Цветок смерти

(Утро. Кири. Лаши.)       На редкость приятное пробуждение. Вот только рог спящей у меня на груди Кагуи в нос упирается. Но это можно и вытерпеть. А вот ночные забавы Лунной Богини, нет. Дикая она, ненасытная и в край извращённая. Попробовала всё и со всеми. Поучаствовала во всех играх, умотала Хаку, Мей, Ники и меня. Но, не выдержала Ори и Дейдару, и к утру просто вырубилась. Что хорошо, потому как хоть два часа, но поспали.       Ладно, у меня много дел. Мне надо… — Убить Мадару! — рычит в голове Курама. — И заглянуть ко мне, у меня к тебе дело. — Интересное? — А ты загляни, увидишь, — гаденько хихикает Лисица. — Ну давай, пока все спят. Обещаю, будет интересно. — Оу, заинтриговала. Уже бегу.       Закрываю глаза, проваливаюсь в глубины своего разума и попадаю в пространство печати. В зал прямо в лапки странно довольной Курамы. — Попался! — схватив меня и прижав к себе рычит она и быстро лижет моё лицо. — Ух, красавчик, ты теперь мой. Я тебя отсюда не выпущу, пока ты со мной за прошлую ночь не рассчитаешься. Раздевайся! — А может…       Курама уже не слушает, срывает с меня одежду и валит на пол. Языком проходится по груди, животу, спускается ниже… — Зубы, зубы! — Извини. Мне неудобно. Сам понимаешь, физиология другая. В человека не превращусь, даже не уговаривай. Я… — А я и не прошу. Я люблю тебя такую. Мне другая не нужна. — Ты… Ну вот зачем ты так? — расстроенно бормочет Лисица, слезает с меня и отворачивается. — Взял и всё испортил. Вот что теперь делать? — Подсказать? — подхожу к ней и обнимаю.       Кусаю её за ухо, сжимаю руками грудь и слушая довольное урчание Биджу, утыкаюсь носом в её шею. — Мне нравится эта игра, — запрокинув голову стонет Лисица. — Продолжай. Хотя… Не останавливайся. — Тебе нравится? Тогда играем.       Рука с груди скользит вниз, пальцами касаюсь её нежного лона, чем вызываю протяжный и долгий вздох. Надавливаю на самое чувствительное место… — Ай! Лаши, ещё! Не останавливайся, возьми меня. Взамен я сделаю всё что ты хочешь. Передам тебе знания. Я много знаю. Научу фуиндзюцу… А-а-ах! Я знаю такие секреты, что ты станешь непобедимым. Ещё… — Пытаешься купить меня? — Нет! — пытается повернуться ко мне Курама, но не может пошевелиться. — Отблагодарить. Мы же теперь вместе? Я и ты, мы же семья? Значит я должна сделать всё, чтобы помочь. — Именно помочь, а не рассчитаться. Ты моя жена, у нас не может быть расчётов. Только любовь… — Да! — вздрагивая воет Курама. — Да! Я уже почти… — Подожди, — отстраняясь и убирая руки говорю ей, отодвигаюсь, вижу очень расстроенную лисью мордочку и невольно улыбаюсь. — Ложись и расслабься. Сейчас будет по-настоящему приятно.       Укладываю Кураму на спину, провожу руками по груди, от чего она тяжело дышит. Ложусь на неё, целую в нос, потом в шею, спускаясь ниже, ловлю губами сосок и вожу по нему языком.       Под жуткие завывания Курамы, приподнимаюсь и медленно вхожу в неё. — Это… — подняв голову дёргает ушами Лисица. — Это… Восхитительно!       Тут же меня обхватывают её хвосты. Стискивают и приподнимают. Сама она, взрыкивая быстро двигается. Понимает что это не особо удобно, отпускает меня и ложится на бок. Поднимает ногу вверх и призывно кивает мне.       Не успеваю поймать её, как Курама фыркает, встаёт на четвереньки, опускает голову и приподнимает зад. Пробует встать и поменять позу, но тут уже я не выдерживаю. Хватаю её за попку и заставляю шире расставить ножки. — Хочешь побыть грубым? Смотри мне, я ведь и укусить могу, — игриво взмахивая хвостами шепчет она. — Ну давай, я хочу всё попробовать. Давай как… О да! Вот так… Люби меня!       