apocalypse

      Истоптанный путь не заставил долго ждать — вот тот самый дом, тот самый подъезд, тот самый домофон. Руки слегка дрожат от предвкушения, но разум остаётся на месте: девушка прекрасно осознает происходящее. Нажимая на нужные кнопки и слыша пищащий звук открывающейся двери, голубоглазая заходит и преодолевает несколько этажей, вскоре встречаясь взглядами с тем, о ком так часто думает целыми днями, не имея возможности выбросить из головы хотя бы на минуту, чтобы заняться насущным.       На мгновение взгляд девушки затупился, появилось мимолетное сомнение: «А точно ли мне нужно здесь быть?», но мысли прервались, ведь она, сама не понимая, как перешагнула порог чужой квартиры, оказывается зажата в крепких объятиях любимого человека, встречи с которым ждала так сильно, что чувствовала, будто промчалось несколько недель перед их последней прогулкой, а не всего лишь каких-то жалких пару дней.       Юноша замечает, что светловолосая ведёт себя слегка потерянно, отстраненно, поэтому предпринимает попытку развеять её. — Не хочешь чай?       От такого предложения никто и никогда ещё не отказывался, поэтому пара следующие пару часов провели за веселыми разговорами, кружками чая и тарелкой пряностей.       Обстановка с каждым мгновением менялась: оба сидели молча в обнимку, будто бы слова и не нужны были, они стали бы только лишними в такой атмосфере спокойствия и умиротворения, в которой и юноша, и девушка наслаждались просто присутствием друг друга, точно зная, что все это останется в памяти, как один из самых дорогих моментов в их совместном будущем.       Парень нарушает идиллию, решая ретироваться в ванную, но за нежеланием светловолосой отпускать его, она следует прямо по пятам любимого, обнимая со спины и покорно ожидая, когда кареглазый закончить охлаждать свое лицо.       Полотенце намокло, руки высохли, а дверь в ванную комнату была изначально прикрыта. Голубоглазая почти невесомо обвивала его, прислоняясь щекой к выпирающим костяшкам позвоночника. Мило, не правда ли?       Темноволосый разворачивается, чтобы было удобно обнять свою возлюбленную, но решает устроить комфорт плюс: он усаживает её на стиральную машинку, обвивая талию руками, при этом улыбаясь так нежно, так мягко. Девушка мгновенно растаяла, полностью растворяясь в мыслях о том, насколько же ей повезло встретить того, с кем так легко и так уютно. Об этом думала не только она, именно поэтому кареглазый набирается смелости, чтобы положить ладошки на её щечки, мягко поднять податливую голову вверх, пересечься взглядами и сделать первый шаг: поцелуй.       Юноша мягко прислоняется к пухлым губам, терпеливо ожидая ответной реакции, зная, что ей нужно перешагнуть через себя и свое стеснение, чтобы впоследствии почувствовать привкус ягодного чая.       Руки ослабляют «хватку», медленно спускаясь к плечам, когда становится понятно, что обоим уже нет дела до незакрытой двери ванной или смущения. Поцелуй начинает углубляться: темноволосый позволяет себе ввести язык, сплетая с чужим, пытаясь найти хоть немного воздуха, чтобы не задохнуться от накатывающего наслаждения происходящим. Голубоглазая лишь мнется, неуверенно протягивая ладошки к плечам парня, пока он, тем временем, позволил себе опустить руки на талию.       Наконец отстранившись друг от друга, оба понимают без слов, что ничего просто так не начинается и, тем более, не заканчивается только в самом начале. Кареглазый запускает холодные пальцы под майку, заранее зная, что там ничего нет, из-за чего глубоко внутри себя был очень рад, что не придётся возится с лишней тканью на теле. Тем не менее, единственная проблема была решена: майка приподнята так, чтобы не мешала всем тем планам, которые он успел продумать, а точнее то, что произойдет по обоюдному желанию. Парень нежно целует щеки, переходя на шею, после спускаясь к грудям, которые успел несколько раз помять в руках. Вся грудная клетка была покрыта поцелуями, в особенности досталось ореолам и затвердевшим соскам: мягко втягивая губами, юноша попутно их облизывал, что приносило очень много приятных ощущений, которые откликаются мурашками и растекаются по всему телу; такое тянущееся, как нуга, теплое чувство, отдающее неописуемо комфортным потягиванием внизу живота.       Следом за грудью было расцеловано и слегка заслюнявлено все остальное тело. Но разве на этом все должно прекратится? Разве пара должна остудить свой пыл и просто остановится на достигнутом? Их могут в любой момент поймать на самом интересном, интимном моменте, ведь кареглазый предпринимает попытку снять велосипедки, в которые была одета девушка, но внезапно дверь в ванную скрипит, и оба взгляда резко устремились на проём…