Лучший проводник

Сегодня был тот редкий день, когда нам нечем было заняться. Стоящие поручения в гильдии закончились, а браться за задания аля «соберите шелковицы» героиням нашего уровня было несолидно. — Кажется, вы ищете работу? — раздался знакомый голос позади, пока мы отирались у стойки Катерины. За нашими спинами стояла Гань Юй. Мы немедленно встрепенулись — если уж такая важная персона заговорила о работе, следовательно, поручение весьма опасное и вместе с тем очень интересное. Короче, стоящее нашего ценного внимания. — Что нужно сделать? — спросила Люмин. Честно говоря, я даже подумала о том, чтобы отказаться. Как-то это всё мутно по рассказам госпожи секретаря: похитители сокровищ, на которых решили организовать массовую облаву, да ещё и Орден Бездны, с которым, честно говоря, сложно тягаться. Наши тёмные твари не любят скромничать, и если злодействуют, то по-крупному. Как-то не хочется разбираться с ещё одним околдованным драконом. — Сколько вы готовы заплатить? — прищурилась я. Гань Юй с готовностью назвала сумму в несколько сотен тысяч моры, и все мои сомнения развеялись. Соглашаемся! Но я быстро пожалела. Когда мы зашли в указанное подземелье, я поняла, что никакие деньги не стоят того, чтобы шарахаться по этому жуткому месту. Темно — хоть глаз выколи, воздух спертый, дышать сложно, атмосфера очень гнетущая, а самое подозрительное и страшное — ни звука. Полная тишина. Здесь не ощущалось даже дуновение ветерка. Я попробовала было позвать Венти, однако никакого результата это не принесло. Ещё хуже стало, когда мы вышли… К перевёрнутой статуе Барбатоса! Вот мы и влипли. Осквернённая статуя, держащая сгусток тёмной энергии, которая физически давила на плечи, сама по себе нагоняла столько жути, что мне стало плохо. Мало того, в качестве вишенки на торте возле неё скрюченный в жуткой позе сидел труп похитителя сокровищ. Я ощутила в себе порыв грохнуться в обморок. — В-валим отсюда, — только и смогла выдавить я, мечтая выбраться поскорее из страшного подземелья. Тут земля под ногами затряслась, и кто-то голосом из ужастиков прошипел за нашими спинами: — Тот, кто суёт свой нос в секреты Бездны, должен заплатить за это своей жизнью. Вестник Бездны покарает вас. Я уже не сдержалась в выражении своих чувств и от души заорала. А пока моё сердце готовилось остановиться от страха, Люмин схватилась за меч и вступила в схватку с чудовищем. Правда, этот монстр оказался вовсе не ровней всяким магам Бездны, и пробить его оказалось непросто. Через некоторое время он вдруг остановился и пробормотал что-то вроде: — Эта сила… она мне знакома… И свинтил. То ли решил, что негоже калечить сестру собственного Принца, иначе начальство не погладит по головке, то ли подумал, что себе дороже связываться с Люмин, которая, как я думаю, не уступала своему братцу-засранцу в силе. Если вы думаете, что на этом наши проблемы закончились, то вы сильно ошибаетесь. Стоило нам покинуть мрачные руины, как путешественница вновь схватилась за меч и, не успела я глазом моргнуть, сцепилась с каким-то незнакомцем. — Кто ты и что здесь делаешь? — прорычала она, сдерживая его удар. — У меня аналогичный вопрос, — прищурился тот. И… постойте-ка, это что, Дайнслейф? Разве мы не должны были впервые встретиться с ним в мондштадской таверне? Ах, я снова порушила канон. Они так и стояли, сверля друг друга подозрительными взглядами. Тем не менее, кажется, Дайн был более компромиссным человеком, чем Люмин, потому что первым отпрыгнул и убрал клинок. — Мы искатели приключений, которых послали изучить эти руины, — наконец произнесла я, пытаясь разрядить враждебную атмосферу. — Люмин и Паймон. Кажется, наши имена смягчили настрой Дайна. Его лицо слегка разгладилось. — Знаменитая спасительница Мондштадта и Ли Юэ с компаньоном. Что ж, приятно познакомиться. Меня зовут Дайнслейф. Я здесь, чтобы расследовать