Fireside

      Дорога до дома занимала примерно десять минут, а может и пятнадцать. Точно не скажешь, потому что сердце Сакусы забилось в такт секундомеру. К сожалению для него, за всю дорогу они не обмолвились и словом. Впрочем, это и не входило в ожидании Киёми, но узнать его поближе очень хотелось.       На светофоре, дождавшись зелёного света, Киёми собирался уже переходить дорогу, как вдруг из-за угла появляется серебристая машина, водителю которой были чужды правила безопасности. Сакуса не углядел и Ацуму резко хватает его за руку, вовлекая к себе в объятия. В один миг руки молодого человека оказываются на накаченных плечах блондина. На ощупь он был хорошо слажен, чего с виду не скажешь, ведь Ацуму носил огромные толстовки, которые скрывали его прекрасное телосложение. Впрочем, как-то раз в раздевалке он успел вдоволь насладиться видом его тела. Засмотревшись он чуть было не попался блондину, но всё обошлось и Киёми быстро направился в душевую, упустив возможность пойти туда первым.       Они стояли в таком положении ещё какое-то время, но этот момент был прерван по инициативе Ацуму. На удивление, щеки от такой близости покрылись румянцем не только у Сакусы. Блондин всю оставшуюся дорогу шёл с устремлённым в пол взглядом, всячески избегая любого контакта с одноклассником.       Оказавшись дома, Киёми пододвинул ему пушистые тапочки, которые были куплены его мамой для каждого члена семьи, также были две пары, предназначенные для гостей. С кухни разносится запах выпечки - одно из хобби его матери. Мама Сакусы часто баловала своих домочадцев кулинарными изысками, что приносило ей неописуемую радость. Она любила включать своё любимое радио на всю громкость и запекать разного рода вкусности в духовке.       — Я дома, — говорит Сакуса и надевает свои тёмно-синие тапочки.       Мама встречает их с тёплой улыбкой на лице, вокруг талии фартуком был обвязан фартук, который ей подарил Киёми на день рождение.       — Привет, милый, — мама отряхивает руки от муки и замечает гостя. Она была несколько удивлена, ведь обычно Сакуса приводил домой только Комори.       — Это Ацуму - мой одноклассник, — Киёми разрывает тишину. — Мы пойдём заниматься в мою комнату.       — Здравствуйте, — Ацуму в знак приветствия делает традиционный поклон. — Приятно познакомиться. То же самое делает мама.       — Ладно, не буду вас отвлекать. Уважение, проявленное к его матери, вызвало приятные эмоции у Киёми, ведь блондин с ним был несколько груб в повседневной жизни.       Поднявшись с гостем в комнату, Сакуса решил проявить гостеприимство, поинтересовавшись не хочет ли он что-нибудь выпить.       — Воды, пожалуйста. «Не думал, что он знает о наличии волшебных слов» — думает Киёми и спускается на кухню. Себе он берёт баночку энергетика и ловит неодобрительный взгляд матери.       — Ты, правда, пьёшь эту дрянь? — Ацуму указывает подбородком на баночку в руках у брюнета и делает глоток воды.       — Да, а что такое?       — Ничего, давай заниматься. «Какая ему разница, что я пью?» — проносится в мыслях у Киёми.       Они садятся за стол рядом, задевая друг друга плечами. Кудрявый молодой человек достаёт учебник по математике из рюкзака.       — С какой темы начнём? — Сакуса открывает учебник на пройденном в классе параграфе.       — Я не понял последнюю тему, кажется, это были производные.       — Да, тема чуть сложновата. Сейчас покажу, как решать на примере, а дальше ты сделаешь по аналогии, идёт?       Ацуму кивнул, что брюнет принял за согласие. Сакуса начал решать пример, который они разбирали в классе, поэтапно объясняя каждый свой шаг. Так, он начал с самого простого примера и не заметил, как добрался до примера посложнее, который они ещё не успели разобрать в классе. Но блондин его не остановил, такое чувство, что ему нравилось слушать Киёми. Ацуму допустил несколько ошибок, но всё же смог решить все задания, которые подобрал для него Сакуса.       — Молодец, ты отлично справился! — Киёми на радостях хватает блондина за руку и с искорками в глазах улыбается ему. Последний, в свою очередь, чуть смутился и улыбнулся в ответ. Они смотрели друг на друга около двух минут, пока один из них не решил сократить дистанцию между ними. Брюнет первым подался в сторону Ацуму, получилось это непроизвольно, тело само каким-то странным образом потянулось в его сторону. Киёми касается его носа и застывает в таком положении, боясь спугнуть. Однако блондин по всей видимости не собирался противостоять этому процессу, словно сам с трепетом ждал поцелуя. Сакуса медленно приближается и накрывает его губы своими. Ацуму не сопротивляется, а, наоборот, подаётся вперёд навстречу к манящим губам. Поцелуй получился мягким, движения были плавными, останавливаться никто не хотел. Сакуса легонько захватывает нижнюю губу блондина, и начинает её посасывать. Они на время отстраняются в попытках отдышаться. Не в силах больше ждать, они вновь соединяются в поцелуе, который начал носить более грубый и напористый характер. Ацуму проходит языком между губами брюнета и запускает его в рот. Их языки сплетаются в горячем поцелуе. Сакуса всё ещё держал блондина за руку и даже не думал о том, чтобы её отпустить. Он лишь крепче её сжимает. Позже Сакуса чувствует напряжение внизу живота.       Стук в дверь. Мама испекла печенье и захотела угостить молодых людей, но это было сейчас совсем некстати. Ацуму отталкивает Сакусу. Он прикладывается лопатками о стену, что сопровождается ноющей болью в этой области. Блондин резкими движениями покидает комнату, оставив свои школьные принадлежности на столе. Мама и представить не могла, что послужило такому скоропостижному уходу молодого человека. Сакуса не решился пойти за ним, и остался в том же положении, опустив голову к коленям.       В школе Ацуму всячески избегал брюнета, не желая обсуждать, произошедшую между ними ситуацию. Как бы Сакуса не пытался остаться с ним наедине, тот лишь посылал его далеко и надолго.       Киёми каждый день прокручивал эту ситуацию в голове в надежде хоть как-то понять, что вызвало у него такую реакцию. Со временем он всё же смог найти объяснение.       Сакуса был открытым геем. Он, конечно, не кричал об этом и не ставил на фон Роберта Паттинсона, которого он любил со времён выхода первой части Сумерек. Но так или иначе не всё его близкое окружение, которое включало в себя его семью и Комори знало об этом. Обсудив с Мотоей эту ситуацию, они пришли к выводу, что блондин просто не разобрался в себе. Встречаться в тайне, с человеком, который боится мнения окружающих не входило в планы Киёми, поэтому он с горечью на душе старался забыть эту ситуацию. Получалось, правда, с трудом.