Shadow from bright lights

***

Тэхён вернулся домой, когда на улице уже было светло. Вместе с Юнги они ещё много о чём говорили, хотя это даже разговором и не назовёшь — всё да не о чём. Именно это и разрядило накаленную атмосферу, черноволосый очень хороший собеседник: у душу не лезет, промолчит, когда нужно язык за зубами придержит и просто будет рядом, а когда необходимо и подзатыльник прописать может без удушения совести. Так для профилактики. Парни обменялись номерами, а также страничками в твиттере, чтобы без проблем после друг друга найти. У них определенно много общего. За окном осеннее солнышко уже вовсю блуждает на, наудивление безоблачном небе, отдавая последние тёплые лучики земле за сбережение, чтобы той было не так холодно морозной зимой. Вот бы Тэхёну сейчас кто-то подарил хоть маленькую частицу своего тепла. Юноша сидит в тёплой толстовке поверх, которой натянут огромный, больший на размера три точно, серый вязаный кардиган и укрытый пледом, который он недавно приобрел. В квартире градусов двадцать черыре, но по ощущениям — пятнадцать максимум. Мурашки разгуливают по худому, холодному телу, а Тэхёну кажется, что вот он и пришел его конец. На кухне нету никого кроме него самого и пожирающих мыслей. Сегодня он впервые прогулял занятия без уважительной причины. Плюсик в список переживаний и ненависти к себе. На обеденном столе стоит наполовину пустой стакан с водой и пачка таблеток, которые принимает его мать в любых стрессовых ситуаций и да, омега знает, что так делать категорически запрещено и пить антидепрессанты без рецепта очень плохая идея, он не глупый мальчик, просто без этого всего он уже не справляется…совершенно. Сколько бы не пытался…напрасно. Его мозк требует хотя бы минимального отдыха и времени на перезагрузку. На его жизнь слишком многое навалилось. Тэхён смотрит на настенные часы, чтобы узнать время, так как на улице ещё слишком тихо. Восемь пятьдесят шесть. Люди уже спешат кто куда. Омега успел вернуться домой, с магазина через дорогу и поставить закипать чайник — ему срочно необходим сейчас крепкий кофе. На кухонном столе нету ничего, кроме зажигалки и тоненьких marlboro, вот собственно и причина столь раннего похода в магазин неподалёку. Кассирша в этот раз просто молча и без лишних вопросов пробила вишневые сигареты, наверное его аура настолько тяжелая, что прочувствовать её удалось даже пожилой женщине… Тэ сидит на одном из стулов, теребя длинными, музыкальными пальцами ту самую только что приобретённую зажигалку, и смортит в сророну одинокой, пока ещё запакованной пачки сигарет, что-то мысленно обдумывая в своей голове и взвешивая все за и против. Юноша никогда раньше не курил прежде, да и сейчас не знает действительно ли хочешь или это просто самовнушение…но в последнее время как-то слишком тяжело переваривать на горячую, воспалённую голову всё, что происходит… Наверное у каждого на всё есть причины, вот и Тэхён не стал, увы исключением из правил. Тех самых, которые всегда выносили в конце каждого параграфа или по окончанию темы. Противный звук то ли трения, то ли скольжения наполняет всю комнату, разбавляя мертвую тишину, когда парень поднимается со стула. Кажется, будто в доме и вовсе нет никого… только еле уловимое шуршание тапочков, когда те сталкиваются с полом. Предварительно захватив с собой пачку сигарет, омега подходит к окну, открывая его навестишь и впуская в небольшую комнатку достаточно холодный для середины сентября воздух. Мозк автоматически посылает по организму сигналы, заставляя на секунду затаить дыхание. Дороги сегодня удивительно пусты…они, будто отображают всё то, что осталось от Тэхёна, но он только вздыхает, распаковывая холодными руками пачку, и вытягивает с неё одну сигарету, вертя и осматривая ту в своих изящных руках. Подносит зажигалку на уровень глубоких, опустошенных глаз, смотря как пламя смешивается с воздухом, создавая иллюзию, будто вот он там новый мир, осталось всего лишь переступить врата. Как в видео-игре после проиграша, когда ваш персонаж умирает после «game overa» вискакивает небольшая табличка с фразой «restart», после чего ваш игрок регенерируется и игра начинается заново…тэ смотрит вниз, ощущая своей бледной кожей осенний ветер.глядит туда, где придет конец его многолетним страданиям, туда где больше никто не осудит и не втипчет лицом в грязь, туда где никто не будет тыкать пальцами и перешептываться стиит тебе только пройт мимо них, туда где больше никогда в чужих глазах он не разглядит презрение. Он так устал от этого мира, от людей, которые в нём правят, от этого насквозь прогнившего общества, с нахрен никому не нужными и убийственными стандартами и всей прочей хрерью…но он здесь, он живет в этом мире и, чтобы не стать белой вороной ещё больше, чем он является ею сейчас — найлучшим вариантом будет просто молчать. . Омега холодными пальцами подносит сигарету к своим сухим, потресканных из-за частых облизываний губам сигарету, делая первую в своей жизни затяжку, и откидывает голову назад, прикрывая глаза. Люди, которые говорят, что сигареты помогают избавиться от разъедающих мыслей настоящие лжецы, но в одном они всё же действительно правы — становится немного легче…в те секунды, когда вдыхаешь сигаредный дым глубоко, пропуская его через всего себя и задерживая дыхание на несколько секунд, не давая вырваться наружу, когда всеми внутренностями ощущаешь как дым преодолевает маршрут от глотки к легким и оседает там, навсегда оставляя маленькое напоминание о себе…будто невидимый шрам, что никогда не даст о себе позабыть. У тэхёна их по пальцам не счесть: большие и маленькие, старые и новые, нанесенные в порывах агрессии и полного отчаяния. Такое не забывается. Прошлое не забывается, его можно либо закопать глубоко с себе и умирать, либо переступить, оставить позади и умирать намного безболезненно…но полностью избавиться от него невозможно Он как кожа, покрытая ожогами, вы же не сдираете её, правда? А движетесь по жизни вместе, но вы всегда будете помнить причину…этого никак не избежать, как устроена психология человека… За окном людей становится больше, на кухне по прежнему стоит невыносимая тишина, которую разбавляет только тиканье часов, от этих звуков раскаленная голова пульсирует только сильнее, а раздражительность превышает все допустимые меры. Тэ резко тушит почти нетронутую сигарету о внешнюю сторону подоконника, вскакивая на кухонный стул, срывает часы со стены, со всей силы бросая его, от чего те разбиваются в дребезги о плиточный пол. Комнату в ту же секунду оглушает громкое рыдание… у Тэ очередной срыв и сейчас с ним находится единственный человек, который всегда был рядом — он сам… На щеках нет ни единой слёзы, только капиляры лопнули, окрашивая роговицу глаза с ярко-аллый цвет, его всего трясет, а голова болит так, будто по ней ударяют кувалдой со скоростью двести ударов в минуту, разжать зубы невозможно…ощущения, словно через твое тело прошла молния в замедленном действии, которая прожигает изнутри долго и максимально мучительно. В ушах звенит настолько, что барабанные перепонки сейчас лопнут, оставляя после себя только месиво, всё тело скручивает паника, а в лёгких кончается кислород и, кажется начинается приступ астмы.из горла вырывается утробный рык… омега скручивается на холодном полу, прижимая худые, острые коленки к груди, часто и отрывисто дыша, чтобы хоть немного уйнять увеличиваюшуюся с каждой следущей секундой боль. "единственный, кто может вытащить тебя из этого ада — ты сам, мой милый техёни, ты и есть повелитель всех бедствий, тебе нужно лишь перестать пререкаться и позволить овладеть твоим телом, но не разумом иначе они тебя поглотят…" Ему вспоминаются слова покойной бабушки, когда та озвучила их, тэхёну было восемь. Это случилось за ночь до её смерти, но тэ так и не смог понял, что хотела донести бабушка…сквозь всю ту боль, что разрывает его сейчас, сосредотачивается на единственной фразе: "только ты сам способен вытащить себя из этого ада…» Повторяя её в голове как мантру, как молитву, как единственную надежду не сойти с ума…как своё посмертное проклятие… дыхание замедляется, в ушах больше не звенит так порывисто, сердце не бьется со скоростью света. Только старые занавески разлетаются в стороны от неожиданного порыва холодного ветра… Тэхён только что признал свою судьбу…теперь они играют на одной стороне.