планы Ордена Бездны. Что-то мне подсказывает, что у нас одна цель. Путешественница уже успокоилась и убрала меч, но градус её недоверия к незнакомцу падать не собирался. Да и я, если честно, не спешила бы доверять этому парню. — С чего бы нам верить, что ты не союзник Ордена Бездны? — хмыкнула Люмин, отчего Дайн едва заметно поморщился. Ага, пятьсот лет вести войну с Бездной, чтобы тебя назвали её приспешником. — Вряд ли я смогу доказать это или опровергнуть, — пожал он плечами. — Но, думаю, ты прекрасно умеешь отличать правду ото лжи. Фу, какие размытые формулировки. Выглядит как приём манипуляции. — Он может что-то знать, — тихо шепнула я своей спутнице. — Хорошо, — кивнула в свою очередь блондинка. — Пока я поверю тебе. — Если у нас одна цель, то мы могли бы объединить свои усилия, — предложила я, стараясь с горем пополам хоть как-то склеить порушенный канон. — Резонно, — согласился Дайн. — Иметь в союзниках такую прославленную героиню — прекрасный козырь. Может быть, расскажете, что вы нашли в подземелье? Мы с Люмин переглянулись, размышляя, какую часть информации стоит выкладывать. Впрочем, этот господин явно знает побольше нашего о Бездне (только, зараза, не рассказывает), поэтому смысла скрывать произошедшее от него не было. Всё равно узнает. Пойти с докладом к Гань Юй, собирать силы и вместе брать штурмом подземелье? Не-е-ет, вы что! Дайн — гордый одинокий волк, который считает, что он лучше всех может разобраться с Бездной (и плевать, что плоды его пятисотлетних похождений пока незаметны) и мы сами разберёмся с Вестником и прочими тварями. Надёжный план, ничего не скажешь. В итоге мы поплелись следом, разобравшись с магами бездны, копошащимися во внутренностях Стража руин. При них — какая удача! — оказалось письмо, язык которого понимал только наш новый спутник. Ну, хоть на что-то он сгодился. Ходит тут с загадочной мордой, командует — так бы и врезала! — И что они могли искать в этих машинах? — наигранно удивилась я, косясь на Дайна, который должен был просветить нас насчёт «культиваторов». Я бы, конечно, и сама могла, но моя осведомлённость подобными тонкостями могла навести подозрения. Далее пошла короткая лекция из истории изобретений Каэнри’ах, в ходе которой открылось, что главная героиня, вообще-то, застала уничтожение сей нации. — А мне ты забыла рассказать о таких деталях! — возмутилась я. — Расскажи поподробнее, что ты видела, — попросил Дайнслейф, из-за чего я недовольно посмотрела на него. Мы знакомы всего-ничего, не станет же путешественница этому хрену рассказывать что-то подобное?! Люмин раскрыла было рот, но взглянула на меня и передумала. Дайн покачал головой, однако принял тот факт, что мы не собираемся настолько доверять первому встречному-поперечному. — Что ж, чтобы настроить вас на сотрудничество, я могу рассказать кое-что об этой древней нации. В конце концов, никто не знает о Каэнри’ах лучше меня. — Ты же понимаешь, насколько подозрительно это звучит? — фыркнула я. — Как ты можешь знать что-то о Каэнри’ах? Во время нашего путешествия мы не нашли ни одной книги об этой цивилизации, да и на учёного ты не похож. Намекаешь, что бывал там? Тебе что, пятьсот лет? Да, я провоцировала. Да, мне не стыдно. Не знаю, почему он вызывает у меня агрессию. Может быть, за время нашего путешествия мне просто порядком поднадоели люди, которые постоянно что-то скрывают и используют нас для своих целей?.. Ни за что не поверю, что он спутался с нами просто так. — Все имеют право на секреты, — развёл руками Дайн. — Я бы мог задать достаточно вопросов даже тебе самой… Тут уже напряглась я. Не ожидала, что он начнёт бить в ответ. Как много знает этот тип? Он в курсе, что Венти — это Анемо Архонт… Может, он также владеет информацией, кто такая Паймон? Возможно ли, что он знает, что я — попаданка? Я, конечно, жажду найти ответы на свои вопросы, но… Не