Клан Гонконгских змей

Байхуа не выходил на связь уже второй день, голова была забита только одной мыслью: «где найти деньги», после чего всегда невольно всплывала вторая: «успею ли я до того, как они до меня доберутся». Единственное, что он мог продать, был байк, из старой квартиры, где проживало семейство Ци, его выписали; теоретически, он мог продать свою квартиру и впоследствии стать бомжом, скитающимся по закоулкам тут и там в поисках еды. Конечно, его мог приютить Лонвей, он бы, скорее всего, так и сделал бы, но становиться обузой ему совсем не хотелось, к тому же у них часто зависал Цзиши. После двухдневного мозгоебства, по другому назвать этот «мыслительный» процесс было невозможно, он пришел к выводу, что единственным выходом является смерть. Все эти два дня он почти не вылезал из клуба, ловя на себе косые взгляды Гуя и других коммуняг, они не трогали его, пока он сидел тихо, вливая в себя немереное количество алкоголя: то ли для храбрости, то ли с горя. Разбиться на байке – уже казалось не таким страшным делом, стоило лишь на него сесть, вжать газ и влететь в первую попавшуюся машину. На часах уже показывало 12 часов ночи, Байхуа усмехнулся, поглядывая на экран телефона. «Если не сделаю сейчас, мне будет только хуже». - сигналило в его пьяной голове, однако подняться с места он не решался. Альбинос тяжело вздохнул и откинулся на спинку кожаного дивана, неожиданная слеза потекла по его щеке и он прикрыл глаза. - Приготовил уже деньги? – до боли знакомый голос заставил его прийти в сознание. - У меня еще есть почти 24 часа… - Бейлан сел напротив с злорадствующей ухмылкой на лице, совсем не обращая внимания на презрительный взгляд в свою сторону. - По тебе видно, что денег ты не нашел и морально готовишься к смерти… жалкое зрелище. – Байхуа пустил смешок. - Я лучше разобьюсь на байке, чем сдамся вам, ублюдки. – тот вскинул бровь. - И оставишь свою сестренку совсем без защиты? – этот вопрос словно отрезвил парня, беспрерывно вливающего в себя алкоголь на протяжении двух дней, в глазах загорелся недобрый огонек, спина мгновенно выпрямилась, ладони сжались в кулак. - Чего ты, блять, сказал? Нет… мы так не договаривались… - Разве ты здесь ставишь условия? – определенно Бейлан насмехался над ним. - К чему этот разговор? – альбинос не на шутку напрягся. - Я могу дать тебе эту сумму прямо сейчас… - Не вижу в этом смысла, в итоге всё равно буду должен триаде. – мужчина придвинулся к нему ближе, поставив локти на стол. - А я вижу… даю тебе другие условия: мне нахер не сдалось твое членство в триаде, - теперь на лице парня появилась заинтересованность и мужчина продолжил. – ты находишься под личным контролем Гуя и я хочу, чтобы ты докладывал мне о каждом его шаге. - Как я понимаю, выбора у меня особо нет? – Бейлан молча кивнул и улыбнулся; ставить людей в безвыходное положение – это то, что ему явно было по душе. - Я спокойно проведу с тобой все эти 24 часа и удостоверюсь, что сначала ты увидишь смерть своей сестренки и только потом умрешь и сам… ты не сможешь мне отказать, потому что слишком сильно ее любишь. – да, он ликовал. - Если я соглашусь, вы ее не тронете? – голос альбиноса предательски дрожал. - Повторюсь: разве ты здесь ставишь условия? – усмешка, ничего больше. – Пока ты будешь играть по моим правилам, к Инланьхуа никто не притронется, она будет моим рычагом давления; будешь выполнять свою работу плохо – будет страдать она. - Я так понимаю, что на тигра я сел, а слезть уже не могу... – ответил Байхуа. - Есть еще одно «но», - Бейлан прокашлялся и шепнул чуть тише. – Шанчжу не должен узнать, что я дал тебе деньги, точно также как и о нашем договоре, это ясно? - Не думал, что даже в триадах что-то скрывают от главы… - на что альбинос получил уничтожающий взгляд. - Я забочусь о его крепком сне, - мужчина с платиновыми волосами хмыкнул. – тебя это не должно волновать. – он небрежно кинул на стол небольшую сумку, в который уже было приготовлено 500 тысяч. – Надеюсь, ты будешь более послушным, нам же не нужны жертвы, ведь так? – вместе с тем он протянул свою ладонь для