Королева Ветров

      Идти по городу в сопровождении Дилюка — интересный опыт, но малоприятный.       Прохожие косились с недоумением, учитывая, что мужчина шел с максимально мрачным выражением лица, будто ему на шею повесили чужого нежеланного ребенка, который к тому же и капризничал на публику. Из-за этого ощутила, будто сама навязала ему свое общество.       Тьфу. Больно надо.       Мне, в принципе, было чем заняться до утра, а не вести всякие беседы с людьми, которые могли посоревноваться своей подозрительностью ко всем с Паймон.       Но мы в полной тишине пересекли город, спустились в нижнюю часть, к боковым воротам, а там вверх по лестнице прямо почти к дверям таверны.       Даже в послеобеденное время столики у заведения были заняты отдыхавшими людьми, зато в помещении было не так многолюдно — видимо, пока стояла хорошая погода, всем хотелось подольше посидеть под солнцем. Я бы тоже не отказалась посидеть под ним.       Но мы вошли в саму таверну, где царили полумрак и легкие ароматы полевых цветов и специй. Пара окошек были распахнуты, впуская игривый ветер и донося звуки с улицы. За стойкой работал бессменный бармен, который лишь кивнул хозяину и продолжил подливать из бочки пенный напиток.       Столиков было занято мало и одиночными гостями. Мы прошли мимо в сторону лестницы на второй этаж, а оттуда к неприметной дверце на мансарду, где помимо хозяйской комнаты был и кабинет. В последний мы и вошли.       Дилюк махнул рукой в сторону круглого столика у окна, откуда открывался вид на… край стены, башни и озеро, а также захватывал кромку пристани и лагерь беженцев.       Я послушно села за стол и осмотрелась, пока сам хозяин вышел из кабинета, оставив меня в одиночестве.       Кабинет был обставлен сдержанно и, даже сказала бы, скромно. Чисто и функционально. Рабочий стол, где помимо письменных принадлежностей ничего не было. Шкаф у стены рядом, закрытый на замок, судя по скважине на дверке. И сам маленький круглый столик у окна, где, вероятно, хозяин мог обедать, чтобы не спускаться в зал, — за ним я и сидела.       У меня даже мысли не появилось побродить по помещению, суя везде нос в поисках интересностей, лишь распахнула окно, впуская свежий ветер и гомон с улицы. Я прикрыла глаза, вдыхая воздух, наполненный разными запахами.       С Джинн было намного легче — она понимала границы и серьезность всей ситуации, приняв, что лишнее внимание я не переношу и не допытывала вопросами о моей личности, оставшись со своими мыслями. Дилюк же был полной противоположностью магистра, и пока не получит всю информацию, не отстанет.       Вот если догадывался, так зачем еще и напрямую знать?       Хм-м…       Как бы его так вычурно послать, чтобы и не обидеть? Признаю, он будет полезен в вопросе с Фатуи — например, за его спиной можно будет спрятаться от них, хех. Поэтому…       И тут меня осенило.       Как я могла забыть об этом!       Розы!       Дверь слегка хлопнула, отвлекая от радости, как бы сказать и не сильно обидеть Дилюка, да еще и остаться при своем. Сам мужчина принес обещанную плату в виде двух деревянных бокалов, заполненных сидром, и поставил на стол передо мной, а сам сел напротив.       Я благодарно кивнула и придвинула первый бокал с темным напитком, сразу сняв пробу.       Великолепно! Тон лесных ягод как вспышка, оседал на языке, оставляя приятное послевкусие. Не игристое, как в прошлом мире, которое привыкли пить из бутылок, а еще и с легким ягодным осадком. Я довольно прищурилась и вдохнула сладкий аромат.       Очень настраивало на беседу и раздумья.       — И что же ты хотел узнать от меня? — мое настроение скакнуло на пару градусов выше, так что была готова ко всему.       Было заметно, что начнет он издалека, прощупывая почву.       — Для начала, — мужчина сел удобнее, положив одну руку на стол, и внимательно за мной следил. — Я знаю, что собой представляют Барбара, Розария и Беннет. Но не знаю, чего от тебя ждать в случае столкновения с противниками.       — Хм-м, — задумчиво протянула я и глотнула сидра. — Как ты понял — я не боец. Вообще. Никак. Несмотря на Анемо Глаз Бога. Я на самом деле просто путник, который оказался втянут в местные разборки. Но так как отказать в помощи я не могу, то сделаю все, что в моих силах.       — Ты ведь понимаешь, что я не смогу доверить спину незнакомцу с улицы, даже если ему верит магистр? — вскинув бровь, смотрел мне в глаза хозяин таверны.       Я замолчала, обдумывая слова, которые стоило произнести максимально аккуратно. Ополовинила сидра, будто для храбрости, и выдохнула, с прищуром взглянув на собеседника.       — Что означают розы в культуре Мондштадта?.. — повертев в руке бокал с напитком, я легко улыбнулась, на то, каким недовольным взглядом меня одарил Дилюк, и в спокойном тоне продолжила. — Ты лучше меня должен знать, что существуют тайны, о которых говорить нельзя. Я отвечу на твои вопросы, но только в том случае, если те будут уместны. Понимаешь? Я уважаю твою семью, то влияние и вклад, что она внесла в развитие и защиту Мондштадта, и не хотел бы обидеть тебя. Но ты должен понимать, что иногда лучше воздержаться. Все, что надо, ты будешь знать.       — Кто ты? — хмурясь, спросил мужчина и заметно напрягся.       — Не знаю, — честно ответила ему. — Поэтому, всего лишь странствующий сказитель.       Я ведь действительно не могу соотносить себя с Зефиром, так как не осознаю себя тем, не понимаю до конца, кто он, ведь он… мертв. Двалин сам сказал об этом. Как я могу быть тем, кто мертв уже много тысяч лет?       И в то же время я знаю, что когда-то прожила жизнь человека в другом мире, что мои воспоминания, хоть и исказились, частично стерлись, но я все еще человек другой эпохи, который честно пытается справиться со свалившейся на него ответственностью.       Меня могут звать Зефиром, считать богом, Архонтом…       Но ведь я еще не могу принять себя этим существом. Я — это я.       Просто заблудившийся дух.       Может, если бы у меня не было совсем воспоминаний о прошлой жизни, было бы куда легче принять себя и новую роль?..       — Хм-м, чего ожидать в нашем походе? — я задумчиво продолжила мысль, глянув в бокал, который был наполовину наполнен прекраснейшим напитком. — Ничему не удивляться и действовать по ситуации. В идеале вы останетесь на входе, а к Андриусу я иду один. Если бы не Джинн и ее волнение, я так и ушел бы сам.       — В таком случае мы там как группа поддержки? — Дилюк прищурился, спешно обдумывая ситуацию.       — Верно. Буду откровенен, но вы мне там не нужны. С вами мне будет гораздо сложнее оценивать положение, — я глотнула сидра и довольно выдохнула.       — Почему? — не понимал мужчина.       — Мне придется присматривать за вами, — прямо ответила ему.       Дилюк самоуверенно фыркнул, скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула.       Ну да, ну да. Кто мы такие, чтобы сомневаться в нем.       Но если туда и нагрянет Орден Бездны, мне будет сложнее вытаскивать всех, и я не хочу, чтобы кто-нибудь зазря пострадал. А в одиночку выступать против заведомо превосходящих сил… тоже не выход, но и так убегать сподручнее.       — Вот скажи мне, ты когда-нибудь говорил с богом? — как бы иронично ни звучал вопрос, но я спросила, изогнув губы в лукавой улыбке и чуть склонив голову.       Дилюк нахмурился и мгновение подумал, но отрицательно качнул головой.       Ты с ним сейчас говоришь! Хоть я и заместитель, хех.       — И как бы ты тогда говорил с богом, что испытывает неприязнь к людям? И последнее, что сделает, это послушает человека?       — А тебя он послушает? — с долей сомнений поинтересовался мужчина.       