Жизнь единственная моя

      Неотрывно смотря в угольно-чёрные глаза напротив, ты оттесняла их обладателя вглубь своей квартиры; шаг за шагом. Будто бы судорожно дрожащие тонкие пальцы цепляли застёжки на жилете — одну за одной, расстёгивали, и вот уже твои ладони бродили по его прессу.       Тёплая, мягкая ткань оказалась невероятно приятна на ощупь. Мышцы напрягались под любыми твоими прикосновениями, даже под самыми лёгкими из них. Добравшись до широких плеч, ты с тихим вздохом, вточь любуясь, обогнула их ладонями. Жилет подсполз вниз, и сам Хатаке помог тебе стряхнуть его на пол. Следом за его верхней одеждой последовала почти вся твоя: жилет, кофточка... В какой-то момент Хатаке почувствовал, как голени его ног упёрлись во что-то позади. Широко распахнув глаза, он пытался сохранить равновесие, но твои ладони грубовато пихнули его в грудь. С тихим "ёй" мужчина плюхнулся прямиком на диван.       Эти его тёмные, чуть растерянные глаза неотрывно наблюдали за твоим наполовину обнажённым телом, впитывая каждый изгиб; они наблюдали за тем, как штаны плавно сползали вниз по бёдрам...       С его губ сорвался низкий, восхищённый полу стон.       Не дожидаясь, пока ты разденешься сама, руки Хатаке уже стали подтягивать тебя поближе. Ты оставила приспущенные штаны в покое, постаралась из них вышагнуть. Упёрлась ладонями в его плечи, лишь бы не упасть на мужчину сверху. Его лицо оказалось прямо перед твоим декольте.       Хатаковские ладони забродили вдоль твоей талии. Во всю краснея, да ещё и стоя перед ним в одном нижнем белье, ты поинтересовалась:       — Тебе не терпится?       Наряду с жаркими вздохами твою грудь обжигали его горячие, мягкие губы. Страстные поцелуи оставили несколько наглых красно-бардовых следов на твоих ключицах, пока сильные мужские руки, переместившись с талии, стянули трусики вниз. Стон. С его помощью ты уселась на его напряжённые бёдра. Затуманенный угольный взгляд вернулся к твоим глазам. От одного этого взгляда твоя кожа покрылась мурашками. От предвкушения того, что будет дальше, внизу живота стянулся крепкий узел.       — Почему ты всё ещё в одежде?.. — риторически спросила у него, пальцами зарываясь в серые волосы, пока Хатаке с упоением выцеловывал твою нежную шею. Его налобная повязка спала на диван, и с него упала куда-то под ноги. Ваши тела оказались друг к другу вплотную.       — Не обращай внимания, — раздался наконец его хрипловатый голос рядом с твоим ухом. — Нам это не помешает...       Ты почувствовала, как на твоей спинке расстёгивается застёжка лифчика.       — М-м, — кусая свою нижнюю губу, ты повела руками вниз по его телу. Там, близ низа живота, в поисках ширинки ты нащупала сквозь ткань бугорок его возбуждённого члена. Пару раз провела по нему ладонью.       Твои пальцы, подцепив бегунок, незамедлительно потянули его вниз. Сероволосый чуть приподнялся с поверхности дивана, чтобы помочь тебе приспустить свои штаны с нижним бельём. В его глазах всё ещё читалась эта разгорячённая страсть, которую он готовился обязательно выплеснуть в подходящий миг. Не отрываясь взглядом от этого чёрно-угольного омута, ладонью нашла освобождённый от плена штанов, возбуждённый член мужчины. Обхватив его, пальцы в пару нетерпеливых фрикций извлекли на поверхность головки прозрачную предсеменную жидкость.       — Я хочу тебя в себе, — горячо и откровенно, словно совсем не стесняясь произносить такое, призналась ты.       Хатаке в ответ промычал свой стон. Голова его подопустилась вниз, чтобы видеть, как твоя рука, собирая его смазку на ладони, начинает двигаться всё более уверенно и размашисто. Через полминуты в его ушах застыли тихие хлюпающие звуки.       — Заполни меня, Хатаке Какаши.       Глянув на тебя исподлобья, мужчина в тот же миг подтянул тебя обратно к себе вплотную. Втянул губы в неспешный сладкий поцелуй. Головка вставшего члена уткнулась меж краёв твоей киски, в пару ласкающих движений разводя их в стороны. Теперь застонала ты. Дурея от чувств, Какаши поднадавил на твои бёдра, понуждая тебя опуститься вниз. Та самая раскрасневшаяся головка, раздвигая влажные стеночки, продвинулась внутрь. Вглубь.       — А-ах...       От твоей тесноты сероволосому вскружило голову. Твои мягкие, пухлые губки, из которых уже доносились то вздохи, то стоны, вынуждали затеряться в ощущениях. Твоё тело, такое нежное, хрупкое и горячее, прижатое к его груди, попросту сводило с ума... Разве может кто-то ещё сравниться с тобой в твоём великолепии?       Чем дальше опускались твои бёдра, чем глубже в тебя погружался твой любовник, и тем реже становились паузы меж мокрыми звуками поцелуев. Руки сами легли на его плечи. Когда опускаться было дальше некуда, к твоим стонам добавились его вздохи.       Несмотря на собственное жгучее желание, он дал тебе немного времени попривыкнуть. В какой-то момент сильные мужские руки вновь понудили твои бёдра двинуться: вверх-вниз, вверх и вниз... Послушно задвигавшись самостоятельно, ты продолжила стонать в его рот активнее — в такой позе его твёрдый член чувствовался довольно глубоко. Он проскальзывал прямо меж твоих разведённых в разные стороны ножек...       — Вот так, — почти ласково сказал, придерживая.       Постепенно чужие ладони больше не манипулировали тобою, вместо этого лишь оглаживали твоё напряжённое тело сантиметр за сантиметром. Ты двигалась всё смелее, грудью и животом притираясь к своему любовнику. Вместо поцелуя на твоей измученной нижней губе промелькнул его язык.       — Ах... Ты так глубоко... Я чувствую тебя... т-там...       — М-мх.       Его губы вновь вернулись на твою шею и грудь, а ладони крепко сжали ягодицы. В ускорившемся ритме мышцы ног задрожали от перенапряжения. Ты чуть сжалась. В ответ на это на твою шею опустились его зубы.       — Кака-... А-а-а... Какаши!       Продолжая кусать нежную кожу с поцелуями попеременно, сероволосый чувствовал, что ему сносит крышу от того, что все эти приятные ощущения ему доставляла ты — та девушка, в которую он до сих пор влюблён до беспамятства.       Обняв тебя покрепче обеими руками, он вдруг резко повалил тебя спиною на диван. Какаши оставил пару поцелуев на твоём горячем лице, а потом навис над тобою сверху, чтобы заглянуть в глаза. В эти чудесные, большие глаза...       — Я не могу даже представить, как бы я жил без тебя все эти годы, любовь моя. Жизнь единственная моя – ты. Все свои горести, все радости я хочу делить только с тобой.       — К-какаши...       — Я люблю тебя.       — И я тебя люблю... Какаши...       Улыбка промелькнула на его подрумяненном лице. Вытерев пот со лба тыльной стороной ладони, он стащил с себя кофту. Твоему взору предстала его грудь, через которую проходило два длинных перекрёстных шрама. Продолжая разнежено улыбаться, он закинул твои ноги к себе на плечи.       — Жениться на тебе, так я уже женился... Как насчёт завести ребёнка, родная?       Ты обессиленно выдохнула и обмякла.       — Как я могу тебе отказать?..