Оказывается, некоторые люди и души могут возвращать

Вы когда-нибудь думали что же на самом деле человек чувствует после расставания? Боль? Радость? Печаль? А может облегчение? В основном это боль, которая вскоре заменяется пустотой - или же простое безразличие. В целом, всё зависит от причины и того, насколько же сильно вы были привязаны к человеку. И конечно же как долго всё это продолжалось. Хотя здесь уже у каждого по-разному. Мне хватило всего три чёртовых года, чтобы убить себя. Я не помню что же на самом деле ощущал первые несколько дней после того, как мой молодой человек решил бросить меня, на последок поздравив с Новым годом. С кем не бывает, просто наговорил жестокой правды, заставляя, одну, уже и без того искалеченную душу умереть окончательно. Добивая её последним чёртовым ударом. Той ночью мою грудную клетку больше ничего не сжирало, кроме дикой пустоты, что беспощадно раздирала всё внутри. Было слишком прекрасно, правда. И каково же было моё удивление, когда после последней его кинутой фразы я не расплакался. Просто пустота. Видимо слёзы закончились вместе с уходом, как и чувства в целом, заменяя собой всё огромной пропастью. Прекрасный праздник получился. Спустя несколько дней – или недель – уже плохо помню, я начал думать, что наконец избавился от этого чёртового напряжения. Понял, что наконец нет этой чёртовой лжи и боли и страха. А значит всё однозначно я должен зажить прекрасно. Я наконец свободен, свободен чёрт подери! И возможно я был и прав, по крайне мере я осознаю это сейчас, после того, как полтора года ходил на приём к психологу, пил чёртовы антидепрессанты и наконец нашёл любимого человека, который любит и ценит меня, а не сжигает ежедневно ревностью, ложью и болью. Хотя смотря кто ещё из нас тогда лгал. Два года назад. Уже канун Нового года, а праздничное настроение как в Лету кануло. У Хёнджуна как обычно этот чёртов завал на работе, а у меня завал внутри из грёбаной лжи, боли и отрицаний. Отрицаний слишком очевидных, на первый взгляд, вещей. Джун ведь не просто так приходит раздражённым домой, значит у него проблемы – как-никак конец года. Да и врёт он скорее всего тоже не просто так, возможно он готовит сюрприз к Новому году. Чон не такой, он не стал бы врать и срываться на мне со злым умыслом. Просто он очень устал. Он и правда устал всего лишь, да? Что за глупые вопросы крутятся в моей голове, конечно же устал, конечно. Ври себе сколько угодно, глупенький. Встаю с кровати и иду в ванну для того, чтобы хотя бы немного привести себя в порядок. Всё же через несколько часов праздник и через час должен вернуться Джун, он обещал сегодня вернуться к девяти, обещал. А значит обязательно так и будет, он всегда держит своё слово. К примеру, когда каждый раз зарекается тебе о том, что снова не ударит, когда приходит пьяным с очередного корпоратива и начинает беситься. Ну или когда видит твоё восхищение, которое иногда направлено не на него. Не помню как захожу в ванну и становлюсь около зеркала. Оттуда на меня смотрит худощавый парнёк, который пытается скрывать своё тело под свободными спортивными штанами, которые купил лет пять назад с мамой в каком-то небольшом торговом центре - и огромной толстовкой, которая была на размера три больше самого меня. Некогда медовые большие глаза потускнели и напоминали чем-то цвет чая, который заваривали несколько раз, постоянно пытаясь выжать из него последние остатки. Действительно, я как тот самый чай, из которого кто-то – не а кто-то, а кое-кто определённый – ежедневно выжимает последние остатки. Синие же прядки волос беспорядочно спадали на глаза, неплохо было бы уже перекраситься. Тот факт, что тёмные корни начали слишком быстро расти, не совсем радует. Какой же ты слабый, Ким Тэхён. Тошнит от одной мысли о том, как ты тут изо дня в день унижаешься перед каким-то отбросом этого мира, которому бы не помешало поднять себе самооценку и научится доверять людям. А ещё желательно не врать самому человеку, который слепо готов пойти на всё ради тебя. Ну или хотя бы просто