Ещё одна бешеная. Но, очень нежная и на вкус приятная. Язык немного обжигает, зато истекает смазкой так, что даже Мебуки с Сакурой отдыхают. Но это и есть самое странное. Здесь, в этом месте, мы всего лишь два сгустка магии, дополненные нашими разумами. В теории, мы даже прикоснуться друг к другу не можем. Однако, сейчас, я ласкаю нежное лоно Курамы. Которое ничем не отличается от того, что у моих девушек. Правда горячее слишком… А если другими словами, то несмотря на все мои знания и знания тех чьи разумы я выпотрошил, о магии мне всё ещё ничего неизвестно. Но сейчас, нежно лаская девушку-лисицу, одно я точно понимаю. То есть… Она ощущается, как часть меня. Часть Древа Жизни. Мы схожи и… — Ау-у-у! — финишируя и брызгая на пол прозрачной жидкостью верещит Курама, падает и отползает от меня.       Садится в стороне, дёргая плечами закатывает глаза и хватает ртом воздух. Мотает головой, резко срывается с места… — Я всегда буду с тобой, — укладывая голову мне на плечо выдыхает она. — Сегодня же, я вместе с чакрой начну передавать свои знания. Ты сможешь их усвоить. — Спасибо. Если трудно… — Я не хочу потерять тебя. Фуиндзюцу, очень поможет тебе. Я наблюдала и запоминала. Мито и Кушина, были в этом настоящими мастерами. Я тоже. — Спасибо. Ладно, пойду я. Вставать уже надо. — А ты… То есть, Лаши, ты же не… — У нас всё впереди. Вечером я к тебе загляну. Отдыхай пока.       Оставив довольно урчащую Лисицу, концентрируюсь и просыпаюсь. Открываю глаза… — Сейчас я сниму с тебя эти противные трусы, — подбираясь ко мне хихикает Кагуя.       У-у-у… Не, хватит пока. Мне надо готовиться. Учиться и тренироваться. Паразиты, что было хорошо видно на примере Кагуи, очень сильны. И если их будет много, мне придётся тяжело. Так что всё! Прямо сейчас на тренировку, а потом… Ух… — Ага, тренироваться он собрался, — хихикает Курама. — Тебя не отпустят. Ну что, Лаши, ещё одна порция удовольствия? — Ну да… — Смотри как старается, — перебивает меня Лисица. — Головку губами обхватила, языком по ней водит. Я точно изменюсь. Хочу это попробовать.       Извращенки… Ладно, но потом точно тренировка. ****       Тренировки шли ни шатко ни валко. Конечно, Ники и Курама, свои обязанности выполняли на отлично. Но вот в остальном… Работа и переговоры с высокопоставленными и безусловно важными гостями деревни, съедали всё моё время. Однако, кое кто и в этом деле нашёл лазейку. Курама и её способность контролировать время в пространстве печати. Работало, как мир призыва Сакуры. Здесь, в реальном мире проходило совсем немного, а в печати несколько дней. Но, меня снова ждали подводные камни. Курама, она просто воспроизводила информацию. Помнила многое, но толком объяснить не могла. От чего мне приходилось обращаться за разъяснениями к Ори. В фуин она хорошо разбиралась и активно помогала разобраться мне. Что свои плоды приносило. В итоге, за прошедшую с момента предложения Курамы, неделю. В пространстве печати прошло пару месяцев, я научился рисовать символы и объединять их в цепочки. Выкопав память Данзо, уловил смысл того, что надо делать и смог создавать: взрывчатку, свитки для запечатывания, барьеры, как защитные так и нейтрализующие противника. На этом всё, но я не сдаюсь и продолжаю.       Следом шла Ники и её способности. И тут дриада выкладывалась на полную. С ней мы доработали споры, сделав их ещё меньше. Наделили их убойным ядом парализующим нервную систему и сделали невидимыми для додзюцу. Шаринган и бьякуган, их теперь не замечали. Также, довели до ума моих травяных клонов и усовершенствовали дракона, в которого я могу превращаться. Сделали его прочнее, ловче, сильнее и тяжелее. Что обязательно поможет мне при встрече с паразитами. В остальном же… Из нашей семьи, сильно выделялись Кагуя и Ино. Ооцуцуки, своей похотливостью и желанием при каждом удобном и не очень случае стянуть с меня штаны. Яманака, острым желанием угодить и запрыгнуть в койку. И тут стоит отдать ей должное, играет Яманака, просто отлично. Так мастерски изображала радость и любовь ко всем членам нашей семьи, что хотелось её цветами закидать. Но, это всё игра. У неё цель всеми правдами и неправдами, научиться мной манипулировать. Чтобы помочь отцу и всему клану. Что с одной стороны вызывает восхищение, с другой мне, да и не только мне, хочется её утопить. Но этого я делать не буду и другим не дам.       