рукопожатия. - Кончено… - Байхуа неохотно ответил на этот жест и притянул сумку к себе, чтобы проверить содержимое: молния с характерным звуком раскрылась и перед глазами появились столь желанные пачки денег. - Тебя подвезут до дома, приведешь себя в порядок, не смей в таком виде заявляться перед Шанчжу. – Бейлан встал, застегивая пуговицу на пиджаке. – Откуда взял и как – придумаешь сам, меня это особо не волнует, но сделай так, чтобы он тебе поверил. Альбинос ничего не ответил и, покачиваясь, тоже приподнялся, прихватив с собой черную сумку. И вправду, на выходе его ждала черная машина с затонированными окнами и персональным водителем, который поспешил открыть перед ним дверь. «Явно кто-то из шестерок». – подумал он, заваливаясь на заднее сидение. Дома пахло сигаретами и пылью - естественно, он же не появлялся здесь несколько дней, просиживая свою пятую точку в клубе. Прямо в одежде он плюхнулся на кровать и проспал до 12 часов дня. Первым делом после пробуждения парень зашел в ванную, быстро разделся и встал под горячий напор воды, мгновенно расслабляющий тело. «Не мешало бы прочистить желудок… так и протрезвею немного». – подумал он, растирая лицо руками и приводя себя в чувства. Спустя два часа он уже выглядел как нормальный человек, даже как-то похорошел: мешки под глазами стали не такими заметными, лицо посвежело, от него пахло дорогим парфюмом и лимонной свежестью, он любил цитрусовые шампуни, которые неплохо сочетались с его духами. Алкоголь в организме почти не чувствовался, поэтому он влез на свой байк, переложив деньги в рюкзак, висевший у него на спине. Ветер трепал огромные рукава белой футболки, обдавая прохладой; в такое время солнце пекло не по-детски, обжигая бледную кожу Байхуа. Если бы не Бейлан, он уже должен был быть мертв и помещен в морг, где начали проводить его опознание и искать ближайших родственников. Однако жизнь дала ему второй шанс, но в этот раз его спас не клан, а триада, от которой он так и не смог убежать. Они были правы: один раз вступив на эту тропу, ты больше не сможешь с нее сойти. Но, если в первый раз он сделал шаг самостоятельно в попытке быстрее заработать, сейчас его подтолкнули. Без разницы, быть под Шанчжу или Бейланом означало одно и то же – быть под триадой. Альбинос притормозил около высотки в самом центре Центрально-Западного округа и взглянул вверх. «Ну, понеслась…». – с этой мыслью он прошел внутрь, где его встретили и провели в скрытый от посторонних глаз лифт, ведущий прямо в кабинет Шанчжу. Мужчина сидел к нему спиной и на звук открывающейся двери даже не повернулся, но Байхуа мог поклясться всем, что у него было, что тот ухмылялся. - Ты меня удивил… я уже готовил группу для тебя, - кресло его скрипнуло и мужчина обернулся, вставая на ноги. – прям все 500 тысяч? – Байхуа молча кивнул, толкнув сумку по столу прямо в руки; тот усмехнулся и подал знак своему подчиненному: на столе появилась машинка, которая с приятным звуком пересчитывала деньги, одновременно проверяя их на подлинность. Как только на экране появилась цифра 5 с пятью нулями, ухмылка на лице Шанчжу стала только шире. – Похвально, Байхуа… но позволь поинтересоваться: откуда взяться такой сумме у обычного студента? - Разве это важно? – вопрос прозвучал уверенно, несмотря на то, что внутри парень весь дрожал. По выражению, исказившим лицо мужчины, он понял, что всё-таки стоить объясниться. – Часть сбережений, часть от друзей… - Как интересно получается… Цзиши вновь помог своему другу или же, - он помедлил. – предателю… интересно… - Он не помогал, а одолжил. – коротко ответил альбинос, желая побыстрее отсюда смотаться. - И где же ты такую сумму заработаешь, малыш? – от такого прозвища его передернуло, что было замечено и вызвало усмешку со стороны мужчины. – Может вернешься? - Я выполнил все ваши условия, теперь оставите меня в покое? - Триада исчезнет из твоей жизни до тех пор, пока ты не понадобишься мне… так что, - он лукаво улыбнулся. – до встречи! – Байхуа поклонился и поспешил на выход, желая выкурить как минимум две сигареты. Телефон звякнул и парень глянул на экран.