сейчас. Это только первая наша встреча, скверно будет, если мы тут переругаемся из-за тайн друг друга. Я ведь Люмин многое недоговариваю, она мне тоже, а Дайнслейф вообще отдельная тёмная лошадка. — Ладно, выкладывай, — сдалась я. Трагическая история Каэнри’ах моей спутнице не понравилась. Она тяжело вздохнула и тихо прошептала себе под нос, что надо поскорее найти брата и валить из этого безумного мира. Вот она удивится, когда узнает, что это не Итера надо спасать от Тейвата, а Тейват от него. — Мы можем потом расспросить Венти и Чжун Ли о тех событиях, — тихо сказала я на ухо Люмин. — Но что-то мне подсказывает, раз они до сих пор ни словом не обмолвились, то это бессмысленно. — Мне всё равно, — прошипела блондинка, сжимая кулаки. Она выглядела разозленной. После этого мы, наконец, узнали о злодейских планах Ордена Бездны. Что я могу сказать? Покажите мне того, кто придумывал сценарий. Это ж сколько фантазии надо иметь, чтобы родить что-то подобное… Мне даже стало интересно, как может выглядеть то механическое божество, однако не настолько, чтобы позволять этому осуществиться. — Если у нас нет никаких данных насчёт этого ядра, то стоит начать со статуи, — размышляла путешественница. — Отправимся в Мондштадт. Я была согласна с Дайнслейфом в том, что к разборкам с Орденом не стоит привлекать Ордо Фавониус. Если на Цисин я с грехом пополам могла положиться, то рыцари… Извините, нет. Тем более, меня напрягала личность Кэйи. Интересно, они вообще знакомы? На кого в принципе работает доблестный капитан кавалерии и какой может быть его реакция на всё происходящее? Нельзя так рисковать. Зато мысленно я уже представляла, как вставляю пизды бомжу-алкоголику, какого хуя его статуя оказалась в лапах Ордена Бездны и почему он, бессовестный, бухает себе и ухом не ведёт! Я определённо потащу его с собой — пусть разгребает проблемы! И мне плевать, что там думает этот Дайнслейф. Возле собора Дайн затянул философскую беседу на тему веры, мол, достоин ли Барбатос таких почестей, которые ему оказывают местные жители. Я уж хотела было с ним согласиться, а потом задумалась… Ну, не то чтобы Венти совсем не чесался. В начале правления он всё-таки много чего сделал — участвовал в восстании против Архонта Бурь, разогнал зиму над землями, обучил народ земледелию, исправил косяк с Лоуренсами, собрал хранителей. В общем, парень может, когда очень хочет. Ему просто нужна правильная мотивация. Поняв, что Дайна в собор не затащишь даже силой (и чтобы не оскорбить его атеистические чувства), мы пошли одни. Необходимости, честно говоря, в этом не было, потому что историю про огненный дождь мы уже слушали, но нам необходимо от кого-нибудь узнать о вторжении монстров в Вольфендом, а заодно найти Анемо Архонта. — Венти, немедленно иди сюда! — пробурчала я, пока Люмин беседовала с Барбарой. — Что-то случилось? Выглядишь обеспокоенной, — раздался в моем ухе чужой голос. Обернувшись, я обнаружила притаившегося за колонной Венти. — Начать с плохой новости или с хорошей? — Э-э-э, — завис бард, обескураженный такой щедростью с моей стороны. — С хорошей? — Мы нашли твою пропавшую статую, — сияя угрожающей улыбкой, наигранно радостно заявила я и хлопнула в ладоши. — Ну как, счастлив? Счастья на его лице не наблюдалось. Он только осторожно спросил: — Где? — В Ли Юэ, — не убирая с лица широкую улыбку, кивнула я. — Этот старый пень решил мне так отомстить?! — возмутился Венти, приняв воинственный вид. Того и гляди, побежит на разборки к Мораксу. — А теперь плохая новость, — стёрла я улыбку с лица. — Ты в курсе, что она сейчас у Ордена Бездны? И что они собираются использовать её в своих планах? Может быть, объяснишь, почему Орден Бездны больше всего бесчинствует на ТВОЕЙ земле?! Я сама не заметила, как начала орать на весь собор, привлекая внимание молящихся, Барбары и Люмин. Я нервно засмеялась