Знаешь, Бокуто...

Какой же ты странный, Бокуто-сан. Наверное, ты всегда был таким. В те моменты, когда другие предпочитают опускать руки, ты хватаешься за свою цель ещё крепче, демонстрируя каждому на площадке своё упорство и энергичность. Это… сбивает с толку. Наверное, никто не любит волейбол так, как любишь его ты. Для твоих лёгких он намного важнее кислорода. Ты словно дышишь игрой, а не им. Если каким-то чудом в свободное время тебя нет на площадке, значит, ты абсолютно точно пересматриваешь наши матчи. Думаю, какой бы язык я ни выучил, мне никогда не хватит слов, чтобы описать весь твой восторг, когда ты смотришь на свою игру. Ты же у нас экстраверт до мозга костей — всё наружу. Каждая эмоция до того яркая и выразительная, что смотреть и смешно, и не оторваться. Когда мы играли в одной команде, ты всегда вёл нас за собой, уверенно пробиваясь сквозь неприступную стену соперников. Шаг за шагом, матч за матчем. И вот мы снова на национальных. А тебе всё мало. Тебе ведь всегда было мало волейбола, да, Бокуто-сан? В то время, как все валились с ног после тренировки, ты продолжал вертеться вокруг тренера и умолять его о продолжении. А я всегда стоял позади и удивлялся, как тебе это удаётся? Ты всегда прыгал намного выше нас, вкладывая всего себя в каждый свой удар. Откуда же в тебе столько энергии? Когда тебя называют совой, то, наверное, сильно преувеличивают. Ты скорее был и навсегда останешься маленьким непредсказуемым совёнком. Нашим совёнком. Пускай твои извечные перепады настроения и действовали нам на нервы, но каждый считал своим долгом дотянуть до твоего возвращения в игру. Вдобавок, когда твои глаза загорались вновь и ты взлетал в воздух... От тебя было глаз не оторвать. Да-да, можешь радоваться, что я, пусть и не вслух, но сказал это. Ты же у нас главный любитель покрасоваться. Хотя ты и правда достоин восхищения. И Фукуродани, и абсолютно каждый, кто хоть раз видел тебя в действии — все уже давно признали тебя. А когда ты выходишь на площадку, они с замиранием сердца ожидают великолепной игры. И тот, кто смеет хотя бы на мгновение усомниться в тебе, тут же давится собственным удивлением. Да, ты и правда умеешь удивлять. «Забивать тогда, когда от тебя этого никто не ждёт», — ты так сильно любишь это. Я знаю, что сейчас ты по-настоящему гордишься собой и своими умениями. И мы тоже гордимся. Прошло столько времени, а я всё ещё помню твои слова тогда: «До сих пор я был "асом, которого балуют остальные члены команды", но через несколько дней мы все попрощаемся друг с другом и разойдёмся в разные стороны, так что самое время мне стать просто "асом"». Но как бы ни старался, стать "просто асом" для Фукуродани ты так и не сумел. Зато ты стал нашим капитаном, в которого верил каждый... Ты стал нашим солнцем. Шестерёнкой, что начинала своё вращение первой, тем самым запуская в ход и остальные. Однажды ты назвал меня своим миром, и я долго думал над этими словами. Должно быть, я всю жизнь буду винить себя в том, что не осмелился сказать тебе этого тогда: «Знаешь, Бокуто, это ведь ты наш мир. Мой мир». То, о чём думал Акааши Кейджи, наблюдая за игрой шакалов.