Коварная детка

Звонок в дверь стал для Тома неожиданностью. После неудачно окончившегося знакомства он хотел уединиться, переварить произошедшее, поэтому никого не ждал. И ему почти удалось благодаря новой фэнтезийной книге. Снимая очки, специальные для чтения, мужчина направился к двери, догадываясь, кто мог прийти. О нём Том старался забыть. Потому что чувствовал себя неважно после быстрого ухода. Словно отказался от омеги в один миг, стоило только припугнуть оружием. Но это не так. Не совсем так. Всё слишком запутано. — Привет, — на пороге показалась виноватая жалобная моська, — можно к тебе? Видеть Гарри таким до ужаса непривычно. И как-то… неправильно, что ли. — Проходи, — на выдохе ответил Том и отошёл в сторону. — Извини за отца. Он повёл себя по-уродски… Совсем забитым выглядел. Очень осторожно и медленно стягивал с себя одежду, будто не уверен, что ему вообще позволено раздеваться и находиться в этой квартире. С куртки и шапки, к тому же, сыпался снег. Большую часть пути он явно добирался своим ходом. — Не могу не согласиться. Расскажи, что было после моего ухода? — свой вопрос Том задал уже в гостиной, жестом приглашая парня сесть рядом. И тот буквально рухнул на диван, невесело улыбаясь. — Что было? Скандал и попытка наказать меня физически, которая обернулась дракой. Я отказался дать себя в обиду. Отец не имел права наказывать меня ремнём. В итоге нас разняла мама и обоих наказала физическим трудом. Как обычно. Тогда вроде чуть помирились. — Ты подрался с отцом? — в шоке уточнил Том. Из сказанного, именно за это он зацепился больше всего. — Типа того. Ну не мог я позволить ему бить себя по жопе! — В самом деле. Твоя задница примет плётку в постели, но не ремень отца, — усмехнулся мужчина. Хоть немного, но градус напряжённости и серьезности понизился. — Плётки я, кстати, тоже не люблю. Только руками. А вот наручники — это прикольно! — Наручники кисти натрут. — Смотря какие. Но да, не без этого. Поцелуй меня. Сменить тему, так радикально. В этом весь Поттер. Но что было не в его характере — так это просьбы. Никаких действий от него. Взгляд просящий, голос тихий. Один его вид выражал неуверенность и страх сделать что-то не так. А значит Тому пора взять дело в свои руки. Как и полагается альфе. Может, Поттер и начал их непростые отношения, но быть ли продолжению — зависит теперь от Тома. И выбор был сделан. Отец омеги — им не преграда. Том подарит ласку тому, кто сегодня отстаивал не только своё право. Их. С чем сам альфа не справился. А должен был, раз согласился встречаться с мальчишкой. Прежде чем поцеловать, Том разглядел и насладился загорающейся надеждой в зелёных глазах и заигравшей слабой улыбкой. Свои переживания Гарри вскоре отпустил, и в действиях стал куда увереннее. А нужен-то был всего лишь поцелуй. — Теперь тебе лучше? — Намного, — прошептал с пьяной улыбкой на губах, — а тебе? — Не совсем, — честно признался альфа. Был у него момент, что не давал покоя. И чем скорее услышит ответ, тем лучше, — мне нужно знать, выяснял ли ты у отца о моей связи с Джонатаном? — Я знаю эту историю. Но мне всегда было параллельно на своего дядю. Так что это неважно, — безразлично ответил омега, и добавил: — Если только ты не бросишь меня так же. — Расскажи, — потребовал альфа. Слышать уже не мог о знаниях Поттеров. Ему очень было интересно, что такого Джон наплёл в своём невменяемом состоянии, за что пришлось поплатиться сроком в два года. Он ни черта того не стоил! — Типа вы встречались, и дело вроде как к свадьбе шло, только ты постоянно подавлял его самооценку и, как выяснилось, игрался с чувствами, из-за чего потом у дяди случился выкидыш. — … что, блять? В выражении Том не сдержался и просто… выпал. «Такое развитие событий описал этот больной ублюдок?!» — Эй, не кипятись, — с неожиданной безмятежностью улыбнулся Гарри и ласково погладил по рукам, — то, что я знаю эту историю, ещё не значит, что я в неё верю. — Но верит твой папаша, — фыркнул Том, так просто не в силах успокоиться, — Джон страдал сильной паранойей, когда дело касалось меня. Ему казалось, что я его на днях брошу, что я ему изменяю, что меня хотят украсть. Каждый грёбаный день от него шли нескончаемые вопросы и тонна неверия, хоть он и убеждал в обратном. Кротость сменялась агрессией. Агрессия — истерикой. Истерика — апатией. Естественно, я не мог долго терпеть это дерьмо и бросил его. И свадьбу мы не планировали никогда. Это Джон любил фантазировать, и в своих фантазиях меня давно супругом видел. О беременности я вообще не знал! — Сомневаюсь, что она была вообще, — фыркнул Гарри. На лице его отчётливо проступила неприязнь, — но ты прав, он любит фантазии. И вообще, мой отец может верить во что угодно, хоть в Санту, но это не делает его истиной в последней инстанции. — Черт бы с ней, с этой историей. Ты совершенно другой человек. И несмотря на то, что значительно младше дяди — ведёшь себя куда взрослее. Молчу уж об адекватности, — голос Тома смягчился. Он перестал так с сильно хмуриться, припоминая прошлое, когда обратил свой взгляд на Гарри. — Меня выводит из себя тот факт, что это и есть та причина, по которой Джеймс меня не переносит. Теперь и выяснять ничего не нужно, он продемонстрировал это сегодня. Ещё и пистолет на меня