Я одним глотком допила сидр и кивнула.       — Джинн еще послушает, — дополнила я, что прозвучало прямо таким жирным намеком. — И… все.       Пока мы общались, солнце закрылось за тучами, что пришли с запада, обещая снова вечерний дождик. Ветер задул сильнее, неся отголоски волнения. Дилюку пришлось закрыть окно, чтобы со стола ничего не снесло, а я подтянула ближе вторую кружку с сидром, приникнув к ней.       Просто прекрасно! Еще бы поесть, а то только завтракала ранним утром, а уже давно прошло время полдника. На голодный желудок, да алкоголя! Ух!       — Что-нибудь еще? — я оторвалась от бокала и весело глянула на Дилюка.       — Как твое имя? — очнулся после размышлений собеседник.       О, задумал зайти с другого угла? Ну, так удачи. Джинн тоже не повезло, и мое имя ей ничего не сказало.       — Зови меня Венти, мне так удобно, — ухмыльнулась я и допила из второго стакана.       Хм-м, а можно и от третьего не отказаться…       Мужчина раздраженно вздохнул и сжал переносицу.       В диалоге мы так и не сдвинулись, что крайне нервировало Дилюка, а давить на меня он пока не спешил, ведя себя довольно настороженно и аккуратно. Скорее всего, подозревал, что я не простой человек, но пока прямо не услышит, не определится с отношением.       — Ты как-то связан с Хранителями Четырех Ветров? — зашел с этой стороны Дилюк.       Я покрутила в руках пустой стакан, с задумчивым прищуром смотря на мужчину.       Он ведь не отстанет. А сколько таких как он было внимательных на собрании? Тот же Кэйя, который может не быть таким обходительным в своем подходе. Но того же Кэйю я могу и отправить ловить ветра в поле с его подходом. Не все тактичные и принимающие чужие тайны, как Ноэлль, что верно хранит секреты других.       Вот поэтому я и не хотела ни в Мондштадт идти, ни на собрание, ради своей же безопасности. Только вот и Джинн была права, что за стенами высоки шансы столкнуться с кем-нибудь из Бездны. А тут были Фатуи и любопытные носы со своими планами.       И от всего этого хорошо было бы иметь щит. Который вот сидит напротив и прямо напрашивается на эту роль.       Я, конечно, не Моракс, чтобы контракты заключать, но деловое предложение Дилюк принять может и… у него выхода не будет, ага. Сам напросился.       — Давай так, — заговорила я с хитрым тоном. — Мы сейчас спускаемся вниз. Ты нальешь мне еще немного сидра. Дождемся закрытия таверны, и я расскажу тебе одну интересную историю. Но есть одно большое «но».       Мужчина прищурился, внимая.       — Назад пути не будет, — резко сменила тон, говоря крайне серьезно. — Как я упоминал, есть вещи, которые лучше не знать. А раз ты так стремишься узнать их… то будь готов нести ответственность за знания. «Как закупорены винные бутылки, так запечатаны и мои уста»       — А если я не согласен, — Дилюк вскинул бровь, всем своим видом показывая, что и так может быть, даже вот прямо сейчас.       — Я уйду, — развела руками слегка легкомысленно и поднялась из-за стола. — Спасибо за угощение.       Меня не остановили, и я даже спокойно добралась до первого этажа неспешным шагом.       Оглядела зал, что прибавился гостями и наполнился гулом голосов и запахами еды. За окном лил дождь, согнав всех в помещение. Было удивительно за барной стойкой обнаружить Итэра и Паймон, которые тихо переговаривались между собой. Рядом с ними за барной стойкой, слушая чужой разговор сидел Кэйя, потягивая вино. Я невольно скривилась, ибо, если подсяду к ним, а с Итэром хотелось бы перекинуться парой слов, то капитан точно навяжет беседу.       Уже не так весело окинула зал взглядом и резко замерла, недоуменно моргнув.       