От кого: неизвестный номер

«хорошая работа».

Надо быть полным идиотом, чтоб не догадаться, кому принадлежал этот номерочек; он отвертелся от Шанчжу, но теперь был должником Бейлана, который казался ему еще более мерзким и подлым, чем главарь. Альбинос присвистнул, заметив огромное количество смс, которые он, видимо, в состоянии двухдневного запоя просто-напросто игнорировал. Облокотившись на сидение байка, он щелкнул зажигалкой, прикурил и начал разбирать поднакопившиеся сообщения: штук 10 от его девушки и в 10 раз больше пропущенных звонков; 3 смс-ки от Лонвея и около 20 пропущенных звонков; примерно такое же количество от его сестры. Каково было его удивление, когда он наткнулся на один пропущенный вызов от Цзиши. «Наверное, хотел узнать, жив ли я… или опомнился и желал побыстрее всунуть мне свои деньги, - он пустил смешок. – ты, парень, уже опоздал». – Байхуа потушил сигарету о ближайший столб и бросил его в мусорный контейнер, стоявший неподалеку от высотки. Теперь он не знал, что было хуже: смерть или быть сучкой Бейлана. Ему захотелось удостовериться в безопасности Инланьхуа, поэтому он набрал ее номер и ожидал услышать ее перепуганный и взволнованный голос. - Байхуа!? Где ты? Что ты? – бросала она, ответив на звонок. – Всё в порядке? - Ты в безопасности? У тебя все нормально? – уже второй раз он отвечает вопросом на вопрос. - Да… что… - она не успела договорить: парень выдохнул с облегчением и перебил ее. - Я заеду за тобой через 5 минут. – и тут же бросил трубку, закинув мобильник в пустой рюкзак. Стоит ли говорить, что девушка накинулась на него с кулаками, привлекая к себе внимание мимо проходящих людей? Это же очевидно… Он не сопротивлялся, не уворачивался, а с опустившейся головой принимал все ее удары, казавшиеся такими слабыми и легкими. - Почему ты молчишь!? – вскрикнула она. – Что случилось? Байхуа, пожалуйста, не молчи! – ее глаза намокли еще с того самого момента, когда на телефоне отобразилось его фотография с входящим звонком. Она чуть было не отскочила, когда парень опустился на колени и склонил голову. - Прости, что подвергаю тебя опасности. – прошептал он, не смея заглянуть ей в глаза. Она опустилась вместе с ним, осторожно обхватила руками его лицо и заставила посмотреть на себя. Взгляд у него был опустошенный, на белках образовалась сеточка из красных нитей; только сейчас она заметила, насколько плохо он выглядел. – Я… - в носу защипало и в уголках скопилась слеза, через несколько мгновений побежавшая по щеке. – я… - Тебе не за что извиняться, ничего же не случилось. – она притянула его к себе и прижалась всем телом, вдыхая запах парфюма. «и… алкоголя…». – подумала она, обхватив его за шею. - Поэтому ты не отвечал мне? – тихо спросила она, не отстраняясь. Каждый, кто был знаком с Байхуа, знал, что этот парень может быть и не против выпить в компании друзей, но точно не любитель нажираться в хлам, как последняя свинья; однако тут был именно этот случай. – Поделись со мной… - Прости, но я не могу… - от нехотя убрал ее руки со своей шеи. – главное, что сейчас ты… мы в порядке, да? – она кивнула. – Я не прощу себе, если с тобой что-то случится… - он приподнялся и помог встать девушке. – поэтому предлагаю переехать ко мне. – ее глаза округлились от удивления. - Но родители… - Я поговорю с ними, - его ладони вжались в ее хрупкие плечи. – Инланьхуа, я