и извинилась, потащив Анемо Архонта за руку на улицу. — Короче, ты сейчас идёшь с нами, — отрезала я. С какой-никакой, но божественной поддержкой мне будет спокойнее. Сейчас поможет нам побить Вестника и спасти собственного друга-волка, а потом лично разберётся со своей статуей. Я уж не знаю, разрушит он её или как-нибудь очистит и вернёт на место (боюсь, если это произойдёт, у всех монашек в соборе случится сердечный приступ от счастья). Через минуту вышла путешественница, и мы вместе пошли к Дайну. О-о-о, это выражение на пафосной роже Сумеречного меча было восхитительно. Он явно не ожидал, что мы притащим с собой из собора бога собственной персоной. Венти в свою очередь выдавил улыбку, однако напрягся, словно был готов в любой момент схватиться за лук. — Какой у вас… необычный спутник, — выдавил он насилу. — Очень рад познакомиться. Дайн на это промолчал, сверля нас убийственным взглядом, будто мы оказались величайшими предателями. Но Люмин и мне было пофиг на его мнение. — Вместо того, чтобы кукситься, пошли разбираться с вторжением Бездны в Вольфендом, — насмешливо бросила я, наслаждаясь зрелищем. Это я ещё удержала себя от провокационных расспросов об Альбедо и Кэйе. На входе с лес Дайнслейф вдруг остановился и категорично заявил: — Дальше я не пойду. — Это почему ещё?! — немедленно возмутилась я. — Я… не слишком хорошо отношусь к Борею, — осторожно произнёс мужчина, косясь на Венти. Барбатос насмешливо посмотрел на него в ответ. — А мне кажется, кто-то просто пытается переложить на нас всю работу, — прищурилась я. — Я зачищу окрестности, чтобы помочь Ордо Фавониус, — невозмутимо отбрил Сумеречный меч и исчез. Впрочем, я не слишком возражала. Неуютно мне в компании этого парня. Возможно, это из-за его проклятия. На арене нас уже ждали пленённый Волк Севера, лежащий без сознания Рейзор и Вестник. — Кажется, вы совершенно осмелели, — начал толкать грозную речь Анемо Архонт, чьи черты едва заметно исказились гневом. — Неужели вы думаете, что я проигнорирую столь наглое вторжение?! — Барбатос! — изумлённо выдохнул Борей. Кажется, никто здесь не ожидал, что в дело вмешается сам Венти. Тем лучше — вряд ли этот Вестник готовился к столкновению с богом. Видите, я же говорила, что бомжу-алкоголику просто нужна правильная мотивация — то есть пендель под зад от меня. Сначала монстр Бездны пытался насмехаться над Анемо Архонтом, но бард очень быстро показал, кто в доме хозяин даже без сердца бога. После того, как на Вестника обрушилось несколько мощных воздушных атак, приправленных ударами Люмин, тот поспешил ретироваться. — Я должен тебя поздравить? — прорычал Андриус, глядя на нас с Венти. В ответ Анемо Архонт только рассмеялся и неожиданно прижал меня к себе в объятиях. Мы расспросили волка о событиях, связанных с огненным дождём, и ожидаемо выяснили про Стража руин, который случайно оказался на арене Борея. Путем логических выводов нам троим не составило труда понять, что та самая машина, которую мы обнаружили, отправившись сражаться с Двалином, и есть первый культиватор. Все замолкли, переглядываясь так, будто мы трое — какие-то заговорщики. Тягучую тишину нарушил мой неуверенный голос: — Я доверяю Дилюку больше, чем этому Дайнслейфу. — Я тоже предпочту, чтобы ядро оставалось на винокурне, — прикрыв глаза, выразила своё мнение Люмин. — Скажем, что мы ничего не узнали, — заключил бард, и мы отправились к нашему последнему спутнику. Хорошо, что в нашей компании все неплохо умели врать. Люмин с её непробиваемым лицом невозможно ни в чём заподозрить, а у Венти имелся опыт в несколько тысяч лет. Дайн постарался скрыть собственное разочарование, и я еле удержалась, чтобы не показать ему язык. После этого мы решили, что раз ядро нам недоступно, надо уничтожить статую. И мы снова оказались в этом жутком месте. Была б моя воля — осталась бы ждать всех у входа. Но