I care about you.

Говорят, что рай — светлое место, где нет тёмных комнат. Всё было так, не иначе, пока кое-кто не нарушил священного предписания... Это правило о комнатах, не для Михаила. Который уже как год был шлюхой для всего рая. Да, именно шлюхой. Все ангелы в раю, его братья и даже сам всевышний, издевались над ним: били, трахали до крови бьющей из ран. Пытали и много-много другого. Можно было подумать о том, что Майкл уже привык ко всему этому, к издевкам. Но это не так. Ведь, каждый раз, когда его оставляли одного в этой темной комнате, которая казалась такой бесконечно большой и страшной, он садился в угол комнаты и утопал в ангельских слезах. С сокровенной надеждой на то, что когда-нибудь кто-то сжалится над ним и поможет. Но, эта надежда иссякла, после года мучений. Уже три месяца Михаил продолжает терпеть это. И всё, чего он жаждет — быстрой смерти. Всё же был один — ангел. Точнее архангел. Он не принял эту версию Михаила и поэтому покинул небеса. То был Люцифер. О котором, уже как год ни слуху, ни духу. Некоторые на небесах допустили мысль о том, что дьявол и правда умер. Но... Не тут то было. Он переехал на Землю, к людишкам. Поселился в доме на холме, с красивым видом на лес и местную реку. В тёмную комнату, где сидел Майкл, открылась дверь. Он уже подумал о том, что какой-то из ангелов решил опять поиздеваться над ним, но, это был Люцифер. Он вернулся сюда ради братца, о котором давненько слышал россказни в дурном свете. Архангел прошел вперёд, закрывая за собой дверь, направляясь в сторону своего старшего брата. Он удивился, увидев его в таком измученном состоянии. Он был ногой, как младенец. Из вещей на нём была только портупея, которая Люцу совсем не понравилась. Майкл сидел на полу весь в крови, синяках и шрамах, глаза были заплаканы. Ну как тут не ныть, после такого большого количества издевательств. На архистратига было страшно смотреть в таком состоянии. — Ох, Михаил... — с волнением произнёс Люцифер и быстро подойдя к брату, присел перед ним на корточки. Снимая с него портупею, которая совсем не шла к заплаканному лицу. — Л-Люцифер... — тихо сказал мужчина, поднимая на него голову, — Это т-ты... — Да, Миша, это я. Падший архангел уже снял тот предмет с тела архистратига и теперь он оказался полностью голым. — Брат, что же с тобой сделали...? — задал риторический вопрос Люцифер. Миша замучено и со всей грустью на своём лице смотрел на архангела, пытаясь изо всех сил сдержать слёзы. — Люцифер... Я — шлюха. Шлюха для всего рая. Даже для отца. Я грязный, какой же я грязный! — заревел Михаил сгребая Люца в объятия и рыдая тому в плечо. — Оу, Миша, не хнычь, — спокойно сказал мужчина и так же обнял своего брата, но аккуратно, не сильно. Он ведь не хотел причинить ему боль, надавливая на многочисленные не зажившие раны и синяки. — Л-Люцифер, к-какой и-из м-меня т-теперь архангел? К-кто я теперь? Я-я... Н-никто... Я никто! — рыдая крокодильими слезами Михаил все ещё утыкался в плечо младшего братца. — Чш-ш-ш, Михаил, спокойно-спокойно. Я с тобой, — Люцифер отстранил от себя Мишу и взялся обеими руками за его горящие щеки. С улыбкой посмотрев в его заплаканные, но сверкающие глазки, — Михаил, расправь свои крылья и покажи мне их, пожалуйста. Сперва архистратиг не хотел расправлять свои крылья, поскольку уже пробовал это делать и ему было ужасно больно. Но в данной ситуации он не мог отказать Люциферу. — Пожалуйста... — повторил архангел, умоляя того показать их. Михаил убрал руки брата со своего лица и сразу же принялся расправлять крылья. Закричав от резкой боли в спине, и не только, он все же их раскрыл. Люцифера удивила эта картина. Его крылья... Раньше они были светлыми и пушистыми, словно плюшевая игрушка, а сейчас... Сейчас крылья были совсем другими. Большей части перьев и вовсе не было, а те, что все еще остались, были частью сломаны, погрязнув в крови и какой-то грязи. — Ох, какой ужас... — с ужасом произнёс Люцифер, все ещё отходя от увиденной картины. Михаил убрал крылья и опять нырнул в объятья брата, утыкаясь лицом прямо в его грудь. Посапывая от боли он вновь, невольно, начал плакать. Падший архангел прижал к себе своего измученного брата. Погладил его по спине и целовал в макушку. Он всеми способами хотел его успокоить и хоть как то помочь. Люцифер чувствовал свою вину из-за того, что оставил Михаила совсем одного в этом ужасном месте. Но, кто