Antithesis

Где Адриан встречает светловолосого павлина, оскорбляет владельца магазина и встречает то, что его до сих пор заставляет вздрагивать

Улицы Ноктюрн аллеи действительно были чем-то потрясающим. Гуманоидные существа шли длинными неуклюжими шагами и останавливались только для громкого шипения в его сторону. Один гуманоид издал чавкающий звук, прежде чем залезть рукой в рот и вытащить живого дрозда. Другая женщина ухмыльнулась в его сторону, её глаза закатились и резко выпали из орбит. Адриан был почти уверен, что жители этого местечка пытались напугать его. Один раз вампир и вовсе вплотную прижался к нему — его холодная, как камень, кожа касалась его собственной, он глубоко вдыхал и издавал что-то вроде кошачьего мурлыканья из глубины своего горла. Адриан был очень благодарен за то, что Лютен был всегда с ним. Когда Лютен потянулся, дёрнувшись от кожи Адриана в сторону ряда ступенек, ведущих по другой тропе, Адриан не смог сопротивляться. Лютен был его защитой; если друг хотел пойти определённым путём или рискнуть сойти с тропы, Адриан не спорил. Лютен заколебался, извиваясь в воздухе в летаргическом оцепенении. Его глаза затуманились, а язык безвольно свисал из пасти, как у собаки. — Лютен? — Адриан замолчал, встревоженный состоянием своего друга. — Лютен? В этот момент он услышал мелодичную трель. Это было что-то чуждое и чарующее, каждый инстинкт в его крови пульсировал и орал: ‘неправильно неправильно неправильно!’ Вопреки всему здравому смыслу Адриан сделал шаг вперёд. Звук внезапно оборвался, в тишине стало глухо и пусто. Лютен обретя самообладание отшатнулся, в то время как существо в архаическом фонтане от удивления отпрянуло. Она (если Адриан мог доверять форме тела и длинным волосам) была молода, но всё же на несколько лет старше Адриана, ближе к Калуму по возрасту, но очень чуждой, чтобы Адриан был в этом уверен. У неё была бледная кожа и тёмные волосы, разделённые на длинные пряди, при этом влажные от воды фонтана или биологического масла. Она быстро моргнула выпуклыми круглыми глазами. У неё было пятнышко от какого-то недуга вокруг её обнажённой ключицы, мерцающей, как чешуя (Адриан почувствовал себя неуютно, когда понял, что это, скорее всего, чешуйки). — Звук, — прошипел Лютен, раздражённо трясясь хвостом. — Ты остановилась. Существо моргнуло, отстранилось и нерешительно прокралось до края фонтана. — Сожалею, острохвостик. Адриан моргнул и отступил на полшага. Ржавое железо фонтана рядом с капающей по краю обода водой подозрительно походило на кровь. — Вы его поняли? — осторожно спросил Адриан. Существо склонило голову, её уши были гуманоидными. Ум Адриана кипел от восхищения таким волшебным существом. — Ты тоже, — отметила она ровным голосом и каким-то образом щебеча, как птица, хотя всё ещё гортанно и неловко. — От тебя пахнет тьмой. Адриан сглотнул и сделал шаг вперёд, когда заметил что-то похожее на зелёный плавник прямо под поверхностью. — Что ты такое? — прошипел Лютен, глядя вверх и нюхая воздух, — ты странно пахнешь. — Ты пахнешь кисло, — возразила женщина (это была именно женщина), странно глядя на Адриана. — Ты пахнешь отвратительно. Порван, разорван и запихнут во что-то, чем ты не являешься. Адриан нахмурился, его рука начала скользить к палочке. Существо перебросило гладкую руку запачкав бледную кожу ржавчиной через край фонтана. Её ногти мерцали и отражались, как опалы, с перепонками между пальцами у основания. — Ты говоришь злобу! — прошипел Лютен, взбешённый очевидным оскорблением. — Как посмела! — Не смею. Не оскорбляю. Как странно, — напевало существо. Она наклонила свою красивую, но тревожную голову. — Как странно. Ты пахнешь человеческим