Следующим пунктом, идёт глава клана Инузука, или же Инузука Цуме. Которая, за время отдыха на курорте Анко и Ори, сбросила года, заметно похорошела и попыток добиться моего расположения не прекратила. Строила глазки, улыбалась, притаскивала мне в сад выпивку и сладости. Расспрашивала как дела и… И вот ей я готов ответить взаимностью. Потому как мне она нравится. Всем моим тоже. Ведёт себя прилично, вежливо. Меня признала вожаком, Хаку объявила старшей женой и покорно согласилась занять предпоследнее место в иерархии. Предпоследнее, потому что Ино за человека не считает.       На наши попытки объяснить ей, что никакой иерархии у нас нет, Цуме мотала головой и говорила что ей так лучше. С чем пришлось согласиться.       В общем, в семье была идиллия, нарушаемая только редкими закидонами Ино. А вот в остальном… Главной моей головной болью стали Наруто и Хаширама. Чудики, быстро нашли общий язык и всё время шатались вместе. И если Сенджу, кроме шума хлопот не доставлял, то Узумаки действовал всем на нервы. Постоянно что-нибудь вынюхивал, расспрашивал, наблюдал за нами. Пытался поговорить с Хинатой и Сакурой, за что от них же и получал. Также получал от Саске. И тут… Ну я понимаю, трудное детство, сирота, голод, издевательства и все дела. Но мне было ещё хуже. Я вообще десять лет на цепи сидел. Мне со стен влагу собирать приходилось, чтобы от жажды не сдохнуть. Кусок плесневелого хлеба раз в три дня, я за еду не считаю. При всём при этом постоянные эксперименты, побои и выполнение жутких приказов. Я же с ума не сошёл. Да, я не человек, но и узнал я об этом совсем недавно. А взять Анко. Или Сакуру. Дейдару. Да того же Саске. Они смогли начать думать. Поняли, приняли и изменились.       С одной стороны, дурака жалко. С другой… На мои попытки поговорить, он улыбается, кивает, но стоит мне отвернуться, сразу скалится. И если раньше я думал что помочь идиоту можно, путём хорошего обращения и дружбы. Что на примере всё тех же Дейдары, Анко, Саске, Гаары и многих других, очень хорошо видно. То Узумаки, к сожалению безнадёжен. Делать ему в Кири нечего. Как примет последние лекарства, посажу его на корабль, а там не мои проблемы.       Не последним пунктом, идёт не абы кто, а сам Учиха Мадара. Который, в отличии от Хаширамы, меня радует. Тем что не шумит и не суёт нос в мои дела. Таскается с Саске и Итачи. Делится с ними опытом и, как я заметил, учится жить. Общается с народом, что не особо хорошо получается. Но, несколько раз я видел его разговаривающим с Анитой. О чём они там трещали, остаётся тайной. Но это уже прогресс.       И ещё одним сорняком в моём саду, выступают Нии и Мататаби. И если Югито, на меня как бы всё равно, то большая призрачная кошка с двумя хвостами, явно настроена на романтику. Изредка берёт под контроль тело Югито и приходит к нам. Мурлыкая общается со мной, доводит Кураму и вгоняет в ступор Мяурра. Что не нравится наставнику Сакуры и Хинаты, мне неизвестно. Но ведёт он себя странно. Не то чтобы боится, а как будто… Вид у него такой, как будто он хочет её препарировать и изучить.       