«какой же дурак», «холодно»,
«опять ты»,
«расселся тут», «как всегда»,«…доберись спокойно»,
«таблетки»,
«пошел ты», «все из-за меня»,«повторяется»,
«хочу спать»,«холодно»,
«что сказать им?», «Инки!»,«лезешь куда не просили», «бесполезно»,
«отстаньте»,
«домой», «пусто»,
«зараза», «холодно»,
«не вижу»,«скетчбук»,
«Бруми», «от меня одни неприятности»,
«держись»,«Инк?»,
«не слышу», «шрамы ноют»,«мама»,
«Инк, что с тобой?!», «простите», «простите»,«простите»,
«простите»,
«простите»,«ИСЧЕЗНИ»
Спокойно. Просидеть какое-то время на тротуаре не плохое решение. Перед глазами редко маячили черные кляксы, похожие на большие неаккуратные мазки мастихином. Каждое такое пятно направлялось в сторону остановки, наверно. Все просто проходили мимо. Инку и не нужна была помощь. Он чувствовал себя спокойно. Его не волновали мысли, какими бы они громкими сейчас не были. Не тревожило мутное зрение, где вообще ничего не разобрать. Не заботили шаткие звуки вокруг, такие противные, булькающие. Пусть хоть все зальется черной краской. Какая разница? Инк закрыл глаза. Все также спокойно дышал. Больше не страшно. Это не похоже на то, когда он потерял скетчбук. Ощущался холодный ветер на висках, спиной пробирали прохладные камни забора через тонкую куртяшку, шаркая дорога под ладонью. Подтянув ноги к себе, Инк обнял их другой рукой. Кажется, теперь он мог попытаться подняться, но Инк продолжал сидеть. Что-то забулькало рядом, напоминало очередные шаги. Вновь пройдут мимо. Единственным отличием было в большем шуме. Кажется, там больше одного. — Х...я бы сп…сим как …н. — Ну я …же лю…ю поси…ть на земельке, …но. — Р…ер. — Ла…о, л…дно. Они остановились. Чернила медленно поднял голову и открыл глаза. Кто-то такой весь белым пятном встал над ним, а рядом с ним кто-то черный. Они не были такими мыльными, можно было разглядеть слегка одежду, руки. Кажется, это тоже были монстры. Лица оставались перечеркнуты краской. — ...ебе ну…на пом…щь? Инк приоткрыл рот, но застопорился, покосив головой в бок. Он продолжал пусто смотреть на кого-то из них. — Я дум… что у не... …. — сказало белое пятно кому-то рядом и вновь повернулось к Инку. — Ты мо…ешь вс…ть? Молчание. Покачавшись на месте, Чернильница встал на ноги, едва ли не падая. — О. Так … впо…ке. Пр…сто стра…ый. — Рип…! Он ве… др…. — махнуло белое пятно куда-то. «Колени» — взглянул Инк вниз, — «дрожат» — В боль…у чт… ….везем? — Не з… мож… у мамы …сить? «Мама» — Домой, — голос Инка звучал спокойно, слишком спокойно. Он поплелся прочь, но почти рухнул на колени. Его поймали. — Эй! Те… над… домой? Мож… в боль…? Инк моргнул. Кажется, он начинал слегка различать пальцы руки, которая обхватила его. Незнакомцы шли, придерживая его по обе стороны. Они что-то обсуждали, но не сильно можно было разобрать про каких братьев и сидения говорилось. Вдалеке стояла мыльная машина, к которой они и вели Инка. — Во… вы …е! — точно крикнул кто-то, почти вылезая из окна. Подойдя к машине, парень в белом кардигане отпустил Инка и подошел к окну водителя. Он что-то объяснял кому-то, пока монстр в черном худи с рисунком вороны продолжал придерживать подрагивающего волнами Чернилу. — Инки, как п…жи…? На свое имя, тот повернул голову к цветастому монстру, одаривая его без эмоциональным молчанием. Парень с вороной показал пальцем на Инка. — Так … знако…мы? — Ага, … одно…ники. Цветастый что-то поправил на лице, а за ним, на соседнем сидении, цыкнул второй. В другой стороне машины открылась дверь и вылез другой монстр в красной кофте. Он был явно недоволен, хоть Инку и не разглядеть его лица за сплывающей краской, скатывающейся по нему вниз. Он повернул голову к нему и сразу же отвернулся, скрестив руки. — Гено, …о прои…? — недовольно спросил он парня в белом. — Ему не… хоро…. — тот вновь повернулся к окну, — Да, мам… он отказыва… ехать в больн… — Так, … …бе прогулка с мои… бро? — обратил снова на себя внимания сидящий на заднем сидении. Инк продолжал смотреть, как с лица цветастого парня сползает краска, из-за чего начали виднеться очки. — Фреш, он …зговорчив се…дня. Мы наш… его сидя… у забо… — попытался объяснить Ворон. Цветастый пожал плечами, кажется, на его очках что-то поменялось. — Выглядит пустым. Слова прозвучали очень четко, впиваясь в подобие ушей. Инку бы не понравилось. — Не бесп…ойся, Эррор, — произнес парень с повязкой, которую можно уже было разглядеть, — садись на переднее. — Тот выскочка не едет, — напористо произнес Эррор. Гено пожал плечами, поворачивая голову на поддержку Инка в данный момент. Парень с черными глазами сразу же вцепился в свое худи, словно у него прихватило сердце, но полного актерского мастерства показать с Инком под ручку он не смог. Затем он кивнул, приминая (не)губы. Эррор же пошел на переднее кресло, начиная слушать женский голос рядом. Похоже, это была их мама. Инк вновь немного поморгал. Кажется, он приходил в себя. Почти не дрожал, точнее он начал ерзать иногда. Посидел бы эти пол часа на месте, ничего бы не было! Ну не смог дойти до своей остановки, не смог он. Что делать в таких ситуациях? Ему можно говорить? Как они вообще узнают где он живет? Какая неудобная ситуация… — А где он живет? — спросил женский голос. Инк онемел, устремившись взглядом в землю. Что делать? Сказать? Ему можно говорить? А если они решат, что он притворялся? Кошмар! — Я примерно знаю, — тихо произнес Эррор. В итоге, Инка посадили по середине. Он лихорадочно держал расслабленное лицо, смотря в пол, на его колени положили сумку, о которой он на отрез позабыл. Гено сидел слева от него, держа телефон в руке. Справа широко улыбался Фреш, его пальцы отбивали ритм какой-то мелодии, которую он слышно мычал. На передних креслах было тихо. Инк не осмеливался поднять головы. С каждой секундой или вопросом Фреша по дороге, ему становилось все нервознее.