Колдовстворец

      Завтракая в Большом зале за столом Слизерина Элизабет была весьма задумчива, и не сразу ответила на вопрос Алариха, когда тот спрашивал про их ежегодные ставки на международные соревнования по квиддичу. Такая традиция у ребят появилась ровно с того момента, когда они впервые вмсете посетили такие соревнования. — Бэт, ты меня вообще слушала? — Аларих недовольно смотрел на подругу, слегка нахмурив брови. — Прости Ал, я слегка отвлеклась… — Виновато произнесла девушка, стыдливо улыбнувшись — Не мог бы повторить?       Северус, сидящий рядом с Элизабет, незаметно посмотрел на девушку искоса, видимо что-то взвешивая в голове. Отведя взгляд от нее, он продолжил общаться с Барти Краучем и Мальсибером. — Я говорю о ставках на международных соревнованиях по квиддичу. Ты на кого и сколько ставишь? — На Сборную Сирии, пятьсот галлеонов. Как по мне, они более слажено играют, чем Сборная Мадагаскара. А ты? — с удивительным спокойствием проговорила голубоглазая, ведь для нее деньги не проблема. В последнее время семейные дела сильно поднялись, да и отец отчисляет им не маленькую сумму.       Стол Слизерина заулюлюкал, ведь пятьсот галлеонов это две тысячи пятьсот фунтов, а так как девушка живет в Германии, то это почти сорок шесть тысяч DEM. — Мисс Иранская поднимает ставки? — усмехнувшись произнес брюнет — Хорошо, тогда я ставлю тоже пятьсот галлеонов, но на сборную Мадагаскара!       Гул поднялся такой, что даже профессора обратили внимание на привычно тихий, но только не сейчас, стол Слизерина. Заметив взгляды, обращенные в их стороны, представители змеиного факультета умолкли, разговаривая на уровне шепота. — Что ж, посмотрим кто сорвет куш, мистер Шумилов. — с усмешкой и азартом в глазах произнесла блондинка, открыто показывая, что ей смешно с данной ситуации. Она была довольно азартной, что в большинстве случаев играло ей на руку.       Тут Дамблдор постучал ложечкой по бокалу и встал из-за стола, призывая к тишине. Зал ненадолго замер и все обратили свой взор на седовласого старика, одетого как волшебники из сказок для маглов. — Дорогие учащиеся Хогвартса и наши уважаемые гости, прошу минуточку внимания! Хотелось бы напомнить, что турнир освобождает от занятий только в день испытания и, если наши гости захотят, они могут ходить на занятия по своему желанию. Так же хотелось бы попросить чемпионов подойти в небольшую пустующую аудиторию на третьем этаже, левый поворот 7 дверь слева, после приёма пищи.       Благородно кивнув головой, старец сел на свое место и гул в зале начал нарастать с большей силой, обсуждая ныне сказанное Дамблдором. Элизабет неоднозначно переглянулась с Аларихом, и продолжила незаметно попивать из бокала вино, которое она преобразовала из воды по взмаху руки. Похожая практика была еще в начале изучения общей алхимии, и по мнению девушки самая интересная.