Но мне пока не до этого. Мне надо продолжать усиленно готовиться к долгожданной встречи. За мной придут и не только за мной. Кагуя тоже под угрозой. И мне очень жаль, что Кагуя ничего не помнит. Нанести упреждающий удар и извести всех Ооцуцуки, не выйдет. Первый бой пройдёт на нашей территории. И я не знаю сколько времени у меня есть на подготовку. Но, явятся они сюда. Поэтому, Кири скоро превратится в неприступную крепость. Есть у меня пара идей, но до последнего момента о них никто не узнает. Не хочу чтобы информация просочилась. А ещё мне надо слетать в Коноху. Навестить Цунаде и встряхнуть Иноичи. Ну и Хашираму с собой прихватить. Цунаде обрадуется, наверное. ****       С утра начались сборы. Из всех, со мной согласилась лететь только Ники. А вот Сенджу… Его найти не удалось. В нужный момент, он как будто испарился. — Ну и где его искать? — стоя рядом, спрашивает Дриада. — Да и зачем он нам? Пусть своим ходом добирается. А мы и так долетим. — Кажется, это будет некрасиво. Сейчас найду.       Концентрируюсь, подключаюсь к системе корней и вскоре нахожу потерянного Сенджу. Как всегда с Узумаки, он сидит в парке. Ест пирожные, запивает кофе и слушает недоумка. А говорят они… Обо мне. Так… — Лаши, он меня достал! — выкрикивает Узумаки. — Весь такой добрый и заботливый. А на самом деле… — А на самом деле? — отставляя пирожное заинтересованно спрашивает Сенджу. — Он притворяется, — шепчет Узумаки. — Сам смотри. Он собирает вокруг себя сильных шиноби и куноичи. Итачи, Саске, Мадара, Теруми, Кисаме, Забуза, Хаку, Анко, Сакура, Ори… Ты! — Я? Ну, продолжай. Что дальше? — Он удерживает нас здесь. Промывает мозги и к чему-то готовится. — Эм-м… — тянет Хаширама, недолго думает и мрачно добавляет. — Тут ты не прав. — Почему? Но я же вижу! — Ты видишь то, что сам хочешь увидеть. Вбил себе в голову мысль и уцепился за неё. Посмотри на это под другим углом. Тебе, кажется, что Лаши всех удерживает. Но на самом деле, они сами тянутся к нему. Мы свободны. И я, и ты, и Мадара. Да даже Итачи и Саске со своей командой. Они могут уйти в любой момент, но не уходят. А знаешь почему? — Гендзюцу? У него глаза стрёмные. Это… — Нет, Наруто. Отношение. Все они семья и стоят друг за друга. Лаши, своим отношением к близким… — Сегодня вечером, я уведу отсюда всех наших. Открою им глаза. Они должны понять меня. — Они не пойдут, а тебе опять достанется, — откидываясь на спину улыбается Хаширама. — Не лезь к ним. Просто живи и радуйся. А если не можешь, тогда просто уйди. — Я… Я… Я убью Лаши.       Совсем плох. Надо избавиться от него.       Выпускаю магию, из земли выстреливают лианы, скручивают Узумаки и собирают вокруг него ящик.       Киваю Ники, рассыпаемся листьями и улетаем в парк. Встаём перед нисколько не расстроенным Хаширамой. — Привет, мы в Коноху собираемся. С Цунаде увидится не хочешь. — Хочу, — одним махом допивая кофе, вскакивает Сенджу и косясь на ящик спрашивает. — А с этим что будет? — Отвезём в Коноху.Там уже не мои проблемы. Слов он не понимает, бить не хочется. Убивать… Так вроде не за что. Ну так что вылетаем? — Давай!       Мне, кажется, Хаширама этому только рад. Ну да, кажется после нашего отлёта в Кири состоится праздник. Ладно, пора. (Вечер. Коноха. Резиденция. Сенджу Цунаде.)       Наматывая на палец нежно салатового цвета локон, сижу за столом и предаюсь тяжким раздумьям. И вроде бы всё хорошо. Дела идут, торговля с Кири набирает обороты. В Конохе чистота и порядок. Кланы, да и обычные жители, ревностно следят за порядком и страшно не хотят повторения. А я… А я хочу повторения! Я хочу повторить ту ночь. Когда я и Лаши… Ну и Ори, Сакура и Хината. До сих пор стыдно, но это было так здорово. Одно воспоминание об этом, заставляет меня промокать и на всю резиденцию благоухать фруктами. От чего начинает ёрзать на стуле Шизуне. Цветы в кабинете быстро вырастают, а… — Да ну вас всех. Сами звали и забыли обо мне. — Цунаде-сама? — отрывается от бумаг Шизуне. — Вы о чём? — Да ни о чём, — отмахиваюсь, встаю и подхожу к окну.       