На темной стороне

Том нашёл Гарри только через несколько часов, когда, зайдя к Северусу за мальчиком, нашёл в комнате только младшего Малфоя. Марволо не захотел даже слушать глупые объяснения Снейпа, смесь обвинений и оправданий. Только произнёс: «Я был лучшего мнения о тебе» - и отправился на поиски Гарри. Однако вскоре стало понятно, что обшарить огромный замок за короткое время не сможет ни один человек, будь он хоть трижды Тёмный Лорд. Поэтому Марволо приказал найти Гарри домовикам, а сам вернулся в кабинет, пытаясь приглушить волнение работой. Он действительно волновался за этого ребенка, и дело было даже не в его ранимой душе, хотя откуда она может быть у такого, как он. Нет, причина была в обещании, данном им Магии в Гринготсе. Его собственная магия подстраивала его разум под себя, меняла, смягчала любое суждение о мальчике, создавала привязанность. Поэтому теперь, хотя в первый день их встречи Марволо и боялся, что может пожалеть о своём решении, теперь он не допускал даже мысли об этом. И да, Магия не может создать любовь. Только немного помочь в её формировании, подтолкнуть, не дать отступить с намеченного пути. Но об этом знала, пожалуй, только Мора, да и та не собиралась мешать прорастать принятию между двумя её дальними потомками. Самому себе же Марволо объяснял своё волнение тем, что не хочет, чтобы его план привлечения на свою сторону мальчика-который-выжил был разрушен глупой выходкой Снейпа. Ну, и ещё каплей жалости по отношению к тому, чьё детство было так похоже на его собственное. Документы совсем не помогли Тому отвлечься от мыслей о Гарри, поэтому он занялся обдумыванием кары для Северуса. Всё-таки, его убийство было бы расточительностью, не валяются же шпионы, пусть и не очень надёжные, на дороге! Вдруг перед ним появилась домовичка, которую, как смутно помнил Марволо, он приставил к Гарри, и, сказала, чуть заикаясь: «Лорд Слизерин, Энни нашла хозяина Гарри. Он в одной из гостевых спален на втором этаже». - Отлично. Перенеси меня к нему, - Энни робко кивнула, протянула морщинистую ладошку, и, как только Марволо коснулся её руки, аппарировала. *** Гарри, кипевший от злости и обиды на человека в черном, долго бродил по коридорам особняка. Сначала он летел, не обращая внимание на смену коридоров и этажей, потому что всё его внимание занимало обдумывание глупой ссоры, а зрение было искажено слезами. Он не знал, кого винить, этого странного профессора или себя. Или Марволо, который почему-то не предупредил Гарри об ужасном характере его учителя. Несколько раз ему попадались незнакомые люди, но они, если и обращали внимание на незнакомого им заплаканного мальчика, только окидывали его внимательными взглядами и шли дальше по своим делам. Вскоре успокоившись, Гарри стал более внимателен к окружающим его интерьерам. В восхищении он даже остановился у одного портрета прекрасной дамы, обмахивающейся веером, желая получше рассмотреть женщину и её дивный наряд. Красавицу, если верить подписи на раме, звали Амелия Слизерин, а её платье потрясало всеми оттенками синего от голубого до почти фиолетового и могло скрыть под своим подолом, наверное, трёх Гарри. Вскоре Амелия, до этого только также с любопытством рассматривавшая мальчика, не выдержала и спросила у него: «Зачем ты здесь, наследник?» Гарри, которого неожиданное умение портрета не только двигаться, но и говорить напугало до чертиков, отпрыгнул от картины на добрые полметра и едва удержался на ногах. - Ты можешь меня так не бояться! – рассмеялась она. – Поверь, я не смогу причинить тебе вред, даже если захочу. Так скажи, для чего ты тут, малыш? В этот коридор редко заходят. - Здравствуйте, леди, - выдавил из себя Гарри. Она величественно кивнула ему в ответ. – Я заблудился. - Действительно? – дама подняла брови. – Чтобы наследник потерялся в своём собственном поместье! – она с улыбкой покачала головой. – Невиданное дело! - Я здесь недавно, - попытался оправдаться Гарри. - В таком случае, расскажи мне, где ты вырос. Неужели нынешний лорд Слизерин оставил особняк? - Нет, леди. Марволо, если вы