Полюби меня

они были лучшими друзьями, умевшие морально поддержать друг друга в трудную минуту. и вот сейчас, из-за какой-то нелепой ревности, это общение навсегда прекратилось? все те моменты, которые они пережили вместе, те переживания и слезы… все было напрасно? нет, чифую отказывался в это верить. внутри мацуно было пусто. сейчас он не чувствовал ничего. он не сможет смириться с тем, что баджи больше не обнимет его, не скажет ласковые слова и не успокоит его, как делал раньше. — блядство, – зажмурясь и сжав кулаки, произнес мацуно. ненависть к себе никуда не исчезла. она лишь возрастала с каждым гребаным днем. но баджи все так же не вызывал отрицательных чувств, хотя должен, потому что обида на него все же засела глубоко внутри и царапала, как кошка, душу. наверное, это болезнь. любовь всегда затуманивает разум. если бы только была возможность отключить эмоции, то не пришлось бы так страдать. *** 24 сентября «рейс 303, пройдите на посадочную площадку» черные круги под глазами давали понять, что мацуно в последние время спал по несколько часов в день. он перестал принимать какую-либо пищу, его от нее просто воротило. лишь сидел в своей комнате, запивая алкоголем горький табак. чифу нравился запах табака, он всегда ассоциировался с баджи. мацуно, сидя на скамейке в зале ожидания и опрокинув голову назад, смотрел сверху вниз в большое окно, что выходило на аэродромную площадку. люди вокруг подобно серой массы, передвигались по аэропорту, но нигде не было его. поднявшись с железного кресла, чифую сонно зевал и подтягивался. глаза расширяются когда блондин вдыхает аромат, что был так ему знаком. этот парфюм нельзя спутать ни с чем. развернувшись, чифую сталкивается с черными, волосами. баджи стоял к нему спиной, разговаривая со знакомым. сглотнув, чифую решил сделать шаг вперед. хотелось дотронуться до его шелковистых волос, что спускались на плечи, посмотреть в его темные глаза и увидеть в них любовь. ему нравилось, как баджи на него смотрел. — надеюсь, сегодня рейс не задержат, – посмеявшись, сказал баджи своим до боли хриплым и родным голосом. его смех был как наркотик для чифу, он готов был его слушать месяцами. нет, годами. ногти блондина впились в ладонь, но даже несмотря на тошноту и слабость, чифую продолжал сверлить его глазами. в этом мрачном и холодном городе у чифую остались лишь воспоминания, которые приносили ему неизлечимую болезнь, от которого нет лекарств. выдохнув, мацуно, подхватив сумку, направился ко входу для посадки в самолет. «очень жаль, что ты так и не полюбил меня»