🎭🎭🎭

На улице всё ещё темно, в комнате эхом разносится звук от играющего на полную мощность будильника, получая в ответ на свои старания полный игнор со стороны адресата…единственный источник света в данный момент — одинокий фонать на другой стороне дороги, яркие лучи, которого долетают даже до окна альфы, и не только…попадают на глаз со вставленными черного цвета линзами, подчеркивая их глубину и опасность, так же часть попадает на руаи, сжатые в кулаки с такой силой, будто они пытаются проломить кому-то череп… Брюнет сразу же после их посиделки в баре в сопровождении Хосока и Намджуна отправился к себе домой, он долго упирался в их компании, только вот знал, что скорее всего влезет в неприятности, поэтому всё же опустит голову и булькнул что-то вроде — делайте, что хотите, мне всёравно… После ухода друзей и принятия горячего душа немного отпустило, но совсем ненадолго, стоило только разыгравшейся фантазии представить как этот сукин сын прикасается к его нежному Тэхёну, желание разорвать этого ублюдка становилось почти что неуправляемым, да настолько, что Гук уже жалеть начал, что друзей за дверь спровадил. Сон не шел совершенно, не помогал ни свежий воздух, ни крепкий имбирный чай, который он так сильно любил в детстве. Настолько, что день без него казался мальчишке адом. Имбирь должен присутствовать во всём — чай, выпечка, кофе… да что угодно. Впервые в жизни Чонгук решил уснуть с помощью снотворного, но из-за того, что его нервная система как оголённый нерв — не помогло даже оно. И вот результат всего этого — вялость, усталось, непопятная ломка, повышенная агрессивность и раздражительность… Альфе почему-то не по себе… таких сильных стрессов он не испытывал со времени экзаменов при переходе в среднюю школу. Будильник пробивает уже десятый раз подряд, но Чонгук по прежнему смотрит в одну точку: правый верхний угол…почему именно туда? Сам не знает… Ему бы сейчас хорошенечко позавтракать, принять освежающий душ и собраться в школу, только вот нет причины там появляться…тэхён, даже не, то что поставил жирную точку в их ещё не начавшихся отношениях, он взял и прямо сказал, что никогда не нуждался в альфе и, что все его догадки на счет омеги верны…на счет этого. Сказанные Чонгуком слова становятся ещё одной и, наверное самой главной причиной не появляться в учебном заведении…ему безумно стыдно, тем более после того, как узнал всю правду об этой ситуации…как он вообще мог опуститься так низко? Как мог поверить этому Рэджи? Но его тоже винить во всем глупо. Они обое натворили достаточно ошибок. Тэ из-за страха, в котором провел всю свою жизнь, Чонгук — из-за ледяной стены выстроенной Тэ и невозможностью помочь любимому человеку. Он чувствует себя жалким, настолько, что винит во всём этом Тэхёна. Глупо? Да. Но кто мы такие, чтобы осуждать его? Судьба-чародейка сидит где-то в задних рядах, исподтишка наблюдая за исполнением всех ролей своего творения в личном театре, искренне восхищаясь мастерством их исполнения… Часики тикают тик-так, тик-так. Вялое тело придает себе жизненный вид… как всегда идеальный, без единого изъяна. Одет как с иголочки, золотой мальчик Чон Чонгук, но никто не знает какой альфа на самом деле. Никому не ведано, что скрывается за милой маской. Так кто же он на самом деле? Маленький котёнок или хладнокровный дракон, готовый разорвать каждого, кто посмеет только посмотреть косо в сторону его принцессы? Но не поздно ли у принцессы появился защитник? Есть ли там ещё кого спасать? Или всё, что уцелело — оболочка…? Входная дверь громко хлопает, оповещая, что хозяин дома только что его покинул. В голове ни единой мысли о предстоящем тесте, ни единой о учебе. Перед глазами так же стоит образ трясущегося омеги, что отоит обнаженными, худенькими коленями на холодной плитке, уже не предпринимая никаких действий и попыток позвать на помощь, только беззвучно ллъет слёзы, которые медленно стекают по красным от сильных пощечин щекам. Гук сжимает кулаки ло побелевших костяшек, спускаясь на подземную стоянку к своей чёрной малышке Шевроле, на пути снемая авто с сигнализации, влетает на водительское сидение, с утробным рыком заводя мотор, что своей отдачей полностью поддерживает внутреннее состояние своего владельца…руки крепко обхватывают кожаный руль, вдавливая педаль газа в пол и выжимая со своей детки максимум. Ему необходимо хоть немного остыть, потому что то, что альфа собирается сделать по приходу в школу в лучшем случае закончится предупреждением, а в худшем — лишением свободы и прощанием со своим перспективным будущем. Все это бак безрассудно и напоминает какую-то убогую и совершенно не смешную комедию, что хочется расплакаться, но Чонгуку сейчас слишком наплевать. Он больше никогда в жизни не позволит никому так обходиться с его прекрасным Тэ. Нет это вовсе не безумное обожание, просто ни один человек не заслуживает к себе такого отношения…ни один, кроме этого рыжеволосого ублюдка… Машина с противным звуком стирающихся об землю шин останавливается прямо посреди школьного двора, привлекая к себе достаточно приличное внимание учащихся…что ж только сегодня и только сейчас бесплатное шоу от Чон Чонгука…смотрите сколько влезет. Громко хлопнув на собой дверцей и заблокировав ключом тачку, альфа чёрной бестией движется в сторону, так вовремя вышедшего на передний двор Рэджи и ещё двух парней, его противных псов… Чонгука уже тошнит от одного только их вида, поэтому прерывает оставшуюся дистанцию в несколько крупных шагов, видя перед собов такую до ужаса скалящуюся и насмехающуюся над ним морду, тормоза срываются окончательно, закрывая здравый смысл куда-то глубоко на замок. Последнее, что он слышит это невыносимо приторное и такое показушное: — о, доброе утро, Чонгуки, крутая тач… Но слова застревают на полпути. Чонгуков кулак со всей силы проходится по челюсти альфы, настолько остервенело и одечало, что Рэджи не удерживает равновесия и валится прямо на одну из ступеней, тут же хватаясь за нос, брюнету хватило всего одного удара, чтобы сломать его. Толпа в затаившимся дыханием наблюдает на сложившейся ситуацией, но влезать не решается никто…даже те самые шестёрки рыжего, прижали у себе воображаемые хвосты, всега на секунду мелькнув взглядом на дикого альфу, от которого так и прёт силой и превосходством. Чонгу не дает альфе под ним даже вдохнуть, нанося с каждым разом все более и более неконтролируемые