ребёнком, но ты что-то большее. — Вы явно не человек. Ни гриндилоу, ни сирена. — Или банши-полукровка, — заметил Адриан, пытаясь понять, кем она была, исключив все невозможные варианты. Он впервые использовал накопленные им знания о магических существах, которые долго считал бесполезными. Я в растерянности, — признался себе Адриан спустя долгое время. — Я Карпата, — сказала женщина, голос чем-то напоминал звуки от жаворонка. Это её имя или вид? — пришло в голову Адриана. Она ухмыльнулась ему, зубы, были довольно острыми. — Я мерроу. Мои родственники далеко, в более тёплых водах. Мне нравятся эти воды. У меня не часто бывают гости. — Ты в миске, — заметил Лютен, похоже, очарованный мерроу. — Как ты передвигаешься? Карпата моргнула, возможно, удивлённая вопросом Лютена. — Я хожу. Адриан не мог не оглянуться на то, что раньше считал плавником. — Вы ходите? Мерроу улыбнулся ему. — Я могу ходить. Я говорю со всем. Всё говорит со мной. — Мерроу — редкость. Почему вас ещё никто не убил? — Адриан почувствовал, как его пальцы сомкнулись на палочке, успокаивающей тяжести в руке. — Я слышал, ваш хвост очень, очень редкий. Она засмеялась успокаивающим смехом, против воли расслабившим Адриана. Затем она издала странный противный звук, который каким-то образом заставил ближайшую ворону налететь и запрыгнуть на фонтан возле её спины. — Кар! — проворковала она, указывая пальцем на ворона. — Кар — мои глаза, Кар — моё жало. Она зашипела, тонкий шип поднимался от того места, где сидел ворон. Он внезапно почувствовал себя очень настороженно за Лютена. — До встречи, — кивнул Адриан, повернулся и пошёл прочь. — Ты воняешь! — крикнула она ему вслед. Адриан услышал влажное плескание, но не повернулся, чтобы увидеть, что делает мерроу. — Ты несёшь в себе гной! Карпата засмеялась, а Адриану вдруг захотелось думать, что этот звук уродлив.

[-<•>-]

Беллатрикс швырнула Адриану небольшой кошелёк с галеонами сразу же, как в поместье ворвалась смуглая коричневая сова с запечатанным конвертом, адресованным мистеру Адриану Селвину-Риддлу. Адриан в ужасе застыл от этого имени. Белла только фыркнула и одним заклинанием вычеркнула последнюю часть его фамилии. Соответственно, она заверила, что её уберут из списков Хогвартса. Адриан почувствовал облегчение, часть его была почти в восторге от того, что произошло усыновление. Имя было достаточным доказательством. Он использовал камин, чтобы в чёрном плаще и тёмно-зелёной мантии пройти на Диагональ аллею. Лютен обвился вокруг его горла и лениво растянулся, не показывая никаких признаков угрозы. Улицы были полностью забиты. Адриан поморщился. Семьи суетились, разочарованные родители пытались купить всё из школьных списков своих детей, в то время как их дети бегали то и дело, громко крича о последних мётлах, умных совах или о чём-то еще. «Флориш и Блоттс» загребали золото, имея монополию на необходимые припасы, и они это знали. Адриан перепроверил свой список книг и слегка застонал. Он уже читал книги с таким же уровнем сложности давным-давно. Нахмурившись, Адриан взял нужные ему учебники, присоединившись к ожидающим в длинной очереди родителям. Когда он (наконец) закончил, он перешёл в магазин, который специализировался на сундуках, недалеко от центральной дороги Диагональ аллеи. Несмотря на то, что у Адриана было приличное количество вещей, на самом деле ему так и не купили новый сундук. Прошлый его мини-склад, купленный ещё Джеймсом, скорее всего был сожжён дотла вместе с детьми и приютом. Магазин не страдал от обилия покупателей, казалось, что большинство просто не решались отходить от главной улицы. Владелец магазина уже ждал Адриана и даже не обратил