Клан Гонконгских змей

На опушке в парке стояло около 250 человек, еле помещавшихся на не столь просторном месте. Глава клана осматривал каждого, оценивая состояние ребят. На лицах некоторых все еще светились старые гематомы, в драку им лезть явно не хотелось. В беседку поднялась Хоше, которая была настроена серьезнее всех, и развернулась к толпе лицом.  — Собрание клана начинается! — крикнула она и 2 сотни парней склонили свои головы. — Завтра нам предстоит вновь сразиться с этими ублюдками. Вы знаете, что они из себя представляют не понаслышке. Разве мы позволим им безнаказанно расхаживать по нашей территории, творя херню, и осквернять память Вейшана?! — толпа всё еще неуверенно загудела.  — Ваши капитаны должны были обеспечить вас оружием, — влез Цзиши, выйдя вперед. — как бы мне не хотелось ввязываться в это дерьмо, но коммуняги настроены враждебно, в прошлый раз они накинулись на нас с ножами и железными трубами. Вы видели всё своими глазами, поэтому нам стоит быть осторожнее. — он старался вглядываться каждому в глаза, поджигая в них искры. — Я намерен отомстить им за этот грязный прием, отомстить за смерть Вейшана и близкого человека Бейгуана, за каждого пострадавшего члена клана. Потому что, когда какие-то подонки посягают на мою семью — я стоять в стороне не собираюсь. Вы со мной?! — поднялся довольный гул. — Разъебем коммунистов!       — Да! Так их! — кричали со всех сторон.       — Бой назначен на завтра, 12 часов ночи, заброшенный склад в ЦЗО. — сурово произнесла Хоше, привлекая к себе внимание разбушевавшихся парней.  — Первая группа? — гаркнул Лонвей и его подчиненные, склонив головы, загудели.  — Вторая группа? — послышался крик девушки.  — Третья группа? — зарычал Бейгуан, получая огромное количество удовольствие от отдачи.  — Тогда отхерачим коммуняг! Собрание окончено! — вновь крикнула рыжеволосая. В указанное время парни в фирменных куртках поджидали своих противников, теребя в руках кастеты и биты. Цзиши с умиротворенным лицом, прислонившись к стене, вглядывался на дорогу; Лонвей докуривал сигарету, попутно объясняя тактику своим парням. Один лишь Бейгуан переминался с ноги на ногу, рука изредка ныла, но, представляя, как будет выбивать дерьмо из этих ублюдков, сразу подбадривался. Послышался топот, заставивший всех повернуть головы ко входу: верхушка притормозила, выглянул и Байхуа, вызывая волну возмущения среди 2-й группы.  — Фиалка, кажется, мы тогда остановились на самом интересном моменте, не так ли? — глава клана лишь фыркнул. — Смотри-ка, а вы сегодня пришли подготовленные, разве это не противоречит твоим принципам, а, Цзиши?  — Можешь шутить сколько угодно, но и вы не с пустыми руками заявились. — Гуй хищно оскалился.  — Что верно — то верно. — он вытащил из-за спины дубинку и направил прямо на друга детства. — Готовьте свои задницы, уродцы. Понеслась! — крикнул он и толпа сорвалась с места. Вложив в свою руку кастет, глава клана побежал на парня с дубинкой и они вновь затерялись в толпе. Когда на Бейгуана летел новый синеволосый заместитель с парочкой парней, он ни капли не удивился. «Да когда же ты от меня отвалишь?!». — пролетело у него в голове, пока он готовился к удару ногой и в следующую секунду отбросил одного из ребят на землю, пихнув в грудь. В его ладони был зажат кастет с шипами, поэтому, как только он прилетел второму парню в скулу, она тут же закровоточила. Ченфу церемониться, видимо, не стал и сразу оголил руку с ножом, размахивая им словно мечом; брюнет только и успевал, как уворачиваться, захватив под локоть противника, Бейгуан с помощью ноги его уронил на спину. Выбив другой ногой нож из зажатой ладони, он сел на него верхом, приготовившись