удары, поднимает к себе за грудки и склоняется над чужим ухом, чтобы услышать мог только он один, и словно ядом прыскает, выдает: — какая же ты сука…если бы я был тупым, то убил тебя прямо тут, посреди этого чёртового двора, пмямо на глазах у всей школы и мне было бы абсолютно плевать, но я не хочу гнить за решеткой из-за такой гниды как ты, а тем более оставлять тэхена без присмотра — Чон…ты ч-чего? Задыхаясь и брыкаясь, будто в самом деле такой пушистый и невинный, подняв бровь в недоумении, пытается задать вопрос, держащему за воротник кофты парню, но Чонгук не пальцем деланый, знает все приёмы напамъять и только крепче к земли прижимает одной рукой, а второй наносит ещё один удар прямо в то же место, что и до этого…уже шипя как змея. — ты прекрасно знаешь о чем я говорю, мразь, только вот учти, если хоть словом заикнёшься, в следующий раз на коленях будешь уже ты. Рэджи смотрит в чужие глаза и видит очертания тёмных силуэтов на их глубинах. Настолько бездонных, что там и ад упрятать можно, только вот он давно уже там. Челюсть болит, кажется нужно будет вправлять, нос сломан, он лежит на бетоне около главного входа в школу, поваленный новеньким, этим Чоном…все глазят, потому что как это так, короля и самого большого задиру школы с одного удара уложил тихоня класса? Кажется, будто все вокруг смотрят с презрением, прыскают с него стоим смертельным ядом и насмехаются какой он неудачник. Голова раскалывается настолько, что приходится зажмурить глаза…только вот не помогает, делает еще хуже, подсылая отрывки из сво его прошлого, туда, одкуда всё заимело початок и превело к тому, кем стал сейчас…чудовищуу — кричит разум. хотя бы к малой справедливости — кричит ни в чем невиновный рёбенок внутри… "ты мне всю жизнь испоганил» Вспоминаются слова матери, когда ему только исполнилось три "какое же ты ничтожество" У голове отбивают слова отца, когда альфе было всего шесть. "какой же ты альфа, единственное для чего ты годишься, так это отсасывать, как последняя шлюха кому-то в туалете» Навсегда врезаются в детское подсознание, тогда ещё самого обыкновенного мальчика когда ему исполнилось десять…в день его роздения, посреди праздничного стола и полного дома гостей. Видеть и слышать как над тобой издеваются собственные родители в один из самых важных дней ребёнка просто невыносимо. Эти поступки, слова, насмешки родственников навсегда оставили след на, еще не до конца сформировавшейся психике мальчика. Всё резко изменилось когда альфе исполнилось тринадцать, это выпускной год младшей школы. Рэжди решил создать и воспитать из себя абсолютно другого, нового человека, перешел в другую школу из старой, где над ним постоянно издевались…ввел в свою жизнь занятия спортом и хачал хорошо питаться. Подтянулся в росте и набрал в массе и вернувшись в среднюю школу уже в совершенно инном виде и совершенно инной целью — стать лидером, не чтобы тебя уважали, а чтобы боялись…это было его главной целью. Драки, задирания слабых, а потом уже и себе подобных, и когда титул был у него в кармане, но впервые за пол года учебы сдесь замечает столь невероятного омегу…такого маленького, худенько, хрупкого и загнаного в угол. Того, кто так напоминает ему самого себя, в памяти снова всплывают наихудшие воспоминания, от чего желания придушить этого юношу становится все сильнее. Рэджи понимает, что мальчишка совсем не виноват в его семейных проблемах, но изменить что-то уже просто невозможно… Рэжди помнит как впервые поставил Тэхёну подножку, помнит его заплаканное лицо и разбитую коленку. Помнит когда подложил ему крысу в рюкзак и его испуганное лицо. Помнит и то как избил его поза школой и трясущееся, хрупкое тело. И конечно же он не может забыть о том как чуть не изнасиловал омегу. Тогда злость взяла над ним контроль, а здравый смысл вернулся лишь на очень пикантную картину перед глазами: как Тэхён упирается головой прямо ему в член, и пытаясь вырваться, нехотя проезжает по нему своими горячими и влажными от слёз губами… Остановиться слишком поздно…конечно же он заменил множество синяков и порезов на теле омеги, и даже испугался: действительно ли он так избил юношу? Но альфа никогда не пременил бы на нём нож…в душе становится ещё более паршывей и омерзительней: от себя, от Тэхёна, что позволяет это делась с собой, от своих родителей, наверное от того кем он стал… а дале как в тумане — в заброшенный туалет врывается сторож его валят на холодную плитку животом вниз, а Тэхёна кутают во что-то у уводят, оставляя альфу одного… Рэджи разнес тогда под аварийного этажа и два зеркала в туалете, перед глазами отчётливо помнятся Тэхёновы — мертвые, стеклянные, будто у фарфоровой куклы…почему-то показалось, что именно в той комнатке оборвалась его жизнь…и Рэджи, наверное никогда себе не простит… — ты, что всё же умер, сука? Рычит разорённый Чонгук уже трижды обращаясь к альфе и, тем самым вымывая его из воспоминаний. Нет он вырывается больше, не скалится, не усмехается так нахально, он просто смотрит смотрит в Чонгуковы глаза, понимая, что Тэхён обрёк то, чего у альфы никогда не было — защиту, опору, поддержку, того, кто всего на твоей стороне…но так ли это в самом деле? Действительно есть ли у омеги всё вышеперечисленное или это только прекрасный театр иллюзионистов и коварная судьба снова решила преподать им урок… Верить нельзя никому, доверяешься человеку равно становишься уязвим и оп ваша судьба уже от этого человека: обмотать ли оголённый провод изолентой или опустить в сосуд с водой…но верить себе ещё опасней, помому что это решение лежит посностью на вас самих… — если ещё хоть раз увижу около Тэхёна, то грохну тебя где-то в переулке… Зло давит брюнет, замахиваясь для очередного удара, руку что-то держит, не позволяя совершить желаемое… Чон пытается вырваться, но всё тщетно, руку сжимают так же крепко, не давая сделать непоправимую ошибку. Альфа прикрывает глаза и, нахмурив брови оборачивается на этого смельчака, что посмел оторвать его столь интересного действия — какова хуя… Повернувшись, видит перед собой два силуэта своих хёнов и немного сбавляет обороты, расслабляя руку и те, только убедившись, что Гук не вернется к прежнему действию опускают её. Глаза младшего альфы вытянуты в удивлении, откуда они здесь? Ладно Хо-хён он же учится тут, Нам-хён? Хотя вполне очевидно, что это Хосоку позвонил старшему альфе и попросил помощи…и Ким конечно же согласился, после