серьезно, переезжай ко мне. Помнишь, я обещал тебе, что заберу тебя после окончания школы? – слабая улыбка появилась на его бледном лице. – Ее ты уже окончила, так что я исполняю свое обещание. - Вот так вот сразу? – он кивнул. – Я даже не знаю… - она нахмурилась. – но ведь дело не в этом, я чувствую, что что-то случилось… - Не беспокойся об этом, ладно? – альбинос провел большим пальцем по ее щеке и оставил легкий поцелуй с другой стороны. – Родители дома? - Нет, вечером только с работы придут… - Инланьхуа сузила глаза, недоверчиво вглядываясь в синеву, отражающую полную отрешенность от сего мира; определенно он пил не один день. – Ты сейчас не шутишь же? Прям вот так вот сразу и переехать? - Разве я смеюсь? Конечно, я серьезно. – он приобнял ее, шагнув вперед и обвив своими бледными руками, которые местами покраснели от солнца. – Поговорю с ними сегодня и заберу тебя. Пойдем к тебе, устроим им «приятный» сюрприз. – после чего они оба пустили смешок и зашли в подъезд. Инланьхуа поставила перед ним фарфоровую чашку с красным чаем и взглянула на его руки. - Забыл намазать? – она указала на более выраженное красное пятно, парень виновато кивнул и отвел взгляд. – Сейчас подлатаю тебя, герой ты, недоделанный. – он лишь усмехнулся. Спустя минуту ее холодные пальцы приятно поглаживали обгоревшие участки кожи, втирая специальный крем. – И как ты собрался уговаривать родителей? - Я просто поставлю их перед фактом. Что, сестра не может жить со своим старшим братом? – саркастично произнес он. – Ты уже совершеннолетняя и вполне можешь съехать от них, уж лучше ко мне, чем непонятно куда. - Хах, для них это никуда не лучше. – они переглянулись. – Я боюсь, что отец побьет тебя… - Не впервой, потерплю. – он улыбнулся и чмокнул ее в лоб. – Спасибо. - Так ничего и не расскажешь? – она встала, аккуратно складывая мази в аптечку. Парень нахмурился, несколько морщин исказили его лицо. - Я обо всем позабочусь, доверься мне. – она неуверенно кивнула и вышла из кухни, он последовал за ней. - Я переживаю за твое состояние… - девушка присела на край кровати, затем Байхуа опустился на колени и присел у ее ног, накрыв своими руками ее ладони. - Пока ты будешь рядом, ничего со мной не случится. – она закатила глаза. – Чем займемся? - Расскажи мне о своем фильме! – ее глаза загорелись и она упала спиной на кровать; он прилег рядом, смотря в потолок. До прихода родителей они вышли из комнаты несколько раз, чтобы перекусить, а после возвращались на кровать и продолжали разговаривать обо всем на свете. Стук закрывающийся двери заставил их встряхнуться и резко вскочить с кровати, девушка заметно напряглась, но альбинос поспешил ее успокоить, обвив своими пальцами девичье запястье, так они и вышли навстречу матери. Сумки из руки женщины с грохотом опустились на пол, от такой неожиданной встречи она даже было приоткрыла рот и тут же прикрыла его ладонью. - Б-Байхуа? – ее голос задрожал; стоит отметить, что они не виделись больше 4-х лет и не особо горели желанием встретиться сейчас. Но что-то в этот момент внутри щелкнуло и сердце сжалось. – Ч-что ты тут делаешь? - Я приехал с вами поговорить. – в отличие от женщины, которую он уже давно не называл мамой, ни один мускул на его лице не дрогнул. Невероятная стойкость. - Мам, пройдем на кухню, чего тут будем стоять? – Инланьхуа не была ее кровной дочерью, но женщина