Вкус краски

      

_

       Возможно странно, что Инк так рвался на это представление, чтобы поддержать одноклассника, хотя их друзьями не назовешь, да и общались редко.       ....Просто это знакомо. Ласту тяжело одному и не только из-за слухов, но, конечно же, талантливые актеры держали маску до конца. Но, сколько бы разговоров не ходило по школе, они всё ещё оставались глупыми слухами. Инк не просто на словах знал то, когда все вокруг начинали избегать тебя. И хотелось сделать хоть что-то правильное в такой ситуации. Поддержка — это что-то правильное.       На втором этаже, вдохновленный на путь до актового зала, Инк резко остановился, хватаясь за перила. До несуществующих ушей донесся голос учителя М внизу.       Что приближался прямо сюда!       Конечно ноги сразу повернули в обратку. Верх, верх, через две сразу!       — ....Я слышал... — послышалось отрывочно.       «Слышал?...»       Его заметили!! Инка посадят в ту самую комнату наказания за не присутствие на представлении и предательства веры Ласта, и слушать не станут!       Паника быстро воцарила над ним, туманя мозг, как обычно это бывало, и тот бежал обратно к третьему этажу.       Спотыкаясь на предпоследних ступеньках, Инк снова ворвался в ново образовавшиеся умиротворение парня с полосами.       — ЭМ, — продолжал паникерствовать тот стиснутым шёпотом.       — Чего? — в недоумении поднял подобие брови Эррор.       — М… Сюда… ЭМ, — перешел на громкий шёпот, хватаясь за свое горло.       — Что за «эм»?       — Учитель, — шипиляво произнес Инк с нотками писка, — сюда…       Послышались каблуки по ступеням. Все знали этот стук. Глючный еле слышно выругался.       Инк от цоканья только сильнее испугался, вдавил закрытый рот, чтобы не пищать, схватил Эррора и потянул за собой.

_

      Одной Эррор вцепился в сумку с плохо затолканными спицами, в другой — чужая рука.       Перед глазами замерцало, начало ломаться, дёргается. Все начало г͑л̋ю͘ч̄и͊т͝ь.       Неожиданность момента с непониманием выливалось в чувство отвращения, начинающее ерзать от кончиков пальцев под сжимающей его чужой ладони, быстро набирая обороты. Страх волнами ударял в затылок, пробивая на холодный пот. Предплечье кололо. Прикосновение обжигало. Было противным. Ужасным. Болезненным.       Эррор ненавидел прикосновения.       По ощущениям его ребра начали закручиваться во внутрь, зажимая с давлением душу.       Ноги словно в бетон попали и с каждым шагом замедлились. С прерывистым дыханием, впереди ещё больше зарябило, как бе͐лый́ ̕шум ̾в старом телевизоре.       Мир потемнел, убавляя на минимум все звуки, с ними утихали и неприятные ощущения... где-то...       ....       Перезагрузка....       Неразборчивые, подрагивающие слова лавировали вокруг, отдавая уколами в виски. Звучали знакомые буквы. Слово? Имя? Неразборчиво.       Эррор жмурился от боли, ударяющей в голову. Он ненавидел это. Ненавидел жгучую боль, мерцание, г̵л̸ю̷к̷и̷. Противно, как же отвратительно!! В рёбрах застряло неприятное покалывание, не давая забыть то сжимающее чувство, что отдавалось и тягучей струной, закрученной на его запястье.        Эррор хотел испариться сейчас, прямо сейчас исчезнуть физически, чтобы его никогда не трогали.       Отвратительно.       Так происходило всегда, когда к нему прикоснуться! Даже братья вызывали иногда подобное ощущение по неосторожности, даже...       «В такие моменты постарайся правильно дышать» — всплыло из сознания.       Рука болит.       Глубокий вдох переносицей сбивается противными мурашками. Ещё раз. Глубокий вдох, слегка задержать воздух внутри. Рука болит.       «Не болит.... уже ведь всё... Всё»       Медленный выдох через щель между приоткрытыми зубами.       «Уже всё»       Глубокий вдох, задержать воздух, медленный выдох.       Глубокий вдох, задержать, выдо-ох.       Эррор сжал глазницы кулаками, вдавливая всю красную массу в череп. Перед открытыми зрачками поплыли мелкие блики, что быстро сходили на нет.       — Как ты? — еле шептал беспокойный голос.       Глючный не ответил, лишь заторможено обошел глазами место. Это был уже не коридор. Вокруг маленькое помещение, заваленное какими-то длинными палками, которые оказались швабрами; рядом стояли сложенные в друг друга ведра со свисающими тряпками, которые воняли сыростью; ещё присутствовал резкий запах краски.       Перед Эррором нервозный Инк с ведром. Смотрел так испуганно, старательно пытался не приближаться, как было это возможно в небольшом пространстве. По его пальцам была размазана жижа (?)       — Что произо̓ш̂ло͝? — слегка подлагивал голос Эррора, отдавая хрипцой.        Инк сглотнул, вытирая пальцы какой-то тряпкой.       — Тебя затрясло, ты не отвечал и не двигался. Рядом оказалась открытая дверь… Бежать ты явно не мог, хоть довольно неплохо держался на ногах, — он виновато улыбнулся, рассматривая свою замаранную ладонь и подтер большим пальцем уголок (не)губы. — Ну, я и затащил тебя… сюда…       Гадость.       — Зачем ты обнимаешь ведро?       Чернила взглянул внутрь ведра и поднял взгляд на Эррора, затем снова отвел его, пытаясь подобрать слова для объяснения, но быстро сдался:       — Меня… вырвало…       Глючный брезгливо сморщился.       — Я очень испугался за тебя, — проскулил Инк, держа подобие бровей опущенным домиком.       Эррор с болью притронулся к виску и осмотрел свое запястье.       Лишь одно важное правило, если Инк собирался не то что еще когда-то попытаться сделать что-то подобное, а хоть подумать об этом:       — Никогда не трогай меня больше.