вчерашнего они предполагали кое-то подобное. Признаться честно, даже вздохнули облегченно, когда увидели их окого парадного входа, где много людей. Гук хоть и импульсивен, не дурак и убивать при стольких свидетелях точно не стал бы…так что всё на так плохо. — Хоби-хён? Джун-хён?.. Воспользовавшись секундным замешательством соперника, Рэджи вырывается из хватки, быстро поднимаясь на ноги и отходя на шаг в сторону, но не нападает в ответ…знает, что заслужил. Наверное рад даже, что прилетело, совесть его сжирает уже достаточно времени за это. В голову прилетает безумная мысль и настолько ненормальная, что становится страшно от того, что ему подкидывает разум. Рэджи берёт себе на заметку сходить с психотерапевту, но воплотить её, несмотря на все внутренние сомнения всё же решает… Они смотрят друг на друга минут пять: один с презрением и небывалой никогда до этого злостю, второй — холодным, отстраненным взглядом, словно на поле боя стихии сошлись: один так пламя, что сжигает всё на своем пути за считаные секунды, второй — толстый шар льда, непробимаемый и бестрашный ко всему… Но люди актёры и самый страшный для них враг — это они сами… Рэджи думает стоит ли ещё больше лезть в это дерьмо, но почему-то хочется это выкинуть. Хочется задеть этого " защитника " как можно сильнее, чтобы хоть как-то слепить своё разбитое жизнью эго обратно… — а ты уверен, что ему нужна твоя помочь, после того, что он пережил? Ты хоть частицу его жизни знаешь? Ты ведь сам поверил в каждое мое гребаное слово, будто Тэхён действительно самая последняя шлюха…а ведь я ничего не сказал…ты так же как и все эти жалкие людишки, и я в том числе — обводит рукой стоящую вокруг толпу, а после тыкает пальцем в собственную грудь — боишься осуждения в чужих глазах, знаешь в чем разница между ними и Тэхёном? — он делает небольшую паузу, после чего продолжает — В том, что все только притворяются безразличием к чужому мнению, но не Тэ, ему действительно наплевать и я бы даже восхищался им, если бы не знал через, что он прошел…чёртттт — альфа хватает себя за волосы, оттягивая их назад, и задирает голову к небу — а знаешь в чем разница между тобой и Тэхёном? Альфа переводит взгляд на притихшего Чонгука, и заглядывает прямо в душу, будто хочет там что-то отыскать, но отрывается — это ведь совершенно точно не его дело… — в том, что он боится осуждения только твоих глаз… Чонгук стоит в недоумении, он что так избил альфу, что того на путь праведный перетянуло? Ну отчасти это можно назвать правдой… Намджун и Хосок, стоящие поза своим другом и приятелями самого Рэджи стоят с такими же открытыми ртами, следя за тем как рыжий стирает ладонью кровь со скулы, а посде вытирает руку о белую футболку с всем уже известным гербом школы… Чонгук хочет что-то сказать, спросить но все слова, будто напрочь из головы повылетали, а возвращаться не торопятся от слова совсем. В голове всё заполнено только одной мыслью: действительно ли Чонгук был таким внимательным к омеге? И в самом деле это очень хороший вопрос, ведь всё то, что услышал сегодня от Рэджи он слышит впервые и даже подумать себе такого не мог… Чонгук действительно эгоист и это чистой воды правда. Он же с Тэхёном поссорился больше не потому что что-то произошло, а именно из-за, того, что причину знал кто угодно, но не Чонгук. Смешно, учитывая то, что они знакомы всего неделю-то… Внутри зарождается страх. Что если с Тэхёном что-то случилось? Почему он так спокойно реагировал на все оскорбления в свою сторону, словно все это не просто пустые слова, чтобы насолить? Почему? Почему? Почему? Их слишком много…в голове мутнеет и, кажется ещё немного и сознание покинет его тело, но из внутреннего диссонанса вырывает голос директора и лучше бы он правда потерял сознание… — Чон Чонгук, Бэлл Рэджи, что вы тут устроили? Названные альфы синхронно оборачиваются в сторону звука и приближающихся шагов, и кажется одновременно сглатывают. Рыжий смотрит зло на альфу, злобно цедя сквозь зубы — ты, что не мог дождаться до окончания уроков и вмазать мне на не территории школы? Или попонтоваться захотелось? Что ж поздравляю герой, отдуваться то тебе, я то всего лишь жертва… Рэджи переводит взгляд обратно на мужчину, да хоть он и сказал Чонгуку, что отдуваться только ему, в самом деле Рэджи не стукач, да и совесть его жрет в этой ситуации. Наказать так себя пытается… Ох не избежать им проблем… От этого мужчины веет силой и холодом, настолько сильно, что если бы можно было аурой человека превращать что-то в лёд, то тут, наверное вместо школы стоял лёдовик… оставшуюся дистанцию старший преодолевает слишком быстро, смотря на его стать коленки дрожат даже у таких крепких альф: высокий, широкоплечий, спортивного телосложения, говорят когда-то профессионально боями занимался, в общем следит за собой, где-то лет пятидесяти, от него прям и веет мужеством, да настолько, что младшие только головы склоняют. Директор обводит толпу грозным взглядом и этого достаточно, чтобы все поняли — лучше бежать на уроки. Хосок и Намджун сочувствующе хлопают друга по спине и удаляются со двора вслед на другими: Хо на урок, а Нам-хён на работу, ставляя малышню дальше самых разгребать то, что наварили. — Живо в мой кабинет. Альфа указывает пальцем в сторону школы, как бы говоря: " давайте, давайте «, а младшие даже не думают сопротивляться, сейчас они не в том положении, чтобы выпускать свои коготки. Покорно идут с опущенными головами и надеятся, что не вылетят со школы в выпускном классе. Это ж надо было бы так лохануться… Путь через весь главный корпус к кабинету директора тянется неимоверно долго, будто кто-то намерено держит время на кнопке «stop» и не собирается её отпускать. Скрип двери противным эхом отдается в ушах, ударяя по чувствительным перепонкам слишком звонко в данный момент, запуская парней внутрь. Кабинет заперт изнутри сразу же с приходом директора, альфа медленной походкой шагает к своему законному месту, параллельно жестом руки указывая юношам на стулья напротив, безмолвно прося сесть для удобства их будущей беседы, и кто они такие, чтобы возразить. В помещении стоит несколькоминутная тишина, каждый размышляет о чём-то своём и только после того, как старший альфа рассмотрит все документы на своем столе подаёт голос: — я всё ещё джу обьяснений… В этот момент каждому хочется сказать о своём, выплеснуть свою злобу на совершенно непричастного к этой