Утро, которое не настанет

Стивен Кинг написал однажды, что «ночные кошмары существуют вне границ логики, в них мало веселья, их не растолковать; они противоречат поэзии страха». В ужасных историях жертва продолжает спрашивать «почему?» Но, может, объяснений и не должно быть. Тайна без ответа — это то, что остается с нами навсегда, и мы помним её до конца дней Alan Wake

Чонгук споткнулся и чуть не потянул за собой мать, которую держал под руку. Он старался почти бежать, но ноги женщины, подверженные варикозу последней степени, не могли передвигаться быстрее. Парень обернулся, переводя дыхание, и увидел, что позади них ещё пара фонарей, что освещали дорогу, погасли. Чон, хрипло выругнувшись, попытался ускориться. Сердце бешено стучало, ноги деревенели, руки отнимались, а он всё пытался. Из-за тяжкого дыхания и бешеного сердцебиения, он почти не слышал слова матери, зато слышал ИХ. Эти отчаянные, злобные крики существ, которых не было видно во тьме. Они звучали, как всё самое страшное из фильмов ужасов, что ему когда-либо приходилось смотреть. – Пожалуйста, отпусти меня. Из-за меня и ты погибнешь, – в плаче заходилась женщина, – самое большое горе для матери – это видеть смерть своего ребенка. Пожалуйста, беги. Оставь меня! Спасайся! Без меня ты сможешь! Сможешь убежать! Чонгук игнорировал её, видя периферийным зрением, что очередные лампы позади угасли, приближая тьму. Куда они бегут? От кого? Он не знал, но, судя по звукам, попасться ИМ, было бы самой страшной смертью из возможных. Впереди была широкая освещенная дорога, ей не было видно конца и края, а всё что было за её пределами – кромешная тьма. Фонари продолжали угасать за их спинами, приближая леденящие кровь звуки существ, что видели их, гнались за ними, но не могли приблизиться к свету. Они ждали, видя свою добычу так близко, но не в состоянии её поймать. Голоса, если это можно было так назвать, были полны ярости и голода. Следующее, что Чонгук помнит, как проснулся в каком-то магазинчике, но женщины рядом не было. Почти стемнело. Он резко вскочил на ноги и стал звать маму, бегая по помещению, пока не нашел записку. «Я так тебя люблю, мой дорогой мальчик. Извини, что ушла не попрощавшись. Я знала, что ты меня не отпустишь. Без меня у тебя есть шанс выжить. Пожалуйста, не ищи меня. Живи, сынок. Живи!». Чон выбежал на улицу. Он бегал и кричал, зная, что это опасно. Начинало темнеть. Но остаться одному в этом беспросветном ужасе ему казалось страшнее, чем умереть рядом с самым близким человеком. Парень упал на асфальт, запнувшись, и так и не встал.

***

Чон Чонгук проснулся в своей постели. Он вздохнул так глубоко, словно только что вынырнул из воды. Холодный пот покрывал его, тело пробивала мелкая дрожь. За темными шторами он едва различал светлеющее небо. Лежащий на левой стороне кот мяукнул, забираясь на живот хозяина. Френчи сразу понимал, когда хозяин проснулся, хотя тот обычно даже не шевелился ещё несколько минут после пробуждения. Тело, всё ещё парализованное после очередного кошмара, отказывалось слушаться. Но ничего, Чонгук за столько лет почти привык. Почти. Сначала бросаешь все силы на то, чтобы пошевелить пальцами правой руки, и когда они наконец поддаются – Чон срывался с постели, как ужаленный. Кровать словно была порталом в иной мир, а от него нужно срочно подальше сбежать. Если бы он только мог прямо сейчас позвонить маме и спросить, всё ли в порядке, но она вряд ли обрадуется звонку в начале шестого, даже если это будет её сын. Только перепугает её с утра пораньше. Уже сидя на кухне и попивая горячий чай, Чонгук вспомнил начало сна, в котором ещё присутствовали люди. Этот отрывок он помнил плохо, но зато в голове отпечаталось знакомое лицо – Ким Тэхён. Губы парня едва приподнялись в улыбке. Его любимый певец несколько скрасил даже настолько ужасающее воспоминание. Член известной корейской группы «Пуленепробиваемые», состоящей из троих рэперов и двух вокалистов, была любимой у Чонгука уже лет 6, почти с начала её формирования в 2015 году. И хоть это сновидение можно официально записывать в список «Самые страшные сны 2021 года», Чон запомнит его ещё и потому, что это был первый раз, когда Vante – псевдоним Тэхёна – приснился ему. Правда, Чонгук не знает, куда Тэ и остальные выжившие пропали – он помнит сны лишь урывками, но одно воспоминание улыбки его биаса, который ощущался почти реальным, дарило легкое чувство умиротворения в этом беспокойное утро.