Ты не забудешь эту ночь

POV Чонгук. Чонгук не мог до конца поверить в то, что они действительно начали встречаться с Сорой. Он каждое утро ловил себя на мысли, что нужно срочно себя ущипнуть, потому что уже шёл третий месяц, а у них были самые прекрасные отношения, о которых только можно было мечтать. Несмотря на их разницу в возрасте, Соре нравились фильмы в жанре аниме, и вкус в музыке у них был почти схож, что не могло не радовать парня. Она не говорила, что ему нужно делать и не доставала ревностью, как это делала его предыдущая пассия. Парень не мог перестать сравнивать их характеры и с каждым днем утопал в любви к Соре всё больше и больше. Чон был просто безумно влюблён, и думал, что это будет длиться вечно. Но всю их идиллию, в один прекрасный день, нарушил звонок отца. Чонгук как раз шёл домой к девушке, но притормозил в ближайшем парке, не желая, чтобы она слышала этот неприятный разговор. — Отец… — начал он, тяжело вздыхая, — здравствуй. Чонгук прекрасно понимал, зачем тот позвонил. Нетрудно было догадаться, ведь подходило время для поступления, а Чонгук еще не выбрал универ. Его отец настаивал, чтобы парень поступил в Институт бизнеса и занял место в его компании, а Чон был абсолютно против. Он не хотел в двадцать пять заковать себя в оковы рабского труда в офисе. С горем пополам Чон отвоевал спорт, но, при нынешних обстоятельствах, он хотел пойти работать. Правда, Соре о своём выборе он тоже не сказал. — Здравствуй, Чонгук. Ты уже надумал куда будешь поступать? Мне еще не приходило уведомление ни с одного университета, что ты подтвердил поступление. — Нет, в этом году я не хочу поступать. Подам в следующем, — сухо произнес Чонгук, заранее зная реакцию отца: он будет в ярости. — Что ты сказал? Мы же обсуждали это с тобой. Я пошёл тебе на уступки и разрешил не выбирать бизнес, но сейчас, за несколько недель до поступления, ты говоришь мне, что никуда не идёшь? Ты в своём уме?! Чонгук знал, что отец так отреагирует, ведь мужчина считал, что люди, не получившие достойное образование, вкалывают в Макдаке до конца своих дней или прозябают на какой-нибудь захудалой заправке, а ему не нужен такой сын. Но терпеть дальше отца было выше его сил. Он хотел жить, а не существовать, как воплощение всех несбывшихся мечт своих родителей. — Отец, ничего не произойдет, если я пойду учиться через год. Поступлю на заочное, возможно, даже в ту сферу, что ты хотел, — пытался смягчить разговор парень, чтобы отец не орал на него, словно разъяренный медведь. Но, кажется, это было зря, отец не хотел униматься ни на минуту. — Ты хоть понимаешь, сопляк, сколько денег мы в тебя вложили?! У тебя было всё: крутая одежда, модные гаджеты, лучшие школы и курсы, любой университет. Я покупал тебе всё, что ты хотел! — наседал еще больше мужчина, вгоняя Чона в уныние. Чонгук это всё не просил; ему не нужны были деньги. Отец откупался всеми этими тряпками и техникой, якобы выражая свою любовь к сыну. А Чон лишь мечтал о любящих его родителях, а не о няне, которая была им заменой. Хорошо, что потом его забрал к себе старший брат. Чонгук безумно благодарен Хоби, что он не бросил его в отчем доме. Иначе парень бы точно свихнулся к чёртовой матери. — И с чего ты решил взбрыкнуть? Очередной твой псих? — и снова эта ухмылка в голосе, которую Чонгук слышал, каждый проклятый раз. — Хочу пойти работать. — Это ещё зачем? — удивился мужчина. — Мне нужны собственные деньги. Чонгук понимал, что тратить деньги отца было бы верхом наглости. Да, и он хотел показать девушке, что настроен очень серьезно, и не собирается сидеть ни у родителей на шее, ни тем более у неё. — Не смеши меня. У тебя есть доступ к платиновой кредитке, а тебе понадобились вшивые гроши, которые ты будешь получать в какой-нибудь забегаловке за рабский труд. Тебе что, голову на солнце напекло? — рассмеялся отец, как делал это всегда, на любые предложения Чона. Раньше это расстраивало парня, но сейчас он уже свыкся с этими насмешками, и они не приносили столько боли. Как будто отец не слышал его или не хотел слышать. Всё, чтобы не говорил парень, всегда воспринималось в штыки. Чон только и слышал от него каждый чертов раз: «Мне лучше знать, что тебе нужно». — У меня появилась девушка, и я просто не хочу учиться сейчас, — вышел из себя Чонгук и закричал. — Пойми ты наконец, я уже не маленький мальчик, и мне не десять лет! — Заткнись, щенок! Тебе что, тестостерон в голову ударил, и ты решил всё бросить, ради первой попавшейся юбки?! У тебя ещё этих девчонок будет столько, что не сосчитать. А ты хочешь загубить всё, только потому что перед тобой какая-то смазливая мордашка раздвинула ноги?! — отец, не прекращал орать на Чонгука, а у того уже глаза были на мокром месте. Парень знал, что рано или поздно это случится, но не думал, что так скоро. — Я всегда знал, что с тобой нужно было по-другому разговаривать! Так ещё и твой брат хорош, разбаловал тебя… Нужно было держать тебя под строгим надзором, чтобы ты не вырос такой бестолочью! — Хорошо. Тогда я перееду… — в отчаянии сказал Чон, — и тебе придётся постараться, чтобы найти меня. Он не думал, что дойдет до этого, но сейчас ему действительно хотелось сбежать. Сбежать вместе Сорой. И он очень надеялся, что она согласится… Возможно, если он расскажет про родителей, девушка поймет его, и они вместе сбегут куда-нибудь. — Эх, парень, ты зря думаешь, что я не найду на тебя управу. Мужчина закончил свою гневную тираду и сбросил звонок. Чонгук выдохнул, но легче на душе не стало. Он знал, что его отец способен на многие вещи, если что-то шло не так, как он хотел. Когда Сора спросила его этим вечером, всё ли в порядке, Чонгук, конечно же, соврал. Он хотел рассказать ей обо всём позже, когда придумает, что делать с отцом. Но, кажется, он опоздал.