ситуации человеку, только вот обое упорно молчат. А что сказать? Что один просто смазал другому за униженную честь омеги? О ситуации, которая известна только им…ну и половине школы. Только вот вряд ли директор намерен всё это слушать, да и оправдывать себя этим нелепо. Чонгук поджимает губы, складывая их в тонкую полоску, а рыжий кулаки под столом сжимает и выдает тихое, всё ещё в пол глядя, глаза не подымает, стыдно… — нам нечего обьяснить, директор Чхве… Это только их проблемы, только их разборки и как настоящие альфы, хоть и не друзья вовсе, сдавать друг друга нет в их планах… Чонгук поднимает удивлённо брови, смотря на альфу около себя, и не до конца понимает его намерения. Последнее чего ожидал Гук от Рэджи так это то, что другой будет покрывать его проступки. Директор же заметив замешательство на лице брюнета, обращается уже к нему с поднятой бровью — может вы, мистер Чон, хотите что-то добавить? Услышав свое имя альфа переводит немного испуганный взгляд на старшего и отрицательно машет головой, выдавая тихое… — нет, сэр… — что ж, значит по хорошему не хотим, да… Он достает с верхней шуфляды два чистых листа а4 и две ручки, ставя всё на поверхность и подсувая в сторону школьников, вскидывает голову — тогда пишите пояснительное письмо за сегодняшнее число и вас обоих будет отстранено от учёбы на две недели, так же не забудьте указать в конце номер одного из родителей, может они сумеют обьяснить мне причину вашего поведения… Услышав о донке родителей, Рэджи сглатывает настолько сильно, что сам же слышит эхо от своего действия и от этого холодок по спине подкрадется еще быстрее. Нельзя показывать слабость перед кем-то… Нельзя быть уязвимым… Нельзя… Альфа берёт в руки ручку, начиная писать его версию происходящего сегодня, как из-под его рук вырывают письмо и разрывают на маленькие частицы, бросая кусочки бумаги прямо на деревянный пол, одновременно заглядывая старшему прямо в злаза. Рэджи смотрит на Чона, выражая последнему своим взглядом полное недовольство и непонимание, на что тот только усмехается загадочно, после чего неожиданно говорит: — это я начал драку…вы ведь знаете это, зачем притянули его со мной? На это представление мистер Чхве никак не реагирует, спокойно собирая документы вместе, отвечает: — стало интересто сдаст ли кто-то из вас другого или хватит ли тебе смелости отвечать на свои поступки… и что ж на оба моих вопроса вы не разочаровали меня Выйдя из-за своего стола, мужчина опирается бедрами об угол и хмурит брови, будто вспоминает что-то. Всем кажется, что тот уже и забыл о чем шел разговор, но альфа начинает: — я ведь тоже был юн когда-то и смею предположить, что вы не поделили либо омегу, либо место в школе Говорит старший, внимательно следя за реакцией юношей, и не злобно усмехается когда те краснеют при упоминании омеги, он только вздыхает, качая головой… — значит всё-таки омега. Ех парни… — мистер Чхве… — понимаю в вашем возрасте гормоны и всё подобное, но Чонгук то, чо, случилось сегодня уже переходит все границы дозволенного ты же понимаешь? Ты ведь готов был разорвать его вклочья Чонгук смотрит на рыжеволосого, который всё ещё отирает уже засохшую кровь с лица и осознает, что всё могло кончиться полицейским участком, а может быть и вовсе колонией, переводит взгляд на второго и выдыхает еле слышно — может я действительно перегнул, только вот ты это заслужил, козёл… Извиняться он точно не намерен… Последнее слово говорит еле уловимо, чтобы услышал только парень, на что тот смеётся слабо, от сильного растяжения мышц лица кожа натягивается, от чего болит в разы сильнее, заставляя тихо прошипеть. — вы ведь понимаете, что не смотря на вашу прекрасную успеваемость до Ким Тэхена вам еще как Луне до Марса и простить эту выходку я вам не могу? Ставит в пример как бы невзначай. Оно и понятно омега лучший, гордость их школы, но уловив смену эмоций на чужих лицах, хмурит густые брови еще сильнее, а после удивленно вскидывает их вверх, заливаясь громким смехом на весь кабинет — вот это да, неужели причиной драки стал Ким Тэхён? А в ответ на заданный альфой вопрос тишина, потому что альфам совсем не до смеха…им совсем не до воспитательной беседы, что проводит с ними директор…не до занятий…молчат, ибо возразить им нечего в данной ситуации, что только подтверждает догадки — теперь я совсем не удивлён даже: он умный, приветливый, вежливый, прекрасно воспитаный, красивый молодой человек. Только вот не ту вы тактику обрали мальчики, совсем не ту… Разочарованно и как-бы понимающе вздыхает мужчина, смотря прямо на своих учеников, и встает со стола, подходя к окну и складывая руки за спиной, рассматривает что-то во дворе… — не думаю, что ему придется это представление по вкусу. Не такой он парень, не любитель строить из себя жертву, выдавая за принцессу, которая застряла в башне с драконом… Парни смотрят на директора, не понимая к чему тот клонит, а старший будто чувствует их непонимание оборачивается к ним, ободряюще улыбаясь — поймёте, вы мальчики ещё такие юные, вам бы повзрослеть, к деталям приглядеться, да за ум взяться — цены бы вам не было…что ж смилуюсь я над вами не будет письма, но только во имя большой любви И смеется ещё громче, наигранно брови сводя вместе, и садится обратно за стол, продолжая уже более серьезно — но чтобы такого не повторилось, месяц будете мыть спортзал после тренировок и Тэхёна мне не обижать, хороший он мальчик, не заслужил таких раздолбаев как вы… Грустно вздыхает, словно знает что-то больше, чем озвучить может. Чонгук смотрит, выжидая, что альфа скажет что-то ещё, но он только встряхивает головой, как бы давая понять, что разговор окончен и указывает ладонью на дверь, чтобы больше не отвлекали от дел, и так пришлось проводить воспитательные беседы дольше, чем предполагалось. Гук опускает глаза, но перечить не смеет, они получили самый, что ни есть минимум на такую проделку их легко могли отчислить, так что грех жаловаться. Дверь за ними противно скрипит, оставляя после этого разговора непонятный осадок, Чонгук смотрит в пол, уже давно пребывая далеко в своих домыслах и переживаниях, но голос рядом выводит его из этого состояния — тебе было не обязательно брать всё на себя На что Гук хмурит брови — но это же я избил тебя. Думаю все честно… Это последнее, что они говорят друг другу перед тем, как в воздухе повисает тишина, а за ней и ощутимое напряжение — им не стать друзьями и причина хорошо известна обоим, но её стремится разорвать отчаявшийся Чонгук, задавая скорее риторический вопрос, который волнует его ещё с выхода кабинета директора: — как ты думаешь, что подразумевал мистер Чхве когда речь пошла о Тэ, он что-то знает? Рэджи переводит нечитаемый взгляд на альфу и отвечает абсолютно спокойно: — я не собираюсь обсуждать с тобой Тэхёна, я итак немало накосячил. Замолкает ненадолго, и поджав губы, уходит в сторону выхода из школы, но около двери оборачивается к брюнету, крикнув напоследок — тебе бы поговорить с ним, чувак, И уходит вместе со звонком, сливаясь с разбивающим мёртвую тишину громом, как неуловимая электромагнитная волна, оставляя Чонгука межи вечно бегущих куда-то подростков, переваривать все наброски, которые судьба успела начертить за сегодняшний день…