внимания на Лютена. Адриан присмотрелся к сундуку, который был полностью чёрным, хотя в остальном ничем не примечательным, но всё же по-своему привлекал внимание. В сундуке было несколько взаимозаменяемых отсеков, встроенных в обереги для защиты от огня и воров, также имелся маленький отсек защищённый паролем. В итоге он был куплен за умеренную цену. Адриан чувствовал, что парслетанг (способность которая работала уже на чистых инстинктах) был самым безопасным паролем, который он знал. Владелец магазина направил Адриана в другую лавку, мастерскую одного из своих родственников, которая специализировалась на иных видах вместилищ и разных предметах с уже наложенными чарами. Лютен был в восторге от маленького выгравированного ящика, внутри которого была большая отапливаемая зона, где можно было греться и спать. Лютен был счастлив, а Адриан чувствовал лёгкость на душе, пробираясь сквозь толпу, в то время как его друг рассказывал о своей беседе с Нагини. Адриан сумел протиснуться сквозь группу взволнованных детей (его однокурсников, — со вздохом понял он) в «Волшебный зверинец». Он мог видеть клетки, заполненные кошками и книзлами, гончими и дизайнерскими собаками. Яркие попугаи пролетали над головами и устраивались на насестах на выступах и подставках. Соколы и орлы сидели на декоративных ветвях, в то время как гигантские пауки носились по веткам. Лютен мгновенно оживился и оглядел магазин, его глаза скользнули по дремлющим мышам и крысам за стеклянными клетками. Адриан вздрогнул, когда увидел совершенно несчастную змею, туго свернувшуюся в одном излишне влажном вольере. Он подошёл к ней и с негодованием коснулся стекла. Змея — толстая мышечная масса с очаровательным внезапно коротким хвостом — смотрела на него. Каждое её движение кричало от изнеможения. — Что тебя беспокоит, яркоглазик? — прошипел Лютен, глядя в стекло. Змея с другой стороны стекла недоумённо склонив голову начала распутываться. — Из песка, а не мокро и не холод, — проворчала она, голос был женственным, хоть и довольно болезненным. — Заинтересованы в нашем новом питоне? — сотрудник подошёл к Адриану, который выглядел слегка обеспокоенным огромным количеством покупателей. Он не понимал этот весёлый и отзывчивый вид сотрудников, которым всегда недоплачивают. — Это гадюка, — прямо сказал Адриан. Он нахмурился. — Не питон. Сотрудник от удивления моргнул. — Вам, наверное, стоит её переместить. Она заболеет от сырости, — заметил Адриан, хмурясь, глядя на дрожь всего тела по чешуе. — Слушай, я… мне очень жаль, парень, — извинился мужчина, — но политика магазина гласит, что мы не можем выносить никаких опасных животных в часы работы. Кроме того, я сомневаюсь, что ты действительно знаешь, что это за змея… Лютен выбрал этот момент, чтобы громко зашипеть и уставиться прямо в глаза человеку. Адриан выдавил довольно приятное выражение лица, не обращая внимания на внезапную бледность мужчины и нервное расширение его глаз. — Хорошо. Разумеется, конечно, откуда такой человек, как я, может знать что-то змеях? Мои извинения. Кстати, мне нужно несколько мышей. Может быть, регулярный график доставки, если это не противоречит политике вашего магазина, — Адриан замолчал, притворившись, что задумался. — Учитывая, что это явно змея, я не удивлюсь, если вы этого не сделаете. Адриан не был так доволен покупкой двух белых мышей. Но чуть не рассмеялся, когда Лютену удалось проглотить одну прям на кассе перед, и без того нервным, кассиром. Яркая вспышка светлых волос заставила Адриана прежде чем он смог подумать пошевелиться. Лютен был сбит с толку и крепче сжался вокруг хозяина, пока Адриан быстро двигался. — Хозяин, что… — Тише Лютен. Адриан