перестать быть мудаком и сказать правду в лицо. Мне искренне жаль тебя, Тэ. *** Сегодня был первый сеанс у доктора Пака, на который меня сослал беспокоящийся Юнги. Это был мой первый сеанс у психотерапевта вот уже как спустя как полгода после того грёбаного дня, когда сердце пошатнулось в последний раз. Кажется не только сердце, а и жизнь в принципе. Но об этом позже. Я наверное привёл бы в пример состояние Беллы после расставания с Эдвардом, чтобы описать своё, но понимаю, что не могу: сам не понимаю, что именно творится внутри. Если бы я сказал, что мою душу вырвали вместе с уходом того человека, то бы наверное преувеличил. По крайней мере насчёт души точно было бы сказано громко. Но вот если считать все чувства – даже чёртова боль, катись она в Ад! – даже её в помине не было. Просто пусто. Будто душу, вечно наполненную ярким теплом и болью вмиг осушили, как чёртов Марс и оставили, забыв о чём-то живом – обо мне, к примеру. Я как та самая красная планета, которую все бросили и который больше не хочет иметь что-либо общее с кем-то. Ведь последнее что было уже забрали. Доктор Пак Чимин был довольно приятный человек, по крайней мере мне тот напомнил самого себя пару лет назад. Такой же добрый и отзывчивый. Правда в отличие от меня самого, тот уж точно получше разбирался в людях и не пытался спасти всех только от своей наивности. Возможно если бы я встретился с ним на годик-два раньше, то мы могли бы даже подружиться. Возможно. Но только не тогда, когда я уже даже и не уверен живу ли я или мне продолжает снится какой-то кошмар, который никак не хотел прекращаться и со временем вгонял в ещё большую пропасть, заставляя теряться ещё больше. Просто хочется вздохнуть чёрт подери и понять в один прекрасный день, что ты можешь хотя бы плакать. Плакать. Как же во время дикой пустоты, раздирающей твою клетку слёзы кажутся единственным спасением и знаком того, что ты жив. Я перевожу взгляд на Чимина, который что-то отмечал в своём ежедневнике после нашего долгого разговора. Это был первый раз спустя столько времени, когда я говорил так долго и так много. По началу было как-то непривычно выдавливать из себя не только приветствие или просьбу, состоящую из одного предложения, а целый рассказ, длиною в несколько лет о моей жизни. Создавалось такое ощущение, что я забыл как вообще выдавливать из себя хотя бы какую-нибудь речь, когда только начинал рассказывать. До сегодняшнего дня. Я не мог не признаться, что давно хотелось поговорить с кем-то о том, что чувствовал на самом деле. Не о том, что вкратце рассказывал Юнги или Хосоку, нет. Хотелось показать то, что я на самом деле ощущал за той маской внушения всем вокруг и себе самому о том, что всё в порядке. Я мог повторять это сколько угодно Мину, чтобы тот не волновался и не пытался вразумить потерявшего меня голову – правда, которую всегда вываливал Юнги была слишком жестокой и горькой. Когда любишь человека по-настоящему, то не замечаешь его минусов. Ну точнее так думал я тогда, как и большинство людей на этой чёртовой планете. Ложь. Чёртова ложь. Это не блядская любовь – это человек ослеплён несколькими плюсами, которые пришлись ему по вкусу. До такой степени, что эта слепота доводит до самых ужасных вещей: смерти и дикой пустоты. У Кима она просто беспощадно выжгла внутри всё, что только могла. *** — Я тебя люблю, — шепчет Тэхён, ловя губами лёгкий поцелуй парня напротив. Такой короткий и лёгкий, как и тогда на той самой остановке, где они впервые встретились, а спустя время – поцеловались. — Я тебя тоже, Тэхён, — отстраняется темноволосый и прожигая задумчивым взглядом Кима, обнимает его, закатывая глаза, пока юноша ничего не видит. Он устал. *** Всё же какой-то звоночек в голове давал понять, что уже пора сдвигаться с этой грёбаной мёртвой точки. Пора двигаться, Тэхён, двигаться вперёд. И спустя года походов к Чимину и приёма каких-то таблеток я наконец начинаю это делать. Такие маленькие, совсем незаметные шажочки, но делаю. Смотрю на людей вокруг, на их улыбки, на их слёзы, на всю