любила ее всем сердцем и души не чаяла в этом ребенке, девочка с детства отвечала взаимностью. - И о чем ты хочешь поговорить после своего почти пятилетнего исчезновения? – в ее вопросе явно была заметна обида и злость, однако напоминать о том, что женщина добровольно от него отказалась, стараясь смыть позор с семьи, он не стал. - Я хочу, чтобы Инланьхуа жила со мной. – дорогой фарфор с треском разлетелся по кухонному полу, перекосившееся от удивление лицо повернулась к нему. – Она уже взрослая девочка и может сама решить, где ей жить. - Этому не бывать! – слегка истерично вскрикнула женщина. – Как ты после всего, что случилось, смеешь заявляться в этот дом и требовать такие вещи… - Я не требую и не прошу, я ставлю перед фактом. – сурово произнес он. – С этого дня она будет жить в моей квартире. – он не успел продолжить, как звук открывающегося замка заставил всех троих повернуть головы в коридор. - Надеюсь, ужин уже на столе. – донеслось из прихожей; парочка переглянулась и Байхуа удовлетворенно кивнул. – Кто-то есть? – мужчина шагнул на кухню и замер. – Т-ты…? Что ты здесь делаешь? - Отлично! – парень улыбнулся. – Все в сборе! – Инланьхуа чуть не отпрыгнула от него, когда строгий взгляд отца переключился на нее. С ним говорить в лоб было бесполезно, слишком уж он упертый баран, поэтому Байхуа зашел издалека. – Мы все здесь взрослые и понимаем, что никакие мы с ней не сестра и брат, у нас нет никакой родственной связи, мы родственники только на бумаге, а так – чужие друг другу люди, которых свела судьба… - Замолчи! Лучше тебе закрыть свой поганый рот… - прорычал мужчина, перебивая. - Я вам – никто, как и вы мне, единственная кровная связь в этой семье у меня есть с матерью, так что Инланьхуа никакая мне не сестра, а девушка, которую я люблю. – кулак с грохотом обрушился на поверхность стола. Представительницы женского пола вздрогнули, однако Байхуа оставался непоколебимым. - Она, черт возьми, твоя сестра! Повторяю, зачем ты пришел сюда? - Я хочу, чтобы она переехала ко мне. – с вызовом в голосе заявил альбинос и мужчина не смог сдержаться, замахиваясь на паренька небольшим кулаком, однако в драках опыта у второго было побольше и он уже был не маленьким мальчиком, поэтому спокойно увел его руку в сторону. – Оставьте это, я не отвечу, потому что люблю ее и знаю, как вы ей дороги. - Заткнись! О какой любви ты можешь говорить, долбанный извращенец? – крик раздался по всей квартире. – У тебя проблемы с головой, - он повернулся к женщине. – говорил, надо было его положить в лечебницу, они бы быстро его там привели в чувства. - Психозы пока что устраиваете здесь только вы. – кажется, вены на его висках начали пульсировать, мужчина взбесился не на шутку. – Мы не брат и сестра, мы никак не связаны в этом ключе, понимаете? К тому же, она уже совершеннолетняя и может сама решить, где ей жить. Как бы вы не хотели, вам придется признать наши отношения. – Байхуа говорил твердо; уже за одну стойкость перед, казалось бы, таким страшным человеком – отцом возлюбленной, можно было бы похвалить и оценить по достоинству такой храбрый поступок. – Вы можете избить меня до смерти, но любить вашу дочь я от этого не перестану. - Она переедет к тебе только через мой труп! – мужчина выпрямился, но из-за своего низкого роста дышал парню в подбородок, что мысленно у альбиноса вызывало усмешку. - Ну, тогда