За дальним столиком у окна, рассчитанном на двоих, сидела девушка, угощаясь вином и смотря на дождь. Взгляд ее был рассредоточен, казалось, что мыслями совсем в другом месте. Внешность довольно экзотична для Мондштадта, что говорило о ее иноземном происхождении.       Девушка, с кровью кицунэ в роду, определенно ощутила на себе взгляд, с легким прищуром глянув на меня голубыми, холодными глазами. Белоснежные, прижатые к голове уши слегка дернулись, а сама незнакомка заинтересовано склонила голову. Голубая юката до колен с серебристыми бабочками по низу, на широком поясе подвязан Крио Глаз Бога в оправе Инадзумы. Короткие светлые волосы с синими кончиками заколоты сбоку цветочным кинзаши.       Люди нет-нет да косились на нее, поглядывали, скрывая восхищенный блеск в глазах, да шептались между собой.       А меня охватил странный порыв спеть. Вот серьезно. Никогда такого не было, но странное чувство будто вырывалось из самой души, когда смотрела на незнакомку. Было что-то такое в ней, в лукавом прищуре, тонкой улыбке…       И уже как-то плевать, что в углу бард пытался перепеть шум зала, где отдыхали рыцари после службы, искатели приключений после заданий и просто граждане, после плодотворной работы. Все как по заветам Барбатоса — заслуженная награда после тяжелой работы.       Конечно, не хватало музыки, но…              Дале-далеко, в той стране, где всходит солнце       Ранним утром милый больше не проснется       Льется алая река, лиса смеется       С восточным ветром пусть сказание несется              Начала довольно тихо и немного неуверенно, с непривычки, так как ранее опыта в пении совсем не было, и пытаясь как-то перебить гул голосов. Ближайшие столики обернулись в недоумении, но я не отрывала взгляда от девушки, что удивленно вскинула бровь.              В забытом ныне городе жила девица       Великим самураям от любви не спится       Лица жадные горят. Как не влюбиться?       Но в хитрых девичьих глазах кошмар таится              Не беги за нею, глупый!       По ее следам идут лишь трупы       А зубы крепче чем металл…       Ты попа-ал!              Бард по соседству недовольно фыркнул, но замолчал, а я уже держала голос куда увереннее под веселье девушки, но не сходила с места, так и стоя у лестницы. К неожиданному выступлению прислушивались уже остальные гости. Да и удивленные Итэр с Паймон смотрели.              По улице шагает, бедрами качая       Дурак влюбленный пригласит на кружку чая       Злая вслед кричит жена, свой брак спасая       В нем голос совести сожрет любовь глухая              Под нежным платьем хвостов девять у лисицы       Сведут с ума, дорожкой в гроб ведут ресницы       Жрицей страсти названа, лишь единицы       Оставшись в разуме, не могут с ней смириться              Слышен вдалеке собачий вой       Охота за лисьей головой       Сверкает в темноте оскал       Он попа-ал!              И в норе, где не достанут псы       Тихий шепот раненой лисы       Проклинает та свою любовь:              Яркий мой свет, скажи любишь или нет       Я тобой была пьяна, но дома ждет тебя она       Мою тайну всем открыл, гнев мой тебя погубил       Местью жить мне до конца, полюбила я лжеца-а…              Я закончила и слегка поклонилась девушке, которая вежливо похлопала и махнула рукой, приглашая за столик. Когда я с улыбкой пошла к ней, услышала на фоне возмущение Паймон, которой совсем не понравилось, что их проигнорировали.       — Позвольте угостить в награду за песню столь выдающегося певца, — лукаво улыбнувшись, произнесла мягким, певучим голосом девушка. — Меня зовут Рей. А можно вас звать Цубамэ?       Села напротив нее и кивнула, не совсем понимая, что значило это имя. Собеседница довольно растянула губы.       Чарльз приблизился к столику с двумя бокалами напитка, в котором уже по запаху узнала сидр. Видимо, запомнил мой выбор, зная, что его хозяин вряд ли будет пить сам то, что налил, отправившись со странным гостем в кабинет. Тот скорее себе виноградного сока нальет, а не алкоголь.       — Прекрасная песня, Цубамэ, моя сестра определенно будет от нее в восторге, — ухмыльнувшись, с долей злорадства произнесла девушка, когда я сделала глоток.       Было заметно по реакции, что с сестрой она соперничала. И эта песня скорее будет как доля мести.       От ее слов я смущенно потерла затылок, да и сама особо не понимала своей реакции, и что именно дернуло спеть. Вот просто порыв. Странно это.       — Сестра? — ухватила я мысль.       Если Рей из Инадзумы, то у них там был один клан кицунэ, что жили в горах.       — Яэ? — предположила я.       Вспомнились трейлеры и сливы по Инадзуме, за которыми следили перед выходом дополнения, и эта лисица тогда очень так заинтриговала.       Девушка склонила в любопытстве голову и кивнула.       — Надеюсь, что она после такого будет не так сильно ругаться на меня. А то в прошлый раз пришлось даже сбежать из Храма и отправиться посмотреть на мир. Но… я и не против была, — с легким смешком поделилась Рей. — Все равно хотела погулять по миру, попробовать кухню разных стран и написать свою кулинарную книгу.       — Ого, достойная цель, — покивала я и приложилась к бокалу. — Путешествие ради еды.       — Обязательно пришлю тебе копию книги, Цубамэ, — тонко улыбнулась лисица. — С автографом.       — Тогда я приготовлю новую песню к следующей встрече, — согласно кивнула на ее слова.       Общаясь с ней, создалось странное впечатление взаимопонимания. Было так легко, учитывая, что до этого момента мы ни разу не виделись и вот только познакомились.       Ох уж эти хитрые лисицы, что так и располагали к себе.       — Хм-м, — Рей отвела взгляд в окно, к закатным лучам солнца, что проглядывали из-за туч. — Дождь кончился. Хм-м… пора и в путь, — она обернулась ко мне и улыбнулась, оставляя на столе горку моры в оплату за напитки. — Спасибо за компанию.       — Легкой дороги, — ответила ей и проследила, как изящная фигурка кицунэ прошлась между столов, заставляя оборачиваться в свою сторону гостей, и исчезла за дверью.       И стало как-то… грустно?..       Будто призрак прошел.       Я нахмурилась, пытаясь понять все свои ощущения, что переполняли меня от первого взгляда на лисицу, до ее ухода. Но скользила лишь легкая и светлая печаль.       — Бродяжка! — из мыслей вырвала Паймон, что нависла рядом и уперла руки в бока. — Что ты тут делаешь?!       Опустила взгляд на ополовиненный бокал и посмотрела на нее.       — Пью.       И кивнула Итэру на освободившееся место, подтолкнув к нему вторую кружку — не жалко, а то судя по всему Чарльз ему ничего крепче виноградного сока не налил, упирая на слишком детскую внешность. Юноша благодарно кивнул.       — Рад тебя видеть, — поприветствовала Путешественника и повернулась к Паймон. — А тебя не рад.       — Фу, пьянчужка! — скрестила руки на груди фейка и поморщилась. — Паймон тоже совсем не рада тебя видеть! Но мы вообще-то тебя искали весь день! Были у дуба, а тебя там не было! Врунишка!       На ее слова я вскинула бровь. Они были в курсе о собрании, так как Беннет упомянул это, когда они искали Фишль, поэтому перед ними можно было на этот счет не юлить.       — Как бы как носителя Глаза Бога меня вызвала магистр на собрание, — я пожала плечами и еще глотнула.       Паймон растерянно моргнула и глянула на Итэра, который только тяжело выдохнул и прижал ладонь ко лбу.       — Совсем забыл об этом, — произнес юноша.       — Но вы меня искали. Зачем? — я заинтересованно склонила голову и отставила в сторону пустой уже бокал.       — Итэр хотел… — начала была Паймон, но ее перебил сам Путешественник, крайне серьезно смотря на меня.       — Я хотел бы найти Зефира. Ты что-нибудь знаешь о нем? Беннет сказал, что это божество ветра.       