имеете в виду его, живёт здесь. А я вырос у Дурслей, моих родственников. - Не помню такого рода среди чистокровных. Это какой-то новый род? - Нет, они… Вы их называете магглами. Они не умеют колдовать. - Вот как… - дама как-то нехорошо прищурилась. – Продолжай. Расскажи мне о своём детстве, о нынешнем лорде Слизерине, о занятиях, которые ты наверняка посещаешь. Расскажи мне обо всём. И Гарри послушно стал рассказывать. Он уже устал, а потому без всяких церемоний уселся прямо на ковёр, на что леди только лукаво усмехнулась, но не возразила ни словом. С непривычки Гарри быстро охрип, но упрямо продолжал, отвечая на бесконечные вопросы своей нарисованной собеседницы. Он не упомянул лишь о тайне Энни, ведь это был не его секрет. После услышанного дама надолго задумалась, крутя в руках веер. - Что я могу сказать, - начала она после паузы. – Ты умеешь находить друзей. Например, меня! Позволь представиться, раз уж я забыла сделать это раньше. Амелия Слизерин, урожденная Поттер. Мы с тобой – очень дальняя родня. И да, теперь ты от меня не отделаешься. У тебя слишком интересная жизнь, чтобы упустить возможность в ней поучаствовать. Зови своего домовика и прикажи перевесить меня к себе в гостиную. Я буду твоим учителем по этикету, Гарри. Она посмотрела на его удивленную мордашку и добавила: "Судя по всему, у тебя две основные способности, артефакторика – это умение насыщать вещи магией, придавать им какие-либо свойства по своему желанию. И некромантия." *** Когда Марволо переместился в гостевую комнату, он первым делом обратил внимание на огромную кровать, на которой спал черноволосый мальчик, утомившийся после долгого и тяжелого дня и, по совету портрета, прикорнувший в ближайшей комнате. «Это входит в традицию,» - подумал Том про себя, аккуратно подхватил ребенка на руки и аппарировал к нему в комнату. За окном была почти полночь. *** - Привет, Гарри! – услышал Гарри, как только уснул. - Привет, Мара! – поздоровался он с девушкой. Сегодня она, подобно Энни, оделась в оранжевых тонах. - Ну что, ты подумал о моих словах насчет важности жизни и её значении? - Да, я много думал об этом, - кивнул Гарри. Они с Марой снова стояли на лугу, полном цветов самых разных оттенков. - Молодец. Значит, ты легко скажешь мне сейчас, зачем нужны маги, взаимодействующие со смертью. - Как это связано! – воскликнул, не сдержавшись, Гарри. - Ну, как это! Подумай сам! Маги смерти, которых люди обычно называют некромантами, дают покой уставшим приведениям, закрывают проход в царство теней, из которого порой появляются чудовища, убивают восставших мертвецов. Понимаешь? Они сохраняют баланс между светом и тенью. Они не являются, как считают некоторые глупцы, злодеями, желающими, все, как один, поработить мир. Они лишь не позволяют восторжествовать одной из сил, ведь в таком случае вселенная будет разрушена. - Они, как супергерои? - Да, что- то вроде того, - Мара рассмеялась. – Конечно, иногда они могут пойти и против света. Но запомни, что свет – не всегда добро. Например, вспышкой света можно ослепить человека навсегда. Разве это добро? Вот и приходится порой некромантам бороться не только с темными созданиями и тёмными властителями, желающими уничтожить этот мир, но и с некоторыми светлыми колдунами. Она замолчала, ожидая вопросов, но Гарри молчал. - Некроманты – кто-то вроде чистильщиков. Они не хорошие и не плохие, как и все люди в целом. Они выполняют свой долг, сохраняют жизнь этого мира. А ведь жизнь так прекрасна и важна! Я уже рассказывала тебе об этом в нашу прошлую встречу. - Леди Слизерин, с которой я сегодня общался, сказала мне, что я некромант, хотя и отказалась объяснить значение этого слова. Значит, я – этот самый чистильщик? - Да, Гарри. Ты ведь умненький мальчик, должен понимать, что, хотя ты и мой потомок, я бы вряд ли сочла нужным с тобой встречаться. - Значит, ты – мой учитель? - Предпочитаю, старшая сестра, - Мара проказливо улыбнулась. – Так, хватит философских разговоров! Посмотрим, как ты отреагируешь на первого в своей жизни зомби. - Может, не надо? - Надо, Гарри. Надо!