Ночью во вторник

Я сидела на стуле, поджав под себя ноги, укутанная в папин свитер. Сколько помню, всегда так делала, да и делаю до сих пор, когда он уезжает в командировки. Я сразу чувствую себя защищённой, что ли… Чувствую, что в безопасности, как когда я с ним. В тот вечер, сделав все уроки и задания, решила выпить на ночь кружку молока. Сидела в самом углу кухни и смотрела в окно, размышляя о том, насколько же мне бы хотелось уметь видеть на многие миллионы километров вдаль, чтобы по ночам разглядывать бесконечность за окном. Из коридора послышались тихие шаги, быстро обернувшись, увидела любимый силуэт. Мама. Она стояла, опираясь на косяк и смотрела на меня. Смотрела таким тёплым, как как кружка молока с мёдом, взглядом. Я улыбнулась ей и вдруг показалось, что стало светлее. Она всегда производила такой эффект: тепла и спокойствия. Мама прошлась по кухне и теперь стояла возле окна, прямо у шторы, напротив меня. Появились спонтанное желание её обнять. Так я и сделала. Быстро обошла стол и сильно прижалась к её тёплому телу, положила голову на плечо и выдохнула. Слишком хорошо и спокойно, думала, что могу уснуть прямо так. И я, наверное, могла бы. Этот убаюкивающий запах, такой родной и светлый. У родителей ведь всегда есть такой аромат, он исходил и от папиного свитера или шарфа, и от маминого пальто или косметички. Каждый раз, когда слышишь его, тебя будто окутывают нежные объятия родителей. Именно поэтому я часто беру папины свитера и мамины шарфики. — Не поздно ли раздумывать о бесконечности, тебе завтра рано вставать, — её голос такой спокойный, без тени упрёка или недовольства. — Ночь была создана для размышлений, — я подняла голову, но не отстранилась. — У вас с папой одно мышление на двоих, — она была права. Я его копия. — Люблю тебя, мам, — люблю эту фразу, люблю её говорить своим родным, особенно маме с папой. — Я тоже тебя очень люблю, милая, — было неважно, во сколько мне нужно было на следующий день вставать, не важно стоило ли закрыть окно и остановить влетающий в помещение ветер, мы просто стояли и обнимались с мамой ночью во вторник. Я была счастлива, стояла и вдыхала мамин запах вперемешку с папиным, исходящим от его свитера на мне. И знала, что папа нас тоже любит и была уверена, то что завтра утром он позвонит и скажет, что соскучился, и что приедет на день раньше. И я не ошибалась.