я же не могу бросить свою подругу в такой ответственный момент! Кому мне её доверить?! Подозрительному Дайну? Безответственному Анемо Архонту? Нет уж, лучше самой всё проконтролировать. А то ещё статую в итоге забудут уничтожить. — Мы в прошлый раз еле ноги отсюда унесли, а теперь опять возвращаемся. Прямо в лапы врагов. Просто супер, — недовольно пробурчала я себе под нос. При виде собственной статуи, подвешенной верх ногами к потолку, Венти поморщился. Это ж самый настоящий акт вандализма! Осквернение культурного достояния Мондштадта! Как хорошо, что здесь нет Барбары, а то пришлось бы самого лекаря откачивать. В следующую секунду мне пришлось подлететь под потолок, потому что из портала выскочил Вестник, и трое моих спутников немедленно вступили в схватку. Я даже не знала, за кого переживать больше — за барда или за путешественницу, поэтому всё время мой взгляд перескакивал с одного на другого. Впрочем, перевес сил был явно на нашей стороне. Монстр Бездны, как и всегда в случае неудачи, попытался свалить в портал, но Дайнслейф применил свою непонятную мне силу и схватил, так сказать, Вестника за горло. Тут последовал мощный взрыв. Я не успевала сама отлететь, и хоть придушенная, но была благодарна Люмин, которая схватила меня за шарф и одернула в сторону. Я во все глаза пялилась на Итера. Хм, а распущенные волосы идут ему намного больше канонной косички… А этот меч? По всей видимости, это его настоящее оружие, а не тот меч, который моя подруга вынуждена использовать за неимением собственного. Если у Итера есть его оригинальный меч, значит ли это, что его силы не запечатаны или он смог их вернуть? Но энергия, с которой он атаковал, имела явно тёмную сущность. Энергия Бездны? Как много вопросов и ни одного ответа. Да и вряд ли он настроен на беседу — вон как злобно сверкает глазами в нашу сторону. У Люмин на лице читался непривычный яркий шок. Казалось, ещё немного, и она схватится за сердце. Из её рта вырвался надсадный крик: — Итер! Он не дал вставить ей и слова, резко спросив: — Люмин, почему ты с Дайном и одним из Архонтов? Нет, серьёзно?! Так, спокойно, нельзя вмешиваться в беседу родных людей. Это их личное дело. Я покосилась на Дайнслейфа, который стоял с таким лицом, будто ожидал, что всё так и сложится. — …Что? — оторопела путешественница, явно ожидая от брата не таких слов приветствия. Проспать пятьсот лет, чтобы первым делом услышать от единственного родного человека это. Ух, бедная… — Тебе не следует водиться с этими людьми. Они мои враги, — грубо процедил Итер, продолжая гнуть свою линию. Судя по всему, он вообще не замечал, что творится с его сестрой. Казалось, если бы не её присутствие, он бы немедленно попытался всех нас здесь убить. — О чём ты говоришь?! — дрожащим голосом спросила Люмин. Впервые вижу её в таком состоянии. Такой… уязвимой. Иногда, конечно, когда мы спали вместе, ей снились кошмары, и она резко вскакивала посреди ночи в холодном поту. Тогда мне приходилось обнимать её и гладить, чтобы она переставала рвано дышать и могла спокойно спать ещё несколько часов. Но едва ли она когда-нибудь позволяла себе плакать. Сейчас она была на грани срыва. — Люмин, не пытайся остановить меня и Бездну. Этот человек, Дайнслейф, был известен как «Сумеречный меч», он член королевской стражи последней династии Каэнри’ах. Пятьсот лет назад он не смог предотвратить уничтожение своего народа. На него было наложено проклятие бессмертных… Прикольно узнавать такую информацию о собственных спутниках из уст врага. Ну, как говорится, всё тайное становится явным. И обычно раскрытие правды идёт самым неприятным образом. Я прям вижу, как Дайн сейчас болезненно морщится. Путешественнице было глубоко плевать на эту информацию. Всё это время она смотрела только на Итера, да ещё и таким взглядом, словно она потерянный щенок. — Мы должны вернуться домой, — она