направил. Это вообще нормально в вашей семье? — У меня тоже есть, — прошептал на ушко Гарри, поддавшись вперёд, и следующие слова сказал обычным голосом, вновь выпрямившись, — точнее, он по документам записан на отца и заперт в сейфе до моего совершеннолетия. Тем не менее, его купили для меня. А маме оружие не нужно — автоген сам кого хочешь напугает. — … безумная семейка. Куда я вообще вляпался? — Если нас не доводить — мы милые, добрые и пушистые. Особенно я. Гарри потянулся за новыми поцелуями и в этот раз проявил настойчивость, по которой Том успел, к своему удивлению, соскучиться. Такой омега был ему знаком. И желанен. Стервец отхватит своё и, несмотря на прописанные природой роли, трахнет. Руки уже поползли к домашней футболке и нырнули под неё, касаясь груди чуть прохладными пальцами. А не сидели бы — потянулись бы к заднице. К ней Гарри питал особую страсть. Но и Том не истукан — он принялся за дело, добираясь до открытой кожи омеги, контрастирующей с его руками. Дыхание становилось прерывистым. Гарри явно соскучился по его рукам и не желал церемониться. Толстовка быстро оказалась на полу, а вслед за ней отправилась футболка, оставляя молодое сочное тело с ещё не выцветшими метками на груди после вчерашнего. Доказательство того, как Поттер умеет «играть с огнём». Том не из тех, кто любит ставить засосы, и уж тем более видеть их на себе. Нужно иметь элементарное уважение к партнёру — не всем засосы-укусы приходятся по душе. Да и на коже они смотрятся ужасно. Словно синяки. Но этот случай — случай особенный. Гарри напросился. Гарри манипулировал и добился необходимого результата. Хотел увидеть, как у Тома слетают тормоза — увидел. И несдержанная фаза ему пришлась по душе, хотя бывших Тома она зачастую пугала. Нынешний омега у него совсем отбитый. — В кровать? — предложил Реддл, не повышая голоса, сразу как Гарри стянул с него футболку через голову и зарылся в волосы, безболезненно сжимая и заставляя отклонить голову. Никакой покорности ждать не стоило. Доминантные заскоки из Поттера так просто не исчезнут. — Давай. Там удобнее. Гарри дал своё согласие, помог подняться, протянув руки, и потащил за собой. Такова их судьба. Так было в самом начале и будет до конца. В спальне парень мягко толкнул Тома на кровать и устроился сверху. В своих замашках юный искуситель был особенно горячим. Потираясь о него своими бёдрами, он ярко демонстрировал своё желание. И был доволен ощутить чужое. — У тебя тут кое-что упирается. И это прекрасно. Удивление со слов мальчишки разом сменилось смехом. «Кое-что», сказанное заигрывающим тоном, не прибавила возбуждения, а скорее добавила каплю юмора в море предвкушения и удовольствия. — Гарри, — сквозь смех произнёс его имя Том и открыл глаза, смотря на омегу снизу верх, — тебя на болтливость пробило? — Просто ты молчишь. Почти ничего не делаешь. Надо же тебя как-то расшевелить, — безмятежно ответил тот с пляшущими чертенятами в глазах. — Ах, расшевелить… Он ведь не ослышался? Это был вызов? Кто-то хочет хорошей активности. А раз хочет — обязательно получит. В конце концов, они оба умеют добиваться своего. Гарри уже начал стягивать с себя штаны. И как бы он не показывал себя с лучшей стороны, много чего умея и соблазняя гибкой фигурой, смешные трусы с мультяшным принтом притягивали взгляд и откровенно веселили. Гусь (или же утка) спереди и сзади наверняка та же прелесть. Том поменялся ролями с мальчишкой и опрокинул его сначала на спину, а затем на живот, только чтобы убедиться в своих догадках. И… всё оказалось верно. На попочке красовался ещё один гусь-утка. Издав весёлый смешок, Том наклонился и поцеловал в самый центр, а затем стянул трусы до бёдер, раскрывая для себя самый лучший вид. Как Гарри любил лапать его за задницу, так и Тому нравилось. Только не через одежду. Нет. Куда приятнее касаться голенького, крепкого, сочного… и мокрого. По бедрам не стекало, но всё к этому шло. Чем сильнее возбуждался Гарри, тем обильнее выделялось смазки. Он даже не нуждался в подготовке. В пропускной способности этой попки Том имел счастье убедиться. Гарри ждал его и всем видом показывал, как сильно хочет. Но поскольку незащищённый секс принесёт обоим множество проблем, стоило себя обезопасить. А значит — ещё немного потерпеть. — Готов? — спросил у него Том, пристраиваясь сзади, и поцеловал чуть выше поясницы, показывая, что вот он, уже близко и готов ворваться. Стоит только сказать заветное слово. — Да, — протяжно ответил Гарри. В одном коротком слове высказал своё нетерпение, жалобу и страсть. И Том, наконец, дал то, что мальчишка так сильно от него хотел. Дал и понял, что управление переходит в омежьи руки. Гарри его принимал и награждал стонами с разных позиций. Разных углов. И каждый раз, особенно в заключительный, когда буквально оседлал, делал сам всю работу: сам двигался, сам вбирал, сжимал, насаживался… Потел за двоих, выжимая из Тома все соки. Под конец Реддл просто лежал и придерживал прыгающую на нём чертовку за талию. Он приближал их обоих к грани. Дерзко и умело. Такой вот мальчишка достался Тому. Сначала против воли. Теперь добровольно. Гарри добился своих целей. За него стоило держаться покрепче. А с последствиями они ещё разберутся. Джеймс Поттер не станет причиной их разрыва.