лупасить парня до потери сознания. Удар снизу, в бровь, уже из носа хлынула кровь, запачкав костяшки брюнета. Однако последний удар до лица противника так и не достал; кто-то грубо отшвырнул его назад, от чего он перекатился через голову. Этим моментом воспользовался Ченфу и, прихватив нож, двинулся к лежачему, у которого резко заныла рука. Бейгуан не успел встать на ноги, как кулак заехал ему в солнечное сплетение, заставив согнуться. Схватив его за шею, Ченфу больше не собирался пачкать руки, и, замахнувшись, воткнул ему нож в область ключицы и грубым пинком повалил его на землю. На вопли брюнета никто не обернулся, потому что начался настоящий замес, парни вошли в антураж, размахивая железяками и битами; кто-то охал, кто-то стонал. Битва в таком темпе продолжалась бы еще несколько минут, до тех пор, пока бы все не свалились на бетон в отключке. Ченфу еще раз пнул брюнета куда-то в поясницу и ушел, оставляя побитого парня рычать от боли. Он зажал рукой рану, из которой, казалось, фонтаном струила кровь. Лонвей, как и обычно, сжав покрепче свой любименький кастет, с одного удара выносил каждого, кто попадался ему на пути. Сейчас он явно владел ситуацией и даже, если соперник превосходил его числом, он затмевал их своей силой и тактикой: рыжеволосый никогда не бросался вслепую, а просчитывал удары врагов, уклоняясь, шел в спланированную атаку. Этот метод никогда его не подводил, лишь только, если противник был вооружен лучше него. Однако, усвоив ошибку прошлой драки, он был более осторожен и внимателен, старался следить за своим окружением, чтобы не допустить еще одного удара железкой по голове. В этот раз Гуй далеко убежать от него не смог, поэтому догнав противника, Цзиши настроился на серьезный бой; они ходили вокруг словно львы, готовящиеся драться за место в прайде.  — Ну же, фиалка! Чего медлишь?! — однако раскусив его провокацию, глава клана остановился и опустил руки.  — Жду, пока ты наговоришься. — тот засмеялся. — К чему всё это? Ты прекрасно знаешь, что я могу ушатать тебя с одного удара. — прозвучало это, конечно, слегка надменно, но так и надо было.  — Байхуа, ты тоже так считаешь? — это имя заставило парня вздрогнуть и пропустить удар, он взглянул через плечо и, увидав светловолосую макушку, разочарованно выдохнул.  — Какой же ты слабак… — выплюнул Цзиши, повернувшись к своему другу детства.  — Ошибаешься, фиалка… силен не тот, кто ногами машет, а тот, у кого извилины работают. — он ухмыльнулся, опуская дубинку. — К тому же, это особое удовольствие — смотреть, как меняется твой взгляд при его виде. — он кивнул в сторону альбиноса. — Разберись с ним. — однако не успел Гуй сделать и шаг, как правая рука главы влетела ему в челюсть, он оказался так близко за короткое время, что никто не успел среагировать. Оставив еще несколько гематом у того на лице, Цзиши был остановлен бывшим капитаном 2-й группы. Альбинос скрутил ему руки, перегородив ногой путь.  — Прекрати брыкаться и все быстрее кончится. — тихо произнес Байхуа; на его лице выражалось только хладнокровие, никакой больше эмоции он в данный момент не показывал. Хотя он мог признать, что было неприятно вот так поступать с, хоть и бывшим, но главой, которому он столько лет был предан.  — Приподними ему голову. — улыбаясь, крикнул Гуй и перевел вес назад, когда сиреневая голова оказалась в нужном положении, он вложил все силы в этот удар, мыс ботинка пришелся прямо в правую щеку, от чего голова парня резко вывернулась. Он было замахнулся дубинкой, как Байхуа вместе со своим заложником завалился вперед, хоть альбинос и искусно владел боевыми искусствами, Цзиши превосходил его в силе. Удара, который тот ожидал, не последовало, потому что в тоже мгновение, когда он оказался на земле, парень с фиолетовыми волосами вскочил и с разворота вдарил Гую в висок, вынудив его с грохотом завалиться на бетон и потерять сознание. Хоше, подпрыгнув на одной ноге, почти влетела подошвой какому-то левому парню в горло, тот отлетел, хватаясь за шею, второго, бежавшего к ней справа, ждала точно такая же учесть, однако удар пришелся чуть ниже — в грудь. На нее накинулись сзади, заломив руки, однако даже это не помешало ей выкрутиться, обвив ноги противника словно настоящая змея, навалившись вперед, она заставила противника пролететь через нее вперед, а после и поцеловать холодный бетон. Увернувшись от удара слева, она резко дернула локтем назад, и замахнувшись ногой, впечатала парня в стену, оставив красный след у него на щеке. Однако стоило ей поднять левую ногу, как железный предмет с неприятным хрустом соприкоснулся с коленкой и, не сдержавшись, девушка закричала от пронзающей боли. Не устояв на одной ноге, она завалилась и рухнула прямо на плечо, провернувший это парень усмехнулся и следующий удар пришел по бедру, заставив ее закричать вновь. Но от возможной гибели ее спас один из десятников 2-й группы; притянув за ворот противника, он со всей силы заехал ему в нос, от чего голова его резко дернулась.  — Капитан, я буду защищать вас! — твердо произнес он, принимая боевую стойку. Она мысленно его поблагодарила и приняла сидячее положение, выискивая своих друзей в этой толпе. Увидав розовую макушку, она нахмурилась, пытаясь понять, в каком положении находился Цзиши: казалось, бой шел у них на равных, никто пока не уступал. Однако выглянув в распахнутые ворота, она заметила на улице несколько приближающихся парней, они явно были старше коммуняг и походили на более серьезных ребят. «Может, это подмога для коммунистов… мало, их даже 10 не будет». — подумала она и вновь подняла взгляд на разъяренную толпу. Опираясь на руки, она поспешила встать; заметив это, десятник двинул приближающемуся на них парню кулаком в лицо и помог рыжеволосой.  — Здесь что-то не так. — произнесла она, тяжело дыша. Кажется, нога была сломана, потому что, как только она встала, ее тело пронзила адская боль.  — Капитан, что случ… — не успел он договорить, как послышался выстрел и все замерли, как по команде. И переполненными страхом глазами, она обернулась на звук: вокруг тех парней толпа расступилась.  — Какого хуя тут происходит? — крикнул тот, в руках которого дулом к верху находился пистолет. — Вы, блять, что здесь устроили, недоумки?  — Нам пора валить. — она вцепилась в его предплечье и, прихрамывая, направилась к другой двери, пока до нее отголосками доносились крики.  — Кто тут у вас за главного, мелюзга? — в ходе того, что противник был в отключке, Цзиши пришлось выйти вперед, смотря на пришедших снизу-вверх. — Ты, нах, кто такой вообще, пиздюк?  — Глава клана Гонконгских змей. — уверенно заявил он.  — Чего? — парни, стоявшие позади, рассмеялись. — Какой, нах, клан? — он выжидал момента, чтобы замахнуться и заткнуть этого выскочку. — Значит так, змеиный выродок, забирай своих опарышей и проваливай, пока мы вас тут не прихлопн… — он не успел договорить, как его постигла та же учесть, что и Гуя. По всему складу прошлось удивленное аханье, заставившее тех парней смолкнуть.  — Я, что, не понятно выразился? Клан Гонконгских змей в данный момент нагибает коммунистов, зачем мешать чужой разборке? — голос звучал гораздо ниже, чем обычно.  — Так ты тут с коммунистами дерешься… — то ли вопрос, то ли утверждение. — Пацаны, ну его нужно и за это отпиздить в придачу. Малой чет в край охерел, — этот парень приблизился и из-за большой разницы в росте нагнулся, чтобы смотреть Цзиши в глаза. Все остальные, присутствующие здесь, молча наблюдали и не смели издать лишнего звука. — Слышь, у нас тут важное дельцо, поэтому собирай свое говно и вали, пока я тебе башку не прострелил. — стоит упоминать, что уже третий раз глава клана отправил очередного парня в нокаут? Это и так очевидно…  — Пока я не закончу со своим, вы можете идти нахер. — он хотел что-то дополнить, но крик из толпы заставил их обернуться.  — Милиця! Кто-то вызвал милицию! Валим! — толпа начала рассеиваться, люди толпились, не желая присесть на несколько суток за потасовку, в которой не особо то и хотели участвовать. В отличие от змей, коммуняги таким боевым духом не славились, им просто-напросто пригрозили повыбивать зубы, поэтому, трясясь от страха, они молча повиновались и приехали сюда. Цзиши сделал шаг, но кто-то ухватил его под локоть, развернув к себе лицом.  — Слушай сюда, выродок, за сорванное дельцо ты еще ответишь и поверь, пуля в лоб — это меньшее, что тебя ждет. — отшвырнув от себя главу, черноволосый амбал выбежал за открытые ворота, попутно что-то крича своим парням. Цзиши вновь обернулся и глазами искал верхушку клана и перед самым выходом он заметил знакомого парня в их куртке, который явно держался из последних сил. Заметив его, брюнет еле поднял руку и помахал.  — Бейгуан, какого… — начал он, но заметив ножевую рану, мысленно выругнулся, хватая его под плечо и потянув на себя. — шевели ногами, нас сейчас накроют. — вдалеке уже слышались сирены, заставляя сердце биться быстрее. Кое-как он усадил парня на байк, Бейгуан попытался прижаться к другу, но боролся с тем, чтобы не потерять сознание, так что хватка выходила слабой. Цзиши вжал на газ и мотоцикл сорвался с места, он мчали до ближайшей больницы, за ними же ехал и Лонвей, который подобрал хромающую сестру. — Срочно! Ножевое ранение! — закричал глава, как только переступил порог больницы, медсестры тут же подскочили к ним, помогая раненному улечься на ближайшую кушетку.  — Х-Хоше… — услышал Цзиши из уст друга и обернулся на рыжеволосую. — Х-Хоше… — прочитав всё во взгляде, Лонвей буквально за шкирку поднес свою сестру. — наклонись… — через боль в коленке, девушка склонилась над лицом парня и почувствовала слабое прикосновение к ее губам, сразу ощутив металлический привкус, ее лицо мгновенно вспыхнуло, однако она ответила на этот поцелуй, от удивления даже не прикрыв глаза. — теперь я готов… — пробубнил он себе под нос и глаза его закатились. Подбежавший к ним врач, небрежно оттолкнул девушку, и кушетка вместе с раненным отправилась в неизвестном направлении. Она приземлилась прямо в руки Цзиши, который отказывался принимать увиденное; и злость, и обида, и ревность — все чувства смешались в одно и это что-то неприятно щемило у него в груди.  — Это что еще за херня? — шепотом спросил он, заглянув в ее красные глаза. Лонвей, слегка опешивший от происходящего, смотрел в сторону отдаляющихся от них полуживого капитана 3-й группы. Девушка ухватилась за куртку парня, сдерживаясь от криков, и сползла на пол. Глава клана, в любой другой момент, сразу же поймавший ее, даже не дернулся, смотря на нее сверху-вниз.  — Ты, блять, чего стоишь, придурь? — гаркнул на него рыжеволосый, обернувшийся на грохот. — Медсестра, у нас тут еще один раненный вообще-то! Хоше не могла произнести ни слова, лишь только слезы скатывались по ее щекам, она сама не до конца поняла, что произошло и почему она ответила на поцелуй Бейгуана, и что еще за муха укусила друга, раз он на такое осмелился, прекрасно зная про специфичные отношения между главой клана и правой рукой. Пока ее поднимали, сажали в коляску, она не отводила взгляд от Цзиши, у которого, казалось, перед глазами появилась пелена и взгляд был больше раздраженный, чем обеспокоенный. Он прищурил глаза и отвернулся, направившись к выходу из больницы. Лонвей, не решив за кем идти, так и остался стоять на месте, как вкопанный. Глава клана был не готов к развернувшимся событиям, голова от удара раскалывалась, но это меньшее, что волновало его в данный момент. «Кто эти парни с пушками… — подумал он, прислонившись спиной к стене. — явно за коммуняг, если хотели мне навялать за разборку с ними, к тому же с огнестрельным оружием… это уже не шутки, мать вашу». — он зарылся руками в волосы и оттянул короткие пряди. Бейгуан потерял много крови и был в шаге от смерти, так к тому же прямо у него на глазах поцеловал Хоше, что по-настоящему его задело за живое. Они снова вляпались в какое-то дерьмо, приобрели новых врагов. Он до сих пор не понимал, как отнестись к их поцелую: если это было последним желанием друга — он бы, конечно же, его простил, зная о его невзаимной симпатии… но была ли эта симпатия невзаимной? Потому что подруга ответила на поцелуй, не смущаясь, что его лицо находилось в нескольких сантиметрах, и он буквально мог видеть все в деталях. Мог ли он расценить это как маленькое предательство? Конечно, мог, но не хотел, ведь на ее месте, скорее всего, поступил бы так же. Но он был на своем месте, и ему лично такая выходка не понравилась. Как только эти двое пойдут на поправку, он обязательно поговорит с каждым их них. Он достал телефон, который разрывался от не перестающих приходить сообщений, пройдясь по ним первым взглядом, он понял, что нескольких ребят всё-таки повязали, что расстроило его еще больше. Цзиши был готов завыть от накопившегося, но сдержался, до крови прикусив губу. До самого утра, когда уже пускали проведать больных, он катался по ночному Гонконгу, спускаясь по горному склону, проезжая вдоль покачивающихся яхт, в попытке привести свою голову в порядок. Первым дело он решил зайти именно к другу. Яркий свет ударил прямо в глаза брюнета, от чего ему пришлось прищуриться. «Я уже умер…?». — подумал он, поднимая руку, однако вставленный в вену катетер и иголки обрушили его планы, неприятно впившись в кожу и вернув его в реальность. Он зашипел и решил приподнять голову, чтобы оглядеться: прямо над его головой светила светодиодная лампа, слева стоял аппарат, который неприятно пищал, раздражая слуховые перепонки. И только сейчас он заметил сидящего в углу Цзиши, ждавшего его пробуждения. Невольно в голове всплыл вчерашний вечер и тот поцелуй, за что ему всегда теперь будет стыдно. Быстро переместив свой усталый взор на небольшое окно, Бейгуан покраснел словно нашкодивший школьник.  — Как себя чувствуешь? — послышался сухой голос друга, они встретились взглядами: стеклянные глаза, смотрящие на него с безразличием, заставляли внутренности сжиматься.  — Голова трещит и тошнит слегка, но жить буду. — он попытался выдавить из себя улыбку, от чего его лицо неестественно скривилось.  — Врач сказал, что у тебя состояние средней тяжести и проваляешься ты тут около недели, может и больше, потерял много крови. — он поднялся на ноги, убирая руки за спину. — Ты нас до усрачки напугал. Еще и медсестры пускать не хотели.  — Да я и сам перепугался… думал, что концы отбросил. — он тяжело выдохнул, вернув голову на подушку. Оттягивать разговор о вчерашнем не имело смысла, поэтому, прокашлявшись, Бейгуан начал подбирать слова. — Именно поэтому я… вчера… вытворил херню…  — Поговорим об этом позже, сейчас главное — что ты жив. — перебил его Цзиши, чье выражение лица смягчилось и брюнет смог расслабиться. Друг подошел к нему ближе и оставил на тумбе пакет. — Надеюсь, фрукты скрасят твое пребывание здесь. Кстати, — произнес он перед самым выходом словно опомнился. — я сообщил твоим родителям, сказал, что на тебя напали, остальное придумаешь сам.  — Спасибо… — недовольно прохрипел брюнет, воображая, какую взбучкку устроит ему мать, как только доберется до него, особенно после прошлой драки, и каких знатных пиздюлей отвесит отец. Как и требовалось ожидать, родители приехали ближе к вечеру, когда уже солнце не слепило глаза вместе с яркой лампой над головой. Перепугавшаяся и явная не спавшая всю ночь мать чуть ли вбежала в палату, тем самым напугав и медсестру, меняющую иглу, и самого парня.  — Бейгуан, как ты? Что случилось? Когда нам позвонил твой друг, я уже напридумывала себе такое… — затараторила женщина, присаживая на край кровати, как только медсестра покинула помещение.  — Всё нормально, — он на секунду задумался, что можно было бы придумать, чтоб звучало более правдоподобно. — я прогуливался с подругой и какие-то парни пристали к нам, вот и… — взгляд отца переменился.  — Геройствовать, конечно, хорошо, особенно перед девушками, но на кой черт тебе голова на плечах? — начал мужчина, вцепившись руками в спинку стула. — Мы еще не оправились от потери Донфена, так ты уже на волоске от смерти.  — Простите меня… — прошептал он, уставившись на бело одеяло. Мать сжала его руку и обратила на себя внимание; голос ее дрожал.  — Ты помнишь, как они выглядели? Мы бы могли обратиться в милицию, ведь ножевое… — она не успела закончить фразу.  — Нет… лица были скрыты. — ему самому было противно от лжи и он невольно поморщился.  — Врач сказал нам, что тебя выпишут минимум через неделю, но у нас с отцом работа, мы постараемся приходить вечером. — он молча кивнул и отвел взгляд от матери в окно, за которым пролетели птицы. — За школу не переживай, мы предупредили, директор и учитель пожелали тебе скорейшего выздоровления. — Бейгуан не смог сдержаться и прикрыл глаза от скопившейся усталости. Заметив это, женщина лишь слегка улыбнулась и поцеловала сына в лоб. Как только они вышли, брюнет провалился в глубокий сон, где вчерашняя ночь повторялась вновь и вновь. На этот раз его разбудила медсестра, он что-то буркнул себе под нос и приподнялся, чтобы принять сидячее положение. Он повернул голову в сторону капельницы, на которой висел какой-то раствор и небольшой пакет, заполненный багровой жидкостью. Представляя, как чья-то кровь растекается по его венам, он поморщился.  — К тебе посетитель, как себя чувствуешь? — спросила женщина и он молча показал палец вверх. — Проходите! — негромко крикнула она, направляясь к выходу. Через мгновение в дверном проеме показалась светловолосая макушка.  — Б-Байхуа? — опешил брюнет. Тот ему подмигнул, закидывая пакет на кровать.  — Ну и напугал ты меня… — выдохнул альбинос, присаживаясь на стул. — Ченфу всю ночь орал, как «здорово он тебя полоснул», ублюдок…  — И ты пришел проведать меня? — вопрос звучал глупо, поэтому вскоре Бейгуан смутился, запуская руку в волосы.  — Нет, придушить тебя подушкой… — друг усмехнулся, заставив брюнета поерзать на месте. — могу тебя поздравить? — он вскинул бровями, не понимая, к чему клонил альбинос. — Ну как же, капитан 3-й группы… Вейшан бы гордился тобой и никому, кроме тебя этот пост бы не отдал… — с его лица сползла ухмылка, лицо немного помрачнело. — я принес тебе пару снеков, которые ты постоянно тырил у него. — он кивнул в сторону пакета.  — Спасибо… — шепнул Бейгуан, замечая, как тепло расплылось по всему телу. «Это всё еще наш Байхуа, который беспокоится о семье… лишь только взгляд у него немного поменялся… без той самой перчинки, которая делала его супер привлекательным и уверенным в себе парнем…». — пронеслось у брюнета в голове. Светловолосый хлопнул себя по коленям, явно намереваясь встать и попрощаться с другом, как Бейгуан его остановил.  — Байхуа, мне нужно с тобой посоветоваться. — тот заинтересованно приподнял бровь. — Ты в этом плане… эм… — его щеки порозовели.  — Спрашивай уже. — перебил его друг и облокотился локтем на кровать, склонив голову на ладонь.  — Я вчера кое-какую херню вытворил и теперь не знаю, как себя вести… — Байхуа терпеливо выжидал, пока парень боролся со смущением. — кароч, я вчера на глазах у Цзиши поцеловал Хоше… — глаза того округлились и на лице появилась ехидная ухмылка. — я думал, что мне — конец, поэтому и вычудил…  — Ох, еба… вот это у вас там страсти без меня происходят. — Бейгуан дернул ногой, сдвинув локоть с пригретого места.  — Что мне делать?  — Как я понял, она тебе нравится, причем уже давно… — прозвучало больше как утверждение, брюнет молча кивнул, опустив глаза. — Знаешь, я, блять, тоже не в совсем адекватных отношениях, потому что люблю свою сестру, но у этих двоих творится что-то реально не понятное. Сколько мы знакомы, я так до конца не понял, кто они друг другу. Сколько бы парней за ней не бегали, она всех отшивала. Могу сказать одно — оставь это при себе и считай их парочкой, хоть они и молчат, но у них там явно что-то большее, чем дружеский секс. — Бейгуан потянулся к пакету, вытягивая шоколадный батончик, стараясь скрыть свой смущенный взгляд. — Она, конечно, нечто… честно, если бы моей девушки не существовало, я бы за ней обязательно приударил. Но, во-первых, у меня есть Инланьхуа, во-вторых, я слишком уважаю Цзиши, чтобы хоть как-то претендовать на его правую руку. — теперь удивился брюнет.  — Так ведь не ты его, случаем, предал пару месяцев назад? — на эту издевку ответа не нашлось, Байхуа лишь перевел взгляд на окно.  — Поэтому советую влюбиться в другую девчонку и не портить себе жизнь и вашу дружбу. — заключил альбинос и выпрямился. — Поправляйся скорее, а то синеволосый скоро уже в штаны наложит от радости, думая, что покончил с тобой. — он вновь подмигнул и, не дав попрощаться другу, выскочил за дверь, оставив Бейгуана со своими мыслями наедине. В этот же день Цзиши зашел к подруге, всё еще не зная, как себя вести при встрече. Отодвинув вправо дверь, он заглянул в палату: Лонвей первый успел его заметить и, кивнув, поднялся со стула и покинул палату, пропуская главу внутрь. После чего к нему лицом повернулась и младшая сестра.  — Лонвей сказал, что ничего серьезного… как себя чувствуешь? — без особых эмоций, даже слегка безразлично спросил он.  — Мне вкололи обезболивающее, так что ничего не чувствую. — она усмехнулась. В это время он подошел к окну и засмотрелся на мимо проезжающие внизу машины. — Почему не зашел вчера?  — Я был у Бейгуана. — коротко ответил он, что, естественно, задело рыжеволосую и к глазам подступили слезы. Он никогда бы не упустил момент, чтобы проведать ее, порой заезжая к ним домой по несколько раз. А тут, учитывая, что она была ранена, он заехал только спустя день, когда буквально вчера находился этажом выше. — Позволь задать тебе вопрос… — этот тон резал ее словно клинок, по спине пробежала волна мурашек. — Что ты чувствуешь к нему?  — Что? — ее брови полезли на лоб.  — Отвечай на вопрос. — произнес он через плечо.  — Ничего. То есть нет… он — мой друг… — пробормотала она, а затем задумалась, а испытывала ли она к нему только дружеские чувства? Ведь что-то же позавчера потянуло ее ответить на поцелуй… «Наверное, я хотела исполнить его предсмертное желание, он же мог умереть…ведь так?». — спросила она саму себя.  — Допустим. — он убрал руки в карманы и развернулся к ней, но, как ей показалось, лучше бы своим холодным взглядом он продолжал таращиться в окно, а не на нее.  — Фиалка, я… не знала… он умирал… и… — он вытянул ладонь, заставив ее замолчать, и нахмурил брови. Его сдержанность буквально резала ее изнутри, потому что ей не хотелось, чтобы вчерашнее происшествие оборвало их прочную физико-эмоциональную связь, когда они чувствовали друг друга без слов и один был продолжением другого.  — Я тебя услышал. — он быстро оказался рядом, чмокнул ее в сильно запутанные волосы и отошел. — Тебя сегодня выписывают, Лонвей отвезет домой. Поправляйся.  — А ты к нам не заедешь? — в ее глазах можно было прочесть страх и разочарование. Он мотнул головой и, не попрощавшись, вышел за дверь.  — Что говорят врачи? — поинтересовался он, наткнувшись на поджидающего за стеной брата.  — Перелом, но хотя бы без трещин, — не находясь рыжеволосый в больнице, он бы точно закурил. — сказали, что месяц походит в гипсе, а дальше будут смотреть. Слава Будде, что ничего серьезного. — Цзиши на этом выдохнул.  — До того момента, как она восстановится, я отстраняю ее от разборок и общих собраний. — Лонвей кивнул, полностью соглашаясь с решением главы. Однако дела ждать себя не заставили; пришла смс и он распрощался с другом. Запрыгнув на байк, он отправился в указанный адрес, где его совсем не ждали. Через 10 минут он притормозил около спортивной площадки, где двое взрослых парней избивали мальчишку, однако сейчас его волновало не это. Уверенным шагом он направился к ним, заставив парней на секунду отвлечься.  — Эй, это же Цзиши. — крикнул тот, что был пониже. — Какого хера тебе здесь надо? — однако парень с фиолетовыми волосами не отвечал на вопрос, стремительно сокращая между ними расстояние.  — Эй-эй! Ну-ка притормози… — перед ним возник второй парень, который с одного удара был отправлен в нокаут.  — Нихера себе… — воскликнул второй, выпуская ворот мальчишки, который тут же дал деру.  — Так это ты тот ублюдок, который с железкой набросился на девушку? — однако его вопрос прозвучал больше как утверждение. Парень неуверенно замотал головой, понимая, что с ним будет дальше. Через секунду подошва Цзиши соприкоснулась с его лицом и тот с грохотом повалился на землю. Притянув его за воротник, свободным кулаком заехал в скулу ближе к уху, от чего голова парня вывернулась. Он откинул от себя его тело и выпрямился, а затем, вливая всю свою ненависть и отвращение, прямым ударом ногой сломал ему нос, из которого тут же потекла кровь, перемешенная с тягучей слизью; тот неистово заорал. Теперь на душе Цзиши стало чуть спокойнее, однако на этом он заканчивать не собирался. — Слышь, выблядок? — он вновь притянул его к себе за воротник. — Помнишь какой рукой ее ударил? — тот промямлил что-то невнятное. — Тогда вообще заебись, сломаю тебе обе. — тот закрутился, запищав, но удар ногой по лицу, где уже было достаточно гематом, заставил его смолкнуть. Потерял ли он сознание или нет — Цзиши это совсем не беспокоило. Наступив на локтевой сустав коленом, он резко дернул за запястья и послышался неприятный хруст, означающий минимум вывих; всё-таки ломать руки даже не себе, а кому-то — дело не из приятных. Однако со второй рукой он решил не мелочиться: поставив ногу в 90 градусов, он перекинул его руку и, придерживая правой ладонью внутреннюю сторону локтя, со всей силы дернул за запястье в обратную сторону так, чтобы локтевой сустав неестественно выгнулся. Парень резко и отчаянно завопил от возникшей боли, все его измазанное в крови и соплях лицо перекосилось. Цзиши небрежно откинул от себя конечность этого подонка и, приподнявшись, плюнул ему прямо в лицо. Напоследок пнув парня в живот, глава клана развернулся и неспешно направился к своему транспорту.