вышел из толпы, как только увидел, что старший мужчина уходит в банк гоблинов. Жена мужчины обменялась несколькими словами со своим сыном, прежде чем оставить его за ступеньками. Мальчик выглядел обиженным, но всё ещё гордым. Адриан улыбнулся и вышел прямо перед мальчиком. Мгновенно взгляд Драко Малфоя обратился к нему. — Драко Малфой, — обратился Адриан, слегка поклонившись, в то время как его глаза оценивали мальчика напротив него, — приятно познакомиться. Драко поднял нос и презрительно фыркнул. — Вероятно, я буду видеть тебя гораздо чаще, — спокойно заверил Адриан. — Желательно в Слизерине. — Итак, ты согласен с тем, что Слизерин — лучший дом, — глаза Драко заблестели, любопытные и в то же время кремневые. Его голос не оставлял возможности ответить на риторический вопрос. — Не думаю, что знаю о твоём доме. Возможно, глава дома к которому ты принадлежишь работает вместе с моим отцом? Адриан ожидал этого вопроса и подготовился соответствующим образом. — Меня зовут Адриан Селвин, сокращённо Адриан, — пояснил он, увидев заинтересованный взгляд Драко. — Я не связан с чистокровным британским домом Селвин. Я принадлежу иному чистокровному дому. И, что главное, вместо того, чтобы давать информацию о моём доме, я предлагаю свои услуги. Драко моргнул. — Есть несколько действий, которые непозволительны для чистокровного наследника, особенно, когда он под пристальным вниманием, — Адриан понизил голос и вежливо наклонился вперёд, — особенно в стенах Хогвартса и с такой благородной фамилией, как твоя собственная. Драко выглядел ошеломлённым и не знал, что сказать. Во время паузы, когда Драко быстро составлял ответ, громкий сердитый крик эхом разнёсся по суматошной Диагональ аллее. Двое резко обернулись и заметили кипящего парня, выбегающего из лавки Олливандера. Драко тут же рассмеялся. Адриан присмотрелся — у мальчика были тёмно-каштановые волосы, почти красноватые в полуденном свете. Он был выше Адриана, шире, и имел небольшой кусок детского жира, всё ещё сковывающим его подбородок. Адриан заметил его мокрые глаза и ему показалось, что его ударило одно из проклятий Беллы. — Интересно, что разозлило Поттера? — усмехнулся Драко, почти забыв, что Адриан был поблизости. Тот ошеломлённо уставился на него и издал низкий пронзительный звук, когда кто-то с рыжими волосами поспешила догнать мальчика. Скайлар Поттер. И их… Скайлара мать. — Может, не было той палочки, которую он хотел, — голос Адриана казался глухим и задыхающимся для его собственных ушей. Драко сказал что-то в ответ, но Адриан не слышал. В переулке внезапно стало шумно, но он не мог расшифровать ни единого слова в хаосе. Он видел, как Лили удалось поймать Скайлара. Её лоб нахмурился, а лицо было очень бледным, когда она говорила что-то утешающее… Скайлару. Лили наклонилась и заключила закрывшего лицо Скайлара в объятия. Адриан дёрнулся и медленно моргнул, глядя на руку, которая довольно сильно ударила ему в бок. — О, ты вернулся ко мне? — Драко ухмыльнулся, выглядя разочарованным и раздражённым из-за Адриана. Лютен выбрал именно этот момент, чтобы появиться, высунув голову из-под воротника Адриана и с драматической медлительностью попробовав воздух, которая, по словам змея, вдохновляла его пищеварительную систему. Адриан высокомерно кивнул и ушёл. Если всё сработает так, как он ожидал, имя Адриана распространиться относительно быстро. Как только он станет известен, он сможет убрать Калума и обеспечить свои нужды в Хогвартсе. Тогда Адриан сможет продвинуться по лестнице Хогвартса, и превзойти его во всех отношениях и потребовать уважения. Всё должно сработать. На этот раз победителем будет он. (Историю всегда писали победители.)