их радость, горе и печаль и наконец понимаю: не моя вина, что я был слишком наивным и подпустил к себе так близко не того человека. Не моя вина, что я постоянно пытался закрыть глаза на плохие качества своего партнёра. Я совершенно не виноват в том, бьёт – значит любит, сам выбесил. Точно так же, как и сильно ревнует – значит очень сильно любит и боится потерять тебя. Ни черта это так не работает. Уж сейчас я это точно понимаю. Бьёт – значит пусть обратиться к психотерапевту со своим неконтролируемым гневом. Ревнует на пустом месте – значит нужно поднимать самооценку и учится доверять человеку, как минимум с которым, ты собираешь провести некоторую часть своей жизни, а может – всю. Наверное я должен жалеть, что потратил свою жизнь на человека, который её уничтожал, лишал красок и делал до ужаса больно, но внутри нет совершенно никакого сожаления. Жалеть о чём-то – означает переживать тот самый поступок, привязывать себя к нему цепями и проживать в своём маленьком мирке его вновь и вновь, загоняя себя в самую бездну отчаяния и цепляясь за то, что уже давно прошло. Нужно принимать всё, что происходило в твоей жизни, проживать и двигаться дальше. Если бы я сейчас тратил время на то, чтобы думать о том, как ужасно мне было и каким глупым я был, что завёл себя в ещё большее отчаяние, то проживал ту старую жизнь и запер бы себя в ней. Сожаление – это чёртовы оковы прошлого. И если вовремя от него не избавиться, то умрёшь. Умрёшь с огромным камнем, так и не сделав глоток свежего воздуха спокойно. *** Казалось бы, лёгкое предпраздничное волнение уже давно превратилось в непрекращающуюся тревогу. Хёнджун однозначно сильно задерживался сегодня на работе. До Нового года осталось всего пятнадцать минут, а парня до сих пор не было дома. И я бы наверное соврал, если бы в очередной раз сказал, что у него много работы и поэтому он задерживается до такого позднего времени. Рабочий день закончился шесть часов назад. Буквально пять назад он обещал, что через полтора часа вернётся домой. И уже через несколько минут праздник, а он до сих пор не явился. Он же точно не врёт. Просто я слишком сильно себя накручиваю. Или мы врём оба, и оба – мне. Тэ, какой же ты наивный дурачок. Так, главное сейчас не накручивать себя раньше времени. Может у него и правда случилось что-то серьёзное. По крайней мере, я одновременно надеюсь на это, как бы плохо это не звучало, одновременно – нет. — Джун, ты купил новые духи? — интересуется Тэхён, стоя у двери в спальню, когда в очередной раз его парень возвращается почти в четыре утра и от него веет до противного резким одеколоном. — Ох, друг прикупил новый аромат и посоветовал попробовать, может мне тоже понравится, — ошибка. — У него жена открыла свой магазин, вот и пытается прорекламировать его, — слегка улыбается Чон и совершает тем самым вторую ошибку. Первая – он ненавидит резкие запахи. Вторая – он бы не за что не стал на себе пробовать то, что терпеть не может. Хотя возможно это очередной приступ ревности ослепил Тэхёна и тот уже напридумывал себе ̶т̶ы̶с̶я̶ч̶у̶ и один вариант в голове. И как нельзя верный, но кто это будет принимать сейчас. Лучше всё списать на слепую ревность. Точно. — Ты ненавидишь их, — всё же еле слышно шепчет Тэ. — Что, милый? — притворяется, что не слышал Хёнджун. Ну и конечно. Однозначно это не так важно и Тэхён просто ослеплён ревностью и паранойей. Однозначно ему снова кажется и точно не стоит заводить ссору. — Люблю тебя, Джун-и, — мягко улыбается Ким и едва сдерживает слёзы. Он ошибся. Воспоминания снова наталкивают на мысль, что тогда мне и вовсе не показалось. Что поведение Джуна и правда изменилось не просто так. Чёрт. Открой уже эти чёртовы глаза, глупый ребёнок. Но я не хочу. Не хочу их открывать и сталкиваться с жестокой реальностью. Потому что Чон не мог изменить, потому что Чон до сих пор ревнует меня. А если ревнует, то точно любит. Однозначно. Иначе чему бы зачем ему постоянно закатывать скандалы и срываться на мне, когда он замечает, как я начинаю с кем-то слишком сильно