продолжала свои бессмысленные попытки вразумить братца. Тут уж мои нервы сдали. Я не могу позволить так обращаться со своей подругой! Даже если этот тип — её родной брат-близнец! — Слышь, козёл, — звучно процедила я, впиваясь в Итера злобным взглядом. — Ты, часом, не охренел?! Твоя родная сестра ночами не спала, рыскала по Тейвату в твоих поисках, подвергая себя множествам опасностей! И вот, наконец, когда вы встретились, ты смеешь говорить ей ЭТО?! Спутался с Бездной вместо того, чтобы позаботиться о единственном родном человеке?! Тогда ты не стоишь и ногтя на её пальце! Мне похуй, что он Принц Бездны и наверняка очень силён. Он меня взбесил!!! Да если б у меня была такая заботливая сестра, как Люмин, я бы ей руки целовала, каждый день обнимала и говорила, как сильно я её люблю! И на кого путешественница тратит свои нервы? На этого урода?! Где он был всё это время, пока я странствовала с ней?! Строил коварные планы по свержения богов?! Да пошёл он! Кажется, никто не ждал от меня столь эмоциональной тирады, потому что всеобщие взгляды как-то резко сместились. Даже Люмин отвлеклась от своего братца-засранца и удосужилась на меня посмотреть. — Послушай, Люмин, — будто бы извиняющимся тоном произнёс Итер. — Ты не знаешь об этом мире того, что знаю я. Я не могу успокоиться, пока не свергну богов и небесный порядок. Мы… обязательно встретимся потом. После произошло одновременно столько всего, что подумать страшно. Брат главной героини вдруг резко бросился вперёд, обрушив на Венти свою тёмную энергию. Тот, кажется, попытался её заблокировать, но не смог и врезался со всей силы в собственную статую. Вестник Бездны в это время открыл портал, а Дайн немедленно попытался ему помешать, из-за чего между ними вновь завязалась схватка. Путешественница же бросилась к Итеру, не собираясь так просто принимать его слова. Я не знала, что делать и к кому лететь в этой вакханалии. Когда Барбатос был атакован, моё сердце замерло, я испуганно вздрогнула и громко закричала, уже собираясь помогать ему. Но краем глаза также увидела, как Люмин собирается бросаться в портал, и моё тело инстинктивно дёрнулось к ней. В итоге я зависла где-то посередине, мечась то к одному, то к другой. Лучшая и единственная подруга, которая того и гляди канет в Бездну (в прямом смысле!) или безответственный ленивый бомж-алкоголик, к которому я испытываю, чёрт возьми, нежные чувства? Впервые в моей жизни вставал такой выбор. Я вертела головой, думая, кому прямо сейчас больше всего требовалась моя помощь, нервы отчаянно сдавали, и я была готова в любой момент расплакаться от бессилия. Однако пока в моей голове судорожно скакали мысли, всё закончилось. Дайн оттолкнул Люмин от портала, отчего она рухнула на землю, и сам в него сиганул. В стороне Венти, кряхтя, пытался выбраться из-под камней. В итоге я решила сначала помочь подняться своей подруге, схватив её за ладонь, а потом мы вместе помогли Анемо Архонту. Кажется, тесное взаимодействие с энергией Бездны ему не понравилось. Все мы мрачно молчали. Чуть оправившийся Барбатос всё-таки вспомнил, зачем мы здесь, и уничтожил статую. Правда, от этого взрыва нам самим пришлось делать ноги из подземелья, которое завалило. Когда мы вышли на поверхность, я пристально посмотрела на покачивающегося барда. — Ничего не хочешь сказать? — Э-э-э, — замялся Венти. — К сожалению, я многого не знаю. Когда произошло уничтожение Каэнри’ах, я… спал. Моё лицо перекосило. Он… спал. Нет, вы слышите?! Пока целую цивилизацию стирали с лица земли, этот придурок СПАЛ! И почему я не удивлена?! Он в своём стиле. — Люмин, ты как? — спросила я, посмотрев на свою подругу. На ней не было лица. Вся бледная, с пустым взглядом. Страшно видеть её такой. — Мне нужно подумать, — глухо бросила она и… куда-то пошла. Я хотела броситься за ней, но мне на плечо легла рука Анемо Архонта. — Оставь её.