🎭🎭🎭

Говорят когда чего-то в жизни становится невыносимо много ты просто перестаешь это чувствовать, откидываешь и пропускаешь через себя, как воздух ибо всё, что с тобой рука об руку идёт творит привыкание, а привыкание переходит в зависимость и подсознательное желание большего и это распространяется абсолютно на всё, боль не становится исключением. Где-то далеко в защельях разума желания сами определяют свой характер, выпуская наружу уже сформировавшуюся мысль, это чувство вызывает страх. Страх собственных желаний. Боязнь полюбить настолько, что расставание станей найтящей из мук… А ведь и вправду человечество странная штука — готовы всю жизнь страдать, лишь бы очущать хоть что-то кроме ветра и безкраих песков на дне своей мёртвой души. Лишь чувствовать себя людьми, ковыми они и вовсе не являются, только избранные, путь этот проходящие, пришли на землю с даным титутом, остальное же лишь наполнение…то что в душе с тобой с рождения живет не вывести с под кожи, дано тебе гореть во веки в сущей тьме, не стать тебе святынным храмом, но из провидицы в нижние не составит ни труда. То что тенью стоит за спиной из-за разоженного света являтьеся причиной ночных кошмаров, ты сам проведник между двух миров, сам себе ангел, дьявол, спасенье, сам себе палач и правосудие…беги на край света и обрано смотря по сторонам и только тени своей бойся, что верным псом сопровождение дает, в финале превратится с ядовитый терновник. Нанесет удар со спины, когда является щитом, кинжалом в обнаженную грудь воткнется, выкручивая тот как можно больнее и с садистским наслождение смотря как то, что жизнь нам дает медленно в кроваво-красный всё окрасит. Напоследок оставит поцелуй в уже остылый лоб, передавая тело в руки посредникам нашего и загробного мира и примет власть на себя, в тело и подсознание врываясь и распоряжаясь как угодно ей. Остыл разум — остыла и плоть… Красная свеча гасит своё пламя порывом сильного ветра, посылая скрытое послание по свету. Тайный шифр, понятный только ей и судьбе, которой когда-то суждено воплотиться. Обгорелый пепел, что назывался чьей-то душой парит над землёй в поисках пристанища и вечного упокоения, сменяется в приглашающем танке, призывая всех желающих стать частью одного целого, перерастая в отдельное никому не изведанное ранее искусство, очерняющее каждый миллиметр, ищущего себя тела, давая ему новую надежду расцвести пышными пионами на весне. Переродиться во что-то действительно прекрасное и заполнить недостающий пазл мозаической фрески, выставляя картину на всеобщее обозрение, изображая из цветов восставшую из пепла птицу с огняными вспышками вместо обычных крыльев, в то же время оставляя на холодной земле одиное белоснежное перо — напоминание, что человек во веки останется человеком, точно отмеряно ни больше ни меньше. Лишь каковым загадкой будет не из лёгких. Солнечные лучи служат днём светилом, но свет с одной стороны всегда остается тенью с другой. В параллелях всегда царит равновесие, дающие миру жизнь… Тэхён не понимает своего предназначения, не понимает что ещё стоит пережить, да и не хочет. Нечего смотреть наперёд когда нужно менять настоящее. Только изменив сегодняшний день, человек способен внести коррективы в будущее. Мысли одержуют верх когда их слишком плохо и тогда они стают либо якорем, тянущим на дно, ставя на пьедестал один из главных смертных грехов — уныние, либо перерождаются в просвещение, давая указатели верного направления. В них можно копаться веками и заживо там похоронить, они как малые дети, вечно бегающие, кричащие, наводящее песпоебел. Кричать в ответ лишь хуже и опасней, все дети азартны и любят играть, покажи за кем ход и выход сам придет к ногам. Задать начало равно финалу, только так можно достичь примирения. Громкий звонок в дверь прерывает любые возможные домыслы, вынуждая поникшего омегу подняться с кровати и дойти до прихожей, стоять обездвижено, гадая смерть ли пришла за тобой и без раздумий открыть ей дверь, шагнув навстречу, целиком и полностью отдавая себя в руки холодной, будто из самой прочной стали госпоже. — здравствуй, Тэхён… Ни проводница сиев миров, ни Аидов трехголовый цепной пёс не посеят сегодня Тэхёна над ветром, им жизнь простой смертный сумел упростить… перенося во времена, где небо в тучах громовых увязло, как в болоте без шанса осущевсвить побег из мертвых владений, что окованы прочными цепями, так зваными — кайданами. Помутнение рассудка взрывается шаровой молнией изнутри и пробегает маршрут по всему телу, передавая сигналы об опасности, только поздно уже… Кролик загнанный в угол, волком не станет…человек, бежавший от воспоминаний, себя ими же погубит… — ты… Сознание прощается с иллюзией созданной глазами, возвращаясь в свой персональный ад. Чем больше пытаешься сопротивляться болоту, тем сильнее оно хватает тебя в свои лапы, заставляя сначала задыхаться, утопая в конце… —…Тэхён? Первое, что видит Рэджи, стоя на пороге дома омеги — лишенную жизни оболочку. Бледное, болезненное тело, которое становится легким ветерком, стоит только прикоснуться. Глаза, что сияли раньше ярче миллионов звёзд на небе, сейчас лишь затухшие угольки, которые подпалит только Прометеевое пламя, посланное человеку всего лишь раз, но каких же жертв оно познало и виною тому — человек. Альфа ловит бессознательное тело, не ощущая тяжести, что присущая человеку, а в глазах его страх за жизнь, которой ему не дано распоряжаться. Без труда донесся омегу к кровати, ставит почти невесомо, будто то в прах превратится…укрывает теплее и выходит из комнаты в своих раздумьях, садясь