_

      — Что за чушь про класс наказания?       — Это правда. Мне рассказали старшеклассники.       Эррор полуприкрыл веки и возразил:       — Тебя «надули», — хотелось сказать иначе.       Инк шел задом наперед, чтобы видеть собеседника. Тон Эррора ему не понравился:       — Они говорили довольно серьезно. Зачем им врать?       На него все ещё смотрели так, словно ребенок в Санту до сих пор верил.       — Чтобы посмеяться, конечно же.       Инк надуто вытянул (не)губы и отвернулся, немного спотыкаясь при маневре.       Не один он слышал про эту комнату. Если Эррор туда попадет, то признает ее существование.... Инк ещё раз посмотрел на своего собеседника, идущего немного позади.       «Лучше, чтобы никто туда не попадал»       Они никого не слышали и не встречали, пока шли по школе. Словно заброшенное недавно здание, но кричать в коридорах все равно не стоило.       Инк направлялся к черному ходу актового зала, а Эррор, конечно, шел по своей дороге. Им просто было по пути к его «убежищу».       Их разговоры были короткими и происходили раз в две минуты, но только из-за того, что сам Инк придумывал какие-то поводы открыть рот. Конечно, лучше бы идти молча, потому что их могли всё ещё заметить кто-нибудь, кто случайно выглянул бы из угла или класса. Но в молчании невольно прислушиваешься, от чего становилось ещё страшнее. Руки закручивались вокруг плеч от ощущения некой опасности за углом, пусть для кого-то это мог быть просто недовольный учитель.        — Я думаю, что где-нибудь правда существует такой класс... — сказал Инк, чтобы просто разбавить очередное затишье.       — Что такого в этом выступлении? — тихо послышалось.       Чернила слегка удивился, но быстро стал обдумывать с чего начать речь. Наверное, Эррор перевел тему, чтобы больше не говорить о той тупости.       Вообще, Инк мог бы рассказать о актерском искусстве, какое оно прекрасное, и сложное, и многогранное, как и многое другое искусство. Он часто наблюдал за репетициями Ласта, да и сам пробовал входить в роль. Восхищению работы над этим нет предела! Хотя, на само представление идти как-то и не хотелось изначально, пусть у него и выбора не было как бы. Но сегодня он группа монстр поддержки и это было важно.       — Прекрасно, когда творчеством можно поделиться, показать на что способен... Старание одним словом. Но сегодня я туда иду больше, чтобы поддержать моего одноклассника, — честно закончил Чернила, повернувшись к Эррору, который моргнул и брезгливо состроил мину.       — Даже, если там столько народу?       — Мне и самому не нравится такое количество, — могло успокоить лишь то, что Инк бы сидел со своим классом рядом, — но я мог потереть. Тем более, сегодня я обещал присутствовать.       — Тогда куда ты сейчас идёшь?       — На представление.       — Там не главный вход.       — Именно.       Эррор как-то недоверчиво посмотрел на него.       — Я пройду к прожекторам через актерскую дорожку, — сказал неожиданно Инк без какого либо страха, который мог бы быть.       — Тебя просто не пустят.       Чернильница похлопал глазами и довольно поднял ухмылку, объясняя:       — Там никто не стоит во время выступления.       Эррор лишь поднял подобие брови в знак того, что он сомневался в этом, но ничего не сказал.       