(без названия)
25 декабря 2023 г., 21:10
когда я увидел тот сон, уже близился новый год, огни мерцали в уличной тьме, высокий старик в пальто вручил мне подарок, и этот подарок — смерть.
проснулся, слова старика всё звучали в моих ушах, холодные словно лёд — если примешь его, есть шанс, что девчонка та не умрёт.
и я принял, не помню зачем, да и ладно — ещё один сон — его скоро забудет память — и как белка, забравшись в своё колесо, продолжал шевелить ногами. мимо сугробов, домов и прожитых суток, на работу, обратно в свою постель. и всё б ничего, но каким-то утром я дремал под шум новостей, и тут вижу — она, девчонка, о ней говорил тот дед, я вдруг понял это отчётливо, будто мы с ней уже встречались, только не вспомнить где.
её самолёт разбился — упал над жилым кварталом, из ста пассажиров в живых осталась она одна. когда репортёр в больнице спросил каково ей, она сказала:
— поверьте, вам лучше не знать.
в ту ночь старик показался снова, при мне был его подарок, при нём — упряжка с мёртвым оленем. он подкинул меня до укромного бара, где читают стихи со сцены. мы вошли, там мигали гирлянды, играл приглушённо джаз. с той девчонкой вдруг встретился взглядом — её взгляд был острее ножа, глубже моря, темнее ночи, от её первых строк всё сжалось внутри. дед шепнул мне — если захочешь, дай ей то, что тебе подарил.
несколько лет прошло, но я не забыл ту девчонку — тайком мечтал, что однажды её увижу, стал и сам писать — пусть поэт из меня никчёмный, каждый вечер пытался хоть строчку выжать. и я толком уже не жил — дни летели один за другим, всё бессмысленным стало казаться, одна только радость — найти подходящих рифм и увидеть, как магия бьёт из пальцев.
так продолжалось, пока не иссяк источник — всё случилось под новый год. как ни пытался, не мог написать ни строчки. это было больнее всего — обнаружить себя вдруг полым, приросшим к креслу, понять, что удел твой — работа, еда, сон, быт. мне хотелось просто исчезнуть, исчезнуть и всё забыть.
я бы так и сидел тыщу лет в апатии, но в один из дней появилась она, моё солнце, прочла все мои стихи, написала мне и отправила фотку в платье, мы сходили в кафешку, я много шутил и слушал, как мило она смеётся.
всё сложилось, мы съехались через месяц, я вдруг понял — счастье бывает не только в концовках книг. просыпался каждое утро и думал — неужели мы правда вместе, и она, сквозь сон, прижималась к моей груди.
я забыл почти ту девчонку, чьими строчками раньше бредил, вышел из творческой комы, спланировал жизнь на годы вперёд, и казалось, что всё пережитое прежде — было с кем-то мне незнакомым, и любое из слов в стихах — уже не моё.
уже не моё и не нужно вовсе. пусть всё будет просто — работа, еда, сон, быт. ведь это не так уж и мало, если ты нашёл своё солнце, если ты не один и есть с кем всё разделить.
но вот сквозь два года застывший кадр — по стеклу расползлась паутина трещин. я пытаюсь ей что-то сказать, ещё не зная, что не ответит, а тот седан, что вылетел в нас на всех скоростях со встречки, теперь уродливой грудой сидит в кювете.
осознание — ржавый крюк, и я им оказался вспорот. помню, как долго рыдал, прижав к губам её руку. потом свет фар, голоса и всё громче сирены скорой. это был самый страшный закат — моё солнце спустилось в чёрный мешок для трупов.
эпилог. её голос всегда со мной — она шутит, смеётся как прежде, порой говорит мне, чтоб больше спал и питался чем-то съедобным. ты умерла, — отвечаю ей, — а я застрял где-то между, между смятой страницей стихов и разверзшейся преисподней. и если мне дальше жить, то лишь так — в попытках найти от тебя что-то в этих строчках, быть ножом и им же быть раненным.
как-то раз мне приснилась девчонка, что читала стихи в баре ночью, и мы встретились взглядом — я увидел там
понимание