на слул, что в кухне стоит, да взгляд на редкие остатки скла переводит. С одного на второй перепрыгивая, смотря как солнечные лучи попадают на них, проходя с другой стороны уже в семёх красочных цветах. В диапазон зрения попадают и старые стены с множеством глубоких трещин, пропускающих холодный воздух и плиточный пол, от которого пальцы на ногах превращаются в льдышку, а если брать к свидетельству ещё и состояние омеги, что сейчас спит в своей комнате — складывается не совсем благоприятная картина. Рэджи только вздыхает, он действительно влез туда где его быть не должно. Альфа ещё никогда настолько не ошибался… Тэхён не слабый и немощный. Тэхён сильнее всех их вместе взятых А никто ведь даже не догадывался о проблемах этого юноши, сколько же нужно было пережить, чтобы научиться так мастерски скрывать свои чувства? Порой люди намного сильнее нежели могут предполагать, только радости не приносят ни выносливость, ни великолепная актёрская игра, ни умения скрыть то, что гложет и скребётся дикой кошкой где-то в самой гуще бескрайней тайги. Где волчий вой эхом отбивается от тысячи стет возведённых с зеркал и хрусталя, где превращается в утробный, душераздирающий рык на восходящую луну. Нет ни радости ни горя, ни печали. Скрыв обличие за маской, нося его с собой по жизни как кислородную трубку, человек теряет краски, становясь всего лишь отлунием на воде… Копаясь в домыслах кем быть ему нужней сегодня, теряя самого себя. Ныряя глубже с головою, траншею сам себе копает, что словно подземная крепость, пристанище для потерянной души, становится единственным спасением прятаться от столба к столбу, исповедуя то, что тайны твои никому не даны… Тогда, когда в соседней комнате в тревожных снах заново все свои мучения проходишь, переносясь в сновидения, где море окрасилось кровью, потому что ни один краситель не будет в смоге передать тонкости палитры всей гаммы никому ещё не виданной истории, только творец её единственный свидетель, а живопись в могилу вместе с ним уйдёт. Окрестит себя чужим именем, сгладит углы, поменяет цвета, но истины не выдаст ни за что. Слишком долгое время внутри под замком, вгубоко под землёй, в темнице всё хранилось, да настолько, что заживо сгныло…откопаешь — только осадки по свету разойдуться, разлетясь как пожовтелые листья голодным ноябрьським днём, оставляя деревья без защиты, одним с лютыми морозами справляться, согреваясь бесполезными надеждами, что солнце вновь взойдёт. Тэхён не ориентируется в пространстве примерно половину сознательной жизни и сейчас один из тех случаев непонимания где ты, и что происходит. Родные стены напоминают сырую темницу, а воздух — убийственный яд. Нервная система устала настолько, что омеге приходится прикрыть глаза насколько минут, цветовой диапазон знатно искосился, меняя оттенки местами и создавая ощущения наложенного фильтра, со своими монстрами под кроватью и собственным виденньем мира…от размышлений и непонимания отвлекают посторонние шаги, наконец-то выводя Тэхёна на мысль, что в доме он не один. Обрезки памяти подкидывают недавние воспоминания, которые залегли в мозге ещё до момента потери сознания, сменяя картинки перед глазами одна за другой настолько реалистично, что приближения реальной опасности юноша чувствует на себе только когда ощущает прикосновение к его руке и тихий голос, что эхом отбивает в мёртвой тишине. — …ты потерял сознание… Тэхён? Ты здесь? Как будто окатили в холодную прорубь…осознание того, что перед ним сидит его давний обидчик приводит к новой волне стресса и еще одному потоку судорог. Тело трясется, а слова застревают в горле, неожиданная паника накидывается и парализует тело, лишая его даже таких способностей как — самосохранение. Вам присуще чувство так называемого психологичесского термина как " сонный паралич» или просто окочанение? Это промежуточное состояние между сном и реальным миром, в продолжительность, которого человек теряет способность двигаться и характеризируется полной анемией. Состояние, в котором организм соображает, видит и слышит всё, что происходит в это время вокруг, но ничего не может поделать. Из-за расслабленности мяз ткани просто не слушают и игнорируют все посылания мозга до их полного восстановления и прихода в форму, только после этого эффект постепенно отпускает свою жертву. Тэхён сейчас находится в подобном состоянии: он лежит на кровати, в то время как над ним сидит одна из причин его нынишнего состояния, а сил нет даже на то, чтобы прохрипеть слабое «помогите»…но со временем всё проходит и как только омега вновь возвращает контроль над собственным телом, отползает в самый дальний куток кровати, выставляя костлявые, худые руки, наивно предполагая, что это является достаточной защитой от здорового, сильного альфы, только вот Рэджи не пытается подойти ближе, он понимает причины такого поведения и для увиденной ситуации, стоит признать, ожидал худшего… — откуда ты тут? — ты сам открыл дверь. Непонимающе вздёргивает бровь альфа, на что Тэхён отойдя немного от шока, закатывает глаза, уже привычно надевая на себя непробиваемую бронь, внутренне коря и ненавидя себя за нотку слабости. Ведь чем большему количеству людей ведомы слабые места твоего подсознания, тем легче затронуть за живое… Но не стоит забывать, что неопровержимых нет. Ведь даже бог смертным оказался и был убит обычной человеческой стрелой вылетевшей из Парисового лука, попав ему в пяту. Человек и вправду может показаться без изъянов, но всегда найдется тот, кто увидит даже мельчайшую щель. Главное, чтобы их не использовали против вас самих… Не говорят ли, что запретен плод так сладок? Что не вимило глазу так хочется откопать. Возможно путь к бессмертию лежит в изъянах и ставя их в главенство человек приобретает силу и власть неведомую ему доселе нигде? Чем больше боготворить слабости и переживания, превратятся в твои достоинства. Как гаденький утёнок прекрасным лебедем переродился, оставляя всех позади. — я это понимаю, только вот не причину твоего визита. Рэджи наблюдает за сменой эмоций на лице омеги и в очередной раз удивляется, насколько нужно владеть своим телом. Сколько усилий и совершенства Боли и страданий… Что б просто взять и переключить себя в одно мгновенье… От поставленного вопроса становится не по себе. Сердцебиение учащается, будто проходит гоночный трек. Словно атомы в его теле решили разогнать до максимально известной скорости