бы мог подумать, что из старшего сына сделают главную шлюху небес. — Тихо, Михаил, тихо, я рядом. Все хорошо, — все ещё успокаивая архистратига Люци. На удивление это помогало. Михаил уже перестал ронять слезинки на пол и просто шмыгал носом. Он совсем не хотел отпускать своего брата, да и Люцифер этого тоже не хотел. Они оба желали быть рядом друг с другом и никогда не отпускать. — Я заберу тебя от сюда, Михаил. Заберу из этого ада в раю, — тихим, убаюкивающим голосом произнёс Люцифер. Можно подумать: падший архангел бы уже разозлился и пошёл убивать каждого в раю, мстя за своего любимого брата. Но, точно не сейчас. Сейчас он хотел лишь находится рядом с ним и помочь всеми силами, что только были. Люцифер решил не медлить и прямо сейчас забрать Михаила с собой. Брат был слишком травмирования как морально, так и психологически и навряд-ли что-то сможет сделать. Архангел встал с корточек, параллельно обнимая Михаила. Светоносный легко поднял старшего брата на руки и крепко его держал. Он был довольно лёгкий, что ни могло не радовать. Михаил крепко схватился своими руками за Люцифера и не отпускал его. — Спасибо, Люцифер... — тихо простонал от боли Михаил, кое-как улыбнувшись. Это была его первая улыбка за текущий год. Она была самой искренней и именно в сторону своего младшего брата. На лице архангела тоже засияла улыбка, он был рад тому что сейчас спасёт Михаила ото всех его мучений. Рад, что пригреет у себя, и, ни в коем случае, не отдаст его больше ни кому. Люцифер перенёсся в свой большой дом вместе с Михаилом на руках и подошел к дивану. Отпуская его из рук, чтобы брат сел. — Так, в таком виде я не могу тебя оставить, брат, — сказал Люцифер, почесывая затылок, — сейчас мы это исправим. Миша присел на диван и заперся на него с ногами, прижимая их вплотную к себе. Он смотрел по сторонам и осматривал то, что было вокруг. Ему понравилась эта успокаивающая обстановка. Она очень сильно отличалась от тёмной комнаты, служившей Михаилу пристанищем в раю. У Люцифера всегда был хороший вкус в интерьере, по крайней мере Михаил так думал. И ни разу не ошибся, увидев этот дом. А больше всего радовало то, что теперь его окружал свет да и только. Никаких тёмных стен, только белые как снег обои. Архистратиг повернулся к Люциферу, который стоял на месте и грыз ноготь на руке, думая о том, что же делать с Михаилом. Но долго думать не пришлось, вообще, тут было все элементарно: залечить раны Михаила, с помощью архангельской благодати. Надеть на него одежду. И, ключевое — оставить жить у себя. Таков был прекрасный план. Без лишних слов Люцифер прикоснулся ко лбу Михаила. Его глаза сразу же засияли. На теле архистратига сразу же начали пропадать синяки и другие отметины, которые нанесли ему ангелы. Падший убрал руку и улыбнулся во весь рот, мысленно восхваляя себя. — И так, Миша, более или менее я тебя исцелил, не считая восстановления крыльев. Это будет очень затруднительно. Ведь ты и я —архангелы. Ты и сам это знаешь. Но, твой хрупкий сосуд я восстановил. Теперь одежда.... Ты же не будешь ходить по белому свету с голой задницей, только если у меня в доме. На улице, будь добр — только в одежде. Людям это не очень нравится, поверь мне. Михаил сидел на месте и молча слушал Люцифера, улыбаясь тому. Сейчас он доверял ему больше всех на свете. Ведь чувствовал то, что плохого он ничего не сделает, а если бы и хотел, то и вовсе оставил его и дальше биться в горе и муках, в той ужасной комнате рая. Люцифер щёлкнул пальцами и на Мише появились чистые вещи. Вся кровь и грязь, которая была на нем до этого, тоже пропала. Люци сложил руки на груди и широко улыбнулся, смотря на прекрасного и уже вовсе не похожего на себя прежнего Михаила. — Во-о-от, теперь другое дело, можешь на себя посмотреть, в той стороне зеркало, — произнес падший, пальцем указывая в сторону зеркала. Михаил кивнул, давая понять брату, что понял его и встал с дивана, сразу же направляясь к зеркалу. Люцифер пошёл следом за тем, как Миша крутится вокруг своей оси перед зеркалом, осматривая себя со всех сторон и ракурсов. Он и не мог подумать о том, что чёрные спортивные штаны, белая майка, чуть ниже пояса с надписью «архангел», написанная на каком-то непонятном языке, светлая джинсовая куртка, понравятся ему. — Нравится? — спросил Люцифер у брата, но сам же и ответил, — Я вижу что нравится. Впредь, Михаил, ты будешь жить у меня...