бессонница

Стен знает о не лучшей репутации девушки. Ричи, который не раз и не два общался со Стивом Харрингтоном, братом Николь, мог поставить, на то, что она сопьется или сторчится. Ну или куда-то пропадет. - Мама однажды сказала, что я Ницше и Шопенгауэр в одном флаконе. Саморазрушение было проблемой, и Урис это понимал. Он никому не говорил, что давно уже по уши влюбился в эту ходячую катастрофу. Эти тайные посиделки он оправдывал тем, что Николь просто хорошая, умная, интересная..Что ему просто нравится, как она приносит из дома свои пластинки, ведь они два идиота, которые так любят винил. Что Стен может бесконечно смотреть, на то, как она танцует под Рики Нельсона, а потом закуривает, присев на подоконник, от чего Стенли начинает злиться. Ведь он может хоть завтра пойти на вечеринку и трахнуть там кого-то. Ему ведь похуй на всех, ведь да? Николь однажды пропала на неделю. Исчезла бесследно. И спросить не у кого, вопросы посыпятся. Тогда Стен понял, насколько он попал. - Стенни, у тебя все хорошо? - осторожно начинает Ричи У Стена вообще ничего не хорошо! Ему бы забыться, начинать нормально спать, а не пропадать по кофейням на ночь, прогуливая беспечно учебу, отсыпаясь. Стену бы вспомнить, что у него там всякие дела есть, цели..Да блин, друзья у него ведь есть, семья! Но все кажется уже каким-то глупым, другим, чтоли..Докатились, Стену вообще не похуй. - Где ты была? - Дела были..в другом городе - Николь, я понимаю, прошлое у тебя не лучшее, но расскажи мне, прошу! Стену не нравится такое недоверие. Сколько они общаются уже! Урис столько сокровенного рассказал ей, и про себя, семью, страхи даже детские. Обычно это он - каменная стена, выслушивающая проблемы. Николь лишь улыбается грустно, и снова затягивается. - Это было на счет моей статьи об импрессионистах. Пока больше сказать не могу, не очень ясно. Прости, надо было сказать тебе. Стен очень долго смотрит в глаза девушке. Знает, что не договаривает. За эту неделю синяки стали огромными, губы распухшие от укусов, скулы выступили. Стен ненавидел, что она, будто ребенок, за которым надо следить, поел и поспал ли тот. Тогда он впервые целует ее. Получается очень здорово, и слишком по-другому. Стен разговаривать не очень-то и любит. Он обнимает ее, и вжимается так нежно, что Николь все понимает. С тех пор Урису не приходилось незаметно целовать девушку. Он обнимал ее крепко, зарывался в волосы, выцеловывал нос и лоб. С тех пор Николь всегда засыпала с улыбкой. Стену снова на все стало похуй, но немного по-другому. Оказывается, он ахуенный собственник. Ричи смеялся, что Стенли будто подменили, при чем дважды. Урис лишь виновато улыбается.