Наследие Ведьм

Четверг, 22 августа 2021. 02:51       Комната Элизабет Эстер была словно теплый очаг, где светло от незримого пламени, и притом неимоверно уютно. Лениво поглядывали оранжевыми зрачками несколько тлеющих угольев в камине. Единственная лимонного цвета лампа освещала стены, очертания которых терялись в темноте. Стена над письменным столом увешана разнообразными фотографиями: на одних запечатлены собственные путешествия и походы, на других – потрясающие закаты и восходы, радостные лица друзей. Все фото, как музейные экспозиции, составленные с явным трепетом. Рядом возле фото разместились хаотичным образом таблички к примеру: «Не курить!», «Пощечина общественному вкусу». Мама обещает их снять, но ей так нравится больше.       Лёгкий свет от ноутбука падал на жалкий клочок бумаги, если его можно назвать таковым.       – Так, Сара Гуд, – вслух произнесла Элизабет стараясь не разбудить давно спящих обитателей дома.       Она устало трет глаза. Время уже давно перевалило за двенадцать, но ей до сих пор неспокойно. Если она может возвращаться в прошлое не значит ли это, что она может спасти жизни невинных людей? Конечно же, во всех фильмах про путешествие во времени подобное заканчивается плохо, но разве она может просто наблюдать, когда у неё есть столько информации?       Вообще да, может, но совесть решила иначе. Ей казалось это слишком большой ответственностью, и где-то внутри тихий шепот всё твердил «да ты чокнутая», что самой Элизабет с каждой секундой казалось правдой.       Девушка устало откинула голову на мятые простыни. Ночь захватывает всё в тиски густого безумия. От неё не убежать, не скрыться и не найти спасения, разве что только в прозрачных водах прудов, затерянных в здешних окрестностях. Тишина. Её можно пить до дна, не в силах насытиться. Под покровом тьмы она кажется особенной. Глаза слипаются: видимо время пришло.

Добро пожаловать в Салем.

Четверг, 22 августа 1692. 18:46       Приоткрыв уставшие веки Элизабет поняла, что уже вечер. Хотя три предыдущих раза она просыпалась в самую рань, ведь эта версия её работала служанкой у мерзкой, богатой(в условиях этого города и времени конечно) девчонки – Элизабет Пэррис. К слову, зачинщица всего этого «веселья» стала именно она. Три дня назад у неё появились симптомы неизвестной болезни: девочка кричала, издавала странные звуки, пряталась под мебелью, а её тело принимало необычные позы. Также она жаловалась на то, что ощущает, будто кто-то постоянно колет её булавкой и ножом; когда пастырь пытался читать проповедь, она затыкала уши. Позже, уже в более сознательном возрасте Пэррис принесет свои извинения за ложные обвинения, но люди от этого, к сожалению, не воскрешаются.       –Бетти, тебя все ждут, – выдал женский, довольно хриплый голос за дверью. К слову, почему тут она именно Бетти? Элизабет – слишком официальное имя для крестьянки, оно даётся только людям из знатных семей.       Она натянула лёгкую обувку, в которой даже ранней осенью можно простыть. Ну крыльце стояла девочка, недовольно постукивая пальцами по швам аксамитового платья одаряя призренным взглядом девушку.       – Тьмонеистовая тваръ, сие поведение неприемлемо, – начала «госпожа», как её взгляд тут же остановился на объекте за спиной Элизабет. Пэррис тут же сменила гнев на милость, задев её своим локтем она тут же сделала изящный книксен.       – Уильям Ноес, приветствую господина.       Парень был действительно красив, неудивительно почему девчушка так яро привлекает его внимание. Он натягивает улыбку, всем своим видом показывая заинтересованность в происходящем, его взгляд скользнул по ней, но тут же вернулся обратно: его лицо приняло серьезные черты, будто парень увидел что-то необыкновенное. Взгляд его непродолжительный, но проницательный и тяжелый, оставлял по себе неприятное впечатление нескромного вопроса и мог бы казаться дерзким, если б не был столь равнодушно спокоен.       Девушка не думала, что будет благодарна Пэррис которая активно рассказывала про новое платье, а ей, как положено слуге, нужно было идти сзади. Уильям был высокого роста: стройный, тонкий стан его и широкие плечи доказывали крепкое сложение. Его перчатки казались нарочно сшитыми по его аристократической руке, и когда он снимал одну перчатку, Элизабет была удивлена худобе его пальцев. Его походка была небрежна и ленива, но он не размахивал руками, — верный признак некоторой скрытности характера. Впрочем, это собственные замечание девушки, основанные на её десятиминутный наблюдениях.       Салем был действительно красивым местом. Всё что Элизабет помнила про него, так это то, что городок Салем был основан в 1629 году английскими колонистами-пуританами. Салем ничем особенным не выделялся среди других поселений Америки. Пуритане, будучи людьми глубоко и истово верующими, склонны были считать различные бедствия — неурожаи, эпидемии, нападения индейцев — происками дьявола, действующего через подручных. Такими считались люди, занимавшиеся колдовством. Ей явно нужно подучить историю основания, слишком скудно.       Церковь стояла в центре города, что было распространенным для XVII века. Если не знать о том, что скоро произойдет, то можно подумать, что в городе какой-нибудь фестиваль. Вокруг играет музыка, дети весело смеются во время игры в салки. Но вот пробил звон доносящийся из церкви. Народ вокруг стал собираться с предвкушением зрелища. «Отвратно» – пронеслось в голове девушки и она недовольно фыркнула этим же вызвав вопрос со стороны окружающих. Крестьяне будто одержимые толкали друг друга, дабы подойти поближе.       – Сдохни блядская ведьма!– послышались выкрики толпы.       – Если этой девчонке дать волю, так мы все тут скоро станем ведьмами и демонами. Так что надо бы привязать её к столбу, да и выдрать как следует, — подхватил кто-то из толпы.       – Прошу потише, господа, – выдал рядом стоявший священник.       – Это отец Уильяма, – прошептала служанка.       – Наша церковь милостива, мы не требуем кровопролития. Испытания водой вполне достаточно.       При испытании водой связанного обвиняемого в совершении преступления погружают в водоём и признают виновным, если вода не принимает его. Вода перед испытанием освящается священником и для того, чтобы быть признанным невиновным, обвиняемый должен погрузиться на глубину полтора эльна. В противном случае считалось, что святая вода отторгла грешника и он признавался виновным в совершении преступления.       Женщина неистово двигалась, пытаясь предотвратить связывание её конечностей. Николас Ноес – священник, подозвал Пэррис к себе. Он решил провести «следственный эксперимент». Уильямс встала напротив предполагаемой ведьмы.       – Посмотри на неё, – выдал Николас поднимая голову грешницы.       Девочка тут же при её взгляде начала кричать и корчиться. Для всех это было убедительным доказательством виновности.       –Ты — лжец. Я не бо‌льшая ведьма, чем ты — колдун. Отбери у меня жизнь — и Господь напоит тебя кровью!       Напоследок выдала Сара перед тем как погрузиться на дно.