Конечно не все знали о маленьких нюансах во время выступления или репетиций, когда есть шанс пролезть за кулисы незамеченным.       А внутри Инка загорелась гордость своей маленькой храбрости, которая бывала у него не так часто в гостях. Да, в первые разы, когда он вытворял такое, было очень страшно, но не сейчас!       Как только они приблизились к двери, Инк подошёл и открыл ее, отходя в сторону.       Он решил продемонстрировать его несокрушимый «план», но счастливая улыбка сползла, как только увидел переменившиеся лицо Эррора.       — Не ожидал тебя увидеть здесь, — послышалось из открывшегося прохода.       — Иди нахер, — рычаще огрызнулся Эррор, от чего Инк растерянно выпучил глаза.       Глючный выглядел резко таким рассерженным! Он грозно развернулся и пошел дальше, оставляя Чернилу с… кем-то... Инк говорил, что никто не следил за дверью, да?       — Погоди, — выглянул парень с пустыми глазницами из прохода.       Он хотел сказать что-то ещё, но немного поник, пока не заметил Инка сбоку:       — О, и ты здесь, малыш с пятном.       «Малыш с пятном» остолбенел на месте, смочь лишь глупо заулыбаться в непонимании.       «Ужас. Кто ж знал, что за дверью кто-то будет! Не было же никогда!!»       — Ну что, больше не сидишь на тротуарах?       — А?       Неожиданный парень хмыкнул.       — Я с парнем в белом дотащили тебя до машины, помнишь?       Автобус? Нет... В машину, когда Инк двинуться не мог?       — А-а... — выдал Инк, вспоминая событие тогда, что неприятно отдались в голове, и засуетился сразу. — Так... Это... С-спасибо в-в-вам!!       — Да пожалуйста, — махнул парень рукой, — только не кричи так. Выступление, все дела. Хорошо?       Инк неловко прикрыл рот руками, сжимаясь в плечах. Ему безобидно улыбнулись:       — Если не изменяет память, твое имя Инк, правильно?       Тому робко кивнули.       — А я Рипер, участник драмкружка. Кстати, зачем вам потребовалось открывать эту дверь? — Тот махнул головой в сторону, куда ушел Эррор.       — Нет, лишь я… — вдруг Чернилу пробил пот и он замолчал.       «А что говорить то?»       Как неудачно. Ему теперь не пройти…? Что делать? А этот парень может пропустить его? Нет, это нельзя делать… представление ведь. Да, представление, Инк еще и отвлекает от обязательств, стоя здесь и интенсивно потея. Рипер так дружелюбно смотрит на него… Сколько они уже стоят так молча? Рипер терпеливо ждет, когда он заговорит? Ужас. Инку нужно что-то сказать! — Я… — посмотрел он тоже в сторону ушедшего. Только бы его не вырвало. — Мне… нужно… Хотелось бы… Я… Ну… Мо-жно я… зайду?       «Меня точно не пропустят» — с мыслю опустились плечи.       Каждая похожая ситуация такая, Инку по новому приходилось учится говорить или строить предложения.       «Если бы я мог просто развернуться и уйти домой, все было бы легче...»       «Размазня»       И снова в его голове крутились одни и те же мысли! Каждый раз виделся единственный выход.       Инк добрался до сюда, а теперь хотел просто сбежать. Участник драмкружка же не выглядел пугающим монстром и до сих пор не прогнал, хотя ему, наверняка, надо следить за представлением. Он же что-то делал там, да?       — За кулисы? —заинтересованно посмотрел на него Рипер.       Вновь робко кивнули.       — Ты же понимаешь, что не_участники не могут зайти, — сложил руки между собой тот с расслабленными бровями. — Скажи, а зачем тебе надо за кулисы?