С надеждой смотрю вдаль, ничего не вижу. Расстроенно вздыхаю и поворачиваюсь к помощнице. — Шизуне, вот скажи мне… Как бы начать… Ради любви, ты готова пойти на глупость? — М-м-м? Ради любви? Если так, то да. Но только ради настоящей любви.       А что такое настоящая любовь? Мой меркантильный интерес к Лаши? Или до сих пор не угасшие чувства к Дану? Что было бы, если бы мне дали выбор. С одной стороны Лаши, живой и настоящий. С другой Дан, тот кого я никогда не разлюблю. Тот о ком я до сих пор плачу по ночам. Но Лаши здесь, а Дан… Като Дан, давно уже умер. Так может мне пора забыть о нём? Плюнуть на всё, сбежать в Кири и рожать детей. Я последняя Сенджу, и если буду жить воспоминаниями, снова упущу свой шанс. Но Дан… Я так не могу.       Только сейчас, когда получила того кого так хотела, я начинаю сомневаться. Правильно ли я поступаю? Как это по отношению к Дану? Кто я после этого? Повелась на милое личико, решила возродить клан, от чего раздвинула ноги и предала свою любовь. Получила целое море нежности, вернула молодость. Но нужно ли мне это? Прошлое, никогда меня не оставит. Я всегда буду любить Дана и никакой Лаши, каким бы он не был, не сможет заменить мне его. Я… Я ошиблась. Предала память о Дане и дала ложную надежду Лаши. Нет мне…       На горизонте показывается быстро приближающаяся точка. От вида которой сердце замирает… — Какая же я тварь… — вытирая слёзы выдыхаю и вцепляясь в подоконник. — Нет мне прощения. Я не заслужила… ****       В небе над Конохой, взмахивая гигантскими крыльями, пролетает исполинский дракон. Но, скорости не сбавляет. Вместо этого опускает голову и выплёвывает что-то круглое. Это что-то выбрасывает два крыла и вращаясь с бешенной скоростью, плавно опускается вниз на площадь у резиденции. Дракон пролетает дальше, разворачивается и начинает снижаться. Скрывается за стеной деревни… Крылатый шар, опускается на площадь. С громким щелчком раскрывается. Внутри копошатся лианы и выбрасывает деревянный ящик. После чего шар закрывается, взмахивает крыльями и как будто лениво улетает туда, куда недавно улетел дракон.       Что они делают? Что это за фокусы? Для чего? Я тут скоро с ума сойду, а они представление устроили. Да как… А это что? То есть кто?       Вдалеке, показывается окружённая вихрем листьев, человеческая фигура. — Чёрт! Да что это? Шизуне, может я с ума сошла? Ты тоже это видишь? — Д-да, вижу, — тыча в окно пальцем, заикается Шизуне. — Цунаде-сама, я похоже спятила. Но тот летящий человек, очень похож на Первого Хокаге. — Д-д-да… Но-но-но! Но как?       Распахиваю окна, отхожу назад и… В кабинет влетает вихрь зелёных листьев, ставит человека, разделяется и собирается в Лаши и Ники. А между ними… — Цунаде, — сглотнув натянуто улыбается живой и здоровый Хаширама. — Моя маленькая. Как ты выросла… — Дедушка… Но ты… — Я вернулся, — обнимая меня выдыхает он. — Наш Лаши вернул меня. Невзначай, но это… Это уже неважно…       Вернул Хашираму… Вернул… Невзначай… Значит он может! Значит он может вернуть мне Дана. Может… Но захочет ли? Я заплачу. Отдам всё. Но… — Привет, — протягивая мне неприлично большой букет цветов улыбается Лаши. — А ты всё хорошеешь.       С этими словами он тянется ко мне, пытается поцеловать, но видя что я отворачиваюсь, хмыкает и падает в кресло. Подмигивает Шизуне, выращивает у неё на столе цветок и видя как Като покраснела, смотрит на меня влюблённым взглядом.       