В его взгляде было что-то… очень твердое и мрачное. Признаться, это напрягло. Правда. Он почти прямо сообщил, что хочет поговорить со мной как с Зефиром.       Он понял.       Невольно под его взглядом я выпрямилась, так же твердо взглянув на Итэра. Весь слабый туман алкоголя, что до этого собирался в голове, выветрился.       В голове лихорадочно проносились мысли и решения. Взвешивала все за и против.       Хотелось бы дотянуть все до возвращения Барбатоса, чтобы тот сам разбирался с Путешественником, а мне уйти на покой. Но в свете событий неизвестно, когда удастся добраться до Анемо Архонта.       А ведь… если мы столкнулись с Бездной, и дальше будем с ней пересекаться, то… покажется ли Люмин там?       Если сейчас позволить Итэру во всем этом участвовать, то он сам получит все ответы. Я ведь изначально и хотела взять Путешественника в помощники, когда еще думала идти по сюжету, пока на меня не упал дракон. Теперь же… лишние руки нам на самом деле не помешают.       — Ты получишь ответы, как только поможешь нам спасти Анемо Архонта, — сведя брови, кивнула я.       Паймон недоуменно моргнула, а Итэр изумленно распахнул глаза.       — Мы закрываемся! — довольно громко разнесся голос Дилюка по помещению, и шум сразу же прекратился, приковывая взгляд к раздраженному молодому мужчине, что занял барную стойку.       Кэйя насмешливо вскинул руки и отшатнулся, но все-таки первым ушел из таверны. Гости тоже с неодобрением потянулись на выход, оплачивая заказы.       Итэр тоже хотел уйти, но я остановила жестом и продолжила, как ни в чем не бывало, сидеть и смотреть в окно, где уже горели фонари, развеивая темноту ночи.       Хм-м, и как мне возвращаться домой? Попросить Дилюка проводить до поместья Гуннхильдр? Раз привел сюда, то и пусть возвращает обратно, на место, хех.       Мужчина подошел к нашему столу и с сомнением посмотрел на Итэра, потом на меня, хмурясь. Я лишь благодушно махнула рукой, приглашая к нам, на что Дилюк хмыкнул и подтащил стул от соседнего стола.       — А где сидр? — глянула на его пустые руки.       Он на мгновение прикрыл глаза и вздохнул, снова направив на меня взгляд.       — Жадный бродяжка, — фыркнула Паймон.       Пожала плечами и вернула взгляд в окно.       — Ты сказал, что надо спасти Архонта, — вернулся к прерванному разговору Итэр, чуть подавшись вперед и поставив локти на стол. — Что именно случилось?       Надо бы представить Итэра Дилюку, но если они сами не назвались друг другу, то…       Ой, сами разберутся, не маленькие.       — Видишь ли, дракон — это не единственная проблема Мондштадта, — задумчиво заговорила я. — Вся вина на Ордене Бездны, что собирает здесь армию и возжелал к себе в ряды местных божеств. Их цели нам неизвестны, — все также смотрела в окно. — Но так совпало, что когда они начали действовать… пришел я. Все слишком запутанно, и я сам не знаю точных ответов, лишь выводы из увиденного. Но два месяца назад пришел в этот мир ты. Примерно в то же время проснулся Двалин, дракон, и Орден Бездны решил взять его под контроль, — я вздохнула и повернулась к Итэру, что хмурился и внимательно слушал. — И за день до нашей с тобой встречи проснулся я. Немного растерянный, не понимающий, что происходит и… кто я.       Дилюк все-таки сходил за сидром. Хе-хе.       Я уткнулась в кружку, сделав глоток, и продолжила говорить.       — Каким-то образом я смог свидеться с Барбатосом, попав в его сон. Там он назвал меня «Зефиром» и попросил приглядеть за Мондштадтом, пока он не разберется, как ему выбраться из ловушки, — пожала плечами и снова приложилась к кружке.       — При каких обстоятельствах ты к нему попал? — задумчиво спросил Итэр. — Ну, может, мысленный настрой? Медитации? Особенное место?       — Там, где вы меня и нашли, — насмешливо хмыкнула я.       — У алтаря? — удивленно склонила голову Паймон. — То есть, ты уснул у алтаря и провалился в гости к Барбатосу?       — Если ты намекаешь, что алтарь поможет мне снова попасть к нему, то мимо, — качнула головой. — Я уже спал у алтаря у Дуба. И ничего.       — Зефир… — по Дилюку было видно, что он, как и Джинн ранее, пытался вспомнить это имя. А как коренной житель Мондштадта, да еще и аристократ, он знал многое и многое о своей родине. Только вот его попытки были также неудачны.       Я с легким сочувствием глянула на него.       — Даже я знаю не больше того, что сказал Двалин при нашей встрече. Он сообщил, что это дух западного ветра, вестник весны, перерождения и перемен. Но вот беда — по его же словам Зефир умер от рук Декарабиана, за некоторое время до освобождения народа от тирании того.       Мужчина удивленно вскинул брови.       — Но я не забиваю всем этим голову, и просто исполняю просьбу Барбатоса присмотреть за Мондштадтом, — пожала плечами и допила сидр, вздохнув. — Эх, какая же вкуснота…       — Но западный ветер — это Фавоний, — с той же растерянностью пробормотал Дилюк, а я подняла на него недоуменный взгляд.       — Как я и говорил — я сам ничего не знаю, — хмыкнула и развела руками. — Вот и все. Просто однажды очнулся. Получил от Барбатоса благословенный пинок и пытаюсь как-то его заменить.       — Значит, Архонт сейчас ты, — ткнула в меня пальцем Паймон. — Ну, если пытаешься его заменить.       — Не тычь пальцем, это неприлично, — отмахнулась от фейки и вздохнула. — Всего лишь временно заменяю его. Но… — я серьезно нахмурилась, взглянув на всех троих. — Знание накладывает ответственность. Особенно в наше время.       — Охота Ордена Бездны, — понимающе кивнул Дилюк, сопоставив факты. — Тебя не должны захватить.       — Джинн считает так же, потому и отправила группу со мной, — вздохнула я и с печалью посмотрела в пустую кружку. — Да и привела в город, в поместье клана.       — Это благоразумно с ее стороны. В городе тебе безопасней, — пришел к выводам мужчина.       — Не совсем, — глянула на него. — Дело в том, что не только Орден Бездны охотится на божества. Фатуи. Они собираются отобрать силы Архонтов для каких-то целей Царицы, поэтому они и разыскивают Анемо Архонта. Они не должны узнать обо мне. Но если это произойдет, то…       Я слегка прищурилась, намекая на ответственность, о которой говорили раньше.       — Фатуи, — помрачнел Дилюк, процедив с неприязнью. — На их счет можешь не беспокоиться. Я придумаю, как отвлечь их. Но как ты… — и тяжело выдохнул, хмыкнув. — Ветра рассказали.       — О, а ты уже скоро будешь в теме! — весело отозвалась я и хлопнула в ладони.       Похоже, в Мондштадте такими темпами появится новая крылатая фраза.       — Но мы уже засиделись, — бросила взгляд на окно, в темноту. — Завтра с рассветом у телепорта на главной площади. Ну и… надо бы меня проводить до поместья Гуннхильдр, а то после таких разговоров гулять ночью одному, когда на тебя идет охота, то еще удовольствие.       И я с извинениями развела руками под смешки собеседников.              ***       В кабинет постучали.       Джинн вскинула голову и нахмурилась, узнав посетителя, застывшего в проеме. Лиза мягко улыбнулась и прошла, прикрыв за собой дверь. Женщина несла в руках довольно старую, с истертой обложкой книгу.       — Единственное, что мне удалось найти по твоим запросам, — тяжело вздохнула библиотекарь, ведь ей пришлось за сутки перебрать множество литературы по просьбе магистра. И если бы не магия, то она бы так быстро не справилась. — Представь себе, в самом хранилище среди запрещенной литературы.       Магистр удивленно вскинула брови.       — Ощущение, что книга там лежала со времен правления аристократии, когда любые упоминания о богах запрещались и скрывались. Ты не хуже меня знаешь, как в те времена дворянами уничтожались любые песни и легенды о богах, и сколько наследия мы утеряли. Так что тут нам еще немного повезло, — проворчала женщина и положила поверх бумаг рукописный труд, поворачивая тот к Джинн. — Читай. Там вполне разборчиво. Но все равно надо будет потом переписать тексты, а то такой раритет вот-вот развалится в пыль…       Наследница клана Гуннхильдр осторожно придвинула к себе древнюю рукопись и нахмурилась, вчитываясь в архаичные строки баллады.              Было время, когда небо утопало в синеве, а легкие и теплые западные ветра гоняли облака.       Было время, когда свободные птицы парили в вышине и распевали о чудесах дальних краев.       Было время, когда весна и дожди приносили надежду на тепло и перемены.       Было время, когда Ласточка пела, что скоро зацветут тюльпаны и нарциссы.              Был Король Бурь, что в зависти своей обманом поймал Ласточку.       И в клетке пела она ему о цветах и о свободе, о девичьих танцах на лугах по весне.       Пела и пророчила, что скоро будут перемены, что Башня расколется и Тиран падет.       Но глух и зол был Король к словам, и в гневе своем погибель принес.              Весна не пришла.       И восстал Король Волков, и призвал снежные бури в эти края.       Пошел на войну благородный Волк, но сестру, что по духу, уже не спасти.       Но любимых ею людей — вполне.              Был юный бард, что пел о свободе.       Пел о небе, о птицах, о далекой весне.       Был мальчик, что вдохновил угнетенный народ и повел на борьбу.       Дух Ласточки Фавонии в нем пробудился.              И пал Тиран из Башни от стрелы, освобожден был народ.       Солнце над долиной взошло.       Но не задуют больше западные ветра, неся вести о весне.       Не будут больше цвести тюльпаны и нарциссы на землях тысячи ветров.              — Автор, к сожалению, неизвестен, но это единственное упоминание Ласточки и западного ветра в одной работе. По Зефиру же ничего не найдено, — заметив, что Джинн закончила чтение и задумалась, заговорила Лиза. — В принципе, у богов было много имен, и каждый народ звал одного и того же бога по-разному. У одного Властелина Камня с десяток имен. Если хочешь, то я могу подать запрос в Академию Сумеру, у них собрано много работ и исследований по разным богам Тейвата, и, возможно, там что-нибудь найдется.       Магистр вздохнула и устало потерла переносицу.       — Хорошо, — Джинн согласно кивнула.       Ее нельзя было назвать теологом, но историю родины она знала прекрасно от падения Декарабиана до настоящего времени. Она прекрасно знала, что Орден рыцарей был основан Венессой, которая и дала тому название — Фавониус. Но вот кто знал, что это могло быть связано с Ласточкой Фавонией, а не тем, что Венесса стала Соколом Запада и Орден наречен в ее честь?..       Так… Зефир — Ласточка Фавония? Бог или богиня? В балладе обращаются, как к богине, но в реальности перед ней предстал юноша.       И Зефир переродился? Судя по балладе, это не единичное его перерождение, либо же автор в строчке «Дух Ласточки Фавонии в нем пробудился» имел в виду, что тот мальчик, как и она, пел о свободе и небе, неся в себе ее стремления?       Зефир их… новый Анемо Архонт?..       Признаться, магистр боялась этой мысли, но и была взволнована от перспектив. В конце концов, они собирались спасти Барбатоса. Так что лучше даже не думать о таком пока.       Джинн мотнула головой, понимая, что не вовремя вдалась в анализ древней песни, так как сейчас и других более важных проблем хватало. Над этим можно посидеть и потом, и обсудить с самим Венти.       Перемены…       В Мондштадт стремительно ворвались неожиданные и яркие перемены, вместе с теплыми западными ветрами и вечерними дождями.