Как дочь

Декабрь, 2013 год. Каток "Хрустальный", Москва. Этери Тутберидзе покидала тренерскую чуть позже, чем положено, разбиралась с документами на Юлю. Она хотела было покинуть территорию дворца, но ее привлекли всхлипы со стороны лавочек, скрытых за колоннами. На холодной лавочке, под дождем, заливалась слезами Женя Медведева, держа в руках коньки и рюкзак. Она подошла ближе и прикоснулась к ее руке. - Ты чего домой не идешь, Жень? Что-то случилось? – тренер забрала мокрые коньки из рук девочки. - Этери Георгиевна, все хорошо. Я пойду. – она поднялась, пытаясь стереть слезы холодной рукой, но рука женщины ее остановила. - Ну-ка говори, чего ревешь? – и тут только до нее дошло, что Медведева вся мокрая и холодная. – Жень, а ты почему без шапки и куртки? Судя по тому, как давно кончилась тренировка, ты сидишь часа два. - В рюкзаке они. Да все нормально, я пойду. – но Этери достает из рюкзака и накидывает ей куртку, задевает плечо и слышит громкое «Ой». - Жень, это на тренировке повредила? – она отрицательно машет головой. – А почему же оно болит? Женя выдохнула. Подумав минуты две, стоит ли говорить, она призналась. - Отец. Он опять был пьяный и побил меня. Он всегда бьет, когда пьяный. Я привыкла уже. Он и маму бил, пока она не умерла. – она снова всхлипнула. - Ты шутишь? Так вот откуда эти ссадины, верно? – девочка лишь кивнула, прижимаясь к тренеру. - Так, ясно. Вставай, переночуешь у нас, не хватало еще чтобы он тебе что-то хуже сделал. - Нет, не надо. Я сама, я сильная. Он сегодня уже нормальный был, все хорошо будет. – тренер лишь покачала головой, велев звонить, если что. Но ей было очень неспокойно и она решила доехать до двора спортсменки и дождаться ее прихода домой. *** Женя вошла домой и сразу поняла, что нормально не будет. Отец встречал ее в коридоре с бутылкой в руках, явно успев принять до этого. - Пришла? Где опять шлялась? Я есть хочу, ты не готовишь ничего! - Я была на тренировке, ты знаешь, что график плотный, юниорский чемпионат вот-вот. - Да хватит врать. Ты ничего не стоишь, я же знаю, ты все время только падаешь. – он наотмашь ударил дочь по лицу, и толкнул, от чего та упала и ударилась виском о ручку двери. Пока отец отошел, она успела лишь набрать номер Этери и закинуть телефон в карман. Он вошел с ремнем. - Сейчас я покажу тебе, как не уважать старших. – удар опустился на спину, затем еще и еще, она кричала от боли и страха, а он продолжал бить ее по рукам, ногам и спине. Как вдруг открылась дверь и на пороге возникла Этери. - Отстаньте от девочки, или я вызову полицию. Женя, мы уходим. – она помогла подняться подопечной, подхватила вещи и, держа ее за пояс, села с ней в машину. Опешивший отец так и стоял в коридоре, лишь выкрикнув напоследок не самые цензурные фразы в сторону Жени и тренера, отчего девочка только больше задрожала и прижалась к Тутберидзе. - Жень, ты как? – спросила она, усадив ее в машину. - Больно… - всхлипнула девочка. - Там есть термос в кармане, в нем чай, сзади плед лежит. Попей пока, сейчас поедем к нам. Или может в больницу? – она обернулась, взглянув на рассеченный висок девочки. - Не, не надо в больницу. - Хорошо, поедем к нам, переночуешь, там видно будет. Пока добирались, Женя, укрытая пледом уснула, иногда вздрагивая. Этери разбудила девочку у дома и помогла подняться. Ее провели в комнату, явно Дианину, судя по обстановке. - Давай-ка раздевайся, возьми вот полотенце и пижаму чистую и дуй в душ. Она кивнула и скрылась за дверью. Появилась обратно она минут через двадцать, тренер стояла в домашнем. - Раздевайся, посмотрим ранения. – она достала аптечку. Девочка стянула майку. - Ложись на живот на кровать. – Этери мягко провела пальцами по синякам и рубцам на спине и ногах, про себя думая, сколько же раз он бил девочку, что она лишние три часа мокла под дождем на улице. Она смазала их мазью, обработала рану на виске и разбитую губу. - Вставай, пойдем чай пить, а то вся промерзла, ноябрь на дворе однако. – тренер провела ее на уютную кухню, положила борщ и налила стакан чая. – Ешь давай. Полезно. - Спасибо. – она ловко расправилась с ужином, затем тренер отправилась на кровать к себе, а Женю уложила на диване, поцеловав в лоб и пожелав спокойной ночи. *** Ночью Этери проснулась от того, что ее кто-то тряс за плечо. - Этери Георгиевна, а есть еще одеяло, а то холодно? – Медведева стояла перед ней. - Холодно? – изумилась тренер, в квартире топили довольно жарко. – Ну-ка иди сюда. – она приложила руку ко лбу девочки. – Ууу, иди ложись, я сейчас приду. Она принесла градусник и сама поставила его Жене. - Горло болит поди? – спросила тренер, сидя на ее кровати и держа руку. Девочка лишь кивнула. – Досиделась под дождем, называется. Давай градусник. 38,8, очень не очень это. Погоди, парацетамол был где-то. – она пошарилась в аптечке, выдала ей таблетку от горла и от температуры. – Выпей пока и ложись, завтра врача вызову. Женя кивнула и провалилась в сон. *** На утро Этери подняла ее достаточно рано. Рядом с ней стоял мужчина, Женя пару раз видела его на тренировках и в коридорах. - Вот она, наша больная. Я выйду. – тренер ушла, оставив их вдвоем. Врач принялся за осмотр, а она ждала. Наконец он вышел. - Этери Георгиевна, ничего серьезного я не вижу, простая простуда. Я все написал. Скажите, а что у нее на спине? – тренер лишь вздохнула. – Вот, мажьте, они сойдут на нет. – он черканул на бумажку. – Я пойду. До свидания. Она попрощалась с ним и пошла к девочке. Она молча лежала на кровати. - Жень, давай заявим, что он бьет тебя? - И? Его прав лишат, а меня в приют? Нет уж, лучше так. Спасибо вам, Этери Георгиевна. - Да не за что. Ты как? - Лучше, чем ночью. Вскоре Женя поправилась и вернулась на лед. А Этери все думала о том, как быть с ее отцом, но один случай перегнул палку.