Касания

      Вэнь Кэсин любит прикасаться к Чжоу Цзышу, ощущать тепло его кожи, грубость рук. Проводить кончиками пальцев по его натянутому телу, с тоской изучать каждый шрам, ловя себя на мысли «а что если…». А что, если бы он не успел? И сейчас бы ощущал под своими ладонями холодное бездыханное тело…       Вэнь Кэсин всегда старается быстро выбросить из головы все негативные мысли, ведь перед ним Чжоу Цзышу — живой, горячий, улыбчивый и дарящий такую же сильную любовь в ответ. Перед ним Чжоу Цзышу, который вздрагивает от каждого прикосновения, чуть прогибается в спине, открывает доступ к шее. И Вэнь Кэсин не может ему в этом отказать — он касается шеи, чуть прикусывает кожу, оставляет едва заметный след, проводит языком и целует, задерживаясь на несколько секунд. Так он покрывает каждый участок его шеи, пока ловкие длинные пальцы оглаживают внутреннюю сторону бедра. Он млеет от того, с какой лёгкостью Чжоу Цзышу всё это ему позволяет, как отдаётся, ни разу не сопротивляясь. Вэнь Кэсин любит Чжоу Цзышу, шепчет ему об этом в губы, прежде, чем утянуть в долгий, солёный от собственных слёз, что скатываются по его щекам, поцелуй.       Ему не нужен повод, чтобы коснуться: он ловит Чжоу Цзышу везде, даже когда тот занят. Он может недовольно ворчать, но когда Вэнь Кэсина это останавливало? Коснуться рукой, переплетая пальцы, поднести к губам и кротко поцеловать; коснуться взглядом, очерчивая такие родные черты его лица, чтобы потом покрыть каждый миллиметр губами; коснуться губ, пробуя знакомый до боли, до нежного тепла на душе вкус. Коснуться лбом его лба, чтобы их взгляды оказались на одном уровне, и шептать всякие глупости, пока Чжоу Цзышу с неприкрытой нежностью смотрит на него. Вэнь Кэсин так трепетно любит его... Он хотел бы выразить всю свою любовь, но всех слов и жестов мира не хватит, чтобы передать хотя бы малую часть того, что трепещет пламенем в его сердце, переполняя душу.       Коснуться его руки, чтобы нащупать пульс — страх потери слишком сильный, слишком неконтролируемый, он бьёт дрожью по всему телу. Коснуться руки и убедиться — он живой, он действительно живой, рядом. Вэнь Кэсин смог. На этот раз он сделал всё правильно, спас человека, которого любил больше жизни; человека, за которого был готов отдать собственную жизнь.       — Лао Вэнь.       Вэнь Кэсина вздрагивает, поднимает покрасневшие глаза и смотрит — с тоской, страхом и любовью.       — Лао Вэнь.       Вэнь Кэсин моргает, тянется к Чжоу Цзышу. Тот заключает его в тёплые родные объятия, и Вэнь Кэсин ныряет носом в изгиб его шеи.       — А-Син…       Вэнь Кэсин жмурится от шёпота над ухом, поднимает взгляд на Чжоу Цзышу.       — А-Сюй… А-Сюй, А-Сюй… — шепчет Вэнь Кэсин и крепче жмётся, касается руками его лица, чтобы притянуть ближе и одарить долгим поцелуем.