сближаться? Ему ведь точно не наплевать и он получается дорожит мной. Да, забивай свою голову этой чушью, давай. — О, ты ещё здесь, — слышится пьяный мужской голос со стороны коридора и я сразу же замираю, резко вырываясь из своих собственных размышлений, которые снова затуманили мне разум. Идиот. — Джун-и, ты задержался сегодня, — пытаясь не выдавать и капли упрёка, произношу я. Спокойно, Тэхён, тебе просто показалось, что в этот раз точно что-то не так. — Ким, вот скажи, — он называет меня по фамилии и тело пробирает нервная дрожь. — Ты реально такой наивный или просто притворяешься? Ты реально такой наивный идиот или полностью отбитый? — это не Джун. Наверное, сейчас мне всё это снится и я проснусь. — Не смей сейчас отрицать того факта, что не заметил изменений во мне, — какие изменения? Я же просто параноик. — Я буквально тебе намекал на то, что ты стал мне безразличен, буквально, чёртов ты идиот. И не говори, что не замечал запахи различных незнакомых духов и следы помад на моих рубашка. Не притворяйся, что не заметил насколько безразлична мне стала твоя жизнь и что домой я прихожу только для того, чтобы потихоньку забирать вещи, — а, так вот какой он сюрприз затеял. Он решил разыграть меня, чтобы потом, когда у меня начнётся истерика он сразу же крепко обнял и сказал какой я у него глупенький, раз повёлся на его слова, скажет в очередной раз, что любит меня. Но кажется это не розыгрыш. А я просто был слепым идиотом, который блять всё это отрицал. — Джун-и, но как же вся ревность, объятия? — сорванным голосом начинаю шептать я и не узнаю сам себя. Ну да, конечно же ревность ярый показатель любви, как же. — Всё это было год назад, Тэхён, год назад, — нет, точно разыгрывает. Я не мог быть настолько слеп такое долгое время. Чон Хёнджун, ты не можешь поступить со мной так жестоко. Не после всего того, что у нас было, нет. — Последний раз мы ругались не из-за ревности, Ким, — произносит Джун и я напрягаюсь, вспоминая то, как замирало всё вокруг, когда его ладонь в тот момент встретилась с моим лицом, а голова ударилась о стену, создавая дикий звон в ушах. — Я ударил тебя из-за того, как ты меня заебал своей навязчивостью, а потом корил себя за это и не мог уйти, потому что ты был похож на подбитую дворнягу, которую сразу же загрызёт реальность только оставь его одного. Поэтому пришлось задержаться ещё на полгода. Он жалел меня всё это время. Он жалел меня два с половиной года наших подобных отношений. Жалел. Блять. — Убирайся отсюда, Чон, — не узнаю собственный голос, но вроде это произношу я. Ударил из-за навязчивости. Ну да, классно бить человека, который дарит тебе всего себя, наверное, очень круто. Спасибо, любимый. Вот и расплата за эту чёртову слепую любовь. Расплата за наивность, за то, что так слепо пытался разглядеть в человеке то, чего давно или же никогда не было. Наивный придурок. Мерзко. — С Новым годом, — делает что-то похожее на саркастичный поклон и разворачивается к выходу, в последний раз окинув меня взглядом, в котором было что-то похожее на презрение, — любимый, — и сердце останавливается. Любимый. Любимый. Любимый. Какая же ты мразь, Чон Хёнджун. Какая же мразь. Удачно тебе прожить с вечным призраком моей души, что ты только что так нагло вырвал и унёс с собой. Удачи, смотри не задохнись от той боли, которой она переполнена и будет тебя теперь всегда преследовать. С Новым годом, Ким Тэхён. *** Время пролетело нещадно быстро. Хосок уже начинал потихоньку подготавливаться к Новому году, хотя до него ещё оставалась почти что месяц. А Чон уже во всю начинал вытаскивать меня по магазинам, потому что ему было скучно одному. Скучно чёрт возьми! Иногда я правда готов убить его за неусидчивость. Если бы мне при знакомстве сказали про то, что этот человек неиссякаемый источник энергии, то я бы однозначно не поверил. Чёртов Мин Юнги. Свалил в свою Италию на продюсирование клипа до конца месяца и оставил своего женишка на меня. Я убью их обоих. Тяжело вздохнув, лениво смотрю на маленькую ёлку. Она выглядит такой