вам придется наложить на себя руки, потому что я к вам не притронусь. – Инланьхуа дрожала, спрятавшись за мать. – Хотите вы или нет, но мы уже все решили: она едет со мной… - парень резко выдохнул, когда колено врезалось в его живот. - Девочки, нам нужно поговорить по-мужски. – женщина схватила дочь и чуть ли бегом направилась в другую комнату. – Я не дал своего согласия, а значит, она никуда с тобой не поедет. – кулак пришелся в скулу, но Байхуа молча терпел, принимая удары. «Бывало и хуже...». – пролетело у него в голове. - Я не спрашивал у вас разрешения, - и снова ему прилетело, рот залился кровью, которая тут же оказалась на полу и одежде. – я ставлю вас перед фактом. – мужчина уже тяжело дышал и замахиваться с каждым разом становилось тяжелее. - Так и будешь стоять, терпилоид!? – он провоцировал его, чтобы вывести на агрессию и показать его в глазах дочери ничтожным человеком, избивающим ее собственного отца. Однако светловолосый не поддавался, что только еще больше раздражало мужчину. - Моя любовь к ней сильнее, чем желание вам ответить. – Байхуа с хрипом выпрямился и улыбнулся. – к тому же, боюсь вас вырубить с одного удара. - Ах ты мелкое отребье, смеешь еще хамить! – уже уставшая рука ударила куда-то в живот, от чего парень вновь согнулся, но улыбаться не перестал. - Папа! Прекрати! Прошу тебя! – выкрикнула девушка, протиснувшаяся между ними. – Пожалуйста! Он прав, мы – не родственники! Это лишь формальности! Прошу, перестань! - Ч-что? – мужчина опешил. - Я люблю его, пап! С этим ты ничего не поделаешь, даже если побьешь нас обоих. – из ее глаз лились слезы, заставляющие сердце мужчины неприятно сжиматься. – Прошу тебя! Рука же будет болеть… - она окончательно разрыдалась и уткнулась ему в грудь. Он поднял глаза вверх и тяжело вздохнул. - Я… я больше не ударю его, цветочек. – отец поцеловал ее в макушку. – Я напугал тебя, да? Ну прости… - Байхуа молча наблюдал за ними, растирая кровь по своему лицу. – Ты же понимаешь, что я не могу допустить этого? - Пап, прошу… - она отстранилась. – Я л-люблю его с самого детства и никогда не с-считала его своим братом. – мужчина перевел недовольный взгляд на парня. - Ваш цветочек уже больше не 12-летняя девочка, детям свойственно взрослеть. Примите это. – из коридора показалась и мать, ахнувшая от кровавого лица ее сына, родного сына. Заметив ее испуганный взор, он поспешил успокоить и ее. – Я в порядке. - Ты же не уедешь навсегда? – спросил отец, заглядывая в такие родные карие глаза. – Верно? Ты правда так этого хочешь? – она судорожно закивала. – Иди… пока я не передумал. – из глаз ее хлынули слезы, но теперь уже от счастья. Девушка поспешила удалиться в свою комнату, чтобы собрать только необходимые вещи; ведь она всегда может заехать и увезти еще одну сумку. – А ты… только посмей тронуть ее пальцем… я тебя убью! Если хоть еще одна слезинка упадет с ее глаз, я найду тебя и никто меня уже не остановит. – Байхуа кивнул, с достоинством принимая пустые угрозы. «Если уж я триаду заставил побегать, то ты, чмошник, только пиздеть и умеешь». – подумал он, обходя мужчину. - Больше я вас не побеспокою. – сухо заключил альбинос, мельком взглянул на мать и вышел из квартиры, по пути доставая сигарету из пачки. После такого - грех не закурить. Едкий дым наполнил его легкие и впервые за эти несколько мучительных дней он смог расслабиться.