаем на нужный этаж и стучим в дверь. Из-за которой слышится недовольное шипение, шелест переходящий в шаги и… — Что случилось? — выглянув спрашивает Орочимару. — На вас напали? Вы чего такие… — Моей подруге плохо. Пожалуйста, помогите. — А! Да, конечно. Сейчас оденусь… — Нет времени, сенсей, — хватает его за руку Анко и бежит к выходу.       Ошарашенный таким поведением Орочимару, хмыкает, на ходу пытается завязать пояс халата, но не сопротивляется. Таким образом, добегаем до госпиталя, где Орочимару быстро осматривает Ринго, качает головой, просит Айку помочь ему и выгоняет нас из палаты.       Тянутся долгие часы ожидания. Так и не дождавшись нас, возвращается Мей. Приходит обеспокоенный Забуза. Все вместе сидим и ждём.       Только под утро, из палаты пошатываясь выходит Айка. Садится рядом с Забузой, обнимает его и тихо говорит: — Он гений. Орочимару, просто гений. Такие знания… Мне даже стыдно за себя стало. Правда… Когда он изо рта, достал здоровенный свиток с инструментами и лекарствами… Я хочу к нему в ученицы. — Хочешь? — выходя к нам улыбается Орочимару. — Думаю это можно устроить. Потенциал у тебя ес-с-сть. — Что с Ринго? — Нормально всё с твоей Ринго, — отмахивается он, садится рядом и устало потягивается. — Всю дрянь, с помощью Айки, я удалил. Ей ничего не угрожает. Правда, теперь ей нужен хороший уход. Забота и долгая реабилитация. Всё не так страшно, максимум через полгода она вернётся в строй и даже вспоминать об этом не будет. — Спасибо… — Не благодари, Лаши. Ты сделал для меня намного больше. Я пойду. Список лекарств на тумбочке.       Кивнув нам, Орочимару гладит Анко по волосам и уходит. Мы же, облегчённо выдыхаем. — Так, а теперь расскажите мне, чего вы все так засуетились? — обводя нас взглядом спрашивает Айка. — На сколько я знаю, Мей и Хаку, мечницу недолюбливают. Забузе наплевать, а с Анко она даже подраться успела. — Не всё так просто, — задумчиво выдаёт Момочи. — Раньше, да мне было плевать на всех. Тогда, я бы перешагнул через Ринго и сомневаюсь что вспомнил бы о ней. Но сейчас, всё не так. Мы стали ближе друг к другу. Ты, Мей, Хаку, Анко, я, всех нас объедиил вот этот чудик. — А Ринго причём? — не понимает Айка. — А! Она ему нравится. — Не правда. — Правда, — ехидно тянет Забуза. — Если тебе кто-то нравится, это сразу заметно. — Она мне не нравится. Мы просто друзья. — С Самуи, Мабуи и Темари тоже? — Забуза! — А ещё Сакура, — хихикает Хаку. — Он при каждой встрече говорит, что у неё глаза красивые. — Да нет! Вы… — Что вы к нему пристали? — грозно спрашивает Мей и улыбаясь добавляет. — Чужие слабости надо уважать, а не порицать. — Хорошие слабости, — часто кивает Анко. — Вон у других они совсем странные, а тут красивые девушки. — Да с чего вы взяли?! — Не слепые! — гаркают в ответ все сразу. — Ладно, хорошо, вы победили. Да, девушки моя слабость. Вы домой идите, а я в гостиницу загляну. К Темари, Самуи и Мабуи. Соскучился, сил нет.       Вместо вспышки ревности, девушки дружно смеются и продолжают подкалывать меня. На что махаю рукой и иду по коридору. — Привет им передавай, — кричит мне вслед Хаку. — Да что такое, — шагая по коридору ворчу я. — С чего они взяли? Хотя, может они правы? Девушки и есть моя слабость? Д-да… Вот незадача… Они… Да! Например, если… — Ку-ку-ку… Ш-ш-ш-с-с… — доносится до меня на грани слышимости. — А? Орочимару? Ты здесь? — пытаясь определить направление кручусь на месте. — Показалось.       Мотаю головой, залепляю себе пощёчину и шагаю дальше. Перенервничал, мерещится всякое. Надо домой идти, прилечь… Ай! Мне же в сады надо.