живой, несмотря на то, что люди её срубили. Продолжает жить несмотря на то, что люди сделали ей больно. Жить и оставаться такой же яркой. Забавно, как сильно это похоже на некоторых людей. Как бы больно им не было они постоянно улыбаются. И те, что увидев слёзы такого человека означает, что он вам доверился или что-то в этом роде –можете и дальше верить в эти байки. То, что такой человек перед вами плачет не говорит о доверии. Это говорит о том, что ему настолько плохо, что уже похуй где и перед кем рыдать. Это стечение обстоятельств и чувства, которые его душат. Не более. Не знаю, когда подобное стали считать признаком доверия. — Я уже успел голову сломать о том, как вы успели ускользнуть меня так быстро, — слышу такой знакомый шёпот рядом с собой и вздрагиваю от неожиданности, когда крепкая рука нежно ложиться на талию. — Я же говорил, что у него слишком много энергии для слишком ленивого тебя, — наигранно хнычу я и поворачиваю голову в сторону парня. Длинные тёмные волосы, доходившие ему почти до плеч были собраны в небрежный хвостик на затылке, оставив несколько прядей барахтаться в одиночестве и порождая тем самым тепло в груди. Чёрные глаза блестели новогодним весельем, которое дарил Хосок своим сложным выбором между двумя упаковками ёлочных игрушек, которые потом обе кинул в тележку и фыркнув пошёл присматривать гирлянды. Чёрная водолазка идеально облегала мышцы парня, а того же цвета пальто накинутое поверх заставляло меня чуть ли не выть от того, насколько этот парень выглядел эстетичным. Больше всего меня кажется в его образе добивала маленькая родинка под яркими, из-за того, что он их постоянно кусал, розовыми и почти что алыми, губами. Слишком идеальный. И слишком похожий на Хёнджуна. Но как же хорошо, что только лицом. Помню в каком шоке был, когда узнал, что Чонгук был братом-близнецом Джуна. Правда узнал об этом уже после того, как потерял сознание из-за панической атаки, но упустим этот момент. Это случилось месяцев семь назад. Тогда я возвращался от Чимина и зашёл в кафе для того, чтобы перекусить впервые за два дня. Я на тот момент только-только начинал осваиваться на новой работе и из-за забитого графика совсем позабыл даже про обычные перекусы, что уж говорить о нормальной еде. Помню если бы не взбучка тогда от Юнги с Хосоком, то я забивал на свой бедный желудок ещё сутки-двое. Это было ужасно тяжело. Зайти в кафе, сделать заказ и никого не трогать, а потом видеть, как к тебе с улыбкой подсел твой бывший – точнее не он не, а Чонгук, как я потом понял – который хорошо так подпортил тебе нервы. Помню, как сначала замер от шока, а потом пытался вымолвить хоть что-то, но паническая атака решила, что говорить мне сейчас не время и последнее, что я тогда запомнил было до ужаса перепуганное лицо Гука. Перепугались мы тот день оба знатно так. Я – думал, что увидел бывшего парня. Он – просто перепугался моей реакции. Сейчас, вспоминая это в груди нет ничего, кроме тепла и улыбки. Помню, как в тот день, когда я очнулся он представился и за что-то продолжал вымаливать прощения. За то, что не нашёл в себе сил раньше признаться мне в симпатии, когда видел, как Хёнджун постоянно играл со мной. Он надеялся, что я и правда был счастлив с его братом, с которым, как оказалось, отношения у них были не самые прекрасные. Из-за чего же именно – остаётся тайной по сей день. Важно то, что появление Гука в тот день в кафе стало началом моей новой страницы. Стал тем самым новым глотком и без преувеличений. Я не собирался тогда его идеализировать, было на самом деле довольно трудно довериться ему тогда. Сначала я вообще зациклился на том, что он похож на Джуна и нельзя ему доверять, как же глупо было так считать. Потом, кода начинала появляться симпатия я думал, что это из-за того, что он очень похож на своего брата, точнее практически его копия. Я бы наверное и продолжал так делать, если бы на одном из сеансов у Чимина тот не сказал мне присматриваться к Гуку, как к незнакомцу, а не к человеку, который как-то связан с тем ублюдком.