***

      После трапезы чемпионы школ, как и просил Дамблдор поднялись в пустующую аудиторию, где большинство столов сдвинуты в конец, образуя в центре пустое пространство. Три стола составлены вместе перед доской и накрыты длинной бархатной скатертью. За ними пять кресел. В одном сидит Клейман, беседуя с незнакомой молодой ведьмой лет двадцати двух, в красной мантии.       Алексий Медведев, по обыкновению, задумчиво стоит в стороне от всех, недалеко от него, в шагах пятнадцати стоит Луиза. Вид у нее довольный, не то что в день приезда. Она то и дело откидывает голову, и длинные каштановые волосы на свету красиво переливаются. Пузатый коротышка с большой черной камерой, слегка дымившейся, краем глаза любуется ею.       Увидев Элизабет и Северуса, Эдвард вскочил и радостно к ним подошел, едва не танцуя. — А вот оставшиеся чемпионы! Входите, Элиза, Северус, вхо­дите! Не волнуйтесь, это просто церемония проверки вол­шебных палочек. Сейчас подойдут члены судейской бригады. — Прошу прощения, но меня зовут Элизабет. — проговорила блондинка голосом, не потерпевшим возражений, с еле заметной ноткой отвращения. — Примите мои извинения, мисс Иранская, оговорился — Клейман уважительно склонил голову и его взор пал на рукоять меча, которую крепко и слегка нервно держала девушка, пытаясь обуздать агрессию и не опозорится. — Проверка волшебных палочек? — озадаченно переспросил Снейп. — Необходимо проверить, в каком они состоянии, нет ли поломок. Это ваш главный инструмент в соревнованиях. Специалист в этой области сейчас наверху с директором. После церемонии вас будут фотографировать. Познакомьтесь, Рита Скитер. — начальник Департамента жестом указал на женщину в алой мантии. — Она делает небольшой материал о Турнире для «Пророка». — Не такой уж и небольшой, Эдвард, — поправила Рита, впившись взглядом в непоколебимую голубоглазку.       Волосы у нее уложены в причудливое сооружение из тугих локонов, нелепо сочетающееся с массивным под­бородком; очки отделаны драгоценностями, толстые пальцы, сжимающие крокодиловой кожи сумочку завер­шаются длиннейшими ногтями, покрытыми пунцовым лаком. — Нельзя ли до начала церемонии взять у Элизабет ко­ротенькое интервью? — обратилась она к Клейману не от­рывая от блондинки глаз — Представительница новой школы в чемпионате, несомнен­но, прибавит статье живости. — Разумеется! Элизабет, ты не возражаешь? — Возражаю — безразлично протянула девушка, от злости сжав рукоять меча до хруста в костяшках, из-за чего на нее странно покосился Северус, чего большинство находящихся в помещении не заметило. — Но я все же тебя заберу. — Красные когти железной хват­кой вцепились немке в руку повыше локтя. Журналист­ка потащила её из комнаты и толкнула соседнюю дверь. — Там очень шумно, — сказала она. — Побеседуем луч­ше здесь в тихой, уютной обстановке.       Девушка зло взглянула на нее: они оказались в каморке для ведер и швабр. — Входи, тут отлично. Вот так.       Рита осторожно опу­стилась на перевернутое ведро, и хотела усадить Элизабет на картон­ную коробку, но та стойко стояла на ногах, и молодая журналистка закрыла плотно дверь. Каморка погрузи­лась в темноту. — Что ж, приступим.       Раскрыв крокодиловую сумочку, она извлекла горсть свечей, волшебной палочкой повесила в возду­хе и зажгла. — Элизабет, ты не против Прытко Пишущего Пера? Так я смогу более естественно говорить с тобой. — Я против всего этого интервью перед проверкой, так что не вижу смысла в вашем вопросе. — Так-так, — наклонилась она к девушке. — Что же побудило тебя стать участницей Турнира? — М-м, — опять протянула Иранская. Хотела было что-то сказать, но перо уже строчило: Шрам проходящий через левую бровь и глаз, подарок трагического прошло­го, портит во всем остальном очаровательное лицо Элизабет Иранской, чьи глаза схожи с Адским пламенем… — Не обращай на перо внимания, Элизабет, — приказала его обладательница.       Испытывая непреодолимое отвра­щение, немка перевела взгляд на Риту. — Почему ты решила бросить в Кубок свое имя? Хочешь доказать свои силы? Умения? Возможности? — Я уверена в своих силах и возможностях, умениях, и не вижу смысла что-либо кому-то доказывать. — взгляд девушки был безразличен, голос беспристрастен — Я бросила свое имя в Кубок здраво оценивая рассчитывая возможности как моей, так и других магических школ. Наша школа впервые за долгое время решила участвовать в данном мероприятии, которое с трепетом ожидает большинство магического сообщества и, по моему мнению, пришло время показать, кто сильнейший в наше время.       Девушка молча развернулась и с озлобленным выражением лица вернулась в аудиторию, оставив шокированную журналистку в чулане.