Как ему сказать? Как попросить? Я же ведь… — Цунаде, ты что не рада? Я вырвался к тебе, чтобы глаза твои увидеть. Деда привёл. А ты… Ты плакала? Рассказывай что случилось? — Я бы тоже послушал, — отходя от меня, хмурится Хаширама. — Я… Я… Нет, никто. Я просто вспомнила прошлое. Загрустила, немного. А вы… Кхем… Что в ящике? — Узумаки. — Узумаки? Узумаки Наруто? Или… — Да, он самый. Представляешь, связался с Акацуки и попёр Кири штурмовать. Чуть все стены мне там не изломал. Пришлось бить. И это… Биджу из него пришлось извлечь. Ты только не ругайся. Дурной он совсем. Это для общей безопасности. — Понятно, оставили Коноху без джинчурики. Ладно, я ругаться не буду. Если скажешь мне… Ты правда умеешь воскрешать мёртвых? — Ну-у-у, — тянет Лаши и указывает пальцем на Хашираму. — Выходит что да. Там у нас ещё и Учиха Мадара ожил. Но он не полетел. Дела у него… — С дриадами заигрывает, — хихикает дед. — Старый ловелас. — Лаши, а… Слушай, а для меня ты можешь воскресить человека? Очень дорогого мне человека. — Нет… — сжав кулаки шепчет Шизуне. — Цунаде-сама… Не надо… — Теоретически… — Значит да! Лаши, ты прости. Мне было хорошо с тобой, но я люблю другого. Като Дан, любовь всей моей жизни. Верни его, пожалуйста, а я заплачу тебе. Я отдам всё… И… Ой…       Кажется я поторопилась. Лаши… Его левый глаз засветился красным. Хаширама открыв рот стоит и не знает что сказать. Ники… Ники смотрит на меня как на ничтожество. Шизуне закрыв лицо руками, качает головой. Я… Он должен помочь. — Пожалуйста, — падаю перед ним на колени и хватаю за руку. — Верни мне его. Если тебе, хоть каплю… — Я не могу, — качает головой Лаши, вздыхает и не глядя на меня продолжает. — Есть кое-какие условия. Да я могу вернуть человека, но не каждого. Хаширама, например, мой близкий родственник. Мадара, в своё время, пересадил себе его клетки и стал более близок ко мне. Извини Цунаде, я очень хочу помочь тебе, но… — Ревнуешь? Обиделся на то что я не тебя люблю? Зачем я тебе? У тебя своих хватает. Сделай это! Верни мне… — Я не могу, — пожимает плечами Лаши. — Урод! Заставил меня отдаться. Соблазнил! А как узнал… Узнал… — Ники, нам пора, — вставая кивает Лаши. — Нам надо зайти к родственникам. Хаширама, если захочешь вернуться в Кири, жди нас утром у дракона. Если тебя не будет, то… На всякий случай. Всего доброго. — Нет, стой! Ты должен! Ты… — Вам, Пятая Хокаге, я ничего не должен. Удачи.       С этими словами, Лаши распадается листьями и вылетает в окно. — Коза, — фыркает Ники и вылетает за ним.       В кабинете устанавливается гнетущая тишина. Горький запах полыни… — Эх… — чешет затылок Хаширама и строго смотрит на меня. — Цунаде… — Я люблю Дана. Всегда любила и буду любить. Тут была такая возможность, а он… — М-м-м! — залепив ладонью по лицу, стонет дед. — Он любит тебя. Он так мчался к тебе. Так сильно хотел увидеть. Он весь перелёт рассказывал о твоих глазах. — Но Дан… — Он в прошлом. Цунаде, пока ещё не слишком поздно, беги за ним. — Нет!       Что я наделала? Я же… Я только что закопала своё будущее. Погналась за призраком и… Он меня не простит… (То же время. Коноха. Лаши.)       Держась за руки, идём с Ники по улицам и пытаемся переварить произошедшее.       Да, произошёл облом. Жестокий и неожиданный облом. Но! Не всегда всё идёт гладко. Иногда случаются и такие закидоны. Жизнь, штука сложная. И оглядываясь назад, сейчас я меньше всех удивлён. Хотя… Обидно. — Не грусти, — обнимая меня улыбается Ники. — Я всегда буду с тобой, трусливый кустик. — И я тоже! — восклицает Курама. — А эта… Она просто не достойна. — Да, наверное ты права, — мысленно отвечаю Лисице и вслух продолжаю. — А знаете, я даже рад что это случилось сейчас. Потом было бы сложнее. — Ну вот, уже лучше, — обвивая меня жгутами улыбается дриада. — Забудь о ней. У тебя есть мы. — И я очень этому рад. Ну что, сначала в квартал Яманака. Хочу посмотреть на растерянного Иноичи.       Нда… И всё же обидно. Немного.