и превзойти устарелый результат. Ладони потеют, а выдавить из себя что-то становится невозможным. Язык будто испарился и превратился в морскую пену, раздуваясь в воздухе. Собравшись всё-таки с последними силами и храбростью, всё же решает начать то, что должен был осуществить уже давно — на самом деле я пришел извиниться… Явно не такого ожидал омега напротив него, об этом говорит вышедшая из равновесия маска, оголяя интимные чувства и переживание. Глаза схожи на два круглых камешка, размером с бутон расцветшей розы: такие же большие и не менее прекрасны, пухлые губы вытянуты в форме буквы «о» вместе з глазами и общими чертами лица смотрятся так нелепо и по детски мило… Жаль вот только слова не как в сказке, хватает возжелать и сбудется всё, хоть и по полуночи. В сувором мире реалий, они с пребольшом сожалении утратили свою ценность, а может и вовсе её не имели, разве что только иллюзия, только обман, что иногда так нужен, ведь без него не было бы и мира вовсе… Тэхён смотрит сначала отстраненно, переваривая сейчас услышанное, а после заливается громким, искренним смехом, словно услышал лучший анекдот в своей жизни. Подползает ближе и глядит в глаза так блядски, и вовсе не он несколько мгновений назад трясся в агонии. Заглядывает прямо в душу, смеяться не прекращая, отдает себя в руки тьме, что всё время пряталась в нем, наконец-то решаясь призвать её на свободу и многолетнего заточения, впервые воблаго себя, а не во вред, как это до сего момента случалось. Достигнув точки, где тормозов больше не осталось, катится вниз, нарушая све земные законы. Нет больше того Тэхёна, он распрощался с жизнью ещё на рассвете, следя за ушедшим дувением ветра, слыша удаляющиеся тихие шаги, поть ему прямо в могилу, место ему в сырой земле… — ты издеваешься сейчас, да? Решил проверить новый способ изощрённых пыток? Всё так же глядя на альфу, тихо спрашивает Тэхён. Его спокойствие хуже ураганов, в нем прячется невиданность и все бедствия в одном, что когда-то однажды взорвуться вулканом, взрывая толстое дно… Рэжди сглатывая противный, состоящий из желчи ком в горле и единственное на что находятся силы — мотать головой, инстинктивно отступая назад под тяжелый и твёрдым как сталь взглядом. Настолько мертвых и чёрных глаз он не видел никогда…и от этого зарождается страх внутри, только вот уже совсем непонятно за кого. — ты действительно думаешь, что одно чёртого «извини» может что-то изменить? Что после того как ты попросишь прощения я такой: ну отличненько, только этого не не хватало? , да? Так ты думал когда шел сюда, прекрасно зная, что я пережил из-за тебя, сукин ты сын! Держать себя в руках нет сил. Чувства убивающие изнутри, прорываются наружу, руша вую ту стену, что строилась годами и это выводит из равновесия ещё сильнее… Слабость… Невозможность справиться даже со своими эмоциями… Вокруг мир распадается на части, а по ушам бьет только одно слово, что красным мигает перед глазами «Жалкий» «Ни на что не способный» «Ошибка» Не в силах больше слышать все те голоса у себя в голове, по комнате разносится невыносимый вопль, раздирающий душу, а сознание птицей парит в хмурых, грозовых тучах, покидая тело и наблюдая за ним свысока… Больше ему делать здесь нечего. Надеждами воссягать было глупо. Ни один человек не простит к себе такого отношения. Но больше всего не простит Тэхён, его не вправе осуждать за это те, кто говорит: «прощение ощищает душу» никто не вправе осуждать его за жизнь, которую он не хотел. Никто не вправе осуждать его за то, кем он стал, ведь сам давно превзошел их усех… Входная дверь громко хлопает, оставляя после себе только потоки холодного вечернего воздуха исследовать королевство несчастий и бедствий. Только ветер и тьма главенствует здесь, помечая свои границы. Окольцовывая Тэхёна в крепких цепях на золотом ошейнике и повинуя его довеку сидеть, в роли цербера охраняя от всех невзгод, только смотреть не из наружи нужно, опасность несёт лишь то, что внутри, то что вблизи и бок о бок с тобою того берегись… Черные силуэты на стенах не демоны вовсе, они уже ближе друзей, от них не спастись, не откреститься водою и точно не деться никуда. Только приютить, приласкать, приручить и готовиться к бою с врагом. Но делать если враг не кто-то с округи, а тот к всё время рос внутри тебя? Перед глазами картина, в красных оттенках стоит: теплый подвал, красный костюм и пуанты в боку, порядочный номер, диаметр сцены, количество мест на рядах. Вот девочки плывут в танке лебедей, вот мальчики слева трибун кричат им быстрей. Зал полон людей и восторженных криков, взрывает аплодисментами и похвалами, вознося их на пьедестал. А вот маленький мальчик стоит на краю, но под ногами нет сцены, там лишь пустота и страх не подняться, перед теми кто верил. Страх показать свои слабости всем, кто осуждал, кто хотел обесчестить. Страх, где-то на дне увидеть себя, без той невинной и детской веры, без того блеска з глазах, что всегда дарил людям надежду. Тэхён просыпается в холодном поту, садясь на кровати, всё ещё видя перед собой красный костюм и пуанты. Трёт холодными пальцами одной руки глаза, не сразу осознавая, что те становятся влажными, а другую руку придерживается на грудной клетке в попытках утихомирить громко стучащее сердце. Найдя включатель ночной лампы, комнату озаряет свет, придавая ей хотя бы немного, но всё же чувство защищённости. Кухня больше не встречает юное тело тиканьем настенных часов, теперь она вовсе, будто преданна покойнику. Найдя телефон где-то на плите, глядит на время — три сорок пять. Весь сегодняшний похожий на один сплошной сон, словно не было всего этого: ни приступа днем, ни странного ощущения днём, ни прихода Рэджи, ни этого странного сна…сплошной провал… Иллюзия, выдуманная его собственным подсознанием… А что если так и есть… Что если всё это бред сумасшедшего?.. Пытаясь выкинуть, так невовремя подъехавшие мысли из головы, Тэ достает с верхней шуфляды наполовину пустую пачку сигарет и прикуривает одну, глубоко затягиваясь, прямо посреди кухни, позволяя дыму завладеть его легкими и всему пространству вокруг… Одна мысль всё же вертится, обращаясь в мозку, словно вокруг своей оси — он ни за что не должен упустить свою мечту… Иначе предаст самого себя…

***

Если ребёнок загорается чем-то, что со временем перерастает в мечту, не воплотив её, вы предаете ребёнка внутри, вместе с тем убивая его, лишаетесь и себя…