Я тебя никогда никому не отдам!

Ах, этот сладкий миг, Мы, наконец, одни. Ты смотришь нежно, Глаз не отрывая. И вот, прильнув ко мне, Ты замираешь, как во сне. Дрожат ресницы, тайну выдавая... Но если только вдруг Ты разорвёшь объятий круг, То горьким будет наш Прощальный вечер. Заплачет с неба дождь, И ты, наверное, поймёшь, Что даже и любовь, увы, не вечна...

"Слёзы любви", группа "Комиссар"

      - Заходи, - Андрей, открыв дверь, пропустил Ленку в свою прихожую, затем зашёл сам вслед за ней. - Проходи в комнату, а я сейчас соображу нам что-нибудь перекусить. Ты кушать хочешь?       - Нет, я не голодна.       Ленка и вправду не была голодна. У неё не было аппетита. От волнения она не могла бы сейчас проглотить ни кусочка.       - Ну, хоть несколько бутербродов нам с тобой сделаю… Ты с чем бутерброды любишь?       - Мне всё равно. С чем ты сам любишь, с тем и я люблю…       - Я сейчас. Ты пока располагайся.       Андрей ушёл на кухню, Ленка заглянула в комнату, с любопытством осмотрелась. Она в первый раз была в его квартире.       - Тебе помочь? – крикнула она Андрею.       - Не надо. Сам справлюсь. Я сейчас.       Она вошла в комнату, заинтересованно принялась рассматривать обстановку.       - А где Светка твоя?.. Не придёт к тебе сегодня? – спросила она, увидев на полке в «стенке» фотографию Светы в рамочке, пристально рассматривая её и нахмурив тёмные брови.       - Не придёт. Она сегодня с утра к своей бабке уехала, ночевать у неё будет. Ты не думай о ней, – сказал Андрей, входя в комнату с подносом, на котором на тарелочках лежали бутерброды, нарезанные дольками яблоки и груши, лежала шоколадка, стояла бутылка шампанского и два фужера. Поставил это всё на столик в изголовье дивана. Щёлкнул выключателем. Выключил верхний свет. Зажёг светильник.       Потом подошёл к «стенке», чертыхнувшись про себя на свою забывчивость, убрал Светкину фотографию, с которой она ему улыбалась, держа в руках подаренные им розы. Подошёл к магнитофону, порылся среди кассет, выбрал музыку группы «Scorpions».* По комнате поплыла неторопливая мелодия популярного «медляка». Задёрнув шторы, он подошёл к Ленке.       - Садись, я шампанского нам с тобой налью.       Ленка устроилась в кресле. Он сел рядом с ней. Разлил шампанское по фужерам. Подал ей. Шампанское полилось через край, запенилось, постепенно оседая по стенкам фужера. Ленка рассмеялась, не отрывая от его лица своих счастливых глаз.       Андрей полуобнял её одной рукой.       - Волнуешься? – спросил. – Не надо так волноваться, всё хорошо! Ты такая красивая!       Ленка сегодня часа два собиралась к нему на свидание. Наводила марафет. Наносила на лицо яркий вечерний макияж. Сделала новую причёску. В азарте перемерила кучу шмоток. Отвергнутые кофточки, блузки, штаны лежали на её кровати пёстрой смешанной грудой. И всё ей казалось, что что-то не так. Наконец натянула на свои длинные стройные ноги новые капроновые колготки, надела обтягивающую бёдра джинсовую мини-юбку, светлую блузку с маленькими пуговками и миниатюрными кармашками на груди. Вставила в уши новые золотые серёжки-гвоздики. Застегнула на шее золотую цепочку с кулоном. Отражение в зеркале было к ней благосклонно. Из зеркала смотрело на неё юное свежее лицо – пухлые яркие губы, голубые глаза в обрамлении чёрных, сочно накрашенных, ресниц смотрели из-под густой, чуть завитой чёлки. Стройная фигура. Окинув взглядом своё собственное отражение, она осталась довольна. И всё же она переживала. Ей так хотелось в этот вечер выглядеть в глазах Андрея лучше всех девчонок, которых он знал, и, главное, лучше Светки.       Потом она позвонила к Ольге, и, заслоняя телефонную трубку рукой, вполголоса сказала ей:       - Оля, алё, это я… Оль, прикрой меня сегодня, мне очень надо! Меня Андрюха пригласил… Да, Андрюха! Прикинь! К себе позвал сегодня. Если Олег спросит, скажи ему, что я у тебя заночевала… Скажешь? Что ты говоришь?.. Да откуда я знаю? Ладно, потом расскажу всё… Времени нет. Я пошла уже. Он ждёт. Пожелай мне удачи! Блиин, мне страшно, Ольга, я боюсь!.. Предчувствие какое-то дурацкое… Что ты говоришь? Дома остаться? С ума сошла! Он же ждёт… Обидится… Не могу я остаться… Ладно, пока…       Выходя из квартиры, она сказала брату, что переночует сегодня, скорее всего, у подружки. А правду ему было знать вовсе не обязательно…       ...- Пойдём, потанцуем, - Андрей вытащил её из кресла на середину комнаты. – Расслабься… Что ты, Лена? Я тебя не съем… - он обнял её, прижал к себе.       В танце осторожно подвёл к дивану… усадил… Не теряя времени, запрокинув её голову, стал целовать в губы… Аккуратно опустил на диван. Нетерпеливая ладонь легла ей на грудь…       - Подожди, Андрей, милый… Не так быстро… - выдохнула она. – Я боюсь…       - Не бойся…       Но она вдруг уперлась ему руками в грудь.       - Ну, подожди немного, я прошу тебя. Ты очень быстро… Я так не могу, Андрей…       Андрей рассердился:       - Ты как маленькая, честное слово, Лена! Ты что, "динамишь" меня, что ли, я не пойму? То у тебя: "не могу", то: "я твоя и больше ничья". Послушай… Я люблю тебя! Ты говорила, что тоже любишь меня… Тебе будет очень приятно, чего ты?! Если любишь, доверься мне. Лежи спокойно… Отдайся мне… Я буду осторожен, обещаю... - Его рука жадно прошла по её телу вниз, изучая все его контуры и изгибы, вытянула лёгкую блузку из-под кожаного ремешка, потянулась к замку на юбке, расстёгивая джинсовую «молнию» … Он приник к её шее, спустился губами к впадине между её ключицами… Она глухо и побеждённо застонала…       И тут в передней разлился долгой трелью нетерпеливый звонок…       Ленка дёрнулась, рванулась из-под Андрея…       - Там пришёл кто-то, Андрей, звонит… - испуганно, едва переводя дыхание, сказала она.       - Ну, и пусть звонит! Ну, их всех… Не обращай внимания - уйдут…       - Я так не могу! Сходи, посмотри, кто там… - в темноте Ленка села на диване, оттолкнув его руками.       Андрей, выругавшись, поднялся, и, застёгивая джинсы, направился в прихожую.       - Кого там чёрт принёс так не вовремя?.. Чтоб вам всем!.. - проворчал он недовольно.       С магнитофона тем временем доносилась уже другая песня:       "Вновь с тобой мы будем мечтать до рассвета,       Шторы закрой чуть темней, ну и пусть,       Ты зря так подумала, что я прячусь от ветра,       Просто небесные слезы наводят на грусть.       Этот первый дождь не поссорит нас,       Зачем хранить в душе мороз и вьюгу,       А дождь раскосый мы с тобою об одном попросим,       Не разлучай, мы любим друг друга,       Мы любим друг друга**…"