***

Уйдя на очередную тренировку, спустя несколько дней после того разговора, парень никак не думал, что случится что-то непредвиденное. Утром они мило попрощались с Сорой, когда она собиралась на работу, и ничего не предвещало беды. Но, выйдя из душевой после тренировки, он увидел несколько пропущенных и нахмурился. Обычно девушка столько раз не набирала его и не отличалась такой настойчивостью. Только если что-то произошло. Быстро натянув штаны и толстовку, парень принялся набирать Сору, но девушка не брала трубку. Чонгук не на шутку запаниковал и рванул к школе, благо она располагалась не так далеко от спортивного центра. Добежав до нужного здания, парень не увидел свет в окнах её кабинета и расстроился ещё больше. Недолго думая, Чонгук решил спросить местного охранника, знает ли он, когда ушла Сора. Чон, конечно, сейчас сильно её подставлял и выглядел странно, но вряд ли добродушный мужчина стал бы трепаться о том, что парень спрашивал про свою, теперь уже бывшую, учительницу. Эдди, конечно, сразу узнал Чонгука и с радостью ответил на его вопрос. Охранник сообщил, что около сорока или пятидесяти минут назад девушка ушла, но это никак не помогло парню. Он по-прежнему не знал, где она находится, и единственным местом, котрое пришло ему в голову, был её дом. Стоило ему отойти от здания школы, как его телефон зазвонил, а на дисплее появилось имя девушки. Чон тут же поднял трубку и, затаив дыхание, спросил: — Где ты? С тобой всё в порядке? — Со мной всё хорошо… — как-то слишком отстранённо ответила девушка.  Чонгук с облегчением выдохнул, услышав родной голос. Но после этого Сора ошарашила парня, словно вылила на него ушат ледяной воды. — Нам нужно расстаться. — Что… Почему? Всё же было хорошо. Ты… Я… Мы же любим друг друга. Не ты ли говорила это? — Чонгук не мог поверить услышанному, остановившись на обочине, с силой сжимая телефон в руках. — Ты слишком молод, и мы не подходим друг другу. Ты уедешь учиться, найдешь себе какую-нибудь молоденькую девицу и забудешь про меня, — не сдавалась девушка, но Чон слышал, что её голос дрожит. В парне сейчас боролись и гнев, и грусть одновременно. Он был расстроен, из-за слов девушки, но в то же время, зол, что она не сказал ему этого утром. Зачем решила сделать это таким способом? Неужели нельзя было поговорить с глазу на глаз? — Тебе не кажется, что мы уже это проходили? — запротестовал парень. — И с чего ты взяла, что я уезжаю? Я решил, что не пойду учиться… Прости, что сразу не сказал об этом. Только давай поговорим, пожалуйста. — Прости меня... Чон не успел сказать что-то ещё, потому что девушка после этих слова бросила трубку. Парень слегка пошатнулся, немного потеряв равновесие. Грудь сдавило в тиски, словно выбили из лёгких весь кислород, и на секунду ему показалось, что он бредит. Сегодня утром, они были счастливы с Сорой. Лежали в обнимку на её диване; девушка целовала парня, подушечками пальцев выводя узоры на его щеках, а Чон обнимал её за талию, проводя большими ладонями по пояснице. Нет! Она не могла просто взять и вот так бросить его. Этого просто не может быть! Немного отойдя от шока и негодования, Чонгук решил взять себя в руки, и всё-таки поговорить с девушкой, чтобы она сказала ему это глядя в глаза. Никаких телефонных расставаний! Он хотел объяснений. Чонгук даже был немного зол, что брюнетка так поступила, но спустя несколько минут, обида и ярость отступили, а на их смену пришло волнение. Парень не мог поверить, в то, что Сора решила с ним порвать без причины. Он был уверен, что произошло что-то плохое. Добежав до дома девушки, Чонгук так быстро проскочил несколько пролётов вверх не замечая ничего вокруг, что чуть не толкнул соседку, которая поднималась по лестнице. Осторожно подойдя к двери он помедлил. Сердце зашлось тахикардией, а руки немного затрясло от волнения. Он долго раздумывал, чтобы без приглашения ворваться, в теперь уже чужое жилище, но всё равно открыл дверь, отданным когда-то ему ключом. В квартире было тихо. Как будто, совсем недавно, прошёлся ураган и оставил после себя только разбросанные повсюду вещи. Девушки нигде не было, и Чонгук понял, что опоздал. Его разрывало изнутри от досады и боли. Попятившись назад, он упёрся в стену